"Последнее лето."

"Невообразимо жаркое и солнечное лето выдалось, однако. Но к концу оно подходит, и август напоследок радует нас ещё тëплыми лучами солнца. Как только придëт пора последнего летнего дня, Антон уедет в Москву. Ему придëтся попрощаться со своими друзьями, и с любимым человеком, что будто даровал крылья счастья для него. Но следующим летом они встретятся снова, обязательно встретятся... "

***

Яростный стук в окно разнесся по всей комнате, ударяясь о стены и долетая до мирно спящего Ромы. Недовольное мычание не заставило себя долго ждать, и вот шатен уже медленно и неохотно, растирая руками заспанные глаза, движется к источнику шума, что так и не прекратился. Стоя уже вплотную к окну, Ромка пару раз моргнул и посмотрел на того, кто посмел потревожить его сон. Увидел он там Антона, который только опустил занесенную над головой руку. – Ну, сколько тебя ещё ждать, спящая красавица? – совсем безобидно проворковал блондин, лучезарно улыбаясь. От голоса любимого настроение у Ромы тут же поднялось, а нелепая улыбка озарила его, ещё заспанное, лицо. Он был несказанно рад, что разбудил его именно Антон, а не до чёртиков надоевший будильник. – Щас выйду, Тош! – бодро отозвался парень. Сначала он двинулся к настенному календарю, указывающему, что сегодня 28 Августа. Уже скоро сентябрь... И лето закончится.. Радовало лишь одно – Антон рядом. Умывшись, и наспех позавтракав, Рома пулей вылетел из дома, с порога кидаясь в объятия к Антону. – Долго ждал? – радость так и сочилась из каждого Ромкиного слова. – Поседел уже, пока ждал тебя. – Антон нежно усмехнулся, крепче обнимая парня руками. – Да ну тебя, шутник. – несдержанно рассмеялся Ромка, утыкаясь носом в плечо возлюбленного. С явной неохотой отстранившись друг от друга, парни направились в сторону леса. Причудливое, никому не понятное, но такое прекрасное пение птиц, лёгкий летний ветерок, нежно ласкающий лица, играющий с локонами волос – всё это напоминало приятный, волшебный сон, что существовал исключительно для шествующих по узкой тропинке ребят. Думалось, что они попали в ожившую и представшую перед ними сказку, но это, всего-навсего, разыгралось их богатое воображение. За свисающей кроной деревьев и высокими кустарника показалось относительно небольшое озеро. Парни подошли поближе к берегу, недолго полюбовавшись его сверкающей от солнца гладью, они отошли чуть дальше. Парочка собиралась пожарить шашлык и заодно заночевать здесь, поэтому взяли всё необходимое для этого. Вместе они стали раскладывать палатку и, в целом, все остальные вещи. Закончив с этим действом, Рома повалился на постилку, устремляя взор на бледно-голубое небо, вместе с тем, заводя руки за голову и блаженно выдыхая. Антон последовал его примеру, укладываясь под боком любимого и также всматриваясь в раскинувшееся над головой небо. – 28 августа уже... И мы снова разлучаемся на учебный год. – разочарованный вздох послышался от Ромы, после чего он повернулся к блондину возле него. – Ага... – задумчиво и также печально протянул Антон, добавив уже более бодро. – Но ничего, мы справимся, как и раньше. У нас и телефоны есть, а в них номера друг друга. Да и тем более, я ж не навсегда уезжаю. – парень ласково поцеловал Рому в лоб, заключая в крепкие объятия. Шатена умиляло такое поведение его возлюбленного, от того на лице засияла теплая улыбка и последовал ответный короткий поцелуй в губы. – Я буду очень скучать по тебе и нашим летним денькам, Тош. – столь нежные и наполненные любовью слова прозвучали прямо над ухом блондина, опаляя тëплым дыханием и вызывая лëгкий румянец на щеках Антона. Пролежав так ещё пару минут, Рома высвободился из родных объятий, после чего принëс заранее заготовленные ветки и дрова, а заодно взял старые газеты со спичками. Всë нужное для костра имелось, поэтому Роме ничего не помешало разжечь его, подкидывая ветки по мере разгорания, а после и дрова. Антон тоже времени не терял, и уже готовил мясо для жарки, проверял маринад на соль и специи, добавляя по надобности. Когда всё было готово, белёсый принялся нанизывать мясо на шампуры, передавая Роме, который укладывал их на импровизированный мангал из старых кирпичей. Парни много раз бывали в этом чудном месте и столько же раз жарили здесь шашлыки, проводили время в компании друг друга. Но всë равно, каждый раз, как в первый. Рома однозначно был рад, что оставил безуспешные попытки добиться Полины и в итоге сошёлся с Антоном, ведь он стал для него тёплым лучом света средь зимней мрачной стужи. Ромка никогда бы не подумал, что с Петровым может быть настолько хорошо, даже просто сидеть в тишине, делать то, что и всегда: играть в игры, дурачится, гулять по деревне. Но как только они стали парой, это однозначно стало чувствоваться совсем не как дружеские посиделки, а как нечто большее, нечто тёплое и крепкое. Шашлык был уже почти готов. Антон, встав с насиженного места, подошëл к Роме в плотную и невесомо поцеловал того в щёку. Сразу после он отстранился и отошёл немного в сторону, чтобы приготовить место для лесного обеда. Петров, разложив одноразовую посуду, доставал фрукты и овощи, а также напитки. Оказалось, что у них было только пиво, на удивление, безалкогольное. Нарезая помидоры и огурцы для салата, Антон увлечённо обсуждал с Ромой насекомых, которые обитают в посёлке. Шатен не особо интересовался подобным, но для Антона это было очень важно, поэтому он внимательно слушал его, стараясь, худо-бедно, но поддержать разговор. Похожие ситуации случались и со стороны Антона, когда Ромка в очередной раз рассказывал про виды ножей, а в частности про свой нож-бабочку. Тоже своего рода насекомое, только довольно опасное, особенно, когда находится в руках плохого человека. За то время, пока парни мило беседовали, мясо успело покрыться блестящей коричневатой корочкой, что говорило о его готовности, а Антошей уже была накрыта небольшая полянка. Когда все блюда были расставлены на "столе", парочка уселась на места и, пожелав друг другу "приятного аппетита", они принялись за трапезу. – М! Слушай, Тош, а давай на закате поплаваем? Прикинь, как круто будет купаться в лучах солнца на закате! – мысль пришла в голову к Роме именно тогда, когда он жевал кусок мяса, но это не помешало ему озвучить еë с набитым ртом. – А давай! – подхватывая Ромкин настрой, согласился с его идеей Антон, после взглянув на находящееся рядом озеро. – Тогда.. Чем займёмся до заката? – Рома неловко осмотрелся, будто хотел убедиться, что они сейчас точно одни и никто их не увидит. Антон задумчиво приложил палец к губам, стараясь придумать что-то интересное. – Хмм, а давай, у кого больше блинчиков будет? – была предложена первая сформированная идея. Рома тут же зарядился энтузиазмом, как и сам Антон, выкрикивая в духе соперничества. – А давай! Только смотри... Тяжело будет меня обыграть, Картошик – последнее слово прозвучало более чувственно и нежно, ведь это было его любимое прозвище, которым он называл Антона. – Ага, конечно. Тебя обыграть, как два пальца об асфальт. – белëсый принял его не озвученный вызов, самоуверенно подняв голову. После этих слов, парни подошли ближе к озеру. Набрав подходящих камней, что валялись по всему берегу, ребята встали рядом и по очереди начали кидать их на водную гладь озера. Каждый считал, сколько блинчиков у него получилось, а счёт они фиксировали на песке с помощью какой-то найденной палки. – Раз..м... Два... Три... Три!! – радостно прозвучало. – Давай, переиграй! – Рома сейчас чувствовал себя очевидным победителем, от того на лице зияла горделивая улыбка. Антон поудобнее взял камешек в руку, усердно прицеливаясь, и после пары десятков секунд кидая его в озеро. Камень довольно хорошо полетел и оттого получилось 4 блинчика. – Ха! А я говорил! – теперь же, гордость испытывал Антон, вскидывая подбородок повыше. Смотрел он в непонимающие глаза Пятифана, вместе с тем победно и широко улыбаясь. – Игра ещё не окончена! – спустил того с небес Рома, напоминая, что у него есть шанс отыграться и победить. Ну, или Антону победить его… Боевой дух не покидал юношей, и они продолжили борьбу между собой. Парни никак не могли сосредоточиться только лишь на этой игре, из-за чего переодически они просто дурачились, то обрызгивая друг друга водой, то сцепляя в шуточной рукопашной драке. Счёт никто уже не вёл, а соперничество отодвинулось на второй план. Сейчас влюблённая парочка задорно смеялась, играя во что-то на подобии догонялок, когда Антона старался улизнуть от проворных рук Пятифана. В конце концов, Антоша подустал и сам кинулся на Рому с объятиями. Шатен не ожидал такого, и поэтому был дезориентирован, от чего легко потерял равновесие, падая на рыхлый песок вместе с Антоном. Тот лишь громче засмеялся, поудобнее укладываясь на груди Пятифана, мягко обнимая его за шею. Тёплые лучи закатного солнца красовались на двух телах, создавая уютную атмосферу вокруг. Когда только солнце успело подойти к горизонту? – Ты жульничал! – как-то слишком радостно воскликнул блондин для подобного заявления. Хотя, оно и понятно, ведь сейчас парни просто наслаждались компанией друг друга. – Нет, ты жульничал, я вообще человек честный! А ты подозрительно выглядишь со своими четырьмя глазами. – Ромка залился смехом, а после и Антон. – Да, нельзя мне доверять, а не то я захвачу твой мозг! – последовал такой же шуточный ответ от белокурого, что повлекло ещё больший шквал смеха и шуток. С горем пополам, но мальчишки всё же успокоились и, вместо шуток, молча, с нелепыми улыбками, смотрели друг другу в глаза. Последовал короткий, но такой нежный поцелуй в губы, после которого парни улеглись плечом к плечу. Каждый уставился на закатное небо, что смешало в себе оттенки голубого, жёлтого, оранжевого, красного, а местами и синего цвета. Где-то высоко, средь голубого и синего перелива, виднелась блёклая неполная луна. – Закат такой....красивый... А знаешь, кто намного красивее? – Рома повернул голову к Антону. – Ночь? Восход? Или может.. – Петров перебирал разные варианты и, то ли случайно, то ли специально не обращая внимания на формулировку вопроса. Ромка коротко усмехнулся и, приблизившись к лицу своего возлюбленного, мечтательно прошептал. – Ты. От такого комплимента щёки блондина покрылись еле заметной пунцой, а губы озарила счастливая улыбка. Антону несказанно нравилось вот так, бок о бок, лежать рядом со своим любимым, но всё же, он решил подняться на ноги. – Пойдём купаться? – протягивая руку, спросил Антон. Рома схватил родную ладонь блондина, поднимаясь с песка, и, крепче сжимая его руку, безмолвно кивнул. В тот же миг Ромка рванул с места, таща за собой растерявшегося Антона. Не снимая одежды, да даже не думая о ней, парни забежали в воду. На удивление, вода не оказалась холодной, а совсем наоборот – достаточно тёплой и приятно обволакивающей тело. Одежда моментально намокла, но голубкам было абсолютно плевать. Ребята активно плавали под яркими лучами заходящего солнца, обрызгивая как можно больше и сильнее друг друга, заливаясь радостным, беззаботным смехом. Когда солнце роняло свои последние лучи, Рома быстро подплыл к Антону, хватая того за плечи своими крепкими ладонями. Его взгляд пробежался по всему телу Петрова, остановившись на лице. Губы шатена на пару секунд нерешительно сомкнулись, но сразу после он открыл рот, произнося то, чего не мог сказать очень давно. За долго до этого они обсуждали эту тему и решили, что не будут говорить таких слов, пока Рома не справится со своим страхом. И вот, сейчас он стоит, и решительно, с полной уверенностью, смотрит прямо в глаза Антону. – Я люблю тебя, Тош. – столь желанные слова, наконец, вырвались наружу, и тяжёлый камень упал с души. Антон мягко улыбнулся своему возлюбленному и прильнул к его губам, вовлекая, наверное, в самый чувственный поцелуй. Свет заката словно обрамлял только их любовь и светил лишь для них. По телу Ромы растекалось приятное, будоражащее тепло. Он также нежно отвечал на поцелуй Антона, плавно переместив руки тому на талию. Предательский воздух заканчивался и влюблённым пришлось отстраниться друг от друга. Заглянув в омут голубых глаз, Рома крепко обнял Антона, утыкаясь носом в висок и тихо, чтобы только его любовь могла услышать, прошептал. – Я рад, что мы вместе... И… Спасибо, что дал мне время... – Рома сильнее прижал к себе блондина. Он был очень благодарен Антону за то, что тот помог ему, что не торопил и дал ему время, чтобы полностью осознать свою любовь и принять её. Ему действительно было трудно прийти к этому. Случались и падения, и, казалось бы, непреодолимые трудности, но Антон всегда был рядом, и поэтому он хотел отплатить ему чем-то таким же ценным. Из воды парни вылезали, держась за руки. Рома больше не был напряжен, не чувствовал себя неловко и не хотел отпускать руку, а лишь крепче сжимая её и переплетая пальцы. Он был счастлив, что отпустил те тяготы принятия своей ориентации. Солнце окончательно село, а сумерки медленно, но верно окутывали местность, из-за чего парочка решила поскорее прибрать еду. Справились они относительно быстро и уже лежали на толстом одеяле, которое Рома вытащил из палатки. Петров удобно устроился на плече любимого, который в свою очередь приобнимал его за плечо. Над их головами раскинулся огромный небосвод, что был хорошо виден в поздние сумерки. – Скорее бы уже закончить эту школу и поехать учиться в один город с тобой. – мечтательно проговорил кареглазый, посмотрев на Антона. – Да... – задумчиво отозвался Антон, который также сильно желал этого. Чисто морально было очень тяжело находиться так далеко друг от друга, но они как-то справлялись, а значит, справляться и в этом году. – Смотри. Большая Медведица. – шатен пальцем указал на сияющее в ночном небе созвездие. – Хах, я только её и знаю. – рассеянно усмехнулся Пятифан. – Серьезно? – прозвучало довольно резко и с неподдельным удивлением. – А я вот много знаю! Хочешь, расскажу? – уже воодушевленно продолжил Петров, заглядывая Роме в глаза и широко улыбаясь. В знак согласия, последовал лëгкий кивок. Взгляд Антона забегал по усыпанному яркими звёздами небу, пока не наткнулся на одно такое скопление. – Это – Лебедь. Видишь, он выглядит как крест с яркой звездой на конце – Денеб. Звезда так называется. – вытянутой рукой парень указал сначала на само созвездие, а потом и на звезду. Рома согласно промычал. – А вот это – Пегас. – двинув корпусом и переместив руку в сторону ещё одного найденного созвездия, Антон плотнее прижался к Ромке. Блондин продолжил показывать различные созвездия Пятифану, который, будто околдованный то ли от рассказов своего парня, то ли от его действий, внимательно вслушивался в каждое слово. Лежать ночью под звёздным небом со своим любимым человеком было чересчур сказочно, от чего Антона быстро разморило, и он, уже который раз, протяжно зевает. Ему бы хорошенько выспаться перед отъездом. Рома был чертовски счастлив тому, что он сейчас вместе с Антоном, и хоть лето почти закончилось, они всё равно смогут встретиться следующим, а в течение года будут активно созваниваться и переписываться. – Ром.. – тихонько, нарушая тишину, шепнул Антон, глядя на Пятифана. – Да? Что такое? – Рома безмятежно посмотрел на Антона. – А что будет...если я однажды не проснусь? Что ты будешь делать? Рома был ошарашен столь подозрительным вопросом. – Э-э, ты тут это, сплюнь! – умиротворение в душе сняло, как рукой. – Я не знаю, что буду делать и думать о таком не хочу, ты сейчас рядом и я рад этому. – спокойнее продолжил парень, однако небольшое напряжение никуда не исчезло. Стараясь унять волнение, шатен крепче обнял Антона, но, к несчастью, плохие мысли всë равно норовили пробраться к нему в голову, пуская небольшие корни в сознании Пятифана. Ромка предпринял ещё одну попытку успокоиться, легонько поглаживая плечо возлюбленного и закрывая глаза.

***

Подняв тяжёлые веки, парня тут же охватывает душераздирающая боль. Слёзы, словно пламя, обжигали скулы, а помутневший взгляд приковался к надписи на мраморной плите "Петров Антон Борисович." Рядом лежали цветы, принесённые самим Пятифаном. Он хотел истошно закричать, выплеснуть все эмоции, но сил на это уже не было. С ужасной болью, парень вспоминал последний день, когда слышал мягкий и такой приятный голос Антона. Это было по телефону... И тогда…он сделал огромную глупость... Он ушёл...

***

В руках Рома держал телефон, где высвечивался входящий звонок от Антона. Ответив, тот поднёс телефон к уху. – Привет, Тошик. – широкая улыбка мгновенно расползлась по лицу. – Привет, Ромочка. Я сегодня решил дома остаться, поэтому сможем подольше поболтать. – голос будто был пропитан счастьем или радостью, решайте сами. Рома, само собой, рад таким новостям и хотел поболтать с Антоном, но у него уже были свои планы: парень давно не видел своих друзей и сегодня собирался потусить с ними.

***

– Лучше бы я тогда с ним остался... Идиот. – Рома ругал себя за это, причинял боль, дабы наказать себя таким образом за свою дурость, как он считал. Рома вспомнил день отъезда. То, как они в последний раз обнялись... Его сердце не выдержало, моментально и болезненно сжимаясь.

***

Рома стоял напротив Антона. Пора прощаться. Но на время ведь? Летом же они встретятся?... Сомневаюсь. – Я буду скучать, Ром. – белёсый крепко обнял шатена, шепнув тому на ухо. – Я люблю тебя. – последовал невесомый поцелуй в щёку. – Я тоже буду скучать, Тош... – Рома ответил на объятия, шепнув в ответ. – Я тоже тебя люблю. Парни отстранились друг от друга. Антон сделал пару шагов назад, остановившись, чтобы напоследок помахать своей любви, после чего сел в машину. Шатен сжал руки в кулак. Тяжело было расставаться, голос внутри кричал – Останови его… Забери с собой.. Не отпускай… – но что можно было сделать....школа же. Помахав в след уезжающему Антону, у Ромы на глаза накатились слёзы, но он быстро смахнул их рукой. Шатен простоял на дороге ещё несколько минут, после чего ушёл домой, ждать звонка от Антона с новостями, что тот уже добрался. В доме Пятифана снова опустело, весь смех, жизнь и радость, будто покинули это место, так же, как и Антона... Сев на диван, парень тут же вырубился, без мыслей и сновидений..... Разбудил его долгожданный звонок. Ромка быстро подбежал к телефону, широко улыбаясь, он поднимает трубку. – Привет, Тош! Как добрался? – парень просто светился от радости. Он был рад, что прогресс технологий дошёл до такого, что теперь можно услышать голос любимого на расстоянии. – Привет, Ром, добрались, как обычно, а ты как там? – по интонации было предельно ясно, что он тоже рад слышать Рому. – Да вот, домой пришёл, поспал. Наше лето вспоминал. Уже мечтаю начать следующее. – Рома глупо посмеивался, при этом широко улыбаясь. С Антоном, он из Грозного Ромы Пятифана, стал просто Ромкой, который взялся за учёбу, дабы поступить в Москву вместе с Антоном. Он больше не хулиган и был очень рад этому. – Я пойду, а то нужно готовиться к школе. Люблю тебя, Ромочка. – последние слова Антон проговорил с особой нежностью и любовью. Роме очень нравилось, когда именно Антон называл его так. И только он.

***

Слёзы текли градом. Хотелось вернуться в то время, снова обнять, ощутить его тепло, но всё, что он мог сделать сейчас – это обнимать холодный камень с фотографией его возлюбленного. В голове всплыли слова Карины, которые перевернули его жизнь с ног на голову. – Антон... его больше нет. – Рома ревел навзрыд, прокручивая в голове тот день, когда он узнал об этом.

***

Пару дней осталось до лета, Антон должен был позвонить, дабы предупредить Рому о выезде, но звонка всё не было... Встревоженный Пятифан решил позвонить первым. Звонок остался без ответа, а в трубке послышались гудки, что так резали уши. Может занят?.. Или со связью что-то. Подождав до вечера, Рома уже не на шутку начал волноваться, ведь звонка до сих пор не было. Повторная попытка дозвониться оказалась успешна, но вот только ответил не Антон. – Ало, Тош, ты где пропадал? Я так волновался!! – тут же воскликнул Пятифан, но в ответ услышал лишь тихие всхлипы, а после и дрожащий женский голос. – Привет, Рома.. – это была Карина. Но почему ответила она? Где Антон? – Ой, здравствуйте, тёть Карина! А где Антон? А то он обещал позвонить, когда поедете. – парень напрягся, услышав ещё более громкие всхлипы. – И... Вы плачете? – добавил Рома. – М-мы не приедем, Ромочка, а Антон... он... – Карина разрыдалась так, что даже не имела возможности связать и двух слов. Рома сразу понял, что с Антоном что-то случилось, иначе Карина бы не разрыдалась при его упоминании. Он не торопил её, а постарался успокоить. Хотя внутри было страшно, а в горле застряли два вопроса: почему они не приедут и что с Антоном. – Сядьте куда-нибудь, выпейте успокоительное, всё будет в порядке. – Рома старался как-то поддержать её, но, из-за незнания произошедшего, он не знал, как можно успокоить женщину. – Нет... Антон..он... Его больше нет.... – на последних словах Карина окончательно разревелась, не сумев держать себя в руках. Всё тело пронзил электрический разряд, после которого он будто окаменел. Как это..больше нет?... Не может быть. Они же должны были встретиться! – К-как это...б-больше нет?... – пробубнел себе под нос Пятифан. Слёзы наворачивались, а руки начали трястись, как и всё его тело. – Сегодня....сегодня он не проснулся.... Он должен был продержаться ещё три месяца, но не смог.... – Карина еле выговаривала слова, прерываясь на редкие всхлипы. – А что с ним случилось? Как это не продержался? – Рома заваливал вопросами Карину, но вдруг осёк себя. Ей и так тяжело, а он тут со своими вопросами. Хотя и Ромке было не лучше – воздуха уже не хватало, накатывалась паника, но пока ещё он держался. – У-у него была болезнь.... Врачи сказали, что он д-должен был ещё год про-продержаться, и-и вот, осталось три месяца.... а он.... не-не выдержал... – голос снова сорвался на плачь. Рома внезапно вспомнил вопрос Антона в последний день, когда они виделись. – "А что будет...если я однажды не проснусь? Что ты будешь делать?". Он знал... Знал, что болеет и не сказал Роме... Это стало последней каплей, что пошатнула самоконтроль, и от чего Пятифан, как по щелчку пальцев, разрыдался в голос. Выронив телефон из рук, он упал на пол, схватившись за голову. – Как же так, почему он не сказал мне... Нет, это не может быть правдой, нет. Это сон!! Он жив! Обязательно жив! Мы должны были встретиться! Я!.. Нет.... Рома кричал, сжимая до боли пряди своих волос и плача навзрыд. – Тоша... Тошенька мой... – воздуха не хватало, а тело тяжелело с каждым вздохом. И он уже не мог сидеть – сил не было, поэтому шатен лёг, опуская веки.

***

Вновь вернувшись в реальность, Рома словно ощутил на себе те эмоции, что были в тогда. Он до сих пор не смог осознать, что Антон умер. Ну не может этого быть..! Там..под землёй, лежит не Антон, а кто-то другой, а его Тоша ждёт дома, живой. Но... всё это было ложью... Рома никогда больше не обнимет его.. Вновь закрыв глаза, он почувствовал тёплый летний ветерок... Тот самый – последний день.. …. Антон смотрел на Рому с теплом, крепко держа того за руку. Повернув голову в сторону красочного заката, он медленно произнёс. – Это наш последний восход. – фраза передавала всю горечь и печаль Антона, но он продолжил. – И последний закат. – с уст сорвался тяжёлый выдох. – И последний день лета. И последнее лето....