Один вечер в твоей компании

Зимний, тихий и спокойный вечер. За окном спокойно падали шлопья снега, погружая весь окружающий участок возле дома сугробами снега. Сегодня даже погода была замечательная, видимо это и способствовало хорошему настроению ребят. парни наконец решили отдохнуть; просто забить на все свои проблемы, страхи и спокойно посидеть всем вместе за кружкой чая. Линч доделал свои статьи которые давно бы уже пора закончить, но из-за их с приятелем работы времени никак не было. Джон закончил со своим романом, на следующей неделе должна быть презентация его творения, он ведь так старался! а в особенности над главным героем, что был почти как две капли воды похож на нашего журналиста. Да, он решил что Егор будет идеально подходить под его задумку, ведь, он такой же смелый, храбрый, добрый, но пожалуй только к писателю и его семье, со всеми остальными он... Амм, наверное, не самый добрый человек, он просто хорошо врёт и играет на публику. не суть в общем! его приятель красив, умён, да что скрывать, шатен ловил себя на том, что в наглую пялиться на своего старшего друга и этого его пугало. В начале. Сейчас он уже понял, что это явно не просто восхищение чужой красотой, что с одной стороны и было правдой. Он влюбился в своего, лучшего мать его, друга. Как же ему стыдно. И вот опять. Они сидят все вместе, пьют чай, Лукас как всегда: активный малый, бегает возле Лили. раньше он думал, что именно старшая из них двоих ему нравиться но как бы он себя не переубеждал, это не так. –Джоон! Ало гараж, я говорю, пойди помоги Егору убрать в зале, - сказала Лили, махая перед лицом шатена рукой, как бы намекая, чтобы тот вылез из своих мыслей. –А..? Да, да хорошо, сейчас! Лилилапушка не нужно на меня кричать,– сказав это он встал со своего места- в след услышав уже знакомое– Я же просила меня так не называть, Джон!- названный убрал чашку и выбросил пакетик с заваркой. хоть нехотя, но поплелся в зал помогать приятелю. Как же он сейчас был красив, в зале или гостиной.. хрен его, был только один источник света эта маленькая настольная лампа, что стояла возле дивана, её свет очень мягко рассеивался, падая на Егора, что был одет в черную домашнюю футболку у которой по рукавам и самой ткани с двух сторон шли тонкие белые полоски а по центру была какая то надпись на английском. Кстати подарил ему ее Джон, у писателя на лице появилась маленькая, но теплая улыбка, что приятель носит его подарок. Серые штаны, что были уже затерты на коленях, такого же цвета как и футболка носки, волосы были слегка растрёпаны, что придавало журналисту ещё большего домашнего уюта. Старший почувствовав на себе чужой взгляд, повернулся в сторону входа, где наткнулся на писателя. –Приятель ты меня напугал, знаешь ли. Помоги пожалуйста отнести эти коробки от пиццы и воон те стаканы,– указавши пальцем в сторону стоящих предметов на краю подлокотника- как скажешь, я мигом,– поспешно убрав стаканы при этом захватив с собой коробки, точнее только одну, вторую взял Линч. –Так, сейчас возьмём тряпки протрем стол и всё, можем быть свободны, может фильм посмотрим?—сказал журналист. —Да отличная идея,– отказывать своему возлюбленному приятелю было невозможно, по крайне мере писателю. Прошло уже пару часов, за это время ребята успели посмотреть фильм, а так же проводить сестру и племянника Егора. он конечно настаивал на том, чтобы они переночевали у него, но Лили настояла на своем- сказав, что ей завтра рано на работу уезжать. дальше они спорить не стали. Проводив сестру, ребята уселись на диване, под пледом, хоть в доме брюнета и было тепло, они решили, что он не помешает. На половине второго фильма который они решили посмотреть в жанре детектив, действие которого происходили в средневековье,наш журналист почувствовал, что еще немного и он отключиться он мира сего, в прочем долго он не думал, ребята сидели так, что блогер мог спокойной положить свою голову на пече шатена. При том, что брюнет был чуть выше очкарика. Второй названый же слегка испугался но не стал противиться, пусть хоть раз его приятель выспится. Только вот он не думал, что спать в такой позе Егору будет удобно, так, что было принято решение пересадить брюнета на колени, лицом к себе и обе ноги по разные стороны от писателя. Как только он выполнил свое действие, журналист обнял его обеими руками в области ребер, а свою мордашку уткнул в плече писателя, обдувая ее горячим дыханием. Егор не спал. Он просто наслаждался присутствием любимого дорого человека, пользуясь моментом. Джон зарыл свою ладонь в и без того растрёпанные локоны, начав массировать голову своего милого друга. У Линча мурашки по телу, ему до одури приятны эти прикосновения, как бы он хотел обо всем сказать этому парню, но тот был уверен, что его пошлют куда подальше, оборвавши все связи. Так что он молчал. До сегодня. А у писателя летела крыша, от такого журналиста, и ему становилось все жарче, толи от пледа, толи он горячего дыхания в области шеи. Одет он был к слову в белую футболку возле рукавов по внутренней части шли широкие черные полоски, что были и на самой футболке возле них, по центру была надпись на английском и разные, маленькие рисунки. Штаны были черного цвета с карманами по бокам штанов. А его волосы были завязаны Егором в маленьких хвостик. И его уже легендарные очки. У блогера сердце колотилось так, что готово было выскочить из груди, так, что оно отдавалось легкой болью в висках. –Джон.?-услышав свое имя писатель испугался, снова. –Ты чего не спишь, я тебя разбудил? Прости приятель,- в момент сказанного шатен перестал поглаживать голову журналиста, на, что получить разочарованный выдох– мм.. Джон, верни,- все ещё сонным голосом говорил брюнет, очкарик не сразу понял о чем речь, поэтому через несколько секунд его руку уже самостоятельно притянули обратно, это вызвало теплую улыбку на его лице, теперь он понял. Вернув поглаживая головы журналисту, что было удобно делать из-за отсутствия его очков на месте, ведь гоняться за Лукасом вместе с ними было не очень удобно, они постоянно слезали на глаза- ты, чего хотел то?–После сказанного Линч напрягся, сказать правду было страшнее чего либо на свете, для него сейчас, но казалось, что если он сейчас не скажет, не скажет никогда. –Джон, нам нужно поговорить. Я понимаю, что возможно все сказанным дальше я разрушу нашу с тобой дружбу, доверие, возможно ты захочешь меня ударить, но в любом случае я уже не могу. Джон, ты мне нравишься. И уже давно, я ничего не могу сделать с этим чувством, да возможно это омерзительно, противно, как я и говорил можешь меня ударить, или послать куда подальше. Ты мне нравишься не как друг, как парень– журналиста от волнения аж потряхивало, он все это говорил, все еще сидя лицом уткнувшись в плече парня, вдыхая его запах, потому-что поднимать глаза и видеть в них ненависть, брюнету хотелось меньше всего. –Линч, ответь мне, ты сейчас это говоришь серьезно?— шатен пытался говорить как можно чётче, не выдавая дрожи в голосе, а у зеленоглазого сердце, что должно находиться в области грудной клетки в раз упало куда-то вниз. В самую бездну. Но делать было нечего,–да, я говорю серьезно- обнявши писателя покрепче, будто если он сейчас его отпустит, он исчезнет, услышавши смешок со стороны нижнего– какой же ты идиот,- блогер в непонимании поднимает голову смотря на писателя, что глядел на него с такой любовью и нежностью, старшему казалось, что это все сон. Как только Егор поднял свою голову, Джон не стал медлить, а сразу притянул возлюбленного для поцелуя. Не такой какой показывают в кино, страстный, с напором, нет. Этот был таким мягким и нежным, что казалось ничего кроме котят на ум не приходит, а кто такой Егор Линч чтобы отказываться? Поддавшись своему желанию, и чувствам, что сидели в нем уже давно. Увы но воздух не вечен и парням пришлось отпрянуть друг от друга, первым оклемался Егор и затащив писателя в еще один поцелуй, переместив руки на его шею, а писатель поместил свои на талию журналиста, слегка сжав ее на, что получил довольное мычание прямо в губы. Такая милая картина писателю открылась, не передать словами, милое смущенное личико старшего, растрёпанные волосы, футболка, что съехала на одно плече, красные щеки и уши, зацелованные губы по краям которых помада успела размазаться. Их журналист всегда увлажнял вишневой гигиенической помадкой, что подкрашивала ему губы от чего они становились более насыщенного оттенка. Раньше писатель говорил, что мазать гигиеничкой губы это такое себе. Но теперь когда он мог целовать их пока журналист не перестанет соображать, он был согласен, что эта помадка как раз кстати. –Я мог только и мечтать о том, что ты ответишь мне взаимностью Егор, я так счастлив. Я люблю тебя. –Я тоже тебя люблю Джон. Парни еще несколько минут просто сидели и наслаждались друг-другом, писатель целовал блогера куда только доставал, в шею, ключицы, щеки, губы. А Егор на его действия только и мог, что с удовольствием отвечать на желанные поцелуи, все еще сидя со смущенной мордашкой. Фильм на фоне подходил к концу, видно в самом конце герои пошли на бал, ведь из динамиков ноутбука, что стоял на том столике возле дивана начали доноситься мелодии вальса. –Егор-позвал того писатель–танцевать умеешь? –Блогер поднял не совсем понимающий взгляд на своего парня, но прислушавшись он понял о чем тот говорит—обижаешь, конечно умею, а вы мистер Джон приглашаете меня на танец?-с лисьей улыбкой говорил старший. –А вы смышлёный мистер Линч. Встав со своего нагретого теплого места и слегка размявшись. Парни подошли поближе и в следующий такт мелодии начали кружиться в танце. Егор положил свое запястье на плече, младший же положил на талию. Настольная лампа давно не горела и комнату освещал лиш свет от экрана и лучи, что отражались от луны. я буду помнить эти танцы под луной. Глаза Егора в таком освещении становились еще более яркими, можно было даже сказать, что его глаза горели изумрудным цветом. горят глаза твои, когда со мной, танцуешь эти танцы под луной. Шаг, поворот, наклон и еще раз по кругу. поворот, наклон, объятья. Мелодия подошла к концу, а наши герои довольные закрыли ноутбук, решив оставить его здесь, уставшие но очень довольные они пошли отдыхать. Даже не став переодеваться, они завалились на кровать и уснули в теплых объятьях, Егор уткнулся в грудь Джону, закинув на него свою руку. Очкарик же обнял этот комочек, укрыв их одеялом. Всего один вечер в компании друг-друга нам понадобился чтобы осознать ценность таких моментов