Ошибка

***

      Кащей предупреждал Вову, что ничем хорошим это не закончится, но конечно Вова не верил. А зря. Теперь Адидас не знает, что делать, и идет по темным заснеженным улицам к нему, чтобы наконец-то поставить все точки. Вова отдал группировку Зиме и ушел от них. Не его это... Нет... И давно это было не его. Все эти драки за асфальт, который нахуй никому не сдался, потерянные жизни невинных, а они есть он знает. Нет, Вова не такой жизни хотел. Он обычный парень, который готов заводить семьи, учиться и работать. А теперь что? Он убийца. И с Кащеем они в ссоре, уже давно. Глупо, но Наташей он хотел закрыть в себе эту дыру, а теперь и себе хуже сделал и бедной девушке, которая как ангел. Но она не достойна такой мрази как он. Вова сам так думал, поэтому и шел к Кащею, зная, что он не выгонит его... А там он все и расскажет.       Домой тоже не было смысла возвращаться, менты могли его еще поджидать. Он слышал, что Марата отшили, и он мстить начал за Айгуль. Почти всю группировку в обезьянник засадил. Но Вова уже ничего не смог с этим сделать. Пусть будет так как есть. Он зашел в нужный подъезд, поднялся на нужный этаж и постучался. Ждать долго не пришлось, дверь тут же открыли и он увидел до боли знакомую кудрявую макушку. Кащей поменялся в лице, когда увидел Вову, сильнее сжал сигарету в зубах и оперся плечом об косяк двери. На нем была синяя рубашка, расстегнутая ниже груди и показывалась белая майка. Она была до локтей завернута, глаза с недовольством смотрели на него.       — Чего пришел?       — Поговорить надо. — А Вова опустил голову под этим взглядом, чувствовал свою вину.       Кащей смотрел на него, изучал. Не хотел пускать, но сердце противно ныло, видя его. Все же делать было нечего, поэтому он впустил его в дом, может что-то дельное расскажет.       — Как побитая собака возвращаешься. — не удержался от колкости Кащей, и прошел на кухню. Все равно обида никуда не пропадала.       Вова снял верхнюю одежду и обувь, прошел за ним и сел за стул, опирая голову на руку. Чувствовал он на себе прожигающий взгляд Кащея, уверен был, что тот опирается на подоконник, курит и недовольно смотрит на него. А в глаза боялся взглянуть, понимал, что увидит то, что совершенно не хочет. Боль.       — Блять, ты долго тут молчать будешь? Если да, то прошу нахуй идти с моего дома.       — Прости меня. Пожалуйста. — Вова сказал это четко, но глаза не поднимал на него. Кащей запнулся в своих словах, — пацаны не извиняются? Да мне поебать. Нет, Кащей, я понял, что это не мое. Я себя зарываю с этими пацанскими понятиями. А сколько людей из-за этого пострадало? Нет уж, лучше я буду каким-то чушпаном. Но прошу, прости меня. Я осознал все, и понимаю теперь тебя. Ты как всегда был прав.       Внутри Кащей был рад, что Вова осознал это, но и грустно было, что ему пришлось через такое пройти. На улицах и правда творился ужас, даже Кащей не хотел эту хуету видеть. Он подошел к нему, продолжая курить, и положил руку ему на плечо, сказал тихо.       — Ты не виноват, Вов. Все имеют свойство ошибаться, ты не первый. Главное, что ты осознал весь этот пиздец, и меня это радует.       Вова вдруг взял его руку и приложил ее к губам, ощущая запах сигарет. Кащей удивился этому, не любил все эти нежности "бабьи", но оставил руку, ощущая следы поцелуев. Идиотом был Вова, но любил его Кащей. Очень любил...       — Давай уедем? Уедем подальше от этого всего. Куда хочешь, хоть на юг хоть на север. В глушь куда-то... Будем жить вдвоем, работать будем, жить вместе счастливо. Да хоть огороды делать, выращивать хоть картошку, хоть огурцы. Но будем вместе... Пожалуйста.       Кащей был очень удивлен этим предложением. Не привык он вдаваться в хозяйство, отказаться от прелестей жизни, таких как алкоголь и наркота. А он знал, что откажется. Но... Это же намного лучше, быть с любимым человеком, с которым и правда готов прожить всю жизнь? Кащей знал, что сам он бабник, не успеет моргнуть, как уже другая красавица в его постели. Но, Вова был другим. Вова знал его с самого детства, и он чувствовал весь комфорт с ним, и только сердце было верно ему, а когда он уходил, могло разбиться вдребезги. Не любил это чувство Кащей, но и сделать ничего не мог. Только прятал чувства в глубине души, но сейчас понимал, что это лучший вариант. Сбежать от всей этой хуйни, но быть вместе.       — Я согласен.       Вова улыбнулся побитыми зубами, и наклонил его к себе, прижался к прокуренным губам, мягко, выражая всю свою любовь. Кащей улыбнулся сквозь поцелуй, отвечая на него и опираясь одной рукой на стол, чтобы не упасть на Вову. Только вот их прервал вдруг громкий стук. Они оба тут же отстранились, смотря молча друг другу в глаза, и тут же дверь выбили, а на кухню забежали менты, громко командуя, приложили их лицами к полу, и держа руки за спиной. А на кухню прошел Ильдар и Марат. Тут же удивленный увидев Вову здесь, и очень испуганный. Вова не видел его, Кащей так же, только пытался как-то смягчить тон, удивленно говоря.       — Мужики вы чего!... Да все же хорошо, вы че делаете?       — Как прекрасно, мы и нашли нашего убийцу! Ну, Марат, — Ильдар повернулся лицом к застывшему Марату и пожал ему руку, — ну молодец!       — Марат?... — Вова пытался поднять голову, но не мог.       Их подняли обоих и оба тут же вцепились взглядом в него.       — Мразь такая, сдать решил, да?! Вова смотри, какой братец у тебя молодец! — Кащей не сдерживал уже гнев, говоря все, что держалось на языке. Да и видно было, что он очень испуган. Нет, не хотел, чтобы было все так... А Вова?... А их жизнь совместная? Кащей посмотрел отчаянно на него. Вова был хмурый, смотрел на Марата, а тот пытался что-то сказать и не мог. Адидас переключил свое внимание на Кащея и прошептал ему мягко.       — Я тебя люблю. Знай это. Всегда.       Но его тут же отняли от него, а Кащей мог только прошептать глядя на него.       — Вова....       Из обоих повели из квартиры, Кащей продолжал громко возмущаться, Вова шел молча, все еще не ожидая такого от Марата. Любопытные соседи выглядывали на подъездную площадку. Марат посмотрел на Ильдара, говоря испуганно.       — Подождите! Вова ни в чем не виноват!       — Марат, мы знаем все, нет больше смысла скрывать от нас. Ты сам вывел его сюда. — он пожал ему руку с улыбкой, — молодец. Благодарю за службу. Молодец, что встал на правильную дорогу.       И он пошел следом за милицией, а у Марата от бессилия стояли слезы в глазах. Больше он ничего не мог сделать, и пошел следом из квартиры.       А Вова и Кащей чувствовали отчаяние, но наслаждались хоть маленьким моментом в машине, тихо прикасаясь коленями и ожидая, что скоро их разлучат. Навсегда.