Валахия была только в преданности

Как-то пообещал себе, думая о Бейхан Султан, нежность которой почти полностью пленила. - Ты прочитаешь мне какой-либо стих? - Ещё бы о Валахии попросила. - недовольство вырвалось, почти сразу пожалел, только было уже достаточно поздно. Кесем Султан начала теряться быстрее, хоть всегда была очень сильной. Настолько, что никто не ожидал с врагов, а особенно с самых близких и родных, которые ими стали неспроста. - Прошу... - из последних сил прошептала и привстала, уже не имея ни сил, ни желания кашлять от туманного воздуха. Кеманкеш только взял её руку в свою и впервые в такой момент вспомнил сердцебиение её сестры. Не заметил как начал читать стих, которого нигде не было, но он очень напоминал что-то старое и важное. Культурно важное. Госпожа вслушивалась в каждое слово, пыталась найти большую надежду для себя, но ничего не получалось. Сознание почти ушло. И как же глупо было сжать его руку в своей, пусть и знала, что это ей поможет. И никаких вопросов или крутящихся в мыслях ответов. У самого крыльца сидела и смотрела на горы. Тут так тихо, что и соколы, нечасто пролетающие, не создают ни малейшего шума. Как было когда-то в далёком родительском особняке. Валиде Султан впервые за долгие годы вспоминала с грустью то, что не смогла сберечь даже не из-за своего характера или непослушания. Всего лишь из-за желания отца полностью покорить её. Как и после желания мужа - сделать пленницей статуса и уважения, гордости, что была бы излишней в повседневной жизни. - И прочитает стих не тот, не истинной, а лишь одной Династии. Так быстро всё, что дивно видеть рой... - Может быть, рай? - спросил незнаный раньше голос. Повернулась и застыла. Видение, сон от усталости, ничего такого не могло случиться без громадной на то причины. Только в любом случае Валиде Султан видела перед собой сына, что не жил несколько десятков лет. Его забрала тяжёлая болезнь в совсем детском возрасте, того и сам Сулейман не должен помнить. Или же он помнит всё довольно смутно. - Так не должно быть. - Ты права. - этот голос другой, да и неуважения не последовало бы в жизни от шехзаде. Влад добрался и до неё? Так хитро не могла поступать душа, сколько бы всего она ни увидела и ни перетерпела. К тому же, тот сам был виноват в том как сложилась его судьба, так как любовь и жестокость никак не могут сосуществовать. Сглотнула ком и неспешно повернулась, совсем немного, просто чтобы увидеть того, кто говорил. Выдохнув, осмотрела пустое место и разочарованно вздохнула. Пропал. Как и после каждой своей "охоты". Тем временем в Топкапы умирала почти Кесем Султан, а её сестра не могла понять своего нехорошего состояния. Попросту не понимала что с ней происходит, хоть и чувствовала боль в сердце, головокружение, лёгкие спазмы. - Вдохнуть... Воды, стража. - те быстро вбежали и подали стакан с жидкостью. Лишь там оказалась не вода, а настоящий яд, что его никто не ожидал. План был идеальным для врагов. Только они могли отважиться на такое. Когда не было султана Сулеймана в его крепости, начали уничтожать гарем и династий. Ожидаемо, но лишь не столь же хладнокровно и просто. - Лекаря! - пронеслось коридорами, дворец вздрогнул от крика, пусть и скорее от вибрации, ведь крик был не один, во втором конце длинного коридора вовсе не эхо слышалось. Суматоха не началась тотчас. Главная ошибка очередного непростого дня.