Кокаин

— Что Вы плачете здесь, одинокая глупая деточка Кокаином распятая в мокрых бульварах Москвы? — пропел Александр, лениво кружась у патефона, вздымая руки вверх, словно балерина. Он ввгнкл спину и закрыл глаза, действительно представляя себя на сцене, где на него, красивого, аккуратного, множество глаз глядят на него. По лестнице к нему раздавались тяжёлые быстрые шаги. Он знал кто это. Шура растянулся в теплой улыбке и остановился. Высокая и крупная фигура появилась в дверях. — Костенька. — Шура расставил руки в разные стороны, будто бы они и ее договаривались. Константин лишь хмыкнул и поздаровавшись, пропуская Шуру, будто бы его и не было,развалился на любимом кресле, доставая сигрету и закуривая в помещении. Думской довольно развернулся на пятках. — Будешь? — он указывает на сигреты. — Буду. — Думской быстренько подбегает к Уралову и выхватывает у него сигарету, забегая за спину. Уралов хрипло смеётся и убирая руку за спину, ударяет Шуру. — Отдавай, чёрт! — он улыбается и проводит по правой ягодице сжимая её. — А ты отбери! — на лице Думского расплывается кошачья улыбка. — Что у тебя за брехня играет? Чего ты как девка-то? — Это не брехня, Кость! Это стихи Вертинского! — Шура обходит его и сгибаясь так, чтобы их лица были на одном уровне. Уралов, пользуясь таким положением быстро выхватывает сигрету из рта парня. Думской тут же, до этого нахмуренный быстро реагирует и улыбнувшись начинает смеяться в голос. В "припадке" смеха он пятится назад и падает. Уралов тихо смеётся глядя на это, он не удивляется, не пугается, такое уже не впервые, оьвчно после очередной дозы он иногда ведет себя и хуже. — Шурка. — монотонно, но с явным интересом зовёт его Константин. Думской поднимает голову и смотрит на Уралова расфокусированным взглядом. — Ты чо размалеванный? Как баба ей-богу. — хрипит он. И шуру от этого ведёт. Он растегивает несколько первых пуговиц, сильнее оголяя грудь и шире раздвигает ноги, и откидыаает голову назад. — Так больше похож? Уралов смеётся и выкидывает сигарету в сторону. Рывком поднимается, но подзодит медленно, глядя величественным взглядом на Шуру. Что расплывается в улыбке, довольно проводя языком по зубам. Константин подходит как можно ближе и легко ударяет ногой по внутренней стороне ляшки, заставляя раздвинуть ноги шире, опускается на колени и притягивает шуру за ляжки к себе. Уралов опускается к губам, но останавливается в сантиметре от них. — Наркоту под носом смахни, ебалан.