Crazy Form

EP.1 :

      Высокий юноша сидит и крутит тонкими пальцами гранёный стакан с крепким алкоголем. Всё внимание устремлено на красивые переливы различными цветами крутящейся водоворотом жидкости. От сосредоточенного наблюдения за бликами отвлекает громкий смех остальных ребят, вместе с которыми он сейчас празднует успешный релиз нового клипа. Переводит взор на группу людей, которая интересует его больше остальных, из-за одного конкретного человека. Сан, как всегда, - душа компании. Какая красивая у него улыбка, какой приятный тёплый смех, какой удивительный радостный блеск в глазах. Сонхва, засматриваясь на брюнета, теряет ход времени и задерживает очарованный взгляд на нём дольше положенного, а на лице в это время невольно появляется мягкая улыбка. И вся эта искренность и откровенность предназначается компании вокруг. Не ему.       Мысль проносится в голове болезненным импульсом, от которого рука резко отталкивает в сторону бокал, расплескивая содержимое по столу, и оставляя крупные осколки на полу. Сонхва в испуге переводит взгляд на разбитый сосуд и собственную дрожащую руку. В помещении мгновенно воцаряется тишина, и все взоры обращаются на встрепенувшегося парня. Ладонями он закрывает лицо, чтобы отгородить себя от окружающих, спрятаться от испытующего интереса, уйти от необходимости объяснять причину своих действий. Он не готов сейчас отвечать на миллион вопросов, слышать речи кратковременного беспокойства, принимать помощь и заботу. Точнее, он хочет получить это от определённого человека, из-за которого моральные страдания стали обретать физические проявления.       По ощущениям он находится в этом кошмаре из вереницы переживаний целую вечность, но в реальном времени проходит несколько секунд. Несколько секунд до того, как уверенная рука сжимает его плечо, ободряюще похлопывая по нему несколько раз. В голове крутится только одна мысль, вспыхивает огонёк надежды: «Сан?»       - Ребята, всем спокойно, всё хорошо. – В словах говорящего звучат весёлые, приподнятые нотки, но одновременно властные и уверенные, дабы увести ситуацию из момента накала. – Сонхва просто немного перепил, больше алкоголь и бьющиеся предметы ему не даём. – После этого звучит ещё несколько шуток, и атмосфера возвращается в расслабленное, спокойное русло.       Хонджун садится рядом с другом и убирает его руки с лица, вынуждая взглянуть на себя. Он убирает его светлую чёлку, обрамляющую выступающие линии скул, и тяжело вздыхает. Они настолько душевно и ментально связаны многолетней крепкой дружбой, что капитану хватает недолгого зрительного контакта для понимания внутреннего состояния Сонхва.       - Я прекрасно знаю, по какой причине, - при этих словах взгляд устремляется на Сана, который теперь тоже выглядит более взволнованно и обеспокоенно, - ты так убиваешься. Но тогда не понимаю, почему ты вечером накричал на него и запретил приближаться до конца твоей или его жизни, в зависимости от того, у кого она продлится дольше. – Хонджун подпирает щёку ладонью, удивлённо приподнимая брови. - Не считаешь, что можно хотя бы попытаться прекратить изводить себя и объясниться с ним? Мы же обсуждали с тобой различные исходы, и в большинстве из них тебе должно стать немного легче и спокойнее.       - Я никогда не буду с ним разговаривать. Пусть разговаривает, смеётся, обнимается с кем хочет, мне абсолютно безразлично. – Сонхва отчеканивает последние три слова и отворачивает голову, гордо вздёрнув подбородок. – Бегать за ним я не собираюсь. Если он распаляется на всех вокруг, то это его выбор, я не буду препятствовать. Вставать в очередь из парней и ждать, когда понадоблюсь, я не желаю. – Все мышцы шеи напрягаются при этих словах, парень старается не терять внешней уверенности и непоколебимости.       - Но ты же сам снова гиперболизируешь и надумываешь много лишнего… - Капитан говорит это тихо и устремляет нашкодивший взгляд на потолок, словно увидел там что-то невероятное. Игнорирует убийственный напор тёмных пронзающих глаз собеседника и продолжает свою мысль. – Да и на самом деле… Я постоянно наблюдаю за тем, как вы изводите друг друга и самих себя вашей недосказанностью. Знаю, что у тебя сложный характер, и не каждый может к тебе подступиться, на личном опыте испытал, но… - Внезапно берёт друга за руку и опускает голову, чтобы увидеть эмоции и восприятие сказанного. – Но может стоит немного отодвинуть гордыню и сделать шаг навстречу? Просто подумай над этим. – Хонджун тепло улыбается, с отеческой нежностью подбадривая этого упрямца. Он с нетерпением ждёт, когда Сан и Сонхва перестанут утопать в собственной глупости и причинять друг другу неимоверную боль, ведь переживает за каждого, как за себя, даже ещё больше. – Но для начала отдохни, ты сегодня перенервничал.       Капитан дожидается утвердительного кивка и оставляет Сонхву одного.       

EP.2 :

      Плечи блондина, оставшегося наедине со своими мыслями, начинают слабо подрагивать, а с губ срывается несколько смешков, превращающихся в тихий болезненный стон. Ему трудно как-либо трактовать свои действия, но сейчас в голове столкнулись собственное видение ситуации с простым обоснованием Хонджуна. За чем и последовала неоднозначная реакция. Он подумает об этом. Но не сегодня. Сегодня ему, действительно, нужно отдохнуть. Немного уняв бушующие страсти в душе, парень медленно встаёт со стула, слегка пошатнувшись. Выпитый алкоголь даёт о себе знать, нарушая координацию движений, смазывая их, и забирая часть контроля над телом. Ощутив, что твёрдо стоит на земле, он, не прощаясь ни с кем, начинает медленно идти в сторону лестницы, которая ведёт на этаж с его комнатой.       Сан замечает уход Сонхва, так как не выпускал его из виду после происшествия с бокалом. Так же от внимательных глаз не ускользает подвыпившее состояние парня. Сана не должно это волновать, он очень зол на юношу, ведь его истерика накануне вытянула из брюнета все соки и напрочь лишила внутреннего спокойствия. «Какого чёрта он снова распсиховался из-за пустяка? Надменный идиот. Вот пусть и делает теперь, что хочет. Больше не осталось сил оберегать его и получать в ответ лишь претензии и крики». Сонхва спотыкается о ступеньку и проявляет максимальное равновесие, чтобы не упасть, придерживаясь за перила. «Ещё и неуклюжий, наверняка все ноги по дороге переломает». Сонхва справляется с одной ступенькой и задевает ногой уже следующую, повторив тот же манёвр. Его спасают только перила, за которые он цепко держится. Сан закрывает глаза и качает головой. Обида и агрессия борются с безумным беспокойством и тревогой. Второе побеждает.       - Придурок… - Шепчет это себе под нос, сетуя на Сонхва и свои дальнейшие действия. – Ребята, всем доброй ночи, я немного устал. – Он улыбается друзьям и, попрощавшись со всеми, идёт по тому же маршруту, по которому скрылся полупьяный блондин.       Сан следует за Сонхва, но не подходит к нему, не пытается заговорить. Идёт молча и незаметно, как тень. У него нет желания привлекать внимание, потому что это вновь выльется в поток неконтролируемой ругани, но и также нет желания, чтобы Сонхва упал и покалечился. Следует за ним, чтобы подставить руку помощи в нужный момент, чтобы удостовериться в том, что он будет в целости и сохранности, в который раз убеждаясь в тезисе, что Сонхва сам себе злейший враг. Когда идущий спереди добирается до комнаты, и слышится щелчок дверного замка, то Сан на несколько секунд подходит и прислушивается. Убедившись в спокойной обстановке внутри, брюнет отправляется к себе.       Оказавшись в уединении тихой комнаты, все эмоции брюнета вырываются наружу, самоконтроль мгновенно стирается накопившимся тяжёлым грузом.       У стены стоит деревянный комод, на котором располагаются множество фигурок, собранных из конструктора Lego кропотливым трудом. «Сонхва его очень любит. Он может на несколько часов увлечённо раствориться в этом процессе.» Столько стараний и времени потрачено на эту коллекцию, которая в напоминание осталась стоять на самом видном месте комнаты Сана. Широкая сильная рука, загребая все пластмассовые силуэты, швыряет их вниз, не оставляя и шанса уцелеть хоть чему-то. Тысячи деталей разлетаются, вызывая противный режущий шум столкновения с полом. Это разъяряет ещё больше. Следом разносится ужасный грохот падающего тяжелого предмета. Комод переворачивает боком и остаётся лежать в неестественном положении. Грудь брюнета тяжело вздымается, дыхание становится учащённым и отрывистым. Тело не реагирует на сигналы рассудка. Кулаки непроизвольно сжимаются. Ярость заполняет всё вокруг.       Эта вспышка завершает своё действие так же внезапно, как и возникла. Постепенно Сан ощущает приходящее спокойствие, чувствует, как мышцы всего тела понемногу расслабляются. Закрывает глаза и делает несколько глубоких вдохов. Затем осматривает последствия причинённого вреда и не даёт никакой реакции. Перешагивает валяющийся мусор на полу, чтобы снять одежду и убрать её в шкаф. Сняв футболку и переодевшись в домашние штаны, брюнет направляется к кровати, чтобы забыться во сне. Но внезапно слышит стук в дверь.       Робкий, нерешительный стук сменяется настойчивым и требовательным, лишая возможности его проигнорировать. Сан смотрит в сторону источника звука в упор, но бездействует, не торопясь впускать гостя. Это длится около минуты, пока ручка не опускается, и в открывшемся пространстве не вырисовывается образ Сонхва.       

EP.3 :

      - Я бы не поверил, что ты уснул, после такого грохота. – Парень осматривает разруху, полностью завладевшую этой комнатой. Взгляд проносится по раскиданным разноцветным деталям конструктора. На губах возникает горькая улыбка.       - Ты сейчас сам нарушил свои запреты о дистанцировании и бойкотировании. Не вздумай потом даже обвинять меня. – Отступившая несколько мгновений назад агрессия вновь подкатывает комом к горлу.       - И что мне теперь уйти?       - Иди, я не держу. – Сан отмечает, насколько изменилось выражение лица прибывшего. Оно застыло в оцепенении, непонимании. Это отзывается в нём ощутимым укором совести. – Неприятно такое слышать, верно? Каково слышать излюбленные тобой фразы в свой же адрес?       Сонхва опускает голову. Ответить или оправдаться не хватает сил, брюнет бьёт точно в цель.       - Я хотел поговорить… Но… Наверное, зайду в следующий раз. Ты даже не одет, а я вдруг ворвался. Я уйду. Да… Пойду к себе. – Речь от волнения превращается в быстрый и трудноразличимый поток. Каждое новое слово пытается обогнать предыдущее, сливаясь в сбивчивую тираду.       - Зато на тебе так много лишнего. Начиная от фальши и лицемерия в поведении, собственных поступках, - при этих словах парень уверенной подходкой приближается к Сонхва и пальцем показательно оттягивает его ожерелья, - заканчивая неимоверным количеством побрякушек.       Сан ненавидит себя в этот момент. Ненавидит за то, что говорит. Но сейчас он руководствуется только злостью. Она, вырвавшись наружу, словно диктует все его слова и действия. Желание сделать Сонхва как можно больнее затуманивает рассудок. Почему он один всегда должен превозмогать адские муки, постоянно примиряться с ролью груши для битья. В груди стоит ком невысказанной обиды. Разгневанным и непоколебимым взглядом брюнет прожигает насквозь ночного посетителя. Чувствует, как в один миг Сонхва морально сдаётся. Чувствует, как это хрупкое существо с фарфоровым лицом с треском ломается. Ни единого противостояния, ни слова наперекор, ни одной попытки ударить. Ничего этого не последовало. Перед ним лишь наполненные блеском родные глаза и стекающие из них влажные дорожки. В эту секунду всё вокруг теряет свою значимость.       Сильное тело подаётся вперёд, обхватывая нежные дрожащие плечи. Сердце брюнета колотится с бешеной силой. «Нет. Пусть злится, кричит, бросается с кулаками, но только не плачет.» Сан понимает, что это последствия его же слов, но сейчас не готов с этим смириться. «Пожалуйста, пусть он только не плачет.» С губ уже почти срываются извиняющиеся фразы, как его опережает голос Сонхва.       - Так сними с меня всё лишнее. Убери всё, что тебе не нравится, сотри всё, что не хочешь во мне и на мне видеть. – Ладонь парня мягко толкает его в грудь, вынуждая немного отстраниться. Что-то изменилось в его взгляде. Чувство решимости и упование на освобождение скользят в нём. Он отдаёт Сану свои гордыню и высокомерие. Расстаётся с ними ради брюнета. – Уничтожь всё.       Сан впадает в секундное оцепенение от такой откровенности и честности. Отвечает на этот порыв в своей манере - действиями, а не словами. Крепкие ладони с плеч перемещаются на затылок блондина, а пальцы без промедления расстёгивают серебряные замки, вынуждая украшения падать на пол одно за другим. Каждое снятое колье, как тяжёлая цепь, покидает тело и сознание Сонхва. Ощущение брюнета так близко к себе, чувство тёплых пальцев на своём теле придают уверенности о правильности сделанного выбора. Он освобождается не от дорогих аксессуаров, он освобождается от груза собственных страхов и переживаний. Сильная ладонь, справившись со всеми застёжками, плавно по шее перемещается к горлу, обхватывает его и чуть сжимает. Не больно, но ощутимо. В это время вторая рука скидывает с запястья блондина все браслеты, стаскивает все кольца с тонких пальцев, отправляя их той же дорогой вниз.       - Я могу воспринимать твою покорность, как решение подпустить меня ближе? – Сан чуть отводит голову парня в сторону, оголяя правую часть шеи, и зубами оттягивает нежную кожу, не заботясь о следах от укуса.       - Можешь воспринимать это как признание… Сан… Я люблю тебя. – Всё тело блондина трепещет под сильным напором парня. Слова, которые столько времени хранились под завесой запрета, вырываются под воздействием одурманивающей атмосферы. Каждое новое прикосновение лишает возможности лукавить или недоговаривать.       Брюнет, не веря услышанному, немного сбавляет темп своих действий. Вглядывается в лицо блондина, который даже боится встретиться с ним глазами, в волнениях ожидая реакции на свою честность. Рука сбавляет хватку и осторожно поглаживает подушечками пальцев по острой ключице.       - И стоило так долго противиться своим чувствам? Или для того, чтобы стать искренним нужно сначала напиться? – Сан намеренно продлевает смятение Сонхва, не принимая его чувств, но и не отвергая. Тянет сладостный миг, когда блондин теряет лидирующую позицию в манипуляциях другими, и сам оказывается в положении загнанного в угол зверя.       Сонхва, раздувая свои опасения, уже жалеет о сказанном. Хочется повернуть время вспять, убежать отсюда или исчезнуть прямо сейчас. Губы приоткрываются, чтобы оправдаться, отшутиться, но ничего произнести им не дают тёплые мягкие губы Сана, которые властно накрывают их, отрезая все пути к отступлению.       - Повтори. – Шумный выдох после поцелуя и тихая, но требовательная просьба. – Ты столько раз кричал о ненависти в мой адрес, но лишь единожды упомянул, что любишь. Скажи это ещё раз.       - Я люблю тебя. – Голос дрожит при повторном признании ещё больше, чем в первый раз. Он не верит ему? Отвергает? Тогда почему он не отталкивает его, а напротив дарит такую желанную близость. – Ты ненавидишь меня? Что чувствуешь ты, Сан?       Тишина. Перегорает лампочка, и свет, наполнявший комнату, мгновенно потухает.       

EP. FIN :

      В кромешной тьме все органы чувств обостряются, всё воспринимается ярче и острее. Вопросы Сонхва остаются без ответа, а сам он ощущает как горячие руки от ключицы спускаются к пуговицам на его рубашке. Шифоновая материя приспускается, и лёгкие ткани плавно скользят по оголённым плечам. Избавив блондина от ненужной детали образа, Сан, обхватив узкую талию, направляет его в сторону кровати.       Одно уверенное движение, и Сонхва оказывается в горизонтальном положении на кровати, подмятый под мускулистое тело брюнета. Он чувствует на себе тяжесть крепкого корпуса Сана, слышит и физически ощущает учащённое сердцебиение, и от всего этого окончательно лишается способности здраво мыслить. «Пусть не отвечает на вопросы, игнорирует, но пусть только никогда не отстраняется и не выпускает из своих объятий.»       Сан любуется изящными изгибами стройного тела блондина, и не насытившись визуально, губами припадает к оголённым участкам грудной клетки. Насладившись последующей реакцией в виде хриплого стона, язык уверенно прокладывает путь к затвердевшим соскам. Очерчивая радиус алого бугорка, он оттягивает его зубами, слегка царапая нежную кожу и вызывая бурную реакцию парня под ним. Прожигающее насквозь пламя проносится по всему естеству Сонхва, всё внутри содрогается от ощущения сладостной боли. Агрессивный натиск перемещается ниже, оставляя влажные следы на крепком прессе и протягивая дорожку до линии паха.       - Мне кажется, что я снял с тебя ещё не всё лишнее. – После этих слов ширинка брюк оказывается расстёгнута, и они вместе с нижнем бельём улетают на пол. Все действия уверенные, не дающие и возможности выказать сопротивление. Но его и не последовало. Никаких попыток остановить происходящее. Сонхва от удовольствия лишь прогибается в пояснице, подставляя тело под откровенные ласки.       Страсть заполняет всё пространство вокруг. Одурманенные взгляды пересекаются и тонут в омуте друг друга. В этот краткий миг последние остатки сдержанности и приличия уничтожаются нахлынувшим желанием. Сан быстро сбрасывает с себя лишнюю одежду и вновь припадает к пухлым губам блондина, безжалостно терзая, забирая всю власть над их обладателем. Сонхва впервые согласен подчиниться кому-то. Согласен подчиняться ему впредь всегда. Их языки жадно переплетаются, каждый боится выпустить другого из цепкого плена. Когда воздуха в лёгких не остаётся, им приходится ослабить железную хватку. Каждый чувствует чужое горячее дыхание на собственном лице, чувствует жар, исходящий от их тел, внеземное притяжение, которое окончательно и бесповоротно связало их в единое целое.       - Возьми меня. – Доносится томный шепот Сонхва, провоцируя на очередную вспышку неистовства. Сдерживать свои желания нет смысла, он хочет обнажить перед Саном не только своё тело, но и душу. Он давно должен был это сделать, ведь только в этих руках он чувствует себя защищённым, желанным и абсолютно счастливым.       - Надо же… - Сан приподнимает его лицо за подбородок, пресекая попытку отвернуться, и языком проводит ему по опухшей нижней губе. – Оказывается, этот прекрасный рот из неприличного может произносить не только ругательства, а ещё и такие заманчивые предложения.       Брюнета не нужно было даже просить об этом, но столь сладостные речи, сорванные с губ его надменного гордеца, дарят неимоверное удовольствие. Пальцы с подбородка плавно переносятся к губам блондина, слегка надавливая на них. Вынуждают разомкнуться тёплую плоть, проникая внутрь. Сонхва принимает правила игры, глубже впуская их, с характерным звуком обильно смачивая языком. Как же эротично это выглядит. Пошло. Развратно. Изящно. Сан не может долго терпеть столь изощрённую пытку и вынимает влажные пальцы, любуясь протянувшейся ниточкой слюны.       Руки опускаются ниже и похлопывают по внутренней стороне бедра парня. Сонхва шумно сглатывает и послушно разводит стройные ноги чуть шире, аккуратно забрасывая одну из них на широкую поясницу Сана. Тот прикусывает губу, наблюдая за открывшимся видом. Он не уверен, что у него получится быть сдержанным и нежным, но он уже понял, что Сонхва только снаружи имеет ангельскую утончённость, а внутри у него дьявольское пламя желаний и эмоций. И они вместе нырнут в этот омут похоти и безумия, без шанса на спасение.       Влажные пальцы надавливают на тугое колечко мышц между ягодиц, проникая внутрь всё глубже и глубже. Сонхва непроизвольно сжимается от новых неприятных ощущений, его брови хмурятся, а с губ срывается болезненный выдох. Длинные руки хватаются за сильную спину, силясь найти в ней опору и пристанище. Сан сразу же свободной ладонью успокаивающе поглаживает по плоскому животу и выпирающим рёбрам, стараясь отвлечь внимание на приятные ласки. Не наращивает темп движений, дожидаясь, когда Сонхва привыкнет к пальцам внутри. Когда тело блондина расслабляется, а на лице появляется толика удовольствия, это воспринимается как сигнал к дальнейшим действиям. Сан не хочет причинять ему боль, но собственное возбуждение причиняет ощутимую боль уже ему самому. Поэтому отметив, что парень уже готов принять его, и вместо дискомфорта испытывает наслаждение, брюнет достаёт из парня пальцы, удовлетворённо уловив при этом разочарованный вздох.       Блондин не успевает ощутить пустоту внутри, так как чувствует приставленный ко входу в него возбуждённый член парня. Сан не даёт времени, чтобы вернуться к реальности, так как входит без промедлений и сразу же скрывает в поцелуе болезненный вскрик Сонхва. Брюнет знает, что его хрупкий мальчик выдержит, и вскоре его тело будет трепетать от получаемого наслаждения. Он понимает, что нужно сбавить темп, дать ему свыкнуться с заполненностью внутри, но у него нет столько терпения, нет такой выдержки, чтобы сдерживать затмившую разум страсть.       Сонхва впивается пальцами в плечи парня, пытаясь хоть каким-то способом выплеснуть нахлынувшие эмоции. Кусает его губы, которые не дают освободиться крикам, до крови. Сердце словно вот-вот остановится, но Сан не сбавляет темпа. Он входит глубоко, грубо, жёстко, выбивая землю из-под ног. Больно. Тело словно разрывает на части. Неимоверно больно. Но такая боль ему нравится. После мучительной вспышки агонии каждая клеточка тела млеет от жёстких резких движений. От накатывающей эйфории кружится голова, крики превращаются в громкие неудержимые стоны. Губы с жадностью улавливают каждый миллиметр брюнета. Ему так мало Сана. Он хватается за него всеми возможными способами, ноги плотнее обвивают тело сверху, которое безжалостно вдалбливается в него, при этом словно рыча. Это всё похоже на безумие. Яростная, страстная, безумная форма их любви, которая наконец смогла вырваться наружу.       Сан терзает Сонхва до самого утра.       Сонхва терзает Сана до самого утра.       Они с жадностью изводят друг друга, отыгрываясь за столь большой промежуток времени. Не могут насытиться чувствами и телами друг друга. Это хуже, чем алкоголь, головокружительнее наркотического опьянения, это отказ от всего мира ради одного человека, полное погружение в него.       Когда сил уже не остаётся, Сан прижимает Сонхва к груди и ласково поглаживает по мягким светлым волосам. Необузданная страсть сменяется на щемящую душу нежность. Два сбившихся дыхания, два бешено колотящихся сердца, два подрагивающих до сих пор тела. Наконец-то вместе. Брюнет успокаивающе очерчивает линии спины, дарит мягкий поцелуй в острое плечо и через несколько минут замечает, что дыхание Сонхва выровнялось, а глаза умиротворённо закрылись. На губах сразу возникает мягкая улыбка.       - Как я могу тебя ненавидеть? Я люблю тебя больше собственной жизни. - Он заботливо накрывает их одеялом, и следом погружается в сладкий сон.       

Post-Credits Scene :

      Глаза Сонхва неохотно приоткрываются только в обед. Всё тело ломит от ночной физической нагрузки, голова раскалывается от выпитого алкоголя, и мысли никак не хотят принять различимую форму. Но когда он видит рядом спящего Сана все воспоминания обрушиваются мощным потоком. «Как охарактеризовать то, что вчера произошло? Что говорить сегодня? И как себя вести?» Паника просачивается в и так затуманенный рассудок. В голову приходит только одна идея. Скрыться. Убежать. И, немного успокоившись, уже придумать дальнейшие шаги. Он максимально аккуратно высвобождается из сильных рук Сана и садится на край кровати. Намеревается встать, как сильная хватка удерживает его за запястье и вновь тянет в тёплые объятия.       - И куда ты собрался? Снова собираешься бегать? – Бархатный сонный голос обволакивает всё пространство. Противиться его чарам является просто невозможным.       - Нет, я просто хотел принять душ. Вот и всё. – Сонхва прячет лицо на крепкой груди Сана. «Что дальше? Он же так и не ответил вчера на его чувства. Может вся химия, которая была, - просто следствие алкогольного опьянения?» Страшно на это услышать утвердительные ответы.       - Я больше, чем уверен, что ты сейчас прокручиваешь в голове различную чушь. А я так надеялся, что мы теперь честны друг с другом? – Брюнет тёплой ладонью проводит по ягодице Сонхва, от чего тот вздрагивает и покрывается мурашками.       - Ты так вчера и не сказал, что чувствуешь ко мне. Оставил мои слова без внимания. Как мне теперь расценивать твоё поведение? – Выпаливает всё со скоростью пушечного выстрела. Так быстро, что Сан не сразу воспринимает смысл сказанного, а потом громко и искренне смеётся.       - Мне никогда не понять до конца, что творится в твоей голове. Неужели тебе нужны слова? – Он берёт его руку и целует косточки его пальцев. – Я хотел показать это действиями, но если тебе так важно это услышать, то мне не в тягость сказать это и миллион раз. Я люблю тебя, Сонхва. И больше не позволю убежать. Никогда.       У Сонхва словно вновь кружится голова. «Неужели это всё не было просто невероятным сном?» Он крепче прижимается к парню и оставляет нежный поцелуй у него на груди. Внутри наконец-то ощущение полного спокойствия и счастья.       - Я не буду тебя ни с кем делить. Ты только мой, Сан.       - Конечно. Никогда и не было по-другому.