Слабость демона

Спокойный и беззаботный вечер в конце недели. Комната наполнена светом от ламп и пьяным мужским гудежом. Стаканы чокаются о друг друга, и в пустые наливается новая порция весёлой жидкости. Помещение уже давно пропахло запахом аппетитных блюд и алкоголя. Не пьёт только Они, и все это знают. Уже никто не стремится предложить ему: «Ну всего лишь глоток!», а Камисато неоднократно подмечал, что этому демону и не нужно спиртное, чтобы быть самым безбашенным в компании. Руки управляющего кланом, словно механизмы, автоматически тянутся прибрать грязную посуду в сторону. Каждый раз блондин глядит в сторону Камисато, что уже не обращает на такие вещи внимания. Сегодня стоит быть в меру праздным и почтительным, ведь в гостях — сам генерал. — А «Правду или действие» знаешь? — мужчина с волосами голубоватого оттенка, делая глоток сакэ, с азартом смотрит на Они, — Мне об этой игре знакомый из самого Сумеру рассказал. — Мне кажется, я что-то слышал! — Аратаки увлечённо кивает, — Это как игра в «бутылочку»? — Да-а, — Камисато протягивает, взглядом уже обследуя стол с алкоголем и блюдами, — Вот, у нас даже «бутылочка» есть. С недоверием Тома смотрит на то, как рука господина тянется к пустой бутылке, чтобы положить её на центр стола. Из неё до сих пор несёт лёгким запахом алкоголя, и после праздничного застолья её следующим пунктом назначения станет утилизация. Взгляд блондина с волнением затем переносится на генерала, что продолжает сдержанно наблюдать за происходящим. Отчасти Тома чувствует, что они находятся в одной лодке, наблюдая за мужчинами, что под действием алкоголя и веселья смогут что-то натворить. — Давай, ты начинай крутить! — А чего не ты? — Ну ты же предложил. Аято невинно хмыкает, вновь кладя ладонь на бутылку. Горо и Тому не спрашивали об участии, заведомо зная, что они всё равно присоединятся к игре. Ведь если будут играть только двое, разве это забава? Ловким движением мужчина раскручивает ёмкость на центре стола, заставляя бутылку пребывать в нескончаемом и быстром вращении. Звук столкновения стеклянной и деревянной поверхностей призывает замолчать всех присутствующих, ожидая, на ком начнётся игра. Шум и вид крутящейся бутылки поселяет воодушевление и чувство предвкушения (особенно для Они, что не может усидеть на месте). Постепенно она начинает замедляться, в итоге останавливаясь. Наступает тишина, а горлышко ёмкости указывает на одного человека, что уже измученно выдыхает. Тома не особо горел желанием играть в такие игры с пьяными мужчинами. — Тома-а, — протягивает Аято, непринуждённо улыбаясь и переключая всё своё внимание на управляющего кланом, — Выбирай: правда или действие? — О-ох... — блондин хмурится, опуская голову от безвыходности. Если не сыграть — господин выпросит желаемое развлечение в двойном размере, — Хорошо, я выберу правду. — А её только слабаки берут! — подшучивает Аратаки. По его мнению, сильный всегда выберет действие. Камисато начинает раздумывать, показушно стукая указательным пальцем по подбородку. Тома уже напряжён, предвещая что-то неприятное. — А это правда, что когда ты готовился к Иродори, одна из служанок увидела- — Нет! Тома вскакивает с места, инстинктивно ударяя ладонью по столу. Ему совсем не хотелось, чтобы кто-то услышал продолжение этого вопроса. Лицо парня предательски окрасилось густым румянцем, кровь приливала к лицу от волнения. — Этого не было! Я уже говорил об этом! Пока блондин суетился в смущении, Аято позволил себе смеяться над такой суматохой. В этом его активно поддержал Аратаки, пока генерал Ватацуми попивал вино из своего стакана, но теперь уже улыбаясь. — Просил же не вспоминать... — бурчит Тома под нос, усаживаясь на место. И он понимает, что не сможет злиться на господина больше минуты, и сам Аято об этом догадывается. Поэтому парень лишь кидает на него недовольные взгляды, пока берёт бутылку в своё управление. Вновь начинается «выбор жребия», пока стеклянная ёмкость крутится вокруг своей оси на центре стола. Её горлышко поворачивается мимо Горо, Камисато и в итоге останавливается. — Правда или действие, Итто? — скрещивает Тома руки на груди. — Действие конечно! — Ты же понимаешь, что каждый раз действие нельзя будет выбирать? — продолжает Камисато вредничать. — В смысле?! — Кхм! И так, действие для Итто, — Тома начинает смотреть по сторонам, ища вдохновение для нового задания, — Давай, испорть господину его наипрекраснейшую укладку. И Тома собой горд. Теперь вместо негодования на его лице красуется довольная улыбка, пока взгляд Аято устремлён прямо в его глаза. — Ты гад, конечно, — невозмутимо произносит Камисато, — Но у тебя не получится сломить меня этим. Стоило ему окончить это предложение, и Аято чувствует, как на его макушку опускается когтистая лапа, начиная взъерошивать аккуратно приглаженную причёску. Они бесцеремонно разрушает всю элегантную конструкцию, в итоге заставляя комиссара выглядеть потрёпанным. Мужчина видит, как самодоволен взгляд Томы после этого, словно смотрящий сверху вниз. А ещё Аято чувствует, как неудобно и досадно сидеть с испорченной укладкой. — О-о, моя очередь! — воодушевлённо заявляет Аратаки, тянясь к бутылке. Его резвый голос способен затмить всё неловкое и обиженное молчание. Без капли сомнений и стеснения демон небрежно раскручивает бутылку на месте, и та начинает своё движение вокруг себя. Её горлышко снова поочередно указывает на всех, намереваясь остановиться лишь в сторону одного присутствующего. Им оказывается генерал. От неожиданности у Горо даже привстают ушки — он никогда в такое не играл. — О-о, мой пёсик-генерал, — посмеивается Аратаки, смущая сибу своим пронзительным взглядом. Итто усаживается поудобнее, занимая важный вид, — Что выберешь? — Действие, — без раздумий заявляет Горо. Такой ответ удовлетворяет Они, и его лицо расплывается в новой улыбке. Он позволяет себе подумать ещё некоторое время перед тем, как озвучить заветное желание. — Тогда рога мои потрогай. На мгновение помещение вновь погружается в тишину, но участники игры лишь дивятся такому заданию. Недолго пришлось ждать, прежде чем Камисато захихикает, перекидывая Томе через стол что-то по типу: «А у него свои фетиши!», получая в ответ негодование от Итто: «О-он просто один раз мне отказал!». Выдыхая, Горо соглашается на это лёгкое задание, двигаясь ближе к мужчине. Под действием алкоголя у него нет особого желания вставать с места. Генерал садится рядом с Аратаки, а тот же покорно торопится опустить голову, из-за чего никто не успевает углядеть багровый румянец, предоставляя Горо отличный вид на свои рога. Сиба тоже не медлит, осторожно хватаясь за один рог, чуть сжимая его в ладони, ощущая достаточно твёрдую поверхность. Рог горячий, а на ощупь он слегка шероховатый. Горо не спеша двигает рукой, касаясь его с самой верхушки и до основания. Где-то сзади слышны пьяные смешки от Камисато, пока его не стал отвлекать Тома. Блондину всё ещё нужно разъяснить тему насчёт того случая со служанкой. Из-за этого вскоре всё внимание комиссара переключится на него, забывая о задании, выполнением которого занят генерал. Аратаки удивительно притих, лишь молча подставляя свои рога. Похоже, действо, которое совершает Горо, ему нравится, а то, как отвлеклись их друзья, лишь в плюс. Потому что Они понимает, что не только он может заметить бугор, образовавшийся в его штанах. Генерал старается не подавать виду, но руки с рогов убирает. Они неловко молчат оставшуюся игру, пока Аято с Томой отвлекаются друг на друга. *** Ночная тишина смешивается со стрекотом цикад, пока Они пытается улечься поудобнее на мягкую кровать. Ему нужно как следует вытянуть и руки, и ноги, при этом оставляя нагретое местечко для генерала. Он зевает, скучающе ожидая его, кидая взгляды на окно, за которым красуется звёздное небо. Наконец слышны негромкие шаги, приближающиеся к комнате, и на пороге появляется родной силуэт. На лице Аратаки сразу появляется улыбка, пока он не сводит взгляда с уставшего под вечер Горо. Следуя примеру Итто, он лениво укладывается в постель, занимая намеченное место, и его сразу заключают в крепкие объятия. Сиба морщится и хихикает, когда некоторые локоны с шевелюры любвеобильного демона падают ему на лицо. Несмотря на это, он всё равно обожает его волосы: они всегда мягкие, пахнут чем-то вкусным, а ухаживать за ними одно удовольствие. Послушные. — И что это было сегодня? — улыбаясь и сдвигая чужие волосы, интересуется Горо, — На встрече с Камисато... — А что такого? Скрывая своё смущение, Итто только больше утыкается, не выпуская парня из объятий. — Ну, это необычно... Не имея возможности хоть как-то двинуться в объятиях большого Они, Горо протягивает руку, чтобы погладить того по макушке. Его ладонь не спеша проводит по локонам и между ними, зная, как Аратаки любит подобные манипуляции. Словно нажав на какую-то кнопку, по сигналу демон слегка меняет позицию, наклоняясь и подставляя генералу свои рога. Изначально Горо опешил, не зная, как и реагировать на такую настойчивость. Итто молча выставляет перед сибой рога, явно прося об одном своим видом. Горо выдыхает, но всё же выполняет его желание. С макушки ладонь передвигается на рог, а затем генерал использует и вторую руку для другого рога. Горо обхватывает их оба, не спеша сжимает, водит по ним движениями вверх-вниз. Мягкие подушечки лапок ложатся на жёсткие, местами бугристые, багровые органы, доставляя демону тем самым сладкое удовольствие. В рога активно поступают импульсы, и затем эти импульсы постепенно спускаются по всему телу, ударяя в пах метко и горячо. Аратаки довольно быстро поддаётся наступающему возбуждению, а его щёки словно горят под воздействием густого румянца. Пара минут, и вот он уже опаляет ключицу генерала своим жарким дыханием. Когда же Они начинает прижиматься ближе, Горо снова сталкивается с той же проблемой в виде чужого напряжённого органа. Эта проблема, как назло, утыкается прямо в его бедро. Несмотря на всё это: на большого демона, что плотно прижимается, и его орган, — на этот раз Горо не убирает руки с рогов, продолжая движения ради интереса. А Итто совсем растёкся от ласки, не в силах спокойно лежать на месте, не зная, куда девать свои руки. Он с удовольствием поддаётся чужим касаниям, моментами мыча от наслаждения. Долго одна из его рук не задерживается на талии генерала, опускаясь ниже. Недолгое копошение, которое слышит Горо, а затем более сбитое дыхание у его ключицы. В своеобразных объятиях щенок чувствует неспешные движения, регулярно повторяющиеся в одном направлении. Лапища демона сжимает член, что так просил внимания. Это удивляет, и Горо чувствует, как жаркий румянец тоже подступает к его лицу, словно ударяя током по всем другим частям тела. Его движения на жёстких рогах уже не такие быстрые и уверенные, так как он неосознанно начинает прислушиваться, затаив дыхание. Аратаки продолжает наслаждаться от стимуляции рогов, погрузившись в экстаз настолько, что не смог оставить свой член без внимания. Не желая, чтобы сиба останавливался, он ублажает себя. Горячее дыхание Они опаляет кожу будто всё сильнее, а тела нагреваются сами по себе, плотно соприкасаясь. А ведь лежать с таким разгорячённым демоном — словно печку обнимать. Генерал с трудом сглатывает, когда на его бедро попадает жидкость. Её много, она вязкая и стекает медлительно по коже, заставляя мурашек пройтись по телу. *** — Смотри, это место отлично подойдёт. Мужчина обращает свой взор на указанное место, быстро оценивая его. Ни души, спокойно и просторно. — Круто! Пойдём туда. Он всё ещё слегка потирает плечо, на котором красовалась небольшая рана. Виновник же этой проблемы — кайраги. Вместе с генералом Аратаки вызвался на зачистку берега, весь из себя храбрый и отважный. Итог: единственный, кто пострадал. Как бы Горо ни просил не идти на врагов танком, воодушевлённый боем Они не послушал его. — Фух, архонты... Я так устал! — Итто громко вздыхает, плюхаясь на мягкую траву под деревом, — Ну, это на пять минут, ты меня сейчас подлатаешь, и я пойду — хоть весь остров зачищу. Он смеётся, да и Горо не может скрыть своей улыбки от таких заявлений. Что бы не происходило, у его Итто всегда остаётся хорошее настроение. К такому нужно стремиться. — А слушался бы меня, то и этих пяти минут не было б, — подхватывает сиба, усаживаясь перед мужчиной. Он начинает рыскать в своей сумке, в которой всегда находилась аптечка для первой помощи. А там и бинты, и мази. — Да брось! Зато гляди, как быстро разобрались, — болтает Итто, пока Горо отделяет нужное количество мази и бинтов, — Ха-ха, один из них думал, что я со спины его не замечу! Он не знал, что я вижу настолько хорошо, будто у меня ещё одни глаза на спине, — не спеша генерал втирает мазь в рану, сконцентрировавшись на этом, и принимается за бинты, — И ты вообще охрененный был... Очень метко и чётко бьёшь, — начинает Они восхищаться и своим парнем, пока тот обматывает рану бинтами. Как и всегда, Аратаки смущает такими похвалами настолько, что на момент генерал утопает в смущении, — Подумать только, эти уродцы чуть рога мои не задели. Горо и сам не замечает, как быстро его ушки поднимаются в интересе. При упоминании рогов он вспоминает недавнюю ночь, что была полна для него приятных сюрпризов. Одна из ночей, когда Итто не постеснялся показать свою природу. Закончив бинтование, взгляд бирюзовых глаз устремляется на багровые рога. Словно что-то анализируя, Горо глядит на них некоторое время, ну а затем двигается к Они поближе, чтобы вновь ухватиться рукой за один из рогов. Это однозначно удивляет Аратаки, что тот даже вздрагивает. Демон глядит на щенка с примесью различных эмоций: это удивление, но вполне приятное. Генерал застаёт его врасплох, здесь, в тишине и под деревом. — Тебе это нравится, да? Голос сибы уже не такой громкий и яркий, он словно переходит в какой-то шёпот, делая обстановку ещё более интимной. Только от этого у Итто проходят по телу мурашки, а потом Горо начинает и медленно рукой двигать, стимулируя рог. — Да... — И из-за чего так? Это твой фетиш? Аратаки не торопится отвечать. Он опускает взгляд на траву, хмурясь и краснея одновременно. У Горо получилось застать его врасплох, смущая до кончиков ушей. Приступая и ко второму рогу, генерал не прекращает совершать такие непристойные движения вверх-вниз, сжимая в ладонях жёсткие, но такие чувствительные рога. Он двигается ближе к демону, практически усаживается на его коленки. — Ну... — начинает Итто неуверенно, он кладёт свои руки на излюбленную талию генерала, чтобы найти хоть какую-то опору, — У меня это с детства. Я экспериментировал сначала, а потом выяснил, что это очень приятно. — Поэтому ты просил сделать это меня? — Да. Горо польщён. Ему очень приятно слышать, что его мужчина хотел бы получить удовольствие с помощью рук генерала. Итто не остановился на незначительных экспериментах и пошёл дальше. Щенку даётся время это обдумать, пока он продолжает стимулировать рога, охватывая их. Затем же он двигается ещё ближе — настолько, что рога можно установить прямо перед лицом и дотянуться до них языком, что Горо и делает. Он заставляет Итто чуть опустить голову, и сам прикасается к багровому органу губами. Сначала ради эксперимента не спеша проводит ртом, а потом пускает в ход язык. Тёплый и влажный орган оставляет мокрую дорожку на роге, медленно проходясь по всей длине. Рог у Аратаки горячий и жёсткий, и языком это ощущается более выраженно. Влившись в это действо, Горо проводит языком второй, затем третий раз, превращая это в отдельный процесс. Уже было заметно, как сильно генерал одурманил Они своими действиями. Сидеть сложа руки уже было невозможно, когда по его рогу так кропотливо и соблазнительно водят шершавым язычком. На уровне паха уже давно образовался бугор, осведомляющий о тесноте в штанах. Итто быстрым движением прижимает щенка ближе к себе, хватая того за одну из ягодиц сквозь ткань штанов. Лапище демона это удаётся легко, но и на этом он не останавливается. Горо занят чужими рогами: откровенно лапает их и вылизывает, поэтому демону не составляет труда стянуть с того штаны и остальную дребедень, что так мешала Итто лицезреть шикарные виды. Быстро нижняя половина одежды с генерала предательски падает на землю, открывая для Они, что чуть ли не мычал от удовольствия, новые возможности. Пальцами он входит между ягодиц, нащупывая вход. Горо сразу же вздрагивает, чувствуя на себе горячие прикосновения, но совсем не сопротивляется. Он даже старается тщательнее, добиваясь активного прогресса и реакции от демона, сам мучаясь от желания как можно быстрее удовлетвориться. Аратаки вводит один палец, и Горо уже чуть ли не мурлычет от такого, обхватывая губами рог. И Они на этом не заканчивает: пристроив внутри генерала один палец, он довольно быстро пускает в ход и второй, от чего щенок над ним задрожал. Итто не мучал его слишком долго, лишь растянув, а затем высвобождая свои пальцы. Сиба сразу же ощущает пустоту внутри себя, но скорейшие звуки копошения и расстёгивания ремня ласкают слух, а хвост сам невольно начинает вилять. Его радует и веселит, насколько Итто торопится и не может долго держать себя в руках. Ну, а если бы парень был против — он бы об этом сказал. Несколько секунд, пока Горо не отпускает свой язык от органа, и его насильно отрывают от действа, опуская ниже. Аратаки мгновенно вовлекает генерала в поцелуй, что уже через секунды становится страстным, слюнявым. Теперь перед лицом парня не багровые рога, а разгорячённое лицо их хозяина, которому точно нужно что-то бо‌льшее. Итто начинает входить не спеша, и когда влезает только головка, от генерала уже слышится тихий стон. Парень хватается за сильные плечи демона для опоры, чтобы тот смог спокойно войти до конца. В это же время хвост не перестаёт вилять, забавляя рогатого. Он чувствует, как дрожит Горо, когда наконец входит полностью. Начало каждый раз было тяжёлым — Итто большой, а сибе нужно время, чтобы привыкнуть. Когда член таких размеров входит в него, вся возможная пустота внутри перекрывается, по ощущениям смещая органы — настолько наполненным он себя чувствует. Спустя несколько ободряющих поцелуев генерал сам начинает движение, привставая с органа и насаживаясь на него обратно. Конечно, Аратаки оценил такую напористость, намереваясь помочь своему любимому. Ухватиться за Горо довольно легко, не говоря уже о том, чтобы насаживать его на член. От сибы исходит протяжный стон, когда Они выходит и так же входит до упора, задевая все нужные точки. Всё тело дрожит, но Горо чувствует сильнейшую опору и безопасность, пока мощные руки Аратаки его держат. Вся эта нежность перемешивается с животным желанием, когда со временем толчки становятся сильнее и активнее. Место довольно быстро наполняется соответствующими звуками стонов и шлепков. С каждым толчком и ударом бёдра о бёдра сиба усиливает хватку на своём демоне. Ощущение наполненности с каждым разом будто больше, вызывая у Горо узел, который намеревался вот-вот обеспечить парня ярким оргазмом. Итто тоже пребывал на пределе, мыча в удовольствии от наступающей тесноты. — Ты потрясающий... — шепчет у его уха генерал, возбуждая в двойной силе. Горо определённо знает, что делает, когда так хвалит. Он знает, как похвала одновременно смущает и мотивирует Они, из-за чего тот двигается ещё активнее и старательнее. Обычно такие старания и доводят до резкой кульминации. Большой шипастый орган пронзает изнутри, растягивая стенки и ударяя по самым чувствительным местам. Горо совсем уязвим в таком состоянии, но это и единственный мужчина, перед которым он готов показать слабость. Он совсем не против, если Итто захочет получить удовольствие с его помощью и избавиться от всей тяжести в яйцах. Ещё несколько сильных толчков, и сиба кончает с ленивым стоном, попадая жидкостью на пресс и грудь своего мужчины. А Аратаки необходимо ещё некоторое время, чтобы излиться внутрь. Они кончает обильно, горячо, наполняя Горо до самых краёв, от чего сперма почти сразу начинает вытекать, если того позволяет хоть частичка свободного места, пока всё пространство внутри занимает большой член. *** Итто лениво и сонно зевает, расположившись практически на всей кровати. Горо же совсем не против, его даже забавляет то, насколько ласковым и одновременно упрямым может быть Они. Он проводит ладонью по рогатой голове, не спеша пропуская пальцы между локонами, специально задевая основания рогов. Генерал нежно массирует, пока Аратаки медленно и влюблённо засыпает.