Der Teufel

За дверью была подозрительная тишина. Нэт прислушался, но как ни старался, ничего не услышал. Осторожно приоткрыв дверь, он просунул голову внутрь, заранее приготовившись к тому, что в неё полетит что-то тяжёлое, но ничего не произошло. Более того, Джеймса в кабинете не было. Куда он, чёрт возьми, мог подеваться из запертого кабинета? А если его похитили? А если вся эта история с Каймом была просто отвлекающим манёвром? Нэт открыл дверь полностью, вошёл и остановился как вкопанный. Кабинет был разгромлен. Все вещи валялись на полу, часть из них была сломана, документы разбросаны тут же, спасибо, что хоть не порваны. Всё выглядело словно после урагана. И посреди всего этого хаоса на любимом диване Тора спал Джеймс, подложив под голову руки и очаровательно надув губы во сне. Как под гипнозом, Нэт медленно подошёл и присел рядом на корточки. Джеймс пошевелился, причмокнул губами, но не проснулся. Нэт улыбнулся. Длинная тёмная чёлка упала спящему Принцу на лицо. Во сне он выглядел таким милым и невинным. Очаровательным. Нереальным. Нэт осторожно протянул руку и поправил непослушную прядь, потом коснулся мягкой щёчки и с опаской посмотрел на свою руку — печать не горела. Он продолжил исследовать кончиками пальцев прелестное лицо своего Принца. Нет, не принца. Джеймса. Тот что-то пробормотал во сне, и Нэт залип на его пухлых влажных губах. Поцеловать хотелось нестерпимо. Он ещё раз внимательно присмотрелся к Джеймсу, убедился, что тот спит и, осторожно наклонившись, коснулся губами желанных губ. Они были такими знакомыми и в тоже время совсем другими. От Джеймса приятно пахло, но это не имело ничего общего с запахом Принца. И всё же реакция Нэта была точно такой же. Сердце заколотилось с бешеной силой, руки задрожали. От макушки до пяток Нэта пронзила сладкая истома. Как он так долго продержался, не касаясь этих губ? Он поцеловал Джеймса ещё раз и едва открыл глаза, как увидел направленный на него испуганный и дезориентированный взгляд. Нэт попытался отстраниться. Он хотел всё объяснить, хотя и не представлял — как. Но в этот момент рука Джеймса легла ему на затылок и притянула ближе. И он сам его поцеловал. Нэту казалось, что он сходит с ума. Голова кружилась, ноги болели от неудобной позы, но ему было плевать. Сейчас он ни за что на свете не отстранился бы, не отпустил бы Джеймса, который целовал его так самозабвенно и с таким желанием. Когда стало нечем дышать, он воспользовался минутной передышкой, сел на диван и перетащил не сопротивляющегося Джеймса к себе на колени. Тот тут же обвил его шею руками и снова втянул в нетерпеливый поцелуй. Кожа горела, плавилась под прикосновениями тонких пальцев. Было нестерпимо жарко. Дурацкий костюм мешал. Мешал добраться до Джеймса, ощутить гладкость его кожи под своими пальцами. Нэт зарычал от нетерпения и дёрнул пуговицы на рубашке Джеймса. В этот момент тот как будто бы очнулся, отодвинулся и посмотрел на него круглыми и удивлёнными глазами, словно не понимая, что он тут делает. — Нет, — помотал головой Джеймс. — Нет, это неправильно. Голову Нэта всё ещё застилал туман. Он не понимал, о чём говорит Джеймс. Что неправильно? Почему? А Джеймс уже неуклюже слезал с его колен, что-то бормоча себе под нос. И только тогда Нэт понял, что происходит. Джеймс хочет уйти! Хочет оставить его. Ну уж нет! Тойфель подскочил к медленно пятящемуся к двери Джеймсу и схватил его за руки. — Почему ты уходишь? — Мы не должны, — замотал головой тот, — Это неправильно. — К чёрту неправильное! И поцеловал его, поставив руки по бокам от Джеймса, отрезая ему возможность к бегству. Джеймс сопротивлялся недолго. Его хватило меньше чем на минуту. Но искушение было слишком велико, губы Нэта были слишком сладкими и целовали так правильно, так желанно. Джеймс не помнил, чтобы ещё хотя бы раз в жизни так наслаждался поцелуями. Где-то на грани сознания билась мысль, что он не должен допускать этого, что всё это неправильно. Но почему именно, вспомнить уже не мог. Нэт целовал теперь в шею, и от этого Джеймс дрожал под его руками и губами. Руки Нэта тем временем забрались ему под рубашку, вытащив её из брюк, и с упоением исследовали гладкую нежную кожу. Джеймсу тоже захотелось, и он положил руки туда, где заманчиво сиял неприлично глубокий вырез на рубашке. Грудь под пальцами была тёплой и твердой, Джеймсу понравились и ощущения, и тихий стон, который Нэт издал ему в шею. Но хотелось большего. Ловкие пальцы расстегнули остальные пуговицы и распахнули рубашку полностью. Джеймс наклонился и лизнул правый сосок. Нэт застонал сильнее и откинул голову назад, давая Джеймсу возможность делать то, что ему хочется. Чем тот тут же и воспользовался. Он взял сосок в рот и втянул его губами. Нэт начал задыхаться, и тогда Джеймс проделал то же самое со вторым, после чего стал опускаться ниже, лаская губами и языком совершенный пресс. А потом опустился ещё ниже и провёл губами по ширинке, чувствуя, какой Нэт твёрдый под тесными кожаными брюками. Джеймс слегка отодвинулся и погладил рукой многообещающую выпуклость на штанах. Нэт уже почти себя не контролировал, умирая от желания почувствовать руки и губы Джеймса на себе и безо всякой одежды. Он расстегнул брюки и умоляюще посмотрел на Джеймса. Тот пошло улыбнулся и, не без труда, стянул штаны вместе с бельём со своего любовника. А затем медленно и дразняще провёл языком от основания до головки. У Нэта подкосились ноги, и чтобы не упасть, он был вынужден опереться о стол. Джеймс не обратил на это ни малейшего внимания, оно всё было сосредоточено на члене Нэта. И на том, чтобы доставить удовольствие. Джеймс некоторое время играл с ним языком, дразнил, вырывая всё новые и новые стоны из теряющего разум Нэта, а потом одним движением взял в рот так глубоко, как только смог, и принялся двигаться. Быстро, резко, так, что Нэт перестал даже дышать. В другой ситуации Тойфель мог бы сказать что поимел его в рот, но не сейчас. Он не мог ни пошевелиться, ни издать другого звука, кроме стона. Это Джеймс имел его своим ртом, как бы странно это ни звучало. Джеймс полностью владел ситуацией. Нэт не контролировал ничего. Когда он кончил своему Принцу в рот, бессильно откинувшись на стол, Джеймс довольно облизнулся и с кошачьей улыбкой сказал: — А ты вкусный. Нэту потребовалось несколько секунд, чтобы начать дышать снова, а потом он дёрнул Джеймса на себя и поцеловал. Грубо, резко, страстно. Так, как никогда не позволял себе с Принцем. Но Джеймс не был Принцем. Только теперь Нэт окончательно понял, о чём говорила Вероника. Джеймс не был Принцем, невинным мальчиком, с которого хотелось сдувать пылинки. Джеймс был взрослым мужчиной, который не стеснялся своих желаний. И это, чёрт возьми, невероятно нравилось Нэту. Он потянулся и расстегнул брюки, давно и явно мешавшие Джеймсу, и даже причинявшие дискомфорт. Джеймс был возбуждён. Нэт просунул руку в расстёгнутые штаны и сжал его член. Джеймс всхлипнул и прижался ближе, желая большего контакта. Нэт несколько раз провёл рукой вверх и вниз, а потом резким движением стянул с него штаны. Белья под ними не было. Планировал ли этот маленький засранец что-то особенное сегодня вечером? И если да, то с кем? С ним? А если не с ним? Ревность укусила Нэта своими острыми зубами, а он в ответ прикусил шею Джеймса. Тот охнул, но не оттолкнул. Нэт окончательно избавил их обоих от штанов, а потом развернул Джеймса спиной к себе, заставив упереться руками в стол. А сам опустился на колени, провёл рукой по гладким ягодицам, чувствуя, как Джеймс дрожит под его прикосновениями. Но пока не умоляет взять его. Ничего, Нэт улыбнулся. Он будет умолять. И Нэт ему не откажет. Раздвинув ягодицы, он провёл языком там, в самом интимном месте. Джеймс коротко застонал и сильнее вцепился руками в стол. Нэту не нужно было знать, как давно у него не было секса. Тем более, такого крышесносного. Нэт продолжил ласкать его своим языком, гладил бёдра и Джеймс почувствовал, что больше не выдержит. — Хватит, — хрипло прошептал он. — Хочешь, чтобы я остановился? — спросил Нэт. — Да….нет… — Джеймс, уже почти ничего не соображая, запинался, но всё же смог сказать. — Я хочу тебя. — Где ты меня хочешь? — Внутри, — выдохнул Джеймс. — Я хочу, чтобы ты был внутри. Нэта не пришлось просить дважды. Он выпрямился и прижался к Джеймсу всем телом, гладя живот, целуя доверчиво подставленную шею. Приласкал длинными красивыми пальцами аппетитные ягодицы. — В кармане, в брюках, — прохрипел Джеймс, и Нэт тут же понял, о чём он. В кармане оказался пакетик со смазкой и пара презервативов. Значит, Нэт был прав, этот засранец к чему-то готовился. Он шлёпнул его по обнажённой ягодице, с удовольствием рассматривая появившийся розовый след. Джеймс коротко простонал. Ему это понравилось? Интересно. Это открывало новые просторы для их, скажем так, взаимодействия. Но не сегодня. Не сейчас. Выдавив смазку на пальцы, Нэт начал по одному вводить их внутрь Джеймса, исследуя, параллельно лаская другой рукой возбуждённый член. По судорожным вздохам он понимал, что нащупал внутри то, что нужно. Внутри Джеймса было уже три пальца и сам он весь извёлся от нетерпения. Нэт, скотина, никуда не торопился, продолжая свою сладкую пытку. — Если ты сейчас же меня не трахнешь, я тебя убью, — почти прорычал Джеймс, и Нэт рассмеялся. Это не похоже на мольбу, о которой он мечтал, но это же Джеймс. Нэт не хотел заставлять его ждать и исполнил просьбу. Входил он медленно, давая привыкнуть, но вот только Джеймс ждать не был настроен. Он резко подался назад и насадился полностью, до самого основания. У Нэта звёздочки вспыхнули в глазах, он почувствовал, как приятно обхватывают стенки его член, ощутил, как возбуждается ещё сильнее, если, Будда, есть куда. — Двигайся, — велел всё тем же хриплым голосом Джеймс, и Нэт не посмел ослушаться. Он плавно двигался внутри Джеймса, обхватив его одной рукой за талию, а второй водя по члену. Джеймс двигался ему навстречу, побуждая быть активнее. — Быстрее, — скомандовал он. Нэт ускорился. Голова кружилась, кровь бежала по венам с немыслимой скоростью, в ушах шумело. Времени не существовало, мира не существовало. Были только он, Джеймс и их всепоглощающая страсть. Он даже не сразу понял, что рука, которой он держал Джеймса, горела не от того, что ему жарко. Печать! Но даже осознав это, Нэт не мог остановится, вбиваясь в податливое тело Джеймса. Ему слишком хорошо, чтобы обращать внимание на такие мелочи. Он двигался, всё больше ускоряясь, пока не услышал, как Джеймс издал протяжный стон, а по руке потекла тёплая вязкая жидкость. Спустя пару минут он тоже кончил, с трудом устояв на ногах. Какое-то время они стояли, прижавшись друг к другу, пытаясь отдышаться. Только после этого Нэт аккуратно вышел из Джеймса. В голове медленно прояснялось. Джеймс не двигался и ничего не говорил. Его рука горела огнём, и он не мог отвести взгляд от печати, что сияла на его руке как никогда ярко. Джеймс слышал, как Нэт за его спиной подбирал их одежду, но не мог заставить себя повернуться. На его плечо опустилась рука. — Джеймс, ты в порядке? Наконец он повернулся. Посмотрел в обеспокоенные глаза напротив. А потом окружающий мир погас.