Стена за его спиной

Нил всегда был очень внимательным по отношению к Эндрю. Даже слишком внимательным по мнению самого Эндрю. Когда они уже играли в одной команде после выпуска из университета, Нил заметил, каким напряженным становился Эндрю, если в номере, который им снимали во время выездных игр, кровать стояла не у стены. Он знал, что возможность спать спиной к стене, это то, что позволяет Эндрю чувствовать себя чуть более комфортно, безопасно, особенно, когда в постели с ним находится еще один человек. И все, что Нил мог сделать, это обеспечить Эндрю максимально возможным комфортом, доступным им за пределами их собственной спальни. Поэтому, когда они в очередной раз заходят в номер отеля в Канзасе, Нил отправляет Эндрю за ужином, а сам принимается за дело. В первую очередь, он отодвигает крохотный туалетный столик ближе к входной двери, стул и тумбочка с той стороны номера тоже отправляются по разным углам. Затем он расправляет кровать и сдвигает ее максимально плотно к стене. Естественно, на прежнем месте кровати обнаруживается крайне грязный ковролин, поэтому Нил берет одно из предоставленных отелем полотенец, чтобы слегка намочив его попытаться убрать беспорядок. Эндрю не любит беспорядка и, если и не скажет об этом Нилу, то все равно оценит его попытки. Потом Нил ставит тумбочку у изголовья, а туалетный столик и стул — к освободившейся стене. Вернувшись с ужином, Эндрю мгновение смотрит на преобразившийся номер, Нил видит, как его плечи на секунду напрягаются, но тот не произносит ни слова. Перед сном он, как ни в чем не бывало, устраивается спиной к стене и утром выглядит в разы более отдохнувшим, чем обычно. Теперь Нил видит разницу. Это становится обычной рутиной Нила. Заселиться в номер, отправить Эндрю за ужином/сигаретами/выпивкой, а самому в это время переставлять кровать к стене. Эндрю никогда не комментировал это, но Нил этого и не ждал. Это должна была быть игра против Гепардов. Она проходила в Такоме, что означало несколько изнурительных перелётов за день. Как Нил не старался отвлечь Эндрю во время полёта, к тому времени, как они забрали у тренера ключ-карту и зашли в свой номер, движения Эндрю совершенно скованные, а взгляд временами становится отстраненным и остекленелым. Всё, на что тогда хватило Эндрю, это бросить свою сумку у входа и молча уйти за поздним ужином и сигаретами. — Блять! — Тихо выругался Нил, пройдя в глубину номера. Это был какой-то современный отель с дизайнерскими номерами. Кровать стояла на невысоком подиуме и Нил понял, что не сможет не только ее переставить, но и вообще спустить с этого подиума. Он даже предпринял попытку сменить номер, но девушка на ресепшене с грустной улыбкой сказала, что свободных мест нет. Кто бы сомневался — четверть финал, все номера, должно быть, были распроданы еще месяц назад. Когда Эндрю возвращается в отель, Нил видит, что он еще больше измотан, его движения резки, а брови нахмурены. Эндрю же, бросает взгляд на их кровать, а потом переводит его на Нила, в глазах которого плещется целый океан сожаления. Лицо Эндрю ничего не выражает. Они ужинают, выкуривают по сигарете и по очереди принимают душ. Когда они ложатся спать Эндрю не выдерживает. — Прекрати думать, я пытаюсь спать, — ворчит он и поворачивается к Нилу спиной. — Я могу обнять тебя? — Тихо спрашивает Нил. — Да, если ты намерен сделать это молча. Эндрю слышит, как Нил шуршит одеялом за его спиной, потом матрас прогибается и он немного скатывается к Нилу, когда тот пододвигается ближе к половине Эндрю. А потом рука со знакомыми шрамами обнимает его поперек груди и притягивает ближе к себе. Тренированное тело Нила твердое за тонким хлопком футболки, а еще горячее словно печка. Гораздо лучше, чем стена, к которой обычно прижимается Эндрю, вынужденный закутываться в одеяло, как буррито. Легкий поцелуй касается его затылка, и Эндрю чувствует, как напряжение этого долгого дня начинает покидать его тело. Последняя оформленная мысль в его голове звучит как-то так: может у него и не всегда есть стена за спиной, чтобы почувствовать себя в безопасности, но там точно всегда есть Нил.