Одинокий паренек в компании одинокого праздника

      Не у всех бывают хорошие отношения с родителями, не все братья или сестры готовы помочь тебе в беде и не все друзья просто так пригласят вас отпраздновать всеми любимый праздник Новый год вместе. Всё началось с их зарождения крепкой дружбы. Но начнем сначала.       Ли Минхо — человек ненавидящий переезды. Он жил в маленьком городке, в 4 часах езды на автобусе до мегаполиса. Он учился в школе так же, как и обычные дети, пока его родители не рассказали про переезд поближе к городу для лучшей работы. У него было всё: друзья, любимый человек, кружок, который стал вторым домом и порой из него не хотелось выходить. Благо родители предупредили его за достаточно большое время, и парень смог хоть как-то пережить эту информацию и подготовиться морально. Да, пришлось через многое пройти. Были крики, скандалы, ужасные ссоры, из-за которых Минхо иногда сбегал. Время шло, и наступил день переезда. Новая школа, новые одноклассники и не единого знакомого. Минхо не нравились шептания его одноклассников, не нравились любопытные взгляды, а особенно предостережение его одноклассника по поводу одной девочки. Да плевать ему на нее хотелось, ни тела, ни рожи, и спрашивается: почему на нее все залипали? Он был максимально отстранен, вел себя тише воды, ниже травы, учился хорошо и даже отлично, чем ненароком накликал на себя дурацкое прозвище «Красивый ботан». Да, что многие девушки клали на него глаз, известно было не только самым крутым, но и самому Ли. Ему хватало увидеть заинтересованный взгляд человека, и он сразу понимал, что тот думает. Это раздражало. Большой, казалось бы, культурный город, а тут это. Минхо вновь пожалел, что согласился переехать. Ему было скучно одному. Много кто предлагал подружится и начать общаться, но почему-то Минхо отказывался. Не его это люди. Ну не тянет. И он долго отпирался от предложения его матери снова заняться танцами. «Это ведь было твое любимое занятие, — говорила она и с таким взглядом смотрела на сына, что тот просто вздыхал». «Было, — думал он про себя, но все равно согласился». В городе было очень много танцевальных студий, как и профессиональных, так и любительских, но именно этот почему-то привлек внимание больше всех. Наверно, крутой программой, на каком-то празднике, где танцоры показали себя не только круто, но и так легко. Минхо резко вспомнилось, как он так же выступал в команде и чувствовал наслаждение от этого занятия. Сейчас всё по другому, но все же он пришел. Он был не самым старшим, но и не младшим. Его более менее приняли тепло и сразу же впихнули в рисунок танца, совсем забив на то, что самих движений он не знает. Однако, когда он повторил все движения четко и уверенно только заиграла музыка во второй раз, все удивились. Да, он новенький в команде, но не в танцах. Хореограф не ожидал от него такого, поэтому выпучил глаза и улыбнулся, хваля его, а Минхо приятно. Ему всегда нравилась похвала. Он сразу таял, как снежинка, превращался в лужицу, его уши краснели, а сам он смущенно улыбался и чесал затылок. И собственно к чему все приводится? А к тому, что к парню стали гораздо теплее относиться. Минхо чувствовал искренний интерес людей в команде к своей персоне и в душе мурлыкал довольный кот. Казалось бы, всё хорошо, но тут произошла непредвиденная ситуация.       Тренировка, время растяжки, все стоят в выпаде на левую ногу, параллельно болтают и тут резко заходит тема, кто, в каком классе.       — Ну, я в 10, — ответил один довольно красивый паренек.       — Ты в 10? — шокировано спросил Минхо. Он думал, что тот в 11 классе, а то уже и студент, а они оказались почти одногодками.       — Да, и что? — как-то резко ответил тот. Это показалось Ли грубо, поэтому он лишь кивнул для себя и повернулся к зеркалу. Не больно-то и хотелось начинать общение с кем-то из команды. Поэтому все остальное время он молчал, как и прежде, был отстранен и немного холоден. Да, так продолжалось долгое время, но что-то начало крутиться, вертеться и смешиваться. Минхо понемногу стал открываться и нормально общался с многими из команды, в том числе и тем парнем, но именно с ним держал дистанцию, потому что не хотел, если что надоедать. Пролетел год. Минхо уже был студент, но все так же ходил на танцы именно в ту студию, потому что успел привязаться. Однако, когда пришел на новый учебный год, никого из старого коллектива не встретил, кроме него. Хенджина. Да, тот самый паренек, что ответил грубо. Они единственные остались со старого коллектива, самые умелые и продвинутые и старшие. К ним пришли люди и с 9 и с 10 классов, кто-то вообще из 8, что немного напрягало. Лишь пару из них были комфортные в общении. Все закрутилось еще сильнее и быстрее. Хенджин с Минхо сдружились очень сильно, понимая то, что не могут ни на кого положиться, кроме друг друга. Они стали проводить больше времени в компании друг друга. Поостыл тот жар с их первого разговора и даже вроде забылся. Минхо нашел первого человека, который стал ему близок, впервые за два года проведения в этом городе. Они вместе участвовали в фестивалях, ставили дуэты и просто веселились. Было просто хорошо.       Вот они друзья уже больше 2 лет. Минхо заканчивает учебу в хореографическом университете, а Хенджин заканчивает 2 курс. И теперь у них не танцевальный кружок, а полноценные тренировки в универе, иногда совмещенные. И именно такая выпала им, где они почти целых 3 часа могли проболтать без умолку, но что-то явно пошло не так. Хенджин был без настроения целый день. Это замечал Минхо, но из-за своего бешеного расписания не мог и вдохнуть. И лишь сейчас, быстро подползя к младшему, Минхо оглянулся на преподавателя и вновь посмотрел на друга.       — Что случилось? — спросил он, немного наклоняя голову, чтобы заглянуть в глаза младшего.       — Опять родители мозги клюют по поводу Нового года, не знай сколько лет здесь живут, а до сих пор не покатались по ночному городу, еще и Чан уезжает к друзьям, — тихо проговорил Джин, садясь в бабочку на разминке.       — И ты один будешь на Новый год? — уточнил Хо и получил кивок.       — Минхо, дашь списать историю? — тут подполз одногруппник Минхо и состроил такие щенячьи глазки, чем заставил старшего обратить на него внимание.       — Окей, только поменяй местами пункты в перечислении фактов, иначе и мне по шапке надают, — сказал он, а тот начал болтать, не прекращая. Минхо и не обратил внимания, как Хенджин отполз немного назад и опустил голову. Потом они не разговаривали из-за того, что слушали хореографа, а потом и вовсе разошлись после тренировки по домам. Минхо порой поглядывал на друга и убеждался, что тот пока что в порядке, но его грустный и чуть ли не заплаканный вид очень тревожил Ли и делал больно.       Придя домой, Минхо завалился на диван и вымученно промычал, чувствуя, как гудят ноги и болит спина. Он немного прикрыл глаза и лишь сейчас вспомнил состояние друга и свой косяк, который заставил треснуть себя по лбу. Заглядывая в телефон, парень смотрит, не писал ли Хенджин что-то после этого, и лишь вздохнул. @LeeMinho Джинни, ты как?       Написал Минхо. Младший тут же зашел в сеть, но прочитал и просто проигнорировал, чем напряг Минхо. @LeeMinho Джинни?       И снова игнор. Выключив экран, Ли откинул телефон на диван и почесал лоб от безысходности. По нему будто пробежал ток, из-за чего он напрягся и прошипел.       За последние пару месяцев так происходит уже не первый раз, когда Минхо не специально обращает внимание на кого-то другого. И хоть раньше Хенджин на это мало как реагировал, старшему всё же потом было необычайно неловко, поэтому и просил прощения после. @HwanHyunjina Мы потом можем поговорить?

***

      Весь день они проходили мимо друг друга молча. Минхо пытался что-то сказать, поздоровался, но младший вновь проигнорировал и даже не посмотрел на друга, чем сводил его с ума.       Что касается Хенджина. Парень занимался танцами с того же года, что и Минхо, но пришел на несколько месяцев раньше. Однако хороших друзей так и не нашел. Лишь после прихода Минхо в нем что-то щелкнуло, и он начал как-то проявлять себя, чтобы привлечь его внимание. Именно его, почему-то. Наверно потому что старший отлично танцевал, его навыки удивляли и сам внешний вид говорил, что он человек хороший, но не слишком общительный. Так и получилось. Почти год они никак не могли подружиться, Минхо был отстранен, а Джин не знал, что делать, чтобы как-то к нему приблизится. Тот, как кот шипел, его шерсть вставала дыбом и он медленно пятился назад, никого к себе не подпуская. Это сравнение умиляло младшего. И как же ему было грустно, зная, что они со старшим в разных школах. Если бы случилось совпадение, и они все же учились в одной школе, было бы легче начать общаться. Это бы имело два итога: его бы начали замечать, потому что Джин общался бы с одинадцатиклассником, и, в принципе, общался с Минхо, и именно так они могли бы сблизиться. Но со временем, все в команде начали сближаться, понимая, что им нужно еще по крайней мере год сотрудничать и работать друг с другом. Это радовало парня и мотивировало, заставляло его работать гораздо сильнее и усерднее. Конечно, со старым коллективом он не сливался. Если у остальных был более менее схожий стиль танцев, то у Хенджина, из-за его утонченного и стройного тела стиль гораздо отличался резкими или слишком плавными движениями. С каждым разом его тело становилось гибче, сильнее, то же происходило и с лицом. От тренировок, нехватки времени на поесть и малого количества отдыха его лицо становилось более очерченным. Пухленькие щечки немного похудели, скулы и линия подбородка заострились, прояснился взгляд. Но самому парню эти изменения были не видны. Он лишь старался изо дня в день, чтобы не быть неумехой на фоне хена. И это ли повлияло на их дальнейшие взаимоотношения или что-то другое, но они начали хорошо общаться. Даже очень хорошо. С каждым разом, с каждым новым разговором и новой историей из жизни парни становились к друг другу теплее и дружнее, даже теснее в какой-то степени. Старший до невозможности комфортный в общении, Хенджин восхищался им еще и как обычным человеком, а не только, как танцором. Мелкие, но такие значительные для младшего действия со стороны Минхо просто заставляли сердце парня трескаться от радости и некого удовольствия. Ли был внимателен, осторожен, всегда говорил правду мягким тоном, но та самая капля сарказма делала его немного дерзким, что абсолютно точно иногда сводило с ума Джина, особенно, если старший на кого-то злился. Если так послушать, то можно подумать, что Хенджин влюблен. Он и сам не знает. Просто Минхо слишком притягателен и обворожителен. Вообще во всем просто виноват Минхо. В бессонных ночах, в бегущих мурашках, в безумно быстром бьющемся сердце. Из-за его глубокого взгляда с теплой искрой Хенджин готов плавиться, из-за крепких теплых рук старшего, что касаются младшего, Джин сыпется. Хван уже не уверен, что это нормальная реакция на взаимоотношения друзей. Хван не уверен, что его отношение к Минхо дружеское.       Он понимает, что влюбился лишь тогда, когда приходит на первое занятие в новом году. Никого снова не зная, он немного нервничает и понимает, что остается один. Он никого не замечает из старого коллектива и лишь жмется в первой линии на разминке. Хореограф представил новеньких, и оказалось, что все из стареньких ушли из-за учебы в высших учебных заведениях и нехватки времени. В груди съедает тоска, и он по привычке смотрит в зеркало в противоположный угол зала, где раньше стоял Минхо и лишь огорчается сильней, не видя знакомого лица. Они разминаются и начинается растяжка, в которой Хенджин силен побольше многих и, сидя в «лягушке», утыкается в свои руки, закрывая глаза. Он лишь через время чувствует теплые руки на своих бедрах, которые его тянут вниз, и мягкий голосок с усмешкой, который говорит:       — А что это мы не тянемся? — Хенджина тут же что-то ударяет, и он резко поднимает голову, смотря на то, как Минхо нависает над ним и так же смотрит в зеркало на младшего с легкой ухмылкой.       — Хен! — воодушевленно вскрикнул Джин и улыбнулся. Радость разлилась по телу вместе с теплом от рук, и он немного повернулся в его сторону. Он резко вспоминает про руки хена, и его кончики ушей начинают гореть от смущения. Его ладони так хорошо смотрелись на бедрах младшего, что он невольно на них засмотрелся и опомнился лишь тогда, когда Минхо начал говорить.       — Новый коллектив? — спросил Минхо шепотом у младшего прямо в ухо, а тот громко сглотнул от такого томного голоса и полностью расслабился в руках старшего, неуверенно кивая.       — Я думал, я остался один, — проговорил он и вздохнул то ли с облегчением, то ли с расстройством от того, что Ли убрал руки и сел в лягушку рядом.       — Только если в следующем, этот год я еще похожу, — проговорил Минхо.       — В смысле? — спросил младший.       — Я поступил на хореографический, максимум, что я смогу здесь делать, так это работать хореографом, — посмотрев на своего хореографа, Ли усмехнулся и перевел взгляд на младшего, что покивал и опустил голову. — Эй, Джинни, — тихо позвал Хо и прикоснулся пальцем к щеке младшего, который поднял грустный взгляд. — Ты чего?       — Это последний год нашего общения? — посмотрев в глаза старшего, Джин оглянулся, чтобы убедиться, что их не слышат, и вновь глянул на парня. Минхо усмехнулся и качнул головой, понимая, чего именно боится младший.       — Я могу предложить тебе поступить в тот же вуз, что и я, но даже если не захочешь мы можем поддерживать связь и дальше, — вопросительно кивнул Ли и узрел, как в глазах Джина загорелись искры счастья. Воодушевленно покивав, Хенджин улыбнулся во все тридцать два и довольно устроился на месте, как кот, пока по животу разнесся странный трепет от некого предвкушения. Именно это показалось ему не то странным, как подозрительным, а реакция на руки старшего? Все это заставило Хенджина покопаться в себе и попробовать разобраться в своих чувствах. С каждым днем парень понимал все больше и больше, что он и правда влюбляется, особенно тогда, когда невольно засматривается на профиль старшего, его руки или шикарные накаченные бедра, губы или шею. Он тонул в своих чувствах и так тщательно скрывал свои дрожащие руки, когда Минхо касался их. Хенджин полностью скрывал реакцию своего тела на прикосновения старшего или его разговоры. Даже обычные беседы с ним казались полнейшей мукой и испытанием, потому что приходилось держать себя в руках, чтобы не раскраснеться или не упасть от гребенной ухмылки Ли.        Конечно, со временем такая реакция прошла, Хенджин научился держать себя в узде, но его чувства только возросли, и теперь он казался таким ненасытным. Ему так не хватало того прежнего внимания старшего, потому что в группе Ли с какого-то перепугу появился он, Хан Джисон, похититель всех разговоров, всего внимания и всего того смеха. Минхо начал больше проводить времени с Джисоном нежели с Хенджином, что дико бесило младшего. А еще что бесило, так это взгляды Минхо на Джисона. Таким взглядом Минхо смотрел только на Хвана. Таким теплым, заботливым, нежным. Хенджин разрывается внутри. Он не хочет делить Минхо с кем-то еще. Он бы все сделал, лишь бы не допустить большего сближения Минхо и Джисона.       Сделал бы, но не сейчас, когда в его жизни происходит полнейший кошмар. У всех с возрастом начинаются ссоры с родителями. Они это скидывают на переходный возраст. Может и так, но у Хенджина почему-то этот возраст начался на 2 курсе, когда ему уже 19-20 лет. Да, из-за оценок не цепляются. Теперь цепляются из-за упрямого характера, нежелания что-то делать или из-за не тех знакомых, которые должны быть. Ты не с тем общаешься. Ты не так общаешься. Да как ты разговариваешь? Почему ты не хочешь идти с нами? Куда ты уходишь? Почему так поздно? Где ты был? Чего ты сидишь без дела? И еще много-много вопросов, которые противоречат друг другу. И ладно, будь это одни родители, но Хенджина добивает поведение брата, с которым они были не разлей вода. Только тот связался с какой-то компашкой, он пропал из дома, начал гулять допоздна или вообще не приходить, поддакивает родителям, когда ругают Хенджина, и конечно же за брата ругают парня, который уже не выдерживает этого. Раньше он находил утешение в Минхо, а теперь и тот стал отдаляться. От этого всего хочется просто закрыться, спрятаться и переждать тихо и спокойно, чтобы выйти и не оказаться мишенью, в которую летят все стрелы этой суровой жизни.

***

      Игнорировать старшего для Хенджина оказалось гораздо сложнее, чем он думал, и каждый раз, когда он видел Ли, хотелось подойти дать подзатыльника или еще чего пожёстче и уйти гордой походкой, пока его руки дрожали бы от волнения и гребанного страха. Написать про разговор он решился не сразу. Так же с дрожащими руками, слезами на глазах от невыносимой боли, но он все же пригласил старшего на разговор, уточнил где и тут же начал стараться успокоиться, чтобы при встрече не выглядеть потрёпанным.       На месте уже был Минхо и, поворачиваясь из одной стороны в другую, высматривал друга, который шел, глядя на землю. Подойдя ближе, Джин вздохнул и все же поднял голову. Он точно не знал, как сейчас выглядит, потому что даже в зеркало не хотел смотреть, но в глазах старшего увидел взволнованность.       — Я начну сразу, — проговорил Джин и посмотрел в сторону, чтобы держать себя в руках. — Меня бесит Джисон и то, как он постоянно на тебя вешается. Меня расстраивает, что ты забываешь про меня в его присутствии и даже не обращаешь внимания на то, как я себя чувствую. Я сейчас могу показаться самолюбивым или кто там постоянно думает только о себе, и мне на это абсолютно плевать, потому что я не хочу снова остаться один, — младший посмотрел красными глазами на старшего и опустил голову, вздыхая и чувствуя, как самообладание теряет контроль над эмоциями. — Мы знакомы с тобой, Минхо, больше трех лет, да это не так много, но ты для меня один из самых важных людей в моей жизни, единственный хороший друг, но сейчас я не чувствую твоего присутствия в моей жизни, а моего присутствия в твоей, я остался один. Брат изменился и пропадает из дома, с родителями стали ссориться, и я так же не чувствую тепла, а теперь ты стал зависать с Ханом, не обращая никакого внимания на меня, будто я пустое место, — уткнувшись носом в воротник куртки, Джин немного всхлипнул. Минхо готов был провалиться под землю от стыда и чувства вины. Он слушал внимательно, не перебивая, но когда увидел, как младший начал тихо плакать, совсем сгорел и подошел ближе, но младший вытянул руку и вздохнул, выпрямляясь. — Можешь посчитать мои слова чем угодно, но я не готов и не хочу делить тебя с Ханом, ты единственный, кто мне дорог больше жизни.       — Прости меня, Джинни, я…       — Не нужно сейчас ничего говорить, я слышу твои извинения уже в сотый раз. Просто давай сделаем вид, что ничего этого не было, но ты запомнишь мои слова и то, что я чувствую, я не буду ставить никаких условий по типу: «если ты сделаешь так еще раз, я перестану с тобой общаться», нет, я буду пытаться с тобой общаться, пока ты сам меня не кинешь окончательно, а там как пойдет, вспомнишь ты про меня или нет, это уже твое дело, — слабо улыбнувшись, Джин быстро протер щеки и, кивнув, стал отходить назад.       — Джинни, не хочешь вместе отпраздновать Новый год? — чуть громче спросил Минхо вслед другу. Тот остановился и немного развернулся, видя, как старший подходит ближе. — Раз твои родители уезжают, а брат к друзьям уходит, может тогда придешь ко мне и вместе отметим? Согласен? — предложил Ли и слегка улыбнулся.       — Согласен, — кивнул Джин и ответил на улыбку старшего улыбкой. Искренней, теплой, но слегка с грустинкой. Минхо подошел еще ближе, смотря прямо в глаза друга, и, вздохнув, сделал то, что так не ожидал Хенджин. Так тепло и нежно Ли просто обнял младшего и уткнулся ему в плечо, чем заставил того вздрогнуть. Джин еще не сразу понял, что случилось, но когда до него наконец дошло, он рвано вздохнул и неуверенно обнял старшего в ответ.       — Я рад, что ты согласился, и прости, — пробурчал Ли. Это лишь заставило Хенджина сжаться и крепче обнять друга. По лицу неосознанно скатились пару слезинок и скрылись на шее. Говорить что-то про сердце младшего, которое начало биться в сотню раз быстрее, чем обычно, не получается. Хенджин молился, лишь бы Минхо не услышал и не почувствовал, как он сходит с ума. Ему было одновременно и плохо, и хорошо и все ухудшилось бы сильнее, если бы Минхо не отошел. Он немного улыбнулся и кивнул на прощание, сразу поворачиваясь, чтобы уйти.       Минхо уже был далеко и спокойно шел прочь, пока Хенджин стоял и пытался отойти от непривычного чувства близости со старшим. Как он помнил, они до этого ни разу нормально не обнялись. Обнимались только при встрече и то, это объятием то и не назвать. А сейчас полноценное объятие заставило парня застыть.       Дальше все ухудшилось. Точнее поменялось. Минхо стал более тактильным, чем сводил с ума младшего. Хенджин любил прикосновения старшего, но если раньше их был в меру нормально, то сейчас их был избыток. Их было слишком много для обычного уровня друзей. И может Хенджин сам вбил это себе в голову, или Минхо заставил его так думать, но младший думал, что Ли начал что-то к нему чувствовать. Это почему-то даже пугало. Если Хенджин не ошибается, то Минхо не рассказывал про свои бывшие отношения, он вообще не рассказывал были ли у него отношения, когда Хенджин то и дело жаловался на парней в своем окружении и говорил какие они козлы и неблагодарные. Хенджин знает многое про Минхо, но это многое не касается его самой личной жизни. Он знает его родителей и многих друзей, знает какой пароль у него на телефоне и знает, кто внесен в черный список старшего, но не знает ничего про тех, кого любил или любит Ли. Эта неизвестность и пугает. Он даже не знает какой Минхо в роли. парня.       Окончательно Джин потерял голову, когда Минхо ненароком назвал младшего солнцем. Это произошло будто повседневная рутина, в такой же повседневной ситуации. Завалившись в зал для практик, Минхо быстро бросает рюкзак в угол и подлетает к Хенджину, который сидит на полу и тянется в бабочке.       — Солнце, сейчас такую новость расскажу, — воодушевлённо произнес Ли и сел рядом, начиная рассказывать историю про каких-то парней, которые знатно его бесили. Только Джин пропустил всё мимо ушей. В его голове эхом раздалось прозвище, которое ему дал старший и так больно ударялось о виски, что он просто не мог не прикоснуться к голове. И так было почти постоянно. С каждым разом мурашки от прозвища бежали все больше и больше, пока совсем не стали его мучить только от одного появления Ли. Конечно со временем, точнее с каждым днем, он привыкал к этому и даже не всегда воспринимал свое имя из уст Минхо, но реакция на все заставляла его чуть ли не плакать. Хенджин просто не знал, как будет чувствовать себя в компании старшего в новогоднюю ночь.

***

      До Нового года осталось буквально несколько часов, на столе уже стоят угощения и напитки, по телевизору идет новогоднее музыкальное шоу. Минхо кашеварит что-то еще на кухне, а Хенджин сидит в зале на диване и смотрит на выключенный экран телефона, думая, стоит ли признаться.       — Джинни, можешь подойти, мне помощь нужна, — позвал Хо, а младший дернулся и все же встал. Только зайдя на кухню, младший тут же подбежал к старшему и успел поймать гору посуды, которая готова была упасть с рук Минхо. — Спасибо, — выдохнул он и поставил остатки на стол. — Мама недавно приезжала и всё переставила, ничего не найти, — наклонившись к ящику, парень достал ту самую маленькую кастрюлю для рамена и посмотрел на гору посуды, тяжело выдыхая.       — Когда тетя Джиха приезжает лучше следить что и куда она кладет, — посмеялся Джин и стал помогать складывать все в ящик.       — Скорее надо закрывать все шкафы и вырубать электричество, — поддержал Ли и, рассортировав всю посуду, наконец выпрямился.       — А что готовить собрался, и так стол накрыт и забит, — поинтересовался Хван и выглянул из-за плеча друга, смотря на плиту.       — Немного рамена для перекуса, навряд ли мы сможем протерпеть до 12 и не съесть все со стола, — усмехнувшись, Хо пихнул младшего и отодвинул его в сторону. — Иди давай в зал, сейчас все принесу.       — Ладно, — буркнул Джин и поплелся в зал, где сел на диван и стал смотреть шоу. Минхо провозился на кухне недолго и вскоре пришел к младшему с двумя тарелками рамена и палочками. Он уселся рядом с парнем и отдал еду, сразу налетая на свою порцию. Они сидели и, смотря телевизор, уплетали рамен за обе щеки. Порой они обсуждали шоу и говорили, что раньше какие-то группы были лучше, благодаря бывшим солистам, а потом подпевали известные песни, которые они оба любили. Короче говоря, проводили время комфортно и тепло. Им было просто хорошо и негативных эмоций не возникало, пока Минхо не пришло сообщение от того самого человека.       — Снова Джисон? — вздохнув, Джин поджал ноги к груди и положил тарелку на стол. Этот тон немного рассмешил Ли, поэтому он прыснул от смеха, отбросил телефон, даже не ответив Хану, и пододвинулся к младшему. Быстро потрепав его по волосам, Хо облокотился о спинку дивана и щёлкнул на громкость на пульте.       — Если ты так хочешь, не буду ему отвечать, — проговорил он и глянул на друга, который с надутыми губками на него посмотрел, но снова перевел взгляд на телевизор.        — Это не мне решать, хочешь — отвечай, не хочешь — игнорь, — буркнул Хван и совсем незаметно улыбнулся, видя, как разрывается телефон старшего от сообщений.       На часах уже почти 12. В телевизоре начался отсчет до Нового года, и Джин вздохнул от волнения. Его живот резко скрутило, и он украдкой поглядывал на старшего, который спокойно сидел и попивал из стакана шампанское. Начали бить куранты, настало время загадывать желание и, быстро прошептав его под нос, младший повернулся к старшему, смотря прямо в его глаза, которые казались настолько глубокими, что Джин готов был утонуть в них прямо сейчас.       — Я люблю тебя, — озвучил Хенджин и буквально на секунду отвел глаза, но вернул зрительный контакт. Больше он ничего не мог сказать. Ком подступил к горлу, и он мог только смотреть в удивленные глаза.       — Джинни…       — Больше 2 лет уж точно, — тише признался он и опустил голову от неловкости. Ему захотелось спрятаться и сжаться настолько сильно, чтобы превратиться в крупинку. Такую маленькую и незаметную. Ему хотелось провалиться под землю от своих чувств. Он резко провалился в себя и все вокруг казалось пустотой. Обратно приземлиться его заставили пальцы Минхо, которые нежно подняли его подбородок и голову. Ли смотрел пристально с нежностью. Из-за чувств Хенджин сам запудрил себе мозг и подумал что-то непонятное, волшебное до невозможности.       — Я знаю, — проговорил Хо и тут же узрел, как глаза Джина расширяются. Хмыкнув, старший даже не позволил парню что-то сказать, а лишь резко заткнул его. Он аккуратно перенес свою руку тому на шею, а сам неожиданно впился в его губы, чем разнес невероятное количество мурашек по телу Хвана. Хенджина будто ударило током, и его тело заметно расслабилось, даже скорее расплылось. Он упал спиной на спинку дивана и оказался зажатым старшим, который аккуратно сминал нижнюю губу Хена. Рука младшего будто сама поползла наверх к груди Ли и неуверенно коснулась его тела, немного дрожа. Его снова пробило дрожью, когда Минхо так неожиданно схватил талию младшего и сжал ее в своей руке. Он просто стер Хенджина в порошок. Хван задыхается и рассыпается. После всех тех его попыток сдерживать своё тело, оно ему мстит и реагирует на все прикосновения старшего в тысячи раз больше. Его сердце бешено бьется в груди и бьется о ребра, так больно, но приятно. Стуки отразились в висках и перенесли дикий трепет в низ живота. От переизбытка чувств Джин тяжело выдохнул через нос и немного приподнял голову, как тут же Минхо стал поцелуями переходить на его шею.       — Хен… — тихо позвал Джин и прошипел от колющей боли укуса.       — Я понял это, когда ты говорил про Джисона, твоя ревность чувствовалась за километр, — прошептал Хо и поцеловал младшего под ушком. — Еще тебя рассекретило твое тело, ты не справлялся с ним как раньше, особенно после того, как я стал тебя обнимать, — спускаясь губами все ниже, Минхо начал оставлять мокрые следы языком, отчего младший промычал и зарылся в волосы Ли пальцами.       — Хен… — умоляюще пролепетал Джин.       — Так же я знаю, как ты кайфуешь от моих рук, особенно после тренировок, — хмыкнул старший и пробрался ладонью под футболку парня, сразу чувствуя, как его живот и весь он начали дрожать сильнее. Из-за того, что старший все знает, Хенджин тихо похныкал и хотел уткнуться куда-нибудь, чтобы переждать подступающую неловкость, но как на зло, Ли поднял голову и посмотрел прямо в глаза, отлично замечая порозовевшие щеки. — Ты не умеешь скрывать свои чувства так профессионально, как кое-кто другой.       — Кое-кто — это кто? Джисон? — тут же спросил Джин. Минхо усмехнулся с этого ревностного тона и огня в глазах и оказался на одном уровне с лицом младшего, иногда поглядывая на его красные губы от частых укусов.       — По тише, огонь, так и дотла сжечь все можешь, — хмыкнул Ли и медленно приблизился к губам Хвана, зависая в нескольких сантиметрах. — Джисон тоже не умеет скрывать.       — За тобой еще кто-то ухлёстывает? — серьезно спросил Джин и сжал свою руку на бицепсе старшего. Ревность так и лилась, сейчас Хенджин уже не мог этого скрывать и просто готов взорваться и взорвать всех, кто так яро бегает за Минхо. Ли только его.       — Ни за мной, — все тише проговаривал старший и немного наклонил голову, следя за своим пальцем, который прошелся по нижней губе Хвана. — Я за кое-кем, — сказал он, а Джин тут же его отпихнул и с немного рассерженным взглядом посмотрел в глаза Ли.       — Тогда зачем это все? — Хенджин не понимал. Минхо только что признался, что ему кто-то нравится, но сам взял и поцеловал младшего, еще и оставил пару укусов на шее. Что это такое? Зачем так издеваться над чувствами Хенджина, если все равно потом уйдет к другому человеку.       — Так и не понял? — спросил Ли.       — Что я должен понять? Что ты сейчас меня используешь или что? — Джин уже не выдерживает. И его терпение когда-то заканчивается. — Ты позвал меня отпраздновать Новый год, стал теплее относиться, но для чего? Чтобы потешиться? Повеселиться? А сейчас после того, как я признался просто… использовал мои чувства? Зачем, хен? — на глаза начали наворачиваться слезы. Смотреть на старшего сейчас стало просто невыносимо больно, но он не мог отвести взгляд, желая, чтобы Минхо видел, что он делает с Хваном. Ли же просто качает головой с лёгкой улыбкой и подсаживается ближе, чтобы стереть влажные дорожки с щек Джина.       — За тобой я ухлестываю, — произнес Ли. Младший застыл, глядя в честные глаза старшего. Он не видел в них никакой насмешки или отвращения. В них были лишь яркие звезды искрящей любви, которая будто наконец показалась за стеной толстого барьера обычной дружбы. — Я тоже люблю тебя, — сказал Минхо. Они еще долго смотрели друг другу в глаза. Казалось, что Хенджин все это время только и делал, что переваривал информацию, которая оказалась для него слишком шокированной, хоть и желанной. Когда он наконец понял, что его чувства взаимны, он тихо шмыгнул носом и тут же налетел на старшего, обнимая его за шею и впиваясь в его губы, которые так долго манили и не могли быть его. Хенджин быстро забрался на бедра старшего и прижался к нему всем телом, так нуждаясь в больших прикосновениях, которые тут же получил. Минхо хоть и не ожидал такого напора, все же уступил младшему и позволил ему делать, что он хочет, пока сам просто расположил свои руки на бёдрах Джина. Старший взял контроль только тогда, когда Хенджин захотел углубить поцелуй и стал проталкиваться языком меж губ Ли. Хо сжал руки на бедрах Джина и резко дернул их на себя, случайно, а может и специально, кусая того за губу, лишь после этого Минхо нежно провел по ней языком и сплелся с языком младшего в медленном танце. Хенджин из-за таких действий терял голову, и сознание постепенно улетало от него прочь, не желая возвращаться. Нарастало и желание. Желание заполучить Минхо окончательно, целиком и полностью. Чтобы Ли Минхо весь с головы до ног был только его. Из-за этого с его губ невольно слетело тихое рычание, и сам парень быстро заерзал на бедрах старшего, прося. Минхо даже не стал спрашивать чего он хочет. Он просто подхватил парня и пошел с ним в комнату, где аккуратно положил его на кровать, а сам навис сверху. Хенджин непрерывно смотрел в глаза Ли и тяжело дышал от долгого поцелуя. Его грудь вздымалась вверх-вниз, пока руки лихорадочно дрожали держась за плечи старшего. Минхо же начал спускаться губами по шее парня на грудь покрытую футболкой, переходил на руки и целовал тонкие запястья, предплечья и плечи. Все ласки так нравились Хенджину, что он готов был превратиться в лужицу и растечься прямо тут. Добило то, что Минхо отполз назад и намеренно задел подбородком эрекцию младшего, которая заставила его промычать и судорожно вздохнуть. Старший только хихикнул от этого и пальцами пролез под резинкой шорт Хенджина, чтобы успешно их стянуть и вогнать в краску младшего от такого вида. Джину было неловко от себя обнажённого, поэтому он поспешно закрыл лицо руками и поднял голову, чтобы не видеть сего зрелища. Усмехнувшись, Хо помотал головой и немного подул на блестящую от смазки головку члена. Реакция мгновенная. Джин судорожно вздохнул и вздрогнул, выгибаясь в пояснице. По телу разнеслись холодные мурашки, и младший похныкал, когда Минхо коснулся головки губами. Младший резко вцепился рукой в постельное бельё и неожиданно даже для себя простонал от наслаждения, которое разлилось вместе с теплом так молниеносно. Хо разомкнул губы, протолкнулся языком в уретру, слизывая кисловатую смазку, и опустился совсем немного, обводя головку языком. Сверху издавались мычания и слабые стоны, которые постепенно срывали крышу Ли, из-за чего он ускорял темп. Обхватив член пальцами у основания, Минхо аккуратно проходился языком по всем выпирающим венам. Красная головка сочилась предэякулятом и так просила к себе внимания, что Минхо просто не мог не вобрать ее в рот и не протолкнуть за щеку. Это последовало причиной новых приятных для слуха Ли звуков. Хенджин все еще не мог раскрыть глаза, он уже полностью стал красным от смущения и возбуждения, но так нуждающееся мычал и поддавался на встречу рту старшего. Это выглядело слишком… горячо. Минхо старался не думать о своей проблеме в штанах, но она привлекала к себе внимание все сильнее и больше, когда парень стал немного ерзать и приподниматься. От трения последовал приглушенный стон, и он раздал по губам вибрацию, которая пронеслась по члену. Задрожав, Хенджин не выдержал и все же вплел в волосы старшего пальцы. Он, даже не задумавшись, потянул Хо на себя и поцеловал, будто его забирают. Так страстно и даже немного грубо, требовательно. На этом выдержка Ли сказала ему «пока», и он начал развязывать шнурки на своих штанах, стягивая их сразу с нижним бельём. Неожиданно для него Хенджин оторвался от губ старшего и оттолкнул его в сторону. Минхо аж отбросило на другую сторону кровати и, ничего не понимая, он облокотился о руки, как тут же Хенджин залез к нему на бедра и толкнул Минхо, чтобы тот лег. Он решил все сделать сам, но с поддержкой старшего, который придерживал его за ягодицы, пока младший медленно садился на возбужденный член Ли.       — Как же… — прохрипел Минхо, от узости чувствовалось все гораздо лучше. И это казалось наоборот хуже, потому что было слишком хорошо. Так хорошо, что просто невозможно. Что было последним ударом, из-за которого Минхо готов был закончиться именно здесь и сейчас, оказался резкий скачок Хенджина. Младший и сам крикнул от непривычных, а то и болезненных ощущений, все потому, что не готов был пропускать и упускать такой шанс. Он буквально сразу начал двигаться, еще и так резко, что у Минхо тут же начала кружиться голова. Жар начал разносится по комнате и ударил в голову настолько сильно, что Минхо успел покрыться слабой испариной. Воздух накалился, а вместе с ним и атмосфера. Хенджин постепенно привык, поэтому место болезненных стонов, стали слышны стоны и мычания наслаждения смешанные с хлюпающими звуками. Где-то из зала издалась новая песня точно какой-то популярной группы, на которую парни сейчас плевать хотели.       — Почему ты не рассказал сразу, что все понял? — спросил Хван, тяжело вздыхая.       — Хотел, чтобы ты сам признался, да и узнал-то я недавно, не нужно было скрывать это два года, — ответил Хо и, приподнявшись на руку, прикоснулся губами к линии челюсти младшего.       — То есть виноват я? — немного усмехнувшись, Джин простонал и блаженно промычал.       — Ты наверняка винишь Джисона, — хмыкнул старший и, сжав руку на заднице Джина, прижал его к себе. Толкаясь все глубже, Минхо тихо рычит, утыкается в плечо Хенджина и слабо кусает его, чувствуя, как подходит конец.       — Хен, — чуть ли не шепча, позвал Джин и простонал громче, как только головка попала по простате. Раз за разом Минхо попадал по слабой точке, и Джин готов был задохнуться. Его живот скрутило, и трепет начал сжигать внутренности. К горлу подступил ком и получилось лишь приглушённо промычать. — Как хорошо, — прошептал Хван и уткнулся в плечо парня.       — Будет еще лучше, — хмыкнул Ли и окольцевал пальцами член младшего, в такт толчкам надрачивая ему. Джин от этого тут же чуть ли не закричал и сжался весь вокруг Минхо, заставляя того зашипеть от узости. Это послужило тем самым заключительным ударом, от которого содрогнулось тело старшего и появились звездочки перед глазами. Следом за старшим кончил и Хенджин, который после всего свалился без сил на Минхо.       — Что у вас с Джисоном было? — лежа на груди у старшего, Джин водит по ней пальцем.       — Я уже сказал, что ты и Джисон плохо скрываете свои чувства, и я сразу понял, что я ему нравлюсь, но решил проверить, как ты отреагируешь на нашу внезапную близость, — спокойно ответил Ли, но сразу получил по груди.       — Знал бы ты, как я его убить хотел, — буркнул Джин, а Минхо посмеялся и быстро чмокнул его в лоб в знак просьбы о прощении.       — А ведь он поздравил меня с Новым годом, — то ли с сожаленьем, то ли с усмешкой сказал Ли. Хенджин же фыркнул и быстро скатился со старшего, отворачиваясь от него в сторону.       — Вот и проводи с ним следующий год, — снова недовольно и обиженно пробормотал Хван, как тут же Минхо подполз к нему и, обняв за талию, поцеловал в шею.       — Зачем с ним, если встретил я его с тобой, — сладко пролепетал старший и услышал довольное фырканье любимого человека.