Спустя две тысячи лет мучений

Кайрин чувствовал себя почти так же, как и в прошлый раз — немного неловко и слишком смущенно, чтобы о чем-то серьезно думать. Но ему все же хотелось доказать в первую очередь самому себе, что он еще способен что-то чувствовать. И желать тоже способен. Когда он постучался в дверь теперь уже общей спальни, то едва не сбежал сразу же прочь. Подумали бы, что Соль пошаливает или кто-то из слуг чего-то хотел, но отвлекся. Но, увы, дверь распахнулась раньше, чем он успел сделать хотя бы шаг назад. Почти сразу после стука. — Ну чего ты, заходи, не бойся, — Агран привычно махнул рукой и похлопал возле себя. Он отлично знал, что Кайрин порой стеснялся и иногда уходил спать отдельно. Теперь все реже и реже, но все же иногда на него находило что-то, и он сбегал. — Я просто… — Кайрин оглянулся на шушукающихся демониц, мажущих друг друга какой-то мазью из банки — пахучей и сладкой — и вдруг выпалил: — Можно я украду нашего Аграна на какое-то время? Грета усмехнулась и томно повела плечом. — А с нами не хочешь остаться? — с любопытством спросила она. — Я пока не готов… — Кайрин мотнул головой и опустил взгляд. Он был непозволительно смел и подсознательно ожидал наказания. Но в этом доме такого не бывает. — Да ладно, ничего плохого же нет. Кажется… — Агран потянул носом и вздохнул. — Кажется, он просто успокоился и созрел до более близких отношений. Правда же? — он смотрел на Кайрина спокойно, не давая возможности отвернуться и сбежать. — Мне бы хотелось попробовать, — тихо произнес тот в ответ, не смея отвести взгляд, как когда-то не смел взглянуть на Владыку. А потом привык. И сейчас привыкал к новой роли в новой семье. Супруг… это звучало странно. Необычно, непривычно, но, тем не менее, намного лучше, чем наложник или просто… никто. А потом он перевел взгляд на Шеннара и вздрогнул. Дракон его наверняка презирал или ревновал, а может быть, жалел, разобраться в эмоциях ледяного было сложно. Но Кайрин знал, что ничего не будет — ни покушений, ни унижений и побоев, ничего. Шеннар каким-то образом умудрялся выдержать в их семействе уже довольно много времени и не ушел, хотя для драконов подобные семьи наверняка были если не странными, то дико непривычными. — Идем, — Агран просто прихватил его за плечи, не давая много времени на раздумья. Потому что такие разговоры всегда были личными, порой даже слишком интимными. И не только разговоры. Кайрин одернул край туники и пошел наверх, в ту комнату, которая так и оставалась пока что его. Пока что, потому что он никак не мог полноценно переселиться в общую спальню и все еще нуждался порой в уединении и просто в одиночестве. Одиночество было символом безопасности. Он погладил руку Аграна, ощутил под пальцами крепкие мышцы и контрастно гладкую кожу. Говорить пока что было рано. Но именно за деликатность и возможность поговорить наедине он Аграна и ценил. Что тогда, что сейчас. Публичных выступлений Агран никогда не делал ни для наложников, ни даже для провинившихся. В комнате он первым делом захлопнул дверь и засунул задвижку. — Даже так? — Агран вздернул бровь, но на самом деле не удивился. — Да, — Кайрин мотнул головой и вцепился пальцами в попавшийся под руку стул. — Я хотел тебя попросить… — он смущенно опустил взгляд. — …попросить попробовать со мной… просто мне надо знать, на самом ли деле я такой ущербный и ничего не могу или же еще есть шанс снова стать нормальным, снова чувствовать и… Агран подошел ближе, осторожно погладил его по плечам. — Кайрин, ты не обязан. Мы об этом говорили уже много раз. — Я знаю. Но я хочу узнать, быть может, я уже совсем больной или… негодный… — Не говори таких глупых слов, — Агран чуть приподнял ему голову за подбородок. — То, что ты пережил, наложило отпечаток на твои мозги, только и всего. Тебе нужно время прийти в себя, расслабиться и принять себя нового. И это время у тебя есть. — Ты не понимаешь, Владыка… — Кайрин все еще не смел посмотреть на Аграна, почти закрыл глаза и вытянулся в струнку. Так, как учили в монастыре. — Тебе легко говорить, потому что ты никогда не терял своих мужских качеств. — Да, член мне не отрезали, только и всего, — Агран вздохнул. — Но я тоже терял и приобретал, тоже прошел много всего разного. Да, мы не можем понять потерь друг друга, но мы можем посочувствовать друг другу и помочь. — Меня сломали. Окончательно, — Кайрин, наконец, позволил себе приоткрыть глаза. Пушистые алые ресницы чуть дрожали. — Я только сейчас понял, как сильно сломали. Когда едва не уронил чашку, когда хлопнула дверь. И когда Хлоя меня обняла, а я чуть не сбежал. — Поверь, она не хотела ничего плохого. Она любит обниматься. И да, она тоже знает, что такое все потерять и что-то приобрести, — Агран погладил Кайрина по щеке, словно стирая невидимые слезы. — Она хотела меня поддержать, — Кайрин согласно кивнул и уткнулся носом ему в ладонь. — Просто… я не могу так запросто взять и отбросить старые привычки. — Ничего, мы сделаем так, чтобы ты приобрел новые хорошие привычки. Будет сложно, но мы все станем стараться, — Агран его крепко обнял, погладил пышные алые волосы, сколотые нарочито простой заколкой. — Я, правда, хочу попробовать… но если сбегу, прости меня, — Кайрин уткнулся носом ему в грудь и чуть приобнял за талию. Ощущать кого-то в своих руках было странно. Так странно, словно бы он на миг перестал чувствовать себя сломанной игрушкой и вновь ощутил то, что в нем вытравливали с самого детства — чувство собственничества. — Давай-ка начнем с малого, — Агран задумчиво гладил его по спине, прикидывая варианты. Он не вдавался в настолько интимные подробности жизни Кайрина в монастыре, знал только, что тому отрезали все лишнее, а порой и он сам отрезал, чтобы не переживать насилие, язык в том числе. Благодаря лекарствам он уже отошел и говорил намного более внятно, но все же некоторые звуки у него выходили смазанными. — Начнем с самого начала. С чего ты вообще взял, что с тобой что-то не так? У тебя что-то болит? — Нет, тут все хорошо, но… я видел Грету в душе. Мельком и… ничего, — Кайрин закусил губу. Подсматривать за чужими женами некрасиво, но… это и правда было случайно. Он всего лишь забыл заколку на полке и хотел забрать, но так тогда и не решился. — А что ты ожидал? — Хотя бы возбуждения, она ведь красивая женщина… — Кайрин наморщил лоб. Говорить о таком было стыдно. Говорить с мужем этой женщины было стыдно вдвойне. Но ведь и с собственным мужем тоже… Как все сложно. Раньше было проще. Они жены, а он наложник. Потом — опальный наложник в монастыре. А сейчас… — Ладно, допустим, к этой ситуации ты не был готов и, возможно, воспринимаешь Грету как соседку, а не как жену, да и она наверняка не хотела тебя соблазнить, — Агран призадумался. — Если бы хотела, то ты бы мучился сейчас другими вопросами, тут ничего не поделаешь. — Она меня даже не видела, — Кайрин мотнул головой. Говорить вот так, не глядя в глаза, было полегче. Особенно говорить на интимные темы. — Да видела наверняка, но делает вид, что ничего страшного тут нет. И она права. Ладно, идем дальше. По утрам стоит вообще? Кайрин смешно дернул плечом и чуть задел руку Аграна. — Ну что ты дергаешься, я ж не слежу каждое утро у кого что в штанах, тут после кошмаров быть бы живу, — Агран погладил его по плечам. — Иногда, — наконец выдавил Кайрин. Из прокушенной губы стекла капелька крови, но он этого и не заметил. — Уже лучше, чем ничего. Значит, ты здоров, просто твои беды с башкой тебе мешают. Хочешь, к менталистам свожу? — Нет, — Кайрин мотнул головой и ухватил Аграна когтистыми пальцами. — Хочу попробовать, быть может, у меня получится. С тобой. Нет, если ты не хочешь или я тебе противен, то ты так и скажи, я пойму. После всего… — Тихо, — Агран постарался как можно аккуратнее отцепить Кайрина и всмотрелся ему в лицо. — Никто никем не брезгует. Я просто не уверен, что тебе это надо. Как и Шеннару. Тоже твой брат по несчастью. И я буду не против, если ты сначала попробуешь с кем-то из женщин — они не такие сильные и массивные. У него получилось, ему с женщиной проще, да и намного легче. Может и у тебя получится. — Я не… — Кайрин мотнул головой. — Не хочу, понимаешь? Не могу пересилить себя. Едва решился вообще на этот разговор. И теперь уже не уверен вообще, что это хорошая затея. Зря я все это начал. — Не зря, — Агран погладил ему руки, не давая закрыться и отойти, а потом снова обнял, но на этот раз так, чтобы видеть его лицо. — Семья — это когда проблему не замалчивают, а решают. И раз уж мы начали с самого начала, то и решать ее будем постепенно, не спеша и никого никуда не подгоняя. Этот жест получился у него сам собой, просто по привычке. Агран крепко обнял Кайрина одной рукой, другой снова приподнял опущенную голову и поцеловал. Сначала лишь касаясь, давая возможность в любой момент отстраниться, потом чуть более уверенно, но достаточно бережно. Солоноватая кровь из прокушенной губы добавила этому странную толику пикантности. — Ну вот, видишь, все нормально, — он огладил Кайрина по плечам, давая возможность прийти в себя и все осознать. Тот же лишь жмурился и старался подставить руки так, как удобно Аграну. — Нет, делай так, как удобно тебе, — Агран чуть прихватил его за затылок. — Учись. Ты теперь такой же, как и я. Равный. И ты можешь поступать так, как с равным. — Я же слабее тебя, — Кайрин потянулся к его затылку и вдруг осознал, что это довольно собственнический и властный жест. Обнять, схватить, потянуть за волосы, быть может, намотать на кулак. Слишком личный и одновременно близкий жест. — Физически — да, но по статусу теперь уже нет. И ты можешь делать то, что захочешь. Давай так — сегодня на пробу ты делаешь со мной то, что хочешь в пределах допустимого, то есть, без отрезания конечностей. — Да ну, я ж не настолько сумасшедший, — Кайрин впервые улыбнулся. Робко, почти незаметно, но все же ощутимо по интонациям. А потом ухватил Аграна за косу и чуть потянул, чтобы наклонить его поближе. Для собственного удобства. Раньше ничего подобного он себе не позволял и помыслить не мог. Но раз Агран дал добро… то почему бы и нет? Этот поцелуй получился чуть более страстным. Кайрин словно пробовал границы дозволенного. Испытывал на прочность нервы Владыки. Ну, или теперь уже ректора академии, если так посудить. Потому что Агран сказал когда-то — лишившись короны, он уже не был Владыкой, лишь в фантазиях Кайрина еще оставались наметки на былой статус. Конечно, Агран не прав, ответив, что они равны, но все же, все же… В семье, по статусу это еще возможно, а в обществе уже нет. Когда Кайрин наконец разжал пальцы и освободил косу Аграна, то губы его уже слегка припухли, а от укуса не осталось и следа. — Ну вот видишь, можешь же когда захочешь, — Агран даже удивился такой страсти, хотя… В Кайрине скрывалось много чего любопытного, просто… сначала ему некогда было вскрывать эту шкатулку с потайным дном, а потом стало не до того. Изначально покорный наложник, не требующий больших усилий в плане встреч и секса его более чем устраивал, а потом пошло все по накатанной — отречение, монастырь для всех оставшихся супругов и наложников, отшельничество и тоска… Теперь ему досталась гремучая смесь из страхов, комплексов, проблем и, как ни странно, страсти. Кайрин улыбнулся. Вспомнил все то, чему его когда-то учили вместо магии, и улыбнулся так, словно хотел заманить Аграна в сладчайшую из ловушек. Но тот лишь покачал головой. — Нет уж, давай сам. Делай только то, чего хочешь ты. Сегодня именно ты пробуешь силы, Кайрин. — И без обаяния? — удивился он, когда осознал, что и правда, Агран ни разу не добавил толики обаяния, чтобы облегчить ему участь. — Пока без, а там посмотрим. Мне любопытно, как далеко ты можешь зайти. Ну и судя по всему, у тебя все вполне неплохо, — Агран внимательно осмотрел Кайрина с ног до головы, отметив наконец-то появившийся легкий румянец, блеск в глазах, чуть участившееся дыхание и, конечно же, весьма приличную выпуклость в штанах. Кайрин смущенно опустил взгляд в пол, но спустя минуту заставил себя посмотреть на Аграна. — Только то, что я хочу, значит? — проворковал он почти ласково. Почти потому, что в глазах его зажглись искорки предвкушения. — На первый раз лучше не перебарщивать, — предупредил его Агран. — Нет, перебарщивать я не буду, — Кайрин деловито расстегнул его рубашку и посмотрел на шикарное тело. — Ну, погладить тебя не будет же считаться перебором?.. — почти утвердительно произнес он. Все еще когтистые пальцы прошлись по коже, чуть покалывая ее. Кайрин словно заново изучал Аграна. Когда-то давно он, быть может, и хотел какой-то самостоятельности, но потом всю самодеятельность из него выбили. И сейчас он открывал в себе нечто новое. Нечто властное, хищное, любопытное, жаждущее и весьма такое собственническое. Он словно заново превращался в демона, такого, каким и должен быть. Гладил, царапал, изучал, разок не удержался и укусил за плечо, будто испытывая терпение Аграна и себя. Кайрин спрашивал у себя — нравилось ли ему так поступать с уже не Владыкой? Нравится ли держать за волосы, царапать плечи, кусать за шею? И отвечал себе — нравится. Если не переходить грань, то оказывается, можно понять о себе много чего интересного. Агран гладил в ответ. Не спеша и не мешая Кайрину получать удовольствие от процесса обладания. Брать тоже надо учиться, как и отдаваться, это одна из основных тем отношений. Кайрина никто никогда не учил брать. Его учили быть покорным, послушным и верным, но никогда не говорили прислушиваться к своим желаниям. Агран знавал много наложников, но все они проходили как бы мельком, не задерживаясь. Потому что у них не было ничего такого, чем они могли бы его удивить или поразить. Их всех воспитывали в покорности и требовали служить, даже если это были младшие дети Лордов. Их так учили, что они вещь, средство для удовлетворения похоти и не более того. Женщина хотя бы могла родить ребенка и повысить свой статус, стать женой. Мужчина оставался всегда на той планке, на которую его запихнули. Общество демонов всегда было сложным и неоднородным, но подобное неравенство часто приводило к трагедиям. Скучающие наложники плели интриги ничуть не меньше, чем наложницы и жены. Потому Агран возле себя много парней и не держал. Кайрин задержался дольше всех и лишь потому, что тогда показал свою полную покорность и отсутствие личных интересов. А сейчас Аграну хотелось переделать его. Взрослого сломанного демона. Просто взять и изменить. Кайрин не помнил, как заставил Аграна усесться на кровать, возможно, просто аккуратно толкнул. Просто внезапно осознал себя держащимся за его плечи и неистово целующим так, словно весь мир уже давно перестал существовать. На его руках блестела красноватая чешуя, волосы растрепались, рубашка сбилась почти к подмышкам. В голове было пусто и легко, никаких мыслей и никаких сомнений. Пожалуй, если бы он не очнулся, то мог бы и превратиться. А обращался Кайрин так редко, что можно было бы по пальцам пересчитать. — Это так всегда бывает? — хрипловато спросил он в самое ухо Аграну и провел кончиками пальцев по шее, по уху, чуть задержался на мочке. Лишь сейчас он понял, что немного обаяния все же ему досталось, просто очень мало. Лишь чтобы помочь решиться и подтолкнуть. — Практически всегда, — Агран уверенно положил ладони ему на талию, чуть сжал, будто удерживал на месте. — И так всегда теперь можно делать, не… угадывать, чего ты хочешь, не сдерживаться и не ждать? — Кайрин не переставал удивляться. — Теперь всегда. Только если ты не захочешь уйти к кому-то наложником, — Агран весело улыбнулся. — Ну что, как далеко ты готов зайти в этот раз? — Не знаю, — честно признался Кайрин. Да, ему бы хотелось многого, но он понимал, что прямо сейчас выдержит очень мало что. — Ладно, давай поступим проще. Я скажу тебе, что мы можем сделать, чтобы это не было травматично. Например, у меня есть заклинание, которое я сам придумал. Мы иногда балуемся с ним с женами, наверняка и тебе оно тоже подойдет, — Агран показал в руках формулу. — На самом деле оно заменяет легко портящиеся интимные игрушки и, по сути, просто помогает растянуться до нужной длины. В твоем случае его тебе хватит с головой. — А еще варианты? — облизнулся Кайрин. О заклинаниях подобного рода он знал, но беда была в том, что если творящий такое заклинание маг потеряет контроль, то могут случиться любые возможные травмы вплоть до смерти. Некоторых могло и пополам разорвать, судя по слухам. — Вариант второй — я тебя просто тискаю, и мы балуемся ручным способом, вариант третий — взаимное оральное удовольствие. Но тебе, похоже, он не подходит, — Агран верно расценил испуганную гримасу Кайрина. — Да, я пока не готов… — он провел языком по небу, ощущая, как тот натягивается и слегка побаливает. Да, показать прямо все-все умения не получится, а оставить Аграна недовольным… Такого еще у него наверняка не бывало. Потом же жены и засмеют… или сам себя поедом съест за такое. — Давай начнем со второго варианта, но мне любопытно заклинание… что оно делает? — Не бойся, оно безопасное, я специально закольцевал его на самоповтор, так что превратиться в гигантский дилдак оно не сможет. Вообще, изначально оно только постепенно расширялось и удлинялось, но благодаря женам и добавкам к формуле оно может еще и пульсировать, планомерно надавливать на выбранную точку — оно реагирует на приток крови и тепла в теле, ну и может вращаться. На этом пока все, больше перегружать одну формулу не стоит. — Звучит интригующе, — признался Кайрин. — Но что-то мне немного страшновато. — А ты не бойся, можно вполне начать с самых маленьких размеров, это легко регулируется, — Агран был рад, что Кайрин перестал зажиматься и теперь разговор шел легче и проще. Если бы еще знать, что творится в этой бедной алой башке и в каком направлении скачут его мысли… — Хорошо, я хочу попробовать, — Кайрин сполз с него и стянул с себя штаны, открывая вид на белую кожу, россыпь алой чешуи по самым разным местам, и тонкие почти незаметные трусы из полупрозрачной ткани. А потом сам погладил себя по плоскому животу, словно демонстрируя и предвкушая. Агран тоже его погладил — неторопливо, дразняще, медленно стянул трусы, побаиваясь порвать это «чудо отечественной швейной фабрики» и убрал в сторону. А потом осторожно наложил Кайрину на живот очищающее заклинание. — Надо же, какой прогресс в магии, — удивленно произнес тот, прислушиваясь к ощущениям. — Совсем не больно, только чувство такое, будто по коже мурашки ползут. — Прогресс не стоит на месте, — пожал плечами Агран. — Раньше заклинания не были столь строго специфичными и сдирали еще и тонкий слой внутри кишок, что и вызывало боль. Сейчас стараниями целителей придумано множество разновидностей, можно чиститься хоть три раза на дню и ничего не будет. Но говорят, все же чаще раза в сутки нельзя, чтобы проблем не было. — Я помню, — Кайрин чуть повел бедрами, привыкая к новым ощущениям и заботе. Такой вот странной заботе, когда на него не плевать. Когда его чувства и комфорт важны. — Теперь становись как тебе удобно, попробуем… — Агран задумчиво воссоздал в руках заклинание для растяжки. Пока что оно выглядело как небольшой кружок серо-сизоватой маны в его ладонях, медленно пульсировало в такт биению сердец и ничем не страшило. — Надо, наверное, еще смазки, — вздохнул Кайрин. — Где-то там было масло… — Пожалуй, начнем не с масла, — Агран со вздохом достал из пространственного кармана коробочку с мазью. — На первый раз будет тебе заживляющая мазь. Если что-то пойдет не так, то она быстро залечит трещинки. Кайрин смущенно опустил взгляд и чиркнул себя когтями по груди. Да, пожалуй, Агран прав, с мазью он не прогадал. Он постарался расслабиться и не дергаться, когда его коснулись длинные пальцы, когда его тело странно сжалось, не давая проникнуть внутрь, когда вся сущность требовала просто прекратить это и не мучиться. Нет, стоило перебороть себя. Он уговаривал себя, что это Агран, а не кто-то из мучителей, и он совсем не желает никакого вреда. Агран прижал его к себе, тем самым поудобнее нагнув, поцеловал, не давая вырваться и снова разочароваться. Нет уж, пусть пробует, раз сам захотел. Кайрин поначалу лишь дернулся, но потом ответил на поцелуй, постарался расслабиться, поддался нежности и взвихрившемуся обаянию, словно нырнул в омут. Глубокий, сильный, затягивающий на дно и одновременно удерживающий. Он чуть прогнулся, облегчая Аграну его задачу, а потом ощутил на себе тонкую субстанцию заклинания, а через миг уже и в себе. Это было непривычно, странно и немного страшно, сердца заколотились в испуге. Агран огладил его по ягодицам, чуть сжал появившийся от переживаний хвост со смешной кисточкой вместо нормального шипа на конце. Кайрин выдохнул и постарался больше не думать о том, что вместо живого существа в нем сейчас пульсирует кусок маны, способный трансформироваться во что угодно. Тем более, что заклинание работало как-то странно. Оно словно ощупывало и оглаживало его изнутри, выискивая самые чувствительные места, а когда нашло… Кайрин задохнулся. Это было похоже на слабенький разряд тока, прошедшийся по позвоночнику аж до самой головы. — Так вот как это бывает… — протянул он, чуть пообвыкшись. — Да, примерно так. Еще пока никто не жаловался, — Агран продолжил его наглаживать, касаясь острых чешуек на спине и слегка проявившегося по позвоночнику гребня. — Это радует… — Кайрин шумно вздохнул, приноравливаясь к движению заклинания и слабому, почти незаметному расширению. Тело будто горело, по позвоночнику шли слабые волны удовольствия, обещая потом больше и еще больше, сильнее. Он прикусил Аграну кожу на груди у соска и чуть царапнул когтями простынь. Как же давно у него не было ничего… нормального. Агран продолжал поглаживать Кайрина, ощупывая весьма так аппетитные ягодицы и спину, но потом понял, что тот слишком увлекся собственными ощущениями, и деловито толкнул его бедрами. Кайрин вздохнул, словно выныривая из пучины удовольствий, виновато боднул Аграна головой и попробовал спуститься вниз. Расстегнул застежки на штанах и немного замешкался, вспомнив, наконец, как на самом деле выглядят Владыки без одежды. И в возбужденном состоянии. — Да, ты был полностью прав, что я такое не выдержу, — он прошелся ладонью по члену, задумчиво оценивая собственные возможности. Но прямо сейчас особо ничего сделать не смог. На пробу он лизнул головку, чуть оттянув кожу, огладил длинный ствол, но все же… язык болел. А без языка тут делать было нечего. Кайрин не сдержал болезненной гримасы, когда попытался высунуть язык как можно дальше. Кто же знал, что после такого частого отрезания язык станет коротким и неповоротливым, а еще непослушным. — Не мучайся, — Агран верно понял его скривленное лицо, подтянул Кайрина вверх и усадил на себя так, чтобы касаться обоих членов сразу. — Потом будешь дразниться с Соль и язык потянется, а сейчас попробуем так. Он придержал Кайрина одной рукой за талию, не давая соскользнуть, а другой преспокойно огладил их обоих, отдавая больше предпочтения Кайрину, чем себе — Если что не так — сразу говори, не терпи боль, — предупредил он, заметив, как супруг сильнее изгибается и словно пытается избавиться от чуть ускорившегося заклинания. — Нет, нормально, просто непривычно, — ответил Кайрин уже протяжно и прерывисто, с полустоном, потому что и правда было непривычно. И остро. И слишком даже хорошо. Кайрин цеплялся за него когтями, оставляя розоватые полосы на груди и животе, выгибался, старался как-то двигаться, ерзал хвостом по ноге. Старался немного сбавить градус ощущений, но не мог, и словно барахтался на пределе, не зная, то ли потонуть, то ли выплывать. Он чувствовал себя крайне странно, хотя заклинание перестало уже растягивать его и лишь пульсировало, отмерено и четко надавливая ровно на те точки, которые вызывали наибольшее удовольствие, и не касаясь тех мест, где ему было неприятно. А еще рядом кружила магия — немного обаяния, самую малость для раскрепощения, заклинания, обрывки чего-то чистящего и даже та самая странная магия, которая образовывала связи. Благодаря занятиям в академии и урокам Шеннара Кайрин уже начал различать магию достаточно хорошо, чтобы определять заклинания. И видел, как пульсирует на плече метка, как ее сестра-близнец разливается на ауре Аграна, как тянется невидимая простому глазу, новая и довольно крепкая нить связи. То, что когда-то разорвал Агран, было в разы слабее, чем то, что отрастало сейчас. Но эту связь они вряд ли будут рвать. Насколько Кайрин помнил из вычитанных по свободе в монастырской библиотеке книг, связи упрочнялись от эмоций, в основном положительных. И сейчас эмоций им хватало через край. Когда он обессиленно выгнулся, вонзив когти Аграну в плечи, излился и прикусил ему шею в самом низу — выше не достал, то связь окончательно оформилась. Кайрин едва удержался от мощного точка Аграна, ощутил, как по животу стекает семя их обоих, неловко выдохнул, осознавая, что тем самым отрезал себе все пути назад. Он, наконец, выбрал дорогу, другой уже не будет. Из всех бесчисленных возможностей, которые у него как бы были с приобретенной свободой, он выбрал привычную и знакомую жизнь. И не жалел. Кайрин никогда не жалел о своем поступке, потому что другой жизни не знал, как и не знал, что сделать, чтобы она была интересной. Мысли вяло перетекали в голове, когда Агран осторожно сгрузил его на кровать, почистил заклинанием, потом посмотрел на полностью расслабленное тело и вдруг заявил: — А теперь купаться и спать. Нас уже давно ждут. Кайрин хотел было сказать, что после такого он не сможет смотреть на жен, да и все эти запахи будут будоражить чувствительные носы демониц и дракона, но послушно поплелся за ним в купальни. Теперь он точно знал, что Агран плохого не посоветует. Когда пропало заклинание растяжки, он даже не заметил, как не заметил пропавших на Агране царапин и укусов. Заживало все на Владыках довольно быстро. И лишь растянувшись в громадной ванне под стать росту Владык, он понял, что все только начинается. Новая жизнь, новый виток, новые интересы. Это было правильно, все шло так, как следовало. И от ощущения правильности у Кайрина резко потеплело в груди. И язык уже не болел, хотя он, кажется, ощутимо прикусил его.