По наитию алых цветов

Окольными бы путями, пытаясь миновать все встречные лужи, Чжун Ли удалось добраться до самых дверей ресторана, в окнах которого уже словно приглашающе приветливо горел тёплый свет. Пиджак намок практически до самых плеч, даже чёрный зонт с ветвистыми золотыми узорами ветвей липы не смогли спасти костюм от безжалостного ливня. Войдя в светлое помещение, архонт невольно слегка сузил золотистые глаза, уже привыкнув к пасмурным сумеркам за пределами заведения. Моракс начал было оглядываться по сторонам в поисках рыжеволосого фатуйца, пригласившего его в столь мало удобный час, а потом слегка вздрогнул от знакомого голоса, сладко раздавшегося практически прямо над его ухом. - Я приятно удивлён. Вы всё же пришли на моё приглашение, не взирая на творящуюся за окном "вакханалию". Чжун Ли моментально обернулся на игривый, с ироничными нотками, голос. Он позволил себе показать лёгкую растерянность, словно действительно удивился тому, что Чайльд оказался практически прямо у того за спиной, вальяжно опираясь на плечом на подоконник. На губах Тартальи цвела насмешливая, но по-доброму, и в тоже время не лишённая нотки дерзости, знакомая улыбка. Чжун Ли мягко, как всегда с выдержанной вежливостью, улыбнулся в ответ. И произнёс с искренней теплотой в голосе: - Как я мог оставить вас в столь печальном положении, Тарталья? - Ах. Вы всегда так предельно вежливы, Чжун Ли. Мне признаться даже неловко иногда пустить какую глупую шутку при вас. Все они становятся словно вульгарными в вашем праведном присутствии. Позвольте? Чайльд протянул руки с небывалой вежливостью, аккуратно снимая с того промокший пиджак, оставляя того в одном жилете и серой рубашке. Несмотря на воинскую грубость, движения фатуйца были лёгкими, правильными, ловкими. От его лёгких прикосновений к плечам и рукам Чжун Ли чувствовал лёгкое покалывание от точных пальцев. Когда с пиджаком было покончено, и того оставили сушится на вешалке в гардеробе, Чайльд жестом пригласил последовать за ним, уводя в зал. - Прошу. С некоторой накладной торжественностью Тарталья отодвинул стул перед Чжун Ли, предлагая тому присесть. А после сам опустился на место напротив, вальяжно облокотившись назад. Слегка устало, но с явным довольством собой, он томно вздохнул, и улыбнулся с азартными искорками в глазах, словно в предвкушении чего-то приятного. - Вы сегодня подозрительно молчаливы. Неужели что-то посмело омрачить ваш день, господин Чжун Ли? Архонт понимал, что предвестник всегда словно играет, юлит и подшучивает над ним. Но на этот раз его голос казался искренним, что немного приятно удивило последнего. Чжун Ли полагал, что тот для него лишь приятная компания на чужбине, не более того. Возможно так оно и было, что неприятно отозвалось где-то на уровне его сердца. Моракс было сложно признать свои изменения. С одной стороны, это было нечто новым, освежающим века ожидания хоть каких-либо перемен. Но с другой... Было ощущение, что в человеческом образе он постепенно теряет себя, взамен получая нечто незнакомое. А потому опасное. То, что может его ранить без ножа. - Ау-у. Ваше благородие, вы здесь? Чайльд шутливо щёлкнул перед собой пальцами, вырывая Чжун Ли из неприветливых мыслей. Он посмотрел на Чайльда слегка удивлённо, переведя взгляд с его лица на пальцы в перчатках. А потом слегка сузил глаза в некотором осуждении, словно предостерегая предвестника, что тот слишком многое себе позволяет. - Всё в порядке. Просто сегодня... Довольно унылый день. Поняв намёк, Чайльд откашлялся, слегка виновато поправляя свой шарф, понимая, что переборщил в очередной раз с неуместной шуткой. Но моментально оправился, не позволяя лёгкому недоразумению проникнуть в его речь.