Мертворожденные

      Для Мишель Волмур прошла первая рабочая неделя в должности настоящего детектива, поэтому ее коллеги решились пригласить девушку вечером пятницы в бар. Как обычно развеяться после тяжелой трудовой недели и заодно отметить успехи Мишель с новыми обязанностями. Почему «решились»? Затея эта не то чтобы дурная, просто бессмысленная. Даже главному детективу – Тому Такеру, не удается получить согласие на неформальное времяпровождение. До сих пор Волмур придерживалась суровой строгости, поговаривают, даже дома, хотя она уже несколько лет живет с учителем. Несмотря на ее дерзкий характер, как только рабочие оттенки исчезают, она становится более тихой и закрытой. Особенно после случая, когда Такера подстрелили из-за ее халатного отношения к заданию. Еще не оправилась от вины. Но в этот раз коллегам удалось заполучить внимание девушки, правда, с условием, что она свой успех отметит одна.       – Как приятно снова видеть вас здесь, – послышался голос сбоку сквозь громкую музыку. Скромными пританцовывающими движениями через толпу к барной стойке подошел парень.       – Чего? – Мишель вздрогнула, приоткрыла глаза и повернулась в сторону звука. – А, это вы, тот бездарный к знакомствам клиент. Я думала, богатый сэр никогда не позволит себе бродить по самым обычным барам и пить за одной стойкой с теми, кто перебирает дешевым алкоголем.       – Я давненько наблюдаю за вами, и не похоже, что вы обходитесь бутылкой за какие-нибудь десять фунтов.       – Я здесь не одна, я с коллегами. Они празднуют за меня. А раз так, то за чужой счет можно позволить взять пойло более достойное, – пренебрежительно буркнула Мишель и попросила бармена налить ей еще. А пока тот аккуратно добавлял спиртного из новой полной бутылки, девушка свалилась щекой на свою ладонь.       – Мне кажется, нам стоит начать сначала. Я Эдвард Милтон, а вы, как я помню, Мишель? Мишель только перевела взгляд к парню, пристально уставилась на его мерзкую натянутую улыбочку, но ничего не ответила.       – У вас очень красивые глаза, Мишель, даже не верится, что такой цвет вообще существует. Могу побыть наглым и спросить от чего?       – Вы ведете себя нагло на протяжении всего этого времени, есть ли мне смысл снова делать замечание?.. А-ах, – девушка потерла глаза. – У меня они с рождения такие. Врачи говорят – отражение моих способностей.       – Это действительно удивительно. Вы богаты подарками природы, и не только. Читал о вас на днях. Оказывается, вы знаменитость, Мишель. Прошу простить меня, я не особо заинтересован во всей этой преступности и делах охраны порядка в нашем городе, но вы меня поразили.       – Я должна радоваться этому?       – Вы совершенно неприступны.       – Да, вы зря тратите время.       – Уверены? Я погляжу, вы совсем не умеете пить. Может быть, я как раз кстати и могу оказать вам дружескую помощь?       И от этого замечания отмахнуться было уже сложнее. Имея долю приличия, Мишель не имеет совершенно никакого опыта в подобных затеях с посещением темных, шумных и провонявших спиртом заведений. После нескольких протестных бокалов девушка все же свалилась в чужие руки, морща лицо до неузнаваемости и сдерживая толчки отвратительного ощущения тошноты где-то уже на уровне пищевода.