Мы

      Всю ночь мне снились кошмары и воспоминания из детства. Я просыпался несколько раз, и утром безумно болела голова, но все же я был рад, что это закончилось.       Я дотянулся до телефона и зашел в группу класса, в которой висело непрочитанное сообщение. Я открыл фотографию, которую прислал кто-то из моих одноклассников, и понял, что это расписание уроков.       Я тяжело вздохнул, после чего встал с кровати и начал собираться в школу. Выйдя из комнаты, я сразу пошел на кухню и, увидев еду на столе, понял, что мама уже ушла на работу. Когда я взглянул на часы, я осознал, что уже опаздываю и, оставив завтрак нетронутым, побежал одеваться.

***

      Подходя к остановке, я понял, что автобус собирается уезжать, поэтому, перейдя на бег, я замахал руками, тем самым привлекая внимание водителя. Похоже, заметив меня, он затормозил и открыл дверь, а я мысленно поблагодарил его и пулей влетел внутрь. Мне пришлось ехать стоя, потому что весь автобус был забит пенсионерами, и каждое утро я задавался лишь одним вопросом: «Куда они только едут в такую рань?».       Когда я пришел в школу, до первого урока алгебры оставалось пять минут. Сдав свои вещи в гардероб, я уже собирался идти на урок, но резко остановившись, я понял, что не знаю, где находится нужный мне кабинет. Я вспомнил, что вчера Ира дала мне свой номер. Я засунул руку в карман брюк и нащупал там бумажку. Развернув ее, я быстро вбил номер Иры и нажал кнопку вызова. Уже спустя несколько секунд мне ответил мягкий женский голос:       — Алло?       — Ира, это Марк.       — Марк? — мигом оживилась девочка. — Не хочешь после уроков…       — В каком кабинете проходит алгебра? — перебил ее я, параллельно смотря на часы. До урока оставалось всего 2 минуты.       — В тридцать третьем кабинете, это на третьем этаже.       Она продолжала что-то говорить, но я бросил трубку и побежал на урок, не желая опаздывать.       Когда я уже поднимался по лестнице, меня остановила девушка. Дежурная, как я понял позже.       — Поднимаемся не по этой лестнице, — уставшим голосом проговорила она.       — Ну, минута до урока, пропусти, пожалуйста! — стал умолять я и, получив твердое «нет», быстро развернулся и побежал к другой лестнице, успев культурно сказать девушке, что она поступила неправильно, на что она также культурно сказала мне, что я мудак.       Преодолевая одну ступеньку за другой, я за несколько секунд оказался на втором этаже и уже собирался подниматься на третий, как вдруг прозвенел звонок. Я шепотом выругался и мысленно подметил, что нужно раньше выходить.       Оказавшись на третьем этаже, я начал бегать по коридору, ища нужный мне кабинет. Наконец отыскав его, я набрал в грудь побольше воздуха, пытаясь унять волнение, и постучал в дверь. С той стороны послышалось раздраженное: «Войдите».       — Почему после звонка? — спокойно спросила учительница с такой интонацией, что волосы на моем теле встали дыбом.       — Я новенький и не знал куда идти, — отдышавшись, ответил я.       — И? — она посмотрела на меня. — Это не причина для опоздания на три минуты.       Вообще я опоздал на две минуты. Но вслух я этого не сказал.       — Ты Марк, да? — поинтересовалась женщина, вновь уткнувшись носом в журнал.       — Да.       И она замолчала. Я почувствовал на себе взгляды своих одноклассников и подумал, что сейчас им смешно с этой ситуации. Отогнав от себя тревожные мысли, я спросил:       — Я могу сесть за свое место?       — Можешь, — наконец заговорила учительница. — Но глаза я закрыла только на первый раз.       Я кивнул и прошел к своей парте, понимая одну вещь: мы с ней не поладим.       Усевшись и разложив все нужные мне вещи на парту, я записал в тетрадь сегодняшнюю дату и словосочетание «Классная работа», после чего снова получил бумажку от Иры, на которой было написано:       «Противная она у нас?»       Вместо того, чтобы написать ей что-то в ответ, я просто кивнул. Она улыбнулась мне и опустила глаза в тетрадь.       Спустя тридцать минут урока ко мне в голову пришла мысль. Я открыл середину тетради и вырвал 2 листа. Ира, услышав звук, посмотрела на меня, затем на лист, а потом продолжила решать пример.       Я быстро, но в тоже время аккуратно, чтобы Ира смогла разобрать мой почерк, написал на листке:       «Можешь провести мне мини экскурсию по школе? Ну, типа, рассказать и показать где что проходит?».       Получив записку, Ира быстро прочитала ее и ответила:       «Могу, конечно. Давай после второго урока? Там просто пятнадцатиминутная перемена».       Я снова кивнул, после чего мы оба уткнулись в свои тетради.       После второго урока мы, как и договаривались, пошли изучать мою новую школу. Точнее, изучал ее только я.       — Думаю, что на первый и второй этаж мы не пойдем. Про них я тебе просто расскажу, — сказала Ира, выходя из кабинета.       — Почему?       — Там началка. В тебя может прилететь что-то, ну…или кто-то, — удивительно спокойно ответила она. — Что ж, начнем! Физ-ра и кабинет технологии для мальчиков находятся на первом этаже. У нас два спортзала, и один из них рядом с кабинетом технологии. Ты, наверное, их уже видел, да?       Я кивнул.       — Вот, уже что-то знаешь. Медпункт и столовка прямо на входе. На втором этаже у нас только физика и информатика, это двадцать шестой и двадцать седьмой кабинеты. Они находятся в длинном коридоре, там еще справа учительская, кабинет директора, секретаря, ну, и всякие подобные штуки. А остальное я тебе покажу. Пойдем! Ира хотела взять меня за руку, но я вовремя убрал ее в карман. На лице Иры промелькнула грусть, но она сразу же потерялась за натянутой улыбкой.       Мы уже были на третьем этаже, поэтому просто пришли в один конец коридора и пошли в другой. Я внимательно слушал Иру, стараясь все запомнить, потому что такого позора, как сегодня, я больше не выдержу.       В итоге весь третий этаж мы обошли примерно за три минуты.       Я запомнил, что на нем проходили такие уроки, как алгебра, геометрия, русский, литература, география, химия и ОБЖ.       Далее мы поднялись на последний четвертый этаж. На нем мы уложились намного быстрее, потому что здесь проходили всего четыре урока: английский язык, биология, история и обществознание. А последние два проходили вообще в одном кабинете.       Наконец закончив, Ира остановилась и посмотрела на меня:       — Вроде все, — заключила она.       — Спасибо.       — Да не за что. Обращайся, если еще что-то нужно.       Как только она договорила, прозвенел звонок, и мы побежали на географию. Благо учительница пришла через две минуты после звонка и не заметила нашего опоздания.       География никогда мне не нравилась, хотя с какой-то стороны она довольно интересна. Я собирался приступить к своему любимому занятию — смотрению в окно. Но в последний момент решил заняться другим.       Первым делом я посмотрел на Иру, отмечая, что ее внешность очень приятная. Мягкие женственные черты лица, аккуратный нос и розовые щеки, покрытые еле-заметными веснушками. Темно-рыжие волосы, собранные в неаккуратный пучок, светились на солнце и становились ярче. Небесно-голубые глаза смотрели на учительницу, и читался в них явный интерес ко всему, что она рассказывала.       Потом я посмотрел на третий ряд и глазами нашел парня, на которого вчера кричала Валерия Макаровна. Женя, кажется. У него, противоположно Ире, были острые и грубые черты лица и ярко выраженные скулы. Волосы под ноль три миллиметра, но все же было видно, что они темные. Его глаз я не видел, но мог бы предположить, что они серые. Все время Женя разговаривал со своим соседом по парте, и в какой-то момент он, похоже, почувствовав на себе мой взгляд, посмотрел на меня, и наши глаза встретились. Я быстро отвернулся.       Еще какое-то время я разглядывал своих одноклассников, но вскоре мне это надоело, и я все же начал смотреть в окно, считая минуты до конца урока.       После шестого урока мне захотелось сходить в столовую, так как я проголодался. Я подходил к младшим классам и просил еду у них. В своей прошлой школе я делал так постоянно, но в этой почему-то все были слишком голодными и не отдавали свои порции. Отчаявшись, я сидел за столом и думал о том, чтобы идти готовиться к уроку. Вдруг ко мне подошла пожилая женщина:       — Будешь? — спросила она, протягивая мне тарелку, на которой лежала картошка с котлетой.       — Буду, — сразу ответил я. — Спасибо вам большое!       — Да не за что, — с улыбкой ответила женщина. — А то малыши не доедают, а девать некуда. Выбрасывать то жалко…       Еще раз поблагодарив ее, я наконец-то начал есть, но пришлось это делать быстро, потому что звонок должен быть уже через шесть минут. Доев, я отдал тарелку посудомойщице и потянулся в карман рюкзака для того, чтобы достать жвачку. Но вместо нее я нащупал там свернутую бумажку. Я развернул ее и прочитал:        «Приходи после уроков за школу один». Ира.       Идти не хотелось, но с другой стороны, я нормально не отблагодарил ее. Также мне вспомнился наш сегодняшний разговор по телефону, когда я спрашивал про кабинет математики. «Не хочешь после уроков…», а я перебил ее, не дав договорить. Я решил пойти.       Как только прозвенел звонок с восьмого урока, я побежал в гардероб, желая быстрее поговорить с Ирой и пойти домой.       Когда я пришел на задний двор, никого не было видно, но через несколько секунд сзади меня послышались шаги. Я резко обернулся.       — Привет, — с ехидной улыбкой проговорил Женя.       Только после этого я вспомнил, что почерк на этой записке не похож на Ирин. С ним было еще два парня, один из которых был Жениным соседом по парте. Когда я понял, что настроены они совсем недружелюбно, я рванул с места, пытаясь сбежать, но один из парней грубо остановил меня и вернул обратно.       — Ну ты чего? — спросил Женя все с той же улыбкой. — Мы же просто поговорить хотим.       — Да что ты, — съязвил я. — Все трое со мной поговорить хотят?       — Да, — произнес Женя и подошел поближе ко мне. От него пахло дешевыми вонючими сигаретами. — Ира тебе не рассказывала, что у нас в классе есть традиция?       — Нет.       — Значит, расскажу я, — его глаза сверкнули недобрым пламенем, и я понял, что угадал с их цветом. — Все пацаны в нашем классе, а в особенности новенькие, проходили,       — он запнулся, подбирая нужные слова, — что-то типа обряда посвящения.       — Поздравляю, — произнес я, стараясь скрыть страх. — А я тут причем?       — Ты или тупой, или ахеренно прикидываешься, — сказал Женин сосед по парте.       Женя поднял руку, приказывая парню замолчать.       — Видишь ли, Марк, — начал он, — ты только пришел, а уже влюбил в себя Иру…       — Это неправда, — перебил я.       Женя пожал плечами.       — Думай, как хочешь. Ну так вот, если ты думаешь, что будешь тусоваться с Ирой и никто о тебе ничего не поймет, то ты ошибаешься. Пидоров издалека видно, — последнюю фразу он произнес с явной неприязнью и брезгливостью.       Я поморщился от отвращения. Стараясь совладать с собой, я уверенно произнес:       — Я не гей.       — Поэтому у тебя сережка в брови? — спросил второй Женин друг.       — Это ничего не значит.       Женя и его друзья рассмеялись.       — Надеюсь, ты не обидишься, — произнес он, когда успокоился, и сразу после этого врезал мне в печень.       Я скривился от боли и согнулся, держась за живот. Не успел я отойти от предыдущего удара, как мне прилетел новый в ноги, после которого я упал. Сопротивляться было бесполезно. Во первых я не умел драться, а во вторых их трое, а я один.       Я вспомнил, что нужно закрывать голову, поэтому я так и сделал. Но Женя и не собирался бить меня по лицу, а уж тем более по голове. Он просто пинал меня, бил по спине, по рукам, ногам и всему до чего дотягивался. У меня не было сил кричать, поэтому я закрыл глаза и прикусил губу от обиды, стараясь не разреветься.       Через гул в ушах до меня дошел звук открывающегося рюкзака, но сейчас мне было все равно. Я просто ждал, пока это все закончится.       — Хотел бы я еще вырвать из твоей брови эту отвратительную сережку, да лицо портить не хочется, — закончив, проговорил Женя. — Скажи спасибо.       — Пошел на хуй, — прохрипел я, получив еще один удар после этих слов. Женя харкнул на землю, и плевок приземлился в нескольких миллиметрах от меня.       Перед тем, как отключиться, я видел три удаляющиеся фигуры и разбросанные на траве вещи.

***

             Я распахнул глаза, когда почувствовал, что кто-то слегка брызнул в меня холодной водой.       — Видишь? — раздался откуда-то сверху женский голос. — Я говорила тебе, что это не бомж       — Ну, издалека похоже было, — ответил ей мужской голос.       — Эй, — сказала девушка, щелкая пальцами перед моим лицом. — Все хорошо?       — Да, — соврал я.       Я перевернулся на спину и повернул голову влево, фокусируя взгляд на девушке. Черные, как ночное небо, волосы были длиннее, чем у Иры, и доставали примерно до пояса. У нее был кривой нос с большой горбинкой. Внешность девушки была очень необычна, и я понял, что она нерусской национальности. Ее карие глаза с каким-то беспокойством смотрели на меня. Я узнал ее. Это моя одноклассница. Ее, как и остальных, я также разглядывал на географии, но особо не заострял внимание. С помощью логики я догадался, что парень, чей голос я слышал, ее сосед по парте, потому что на всех переменах они были вместе. Его я тоже уже видел.       — До дома дойти сможешь? — наконец подала голос девушка.       — Да, — снова повторил я и попытался сесть, но сделать это получилось не с первого раза. Все тело жутко болело, но меня волновало только одно. Поэтому я спросил: — У меня нет ничего на лице?       Девушка, еще раз вглядевшись в мое лицо, заключила:       — Около губы есть немного крови, а так все чисто.       Я с облегчением выдохнул.       Я встал, держась за стену и девушка, которая все время сидела передо мной на корточках, поднялась вслед за мной.       — Я Юля, а это, — она показала на парня, который складывал мои вещи, выброшенные кем-то из Жениных друзей, в рюкзак, — Дима. Ты Марк, да?       Я кивнул, словив чувство дежавю, так как учительница математики на первом уроке спросила тоже самое.       Дима подошел к нам и, не сказав ни слова, отдал мне рюкзак. Я поблагодарил его, а он лишь улыбнулся в ответ.       — Где ты живешь? — спросила Юля.       — Я могу дойти сам, — начал я, понимая, к чему она клонит.       — Кому ты врешь? — ухмыльнулась девушка. — Ты сесть кое-как смог.       Я хотел возразить и сказать, что она неправа, но открыв рот, не смог ничего сказать, так как понимал, что она права. Я сообщил ей адрес и она, ненадолго задумавшись, сказала:       — На автобусе ехать всего пятнадцать минут если пробок не будет. Мы тебя проводим, — увидев, что я снова хочу сказать о том, что смогу дойти сам, она добавила: — Если грохнешься по дороге, то уже некому тебя будет в чувства привести. У тебя мама есть?       — Юля, — раздраженно позвал девушку Дима.       Она отмахнулась:       — Подожди, — она посмотрела на меня. — Ну так есть?       — Есть, — ответил я, не понимая, чего она хочет.       — Ну вот, представь себя на месте своей мамы. Твой сын утром ушел в школу, а потом он не вернулся домой из-за того, что по дороге упал в обморок или споткнулся. Еще и на звонки не отвечает. А если мы будем рядом, то если что дотащим, — через долю секунды она добавила: — Только номер квартиры скажи.       Я понял, что спорить с ней бесполезно, поэтому согласился.       Когда мы вышли с территории школы, Юля достала из кармана пачку сигарет и, вытащив одну, положила в рот. Дима достал зажигалку и зажег сигарету, а Юля закурила. Выдохнув дым, она передала сигарету Диме, потом посмотрела на меня и спросила:       — Что с тобой случилось-то?       Мне не хотелось говорить правду, потому что я считал, что они посчитают меня слишком жалким из-за того, что я не смог себя защитить. Но в то же время я понимал, что не смогу придумать ложь, поэтому рассказал все, как есть.       Когда я закончил свой рассказ, мы уже дошли до остановки, где стоял автобус, поэтому только зайдя внутрь и усевшись на свободные места, Юля с отвращением сказала:       — Опять он со своими подсосами докапывается до всех подряд.       — Значит, он не врал, когда сказал, что есть некий «обряд посвящения»? — спросил я.       — Он это ТАК называет? — впервые за долгое время подал голос Дима. — Смешно.       Я в недоумении уставился на него.       — Нет никакого обряда, — на последнем слове он усмехнулся. — Ему это просто удовольствие приносит. Его отец довольно важный человек, поэтому за его выходки он не получает никакого наказания. Он с первого класса ко всем пристает.       — Причем не только к нашему классу, — добавила Юля. — У меня есть подруга в параллели, так вот к ней он тоже приставал. Девочек он не бьет, но может обозвать и…ну, ты сам понял.       Я не понял, но решил не переспрашивать. После этого наступила тишина       Всю оставшуюся дорогу мы ехали молча, и чтобы скоротать время, я начал заниматься тем же, чем занимался сегодня на географии. Я стал разглядывать людей.       В какой-то момент очередь дошла до Димы. Я сразу заметил, что он, как и Юля, очень худой. Он сидел боком ко мне, рядом с Юлей, и я подметил его идеально ровный нос. Зеленые глаза, напоминающие листву на деревьях, смотрели на переднее сиденье не моргая. Интересно, о чем он думает? Далее я перешел к волосам. Каштановые, чуть кудрявые волосы были длиннее, чем у других парней в нашем классе, и доходили до середины шеи. "Цвет волос почти как у меня, но чуть темнее", — заметил я.       Когда я понял, что рассмотрел всех людей, что находились в автобусе, я повернул голову и уставился в окно, наблюдая за сменой уже знакомых мне пейзажей. Ребята проводили меня прямо до двери квартиры, игнорируя мои слова о том, что я способен дойти сам. Я снова поблагодарил их, и мы попрощались.       Первое, что я сделал, когда зашел домой, снял кофту и стал рассматривать себя перед зеркалом. На спине, руках, ногах и животе красовались синяки и ссадины. Я обработал раны и помазал некоторые из них заживляющим кремом, после чего надел кофту с длинным рукавом для того, чтобы мама не заметила раны на руках.       Впереди было два выходных, и я радовался тому, что целых два дня не увижу Женю и его друзей, Иру, учителей. Мне не хотелось видеть никого.       Через время я услышал звук открывающейся двери и понял, что это мама вернулась с работы. Я отвернулся к стене и притворился спящим. Ее мне тоже видеть не хотелось.