Любовь по вторникам.

Виктория идёт по холодным улицам Москвы. К сожалению, зимний день очень короткий, даже яркое солнце не греет. Она забегает в магазин за хорошим вином, ведь сегодня вторник. А это значит, что у них обещанная встреча с Марьяной. Помнит. ** Виктория записывает уже привычный для всех и себя влог. – Мы с Марьяной на месте. Привет, Марьян. – Вика переводит на неё камеру. – Привет. – Марьяна открывается от своих дел в телефоне. – Ну что, ты веришь, что сезон то заканчивается вот-вот? – Вообще в голове не укладывается, если честно. Грустно мне, что-то. – И мне что-то грустно, ты знаешь. – Виктория переводит на себя камеру и проходит по комнате, обращаясь к своим подписчикам – Друзья, а вам то грустно, что нас с Марьяной то..в ближайшее время..– не договаривает, а подхватывает слова Марьяны о продолжение встреч по вторникам. – Кстати, есть предложение с ней встречаться по вторникам. Ну, вот я думаю, что мы только если с Марьяной будем встречаться по вторникам. – смеется и периодически кидает свой взгляд на рыжую. ** С того момента прошёл месяц, но в памяти отложилось. Возможно, что этот разговор был шуточный, но Виктория не из тех, кто будет кидать свои слова на ветер. Поднимается и стучит в дверь. Если б Марьяна знала кто стоит за дверью, хотя вероятнее всего она прочувствовала. И вправду, Марьяне нужно было пару секунд для того, чтобы понять как близко её Вика. Поэтому она незамедлительно двинулась к входной двери, открыв её. – Я не ждала тебя, Вика. – Марьяна отходит в сторону, показывая этим движением, что можно пройти в квартиру. И Виктория проходит. – Я думала, что ты всегда меня ждёшь. Обижаешь. – Вика театрально слепила на своём лице грустную улыбку, но потом рассмеялась и обняла рыжую. – Целый месяц, Марьян. Неужели и вправду не скучала? –  жрица отлипает шаманки и ставит на тумбочку бутылку красного полусладкого Kurni Marche. Взгляд Марьяны сразу падает на дорогое вино, вспомнил ценник, который кусается. – Скучала, конечно. У меня ежемесячная плата за квартиру такая же, как и цена этого вина, ты в себе? – Романова сложила свои руки и облокотилась на стенку, наблюдая за тем, как Виктория снимает с себя пальто чёрного цвета. Рыжая кивает головой в сторону кухни и направляет туда. Берет со стула бархатный красный халат и накидывает на себя сверху. Идёт к балкону, который как раз находился на кухне и берет с подоконника пачку сигарет с вишней. Едкий дым проникает в лёгкие с каждой небольшой тяжкой, выдыхая его, он сливается с паром, который возник из-за холода на улице. Марьяна вздрагивает, когда чувствует неожиданное прикосновение тёплых рук. Тело покрывается мурашками, то-ли от холода, то-ли от неё. – Дай мне. – Виктория равняется в рыжей и встаёт справа от неё, поворачиваясь корпусом. Марьяна тянет к губам Вики свою сигарету, которая была сжата между двух длинных пальцев. Виктория вдыхает в себя достаточно много дыма и следом за этим слышится кашель. Романова смеётся и делает тяжку тут же из-за смеха, начиная кашлять. – Мы только что поцеловались с тобой через сигарету. – проговаривает рыжая, выходя с балкона. Вика следует за ней. Марьяна встаёт у стола и только хочет повернуться, как без её же помощи Виктория поворачивает ту за плечи. Марьяна будто отключилась, ведь когда к ней пришло осознание реальности, то она почувствовала губы Виктории на своих. Она чувствует напор и страсть поцелуя, постепенно подхватывая эту волну. Романова вжимается в стол, он больно давит в поясницу, но сейчас любая боль была ничем. Страстный поцелуй продолжался ещё несколько минут, они будто бы боролись друг с другом. Кто будет тем, кто возьмёт вверх. Но воздух был не бесконечный, к их сожалению. Вика хочет оторвать от пухлых губ, но Марьяна обхватывает своими зубами мягкий участок, прикусывая. Сразу же чувствует металлический вкус крови Виктории, который благополучно слизывает своим языком. Вино еще не распаковано, но они пьяны друг другом. В конце концов жрица отлипает от сладких губ, но не отделяется, продолжая сжимать приятную ткань одежды на талии рыжей. – Мы только что с тобой поцеловались. – Романова усмехается и не отводит своего взгляда с глаз, которые были чёрные, словно бусинки. Виктория молчит, но одаряет Марьяну своей улыбкой. Отходит и идёт в коридор за купленной бутылкой вина. – Ну не зря же я её купила, стоит тут для красоты. – Кричит из коридора, а Марьяна все также стоит на месте, бёдрами упираясь в стол. Обе женщины чувствует то, как атмосфера в комнате изменилась. Жар, страсть, безумие. Виктория умело открывает бутылку вина и ставит на стол. Марьяна быстро достаёт два бокала и разливает алую жидкость, усаживаясь за стол напротив Виктории. Рыжая внимательно изучает Вику, словно хищник жертву, параллельно с этим небольшими глотками опустошает бокал с красным вином. Они перекидываются незначительными предложениями и Виктория утыкается в телефон. А Марьяне скучно, огоньки и черти внутри неё так и скачут. Длинная нога Романовой медленно скользит под столом ближе к Вике, а затем неожиданно касается сначала голени, поднимаясь к коленке. Райдос вздрогнула внутри, но виду показывать не стала, сжала свои зубы и дальше сверлит экран телефона. – Вот же чертовка, ворвалась в мою жизнь, словно торнадо, перевернула мир с ног на голову. – Вика шепчет себе под нос, но та слышит. Пальцы рук у жрицы начинают предательски сдаваться и потряхиваться. Романова смеётся, играет и забавится. Ей весело. Сидит наблюдает за тем, как Викторию выбивают прикосновения из колеи. Продолжает. Пальцы ног смело и бестыдно лезут по внутренней стороне бедра, сминая ткань брюк. Вика делает глубокий вдох и рукой обхватывает свой наполовину полный бокал, выпивая его до дна. – Ты бы не могла принести мне тапочки домашние? – спрашивает жрица и ловит в ответ вопросительный взгляд. – Ноги замерзли. Марьяна кивает и поднимается изо стола. Её дело прервали и она была этим определённо недовольна. Быстро находит тапочки и идёт обратно на кухню, но её прижимают прямо у входа. На выдохе их уст у неё слетает стон, возникший от неожиданности. – Вот же сучка, играть она решила. – Вика обжигает своим дыханием шею рыжей чертовки, а та лишь откидывает голову, дабы дать больше доступа. Усмехается. Райдос обхватывает тонкую шею своими пальцами, слегка сжимая её. А Марьяна в свою очередь лишь улыбается и шлёт ей поцелуйчик, скрутив губы в бантик. Жрица наклоняется к её лицу, изучает и оглядывает каждую деталь. Дразнит, а Романова не сводит своих глаз с манящих губ Вики. Райдос накрывает губы рыжей, такой же невыносимый, как и касания, поцелуй подхватывает та, углубляя его. Огонь и лёд, кто бы мог подумать, что это не сказки. Они действительно ощущаются именно так. Их них вышло бы отвратительно прекрасное союзничество. Романова отличалась от Райдос высоким аппетитом и жадностью, которую не стеснялась выражать от слова совсем. Виктория ожидала, что та будет смущаться, краснеть и отводит глаза, но не тут то было. Она ни капли не стыдилась, пусть и выпив для храбрости пару бокалов вина. Они быстро перемещаются в постель, точнее Виктория тащит и тянет ту за собой по квартире, а рыжая повинуется. Красной помады на губах рыжей уже нет, её будто бы и вовсе там не было. Целовались они пылко и жадно, Вика не уступала даже на секунду Марьяне в поцелуе, не позволяла перенять инициативу. Романова уже была готова смириться со своей пассивной ролью сегодня, но оказавшись на кровати, Вика ложится и тянет её на себя. Было безумно приятно сжимать тонкую талию, прижиматься к длиной шее и чувствовать её запах. Шаманка хрипела и стонала, впиваясь своими ногтями в некоторые участки кожи Виктории. Жрица развязывает халат, замечая, что под ночной сорочкой отсутствует бюстгальтер. Тут же её губы прилипают к шее, а затем спускаются к ключицам. Она стягивает лямки с хрупких плеч, оголяя небольшую грудь. Губы накрывают соски, покусывая их, а вторая рука ложится на свободную грудь, дабы не оставлять её без внимания. К сожалению, нижняя часть белья была на месте, чёрные кружева прикрыли самое сокравенное. Вика переворачивает рыжую под себя и моментально губами касается напряжённого живота. Не отнимает своих рук от груди, медленно и верно иногда поглаживая талию. Просит разрешения на то, чтобы двинуться дальше. Бедра Романовой двигаются с места, что и значило для Вики зеленым светом. Марьяна разводит свои ножки. Всплипывает и протяжно стонет от слишком желанного прикосновения через белье. Вика усмехается, смотря на обеспокоенное лицо шаманки. Целует в щеку, а затем шею, на что получает лёгкий удар по своим рукам. Оставляет яркую метку на шее, в то время как один палец проникает внутрь, предварительно отодвинув полоску белья. Толкает второй палец, на что слышит громкий стон, чувствует как та сжимается внутри и видит, как выгибается в спине, тем самым насаживаясь и проталкивая в себя пальцы ещё глубже. Рыжая прикрывает глаза и удовлетворенно вздыхает, расслабляя свои напряжённые бедра. Чувствует медленное движение внутри себя, которое с каждым толчком лишь нарастает. Движение внутри выбивают её из реальности и она погружается в ощущение. Стонет громко, ласкает слух Виктории. Начинает подрагивать тогда, когда понимает, что волна оргазма уже близко. Сжимает свои пальцы рук и ног, затем вытягивается и прогибается. Оргазм накрывает её с головой, перед глазами туман, поэтому она их прикрывает и падает головой на простыню, кутаясь в своих рыжих волосах. Вика ложится рядом, положив голову Марьяны к себе на плечо, запускает пальцы в корням. – Доигралась?