Погружение в безумие

      Чифую аккуратно собирал свои вещи в сумку, дабы не помять тетради и учебники. Уроки уже закончились, в классе оставалось несколько учеников, которые не обращали своего внимания на парня. Все были уставшими после дополнительного занятия, где их готовили к экзаменам. Мацуно ещё не определился, куда ему поступать, он хотел бы пойти с кем-то из своих друзей, но мать была против. Женщина говорила, что ему нужна хорошая профессия, где будут много платить, и с этим он не мог не согласиться. Изначально парень хотел стать пилотом, но его детской мечте не суждено было сбыться.       Мальчик устало выдохнул, закрывая глаза на секунду. Ему уже хотелось спать, ведь он очередную ночь провел за чтением манги. Чифую помахал оставшимся одноклассникам, выходя из кабинета. Его голова немного гудела, но он не обращал внимания, желая поскорее попасть домой. К сожалению, парень не встретил своего лучшего друга, который должен закончить в это же время. Мацуно сменил обувь, забирая из шкафчика ветровку. Он уже хотел позвонить Такемичи, чтобы спросить о его местонахождении, но его прервал знакомый голос. У дороги мальчик заметил знакомую макушку и ещё двух незнакомцев, которые стояли рядом. Его голова мгновенно прошла, а усталость как рукой сняло. Он покрепче схватил сумку, разбегаясь. На бегу парень схватил руку друга, убегая вместе с ним в сторону дома. За спиной оставались стоять неизвестные, широко открыв рты от удивления. Мичи что-то говорил ему, но Чиф не слышал.       Оба запыхались от быстрого бега, поэтому остановились за одним из домов, чтобы отдышаться. Ханагаки даже закашлял от внезапной физкультуры, но другу говорить ничего не стал. Мацуно тяжело дышал, начиная осматривать своего товарища на наличие травм или ран. Такемичи не понимающе уставился на него, слегка отталкивая. Теперь уже Чифую сверлил его взглядом, ничего не понимая. Ему казалось, что эти устрашающие парни угрожали его другу, пытались избить или ограбить. Они присели на лавочку, и Мичи достал бутылку воды, передавая товарищу. Мацуно нетерпеливо открыл ее, жадно поглощая жидкость, которая стекала по его подбородку и шее. -У тебя теперь будут проблемы из-за меня, - шёпотом произнёс Ханагаки, не замечая своих слез. -Тоже на счётчик поставят? Не ссы, разберёмся, - уверенно ответил Чифую, хлопая по чужой спине. -Нет же, блин, прости меня! Я столько дерьма от тебя скрыл! - уже громче сказал Такемичи, вытирая мокрые дорожки с лица. -Они из Тосвы, я встречаюсь с их главой! Понимаешь, Чифую? Казутора и Баджи-сан хотели меня забрать и увезти к нему, а тут ты появился. Майки теперь узнает и будет искать нас обоих!       Мацуно удивлённо смотрел на своего друга, который уже не мог сдержать своих слез. Парень никогда бы не подумал, что у этого плаксы могут быть такие секреты. Он конечно расстроился, что узнал только сейчас, но не показал этого. На данный момент ему нужно было успокоить Такемичи, чтобы отвести того домой. Если этот Майки появится здесь, то вряд-ли погладит обоих по голове. К сожалению, головная боль снова о себе напомнила, но у школьника не было таблетки, поэтому он терпел. Чифую поднялся с лавочки, хватаясь за чужую ладонь. Мичи утер свои слезы, смотря на него уверенным взглядом. Они наконец-то были готовы идти дальше, поэтому не останавливались ни на секунду. До дома парни добрались без проблем,где спокойно попрощались и разошлись.       Новый день начинается для Чифую слишком тяжело. С утра он снова ссорится с мамой, опаздывает на урок, а Такемичи не отвечает на сообщения. Парень уже собирался идти в школу один, когда заметил у своего подъезда знакомую фигуру. Ханагаки махал ему, поэтому Мацуно быстро обул свои кроссовки, выбегая на улицу. Друзья наконец-то направились в учебное заведение, однако, путь им преградила группа людей. Чифую уже собирался вступить в перепалку, но его одернула трясущаяся рука. Мичи покачал головой, и парень все понял. Ему не нужно было объяснять кто это, ведь он прекрасно помнил вчерашний разговор. К ним подошёл мужчина с татуировкой дракона, хватая школьника за руку. Молодой человек хотел дёрнуть друга за локоть, чтобы Ханагаки никто не забрал, но его кто-то держал на месте. -Фую, не беспокойся! Со мной все будет хорошо! - крикнул Такемичи, садясь на байк с неизвестным. -А с этим что делать? - поинтересовался голос за спиной Мацуно, заставляя того вздрогнуть от неожиданности. -С собой берём, нельзя его оставлять здесь, а то расскажет кому-нибудь.       Чифую хотел возразить, но на его голову надели шлем, заставляя замолчать. Он тихо фыркнул, садясь на чужой байк. Парень никогда раньше не ездил на чем-то подобном, но где-то внутри разыгралось желание испытать данный вид транспорта. Узнала бы его мать, убила бы на месте за подобные выходки. Перед лицом школьника оказалась крепкая спина, которую подчёркивала чёрная куртка с эмблемой. Холодные ладони схватили его трясущиеся руки, перекладывая их на мужской торс. Лицо Мацуно вспыхнуло красным, когда его пальцы провели по чужим мышцам. Водитель усмехнулся, надавливая на газ. Чиф пытался не визжать и не хватать незнакомца слишком сильно, пока они обгоняли машины на дороге. Парень не признавался даже себе, что ему понравилось ехать с опасным преступником на его байке в обнимку.       Молодой человек сидел на диване, дожидаясь своего друга. Рядом сидел симпатичный брюнет, который о чем-то разговаривал со своим напарником. Чифую старался не вслушиваться в их разговор, потому что его это не интересовало. Он изредка поглядывал на человека с родинкой под глазом, который смотрел совершенно пустым взглядом. Школьнику казалось это необычным, и данный мужчина его впечатлил. Кажется, его звали Ханемия, но школьник не был уверен. Он витал в своих мыслях, пока незаметно для всех осматривал чужое лицо. Так думал только он, ведь Казутора уже успел несколько раз заметить на себе чужой взгляд. Такая реакция на себя вызывала улыбку на спокойном лице, потому что на него редко обращают внимание. -Баджи, ты дебил? - поинтересовался мужчина, вызывая смешок у Мацуно и не понимающий взгляд у Кейске. -Чё?!       Чифую пытался скрыть смех, пока на него смотрели две пары глаз. Человек рядом притянул тело школьника к себе, обнажая клыки. Парень восхищённо посмотрел на него, не скрывая удивления. Он ещё никогда не встречал подобного явления у людей. Мацуно считал, что настолько острые зубы могут быть только у хищников и вампиров из манги,которую он недавно закончил читать. Тора, который сидел напротив них, начал смеяться. Баджи был в шоке, ведь его друг раньше никогда не выглядел так искренне, скрывая эмоции за холодной маской безумного человека. Он сделал себе несколько пометок в голове, обещая понаблюдать за Ханемией. Мужчина повернулся к школьнику, тыкая пальцем в его лоб. Чифую недовольно скривился, потирая то место. -Эй, будешь лапшу? - спросил Кейске, пододвигаясь к чужому лицу. -Буду, - уверенно ответил парень, отодвигая голову клыкастого от себя.       Баджи по-доброму улыбнулся, поднимаясь со своего места. Этот малый показался ему интересным человеком, поэтому мужчине было интересно узнать, что будет дальше. Он сам когда-то был школьником, таким же безбашенным, что позже очень сильно отразилось на его жизни. Он искренне желает ему найти свой путь и не ступить на их тропу. Такемичи уже не повезло, ведь он очень сильно понравился их Главе, который затащил беднягу в этот кошмар. Кейске взял со стола уже готовую лапшу, подавая ее гостю, а тот сразу же налетел на еду. Его позабавила подобная реакция, но он не стал ничего говорить. Тора занял место своего друга, едва ли не прижимаясь к Мацуно. Этот мальчик ему действительно понравился, мир рядом с ним обретал яркие краски. Он хочет побольше узнать о нем, пообщаться поближе, а может и заняться чем-то более интересным.       Они сидели в этом помещении ещё какое-то время, пока не вышел низкорослый блондин с хитрым прищуром. Сано ничего не сказал своим помощникам, но запомнил то, как Казутора буквально клеился к школьнику. Манджиро сделал серьёзное лицо, заглядывая в глаза Чифую, который заволновался. Он хотел что-то сказать ему, но вовремя остановился. Его больше волновало местонахождение Такемичи,а Майки продолжал молчать, наблюдая за чужой реакцией. Ему вчера рассказали, как мальчик "спас" его возлюбленного, поэтому он не злился. Будь на месте Мацуно другой, Глава Тосвы порезал бы его на ремни. Больше всего он удивлялся тому, как выглядит Ханемия. Этот больной ублюдок сейчас выглядел, как котенок, которого приручили. -Такемучи останется здесь, поэтому Баджи тебя отвезёт домой, - сказал Сано, улыбаясь. -Я сам отвезу его, - подал голос Тора, который звучал сейчас крайне нервно. -Да ладно, мы с Чифую живём в одном доме, мне нетрудно, - подал голос Кейске, который доедал свою порцию лапши. -Я бы хотел поехать с Казуторой, - застенчиво прошептал школьник, но его услышали.       Все взгляды были направлены на Чифа, который покрылся румянцем. Его щеки горели алым, пока он переваривал собственные слова. Такого точно никто не ожидал, поэтому все были удивлены. Тора засмущался, отворачиваясь от них, чтобы его друзья не заметили. Манджиро начал хихикать, ведь кажется, недоступный Ханемия влюбился. Мацуно был готов провалиться под землю, повернуть время вспять, убежать и не возвращаться. Он не скрывал заинтересованности в этом опасном человеке, но сам ещё не смог понять, что это за чувство. Чифую откашлялся, поднимаясь со своего места. Парень взял рюкзак и вышел из помещения, в котором стало неловко находиться. Вслед за ним направился Казутора, кивая друзьям на прощание.       Мацуно уже держался смелее, забыв обо всем. Ему нравилось ехать с этим мужчиной, для которого не существует правил. Школьник даже перестал думать о Такемичи, который связался не с теми людьми, но Чиф понимал, что находится в шаге от подобного поступка. Его сердце начинало биться чаще, когда байк мчал по дороге, а его тело прижималось к крепкой спине. Он раньше не испытывал подобного, поэтому боялся. Парень боялся собственных чувств, которые слишком быстро вспыхнули к незнакомцу. Подросток понимал, что это пройдёт со временем, он осознает, что это мимолетная симпатия, детская влюбленность. Казутора ничего не говорил, потому что не хотел спугнуть его. Он и сам впервые испытывает что-то подобное. Ему всегда казалось, что отношения - пустая трата времени, которую можно заменить сексом без обязательств. Ханемия не хотел, чтобы Чифую влюблялся в него, но было уже слишком поздно, ведь он сам заинтересовался им.       Они доехали до дома школьника, где ещё долго не могли разойтись. Мацуно не хотел отпускать Тору, а тот в свою очередь наслаждался чужими объятиями. Мужчина ранее не ощущал подобной заботы от людей. Его били, наказывали, оставляли одного, но никто никогда не подходил, чтобы обнять или поцеловать. Сейчас он молчал, вдыхая дым сигареты, от которого Чифую мило фыркал и кривил носик. Ханемия любил курить. Каждый раз он попадал в замкнутый круг эйфории, забывая о реальности. Он не понимал, как это работает, но ему нравилось. Нравилось, как сигарета лежит в его ладони, как лёгкие жжёт от никотина, как мысли уходят из головы, а серая жизнь превращается в мир его фантазий. Казутора каждый раз начинал нервничать, если не мог сходить покурить. Он становился психом, который может убить, потому что ничего не сдерживало агрессию.       Чифую отстранился, а Тора вздрогнул, когда тело пронзил холодный ветер. Они смотрели друг другу в глаза и не могли вымолвить хотя-бы слов прощания. Казалось, что все звуки застревали внутри, не складываясь в что-то целостное. Школьник аккуратно провел по чужим волосам, которые растрепались, но Ханемия ничего не сказал на это действие. Он схватил чужую руку, притягивая к своему лицу, чтобы оставить лёгкий поцелуй на бледной коже. Парень покрылся румянцем, вырываясь из чужой хватки, чтобы сбежать. Мацуно не обернулся в сторону мужчины, забегая в подъезд, где ещё долго будет прижиматься к двери, слушая собственное сердцебиение. Тора не уедет, продолжит сверлить взглядом окна, надеясь заметить знакомый силуэт. Этот день оба запомнят надолго, разбираясь в собственных чувствах.       Казутора сидел в своей квартире, поглядывая на банки от алкоголя, который стал лучшим другом в его жизни. С их последней встречи прошёл месяц, но он не мог забыть красивых глаз Чифую. Он приставил своих подчинённых, чтобы те следили за школьником. Ханемия не понимал, как он смог превратиться вот в это. Мацуно действует на него плохо, он превращает его в потерянного зверя. Ему хотелось броситься к нему, чтобы ещё раз оказаться в объятиях парня. Тора боялся. Боялся собственной слабости, которая разрушала образ холодного человека. Он всегда был чёрствым и хладнокровным, а теперь прячется от объекта воздыхания. Каждый раз сердце болезненно сжимается от мысли, что его Чиф может быть с другим. Мужчина готов выть от безысходности, запивая свое горе литрами алкоголя.       Чифую устал. Он уже долгое время не видел Казутору, который обычно тусуется с Баджи-саном. Парень часто сталкивается с Кейске, но тот совершенно один. Его сосед странно улыбается, смотря на него, а когда разговор заходит о Ханемии, уходит от темы. Школьник закрывается в комнате, желая оказаться рядом с этим опасным человеком, который раскрепостит невинное тело. Он тихо всхлипывает в подушку по ночам, если ссорится с мамой, потому что никто его не поддерживает. Чиф знает, он чувствует, что Тора страдает не меньше него, но ничего не может с этим сделать. Подросток в очередной раз просыпается с ужасным настроением и опухшими глазами, а рядом никого нет. Его кот каждое утро сбегает в чужую квартиру, чтобы те угостили чем-то вкусным. Парень остаётся дома, потому что школа надоела. Надоело каждый день сидеть на уроках и слушать нудные рассказы учителей. Его родительница обязательно выскажет свое недовольство вечером, а он послушно выслушает все нецензурные выражения, чтобы потом снова закрыться в комнате.       Мацуно сидел перед телевизором, который был выключен. Он достал из холодильника банку пива, которую там оставила мать. Парень знал, что ему обязательно достанется за это, но весь страх пропал. Алкоголь обжигал горло, оставляя неприятное послевкусие во рту. Чифую раньше никогда не пил, потому что не было подходящего случая, а тут он подвернулся довольно удачно. Школьник сидел в полной тишине, делая маленькие глотки, чтобы не опьянеть мгновенно. Все его мысли крутились вокруг хозяина песочных глаз, и он надеялся на их скорую встречу. Чиф даже просил Такемичи, чтобы он взял его на собрание Тосвы, но друг сказал, что Тора давно не появлялся там. Это сильно расстроило парня, он уже успел надумать себе самого ужасного исхода событий , вплоть до смерти мужчины. Мацуно не терял попыток поговорить с Баджи, который начал его избегать, потому что устал от вопросов, связанных с Ханемией. Он устал, что его друг - самый настоящий трус, который боится чувств к Чифую. Кейске не раз появлялся в квартире Казуторы, замечая лишь новые бутылки от спиртных напитков.       Из мыслей парня вывел стук в дверь, из-за которого тот подскочил с дивана. Он буквально бежал в прихожую, чтобы посмотреть в глазок. В его груди поселилась надежда, которая была оправдана. На лестничной клетке стоял Тора, который держался за стену, пытаясь отдышаться. Мацуно распахнул дверь, бросаясь в тёплые объятия. Его глаза снова заслезились, и он не смог сдержать слез радости. Их сердца бились в унисон, желая разбить ребра, чтобы выпрыгнуть из груди. Чифую сильнее прижимался к спортивному телу, которое горело от его прикосновений. Ханемия вдыхал запах чужого шампуня, зарываясь носом в волосы. Они могли ещё долго стоять в подъезде, пока мужчина не поднял школьника на руки, заходя в его квартиру. Чиф не сопротивлялся, держась за крепкую шею. Его мечты исполнялись с неимоверной скоростью, и он даже обрадовался, что помылся с утра. Парня положили на кровать, вновь прижимая к себе. Оба молчали, наслаждаясь теплом тел друг друга. -Больно? - спросил младший, проводя по татуировке тигра на шее. -М? -Больно было набивать? - уточнил Чифую, спускаясь рукой ниже. -Да, - честно ответил Казутора, улыбаясь.       Ему нравилось внимание со стороны Мацуно, но он не мог зайти дальше. Мужчина хотел большего, хотел ощущать эти ласковые прикосновения на своём теле, но боялся. Он боялся выйти однажды из себя и навредить маленькому мальчику. Чиф казался ему глупым подростком, хотя разница в возрасте у них была лет восемь. Для кого-то это много, для кого-то мало. Только парню в следующем году восемнадцать, это он узнал от информатора, услугами которого с радостью воспользовался для своих целей. Ему казалось, что они делают что-то неправильное, и Чифую стоит только узнать о всех его преступлениях, чтобы сбежать. Казутора не отпустит. Нездоровый интерес пугал его самого, но поделать с этим ничего не мог. Мацуно ему действительно нравился, и он готов жертвовать собой ради него.       Время бежало незаметно, когда они лежали на кровати, сближаясь друг с другом, помимо физической стороны, исследуя свои души и сердца. Однако, на этой кровати, между взаимными объятиями и нежностью, закралась непрошенная тень опасной жизни Казуторы. Он решил рассказать Чифую о своих преступлениях, надеясь, что это откроет ему глаза на реальность и заставит задуматься о своем решении быть с ним. Мужчина осторожно приблизился к Мацуно, прижав его к себе. Их тела слились в единое целое, и они почувствовали тепло и безопасность. -Чифую, мне есть, что тебе рассказать, - проговорил Казутора едва слышно, словно боясь, что его слова разрушат эту идиллию.       Чиф поднял голову и посмотрел Торе прямо в глаза. Он испугался, что может быть что-то, что разлучит их. -Расскажи мне. Я готов на все,- прошептал подросток. -Послушай, только не перебивай меня. Я - преступник, понимаешь? Убийца, который мотал срок в исправительной колонии. Я всю свою жизнь посвятил криминалу, понимаешь? Я не уйду из этого, потому что на другое не способен! - с каждым словом, Казутора становился все более мрачным, его глаза темнели, но Чифую продолжал держать его руку, несмотря ни на что. -Я не могу сдерживать агрессию, когда-нибудь это навредит тебе,-выдохнул мужчина в губы подростка, накрывая их своими.       Мацуно не сопротивлялся, отвечая на поцелуи Торы. Глаза партнёра горели, а он тонул в них. Холодные ладони пробирались под домашнюю футболку, поглаживая бока и спину. Горячая кожа Чифую плавилась, а Ханемия добивался большего. Ему нравилось мучить парня, чтобы тот извивался и тянулся к нему. Он забрался на бедра Казуторы, чтобы тому было удобнее его дразнить. Они не отрывали взглядов друг от друга, не прерывали эту горячую игру, которая вызывала целый спектр эмоций. Тора наконец-то примкнул к бледной шее, желая оставить там несколько засосов, которые будут напоминать о нем. Мужчина старался делать все медленно, чтобы возлюбленный не сбежал раньше времени, ведь дальше будет сложнее. Он понимал, что придётся взять на себя ответственность за эту выходку, но Казу был готов. Для себя он все решил, поэтому не собирался отступать. -Тора, я хочу большего, - прошептал парень, хватаясь за плечи партнёра. -Не торопись, малыш.       Ханемия хотел, чтобы Чифую наслаждался их союзом, а не испытывал боли. Он готов терпеть столько, сколько потребуется подростку, чтобы привыкнуть. Домашняя футболка полетела в сторону, открывая обзор на тело. У него не было такой мускулатуры, как у Казуторы, но тоже впечатляло. Мужчина спустился с поцелуями ниже, желая пометить каждый участок кожи. Он целовал и облизывал, иногда сжимая зубки. Это все настолько сильно нравилось неопытному Мацуно, что его дыхание давно сбилось, из него вырывались тихие стоны и всхлипы. Парень был чересчур чувствительным, пока лицо Ханемии ничего не выражало, но внутри тот сгорал от желания.       Тора запустил свою ладонь под шорты своего малыша, где не столкнулся с препятствием в виде белья. Это вызвало улыбку на его лице, но он быстро вернулся к своему занятию. Мужчина очерчивал каждую набухшую венку на чужом органе, чтобы позже коснуться горячей головки. Он двигался медленно, но Чифую было мало, поэтому он поддавался бёдрами вперёд, чтобы большая ладонь касалась его плоти полностью. Раньше его никто не трогал в этом месте, поэтому неизвестность пугала, но он хотел. Хотел, чтобы Казутора испортил его, сделал своим, а ведь он обязательно сделает именно так, как хочет Фую. Мацуно приподнял свои бедра, чтобы с него сняли шорты, и он остался беззащитным перед пронзительным взглядом песочных глаз.       Чифую пытался закрыться, но ему не дали этого сделать. Ханемия провел пальцем по пухлым губам парня, заставляя открыть рот. Тот понял, что от него требуется, поэтому подчинялся любому желанию опасного мужчины. Он старательно облизывал длинные пальцы, проводя языком между ними. Сейчас школьник выглядел крайне развратно: растрепанные волосы, потемневшие от возбуждения глаза, красное лицо и мокрый язык, который полирует чужие фаланги. Такая картина только сильнее заставляла хотеть его, а сдерживаться становилось труднее. Тора был готов сорваться в любой момент, лишь бы избавиться от тяжести внизу живота. Когда его пальцы блестели от слюны, он аккуратно провел ими по сжавшейся дырочке партнёра. Мацуно вздрогнул и хотел отстраниться, но ему не дали этого сделать, старательно размазывая жидкость по колечку мышц. Казутора успокаивал испуганного подростка, нашептывая всякие нежности, чтобы он расслабился, и пальцы вошли безболезненно.       Чифую чувствовал себя слишком странно, что-то с трудом толкалось внутри него, заставляя чувствовать стыд и похоть. Он не понимал, что с ним происходит, ведь это все было для него впервые. Ему не было приятно или наоборот неприятно, такие действия вызывали в нем странное ощущение дискомфорта. Когда Казутора задел простату, его член дёрнулся, а по всему телу прошёл электрический заряд. К сожалению, у них не было лубриканта, который ускорил бы процесс, поэтому Ханемия действовал аккуратно и терпеливо, пока его собственная плоть болезненно упиралась в ткань одежды. Мацуно уже активнее отвечал на прикосновения мужчины, позволяя двигаться активнее. Он не сдерживал стонов, пока отдавался партнёру. Свободной ладонью Тора начал ласкать член Чифа, чтобы довести его до разрядки. Ему хотелось, чтобы он расслабился полностью, ведь тело обмякнет, а член войдёт легче.       Оргазм догнал подростка слишком быстро, поэтому Казутора крепче прижимал потное тело к себе, чтобы не упало. Его ладонь была в сперме Чифую, которую можно использовать в качестве смазки. Ханемия стянул с себя майку, приспуская штаны с трусами. Его член уже был готов к действиям, поэтому Тора несколько раз провел по нему ладонью. Мацуно закрыл глаза, которые едва приоткрылись, когда головка вошла внутрь разработанной дырочки. Фую тяжело задышал, ожидая развития ситуации, которую не мог контролировать. Тора опустил парня на свой орган, закатывая глаза от удовольствия. Ему ещё никогда не было настолько приятно находиться в чужом теле и заниматься сексом. Парень застонал куда-то в его шею, хватаясь за плечи. Член в его заднице неприятно обжигал стеночки, но дискомфорт граничил с удовольствием, поэтому он самостоятельно приподнялся, чтобы ещё раз погрузить в себя толстую и длинную плоть.       Ханемия обнимал тонкую талию, двигая бёдрами. В голове не осталось мыслей, все было словно в тумане, от которого не избавиться. Их губы сплетались в горячем танце, оставляя небольшие ранки. Ему было стыдно, что он трахает парня, у которого ещё все впереди, но это просто уходило на задний план. Мацуно просил большего, а Тора ему это давал. Он не мог оставить своего малыша без удовольствия, поэтому ради него не останавливался. Казутора оставил ещё несколько меток на теле возлюбленного, чтобы он не забыл о нем. Казалось, что оба сейчас взорвутся от наслаждения. Мужчина несколько раз толкнулся поглубже, прежде чем выйти и кончить на бледные бедра. Чифую запачкал обоих собственным семенем, но их это не волновало. Младший жался ближе к крепкому телу, хозяин которого обнимал его. -Я знаю, что это все опасно, Тора, но я люблю тебя. Ничто не помешает моим чувствам к тебе, - прошептал Фую, обнимая преступника еще крепче.       Они уже привели себя в порядок. По крайней мере, убрали беспорядок в комнате. Чифую остался лежать в одной футболке, пока Ханемия курил очередную сигарету в одних штанах. Казалось, что они давно живут вместе и проводят так каждый свой день. Чиф просил мужчину не дымить в его комнате, поэтому он стоял на балконе, где его обдувал вечерний ветер. Неожиданно дверь в квартиру открылась, а подросток сжался от страха. Его мать вернулась с работы, а значит, она узнает обо всем. Тора не обернулся на звук, витая в своих мыслях. Он потушил окурок, выкидывая его с балкона. Когда Казу собирался войти в комнату, он столкнулся с презрительным взглядом женщины. Мать его возлюбленного была зла, стараясь сдержать крики, чтобы не получить потом осуждения от соседей. Только вот обстановка и вид сына настолько сильно задели ее, что она вспыхнула от гнева. -Боже, какой позор! Кого я воспитала?! Мой сын - гей, который спит со взрослыми мужиками!! -Мам, я... -Замолчи! Твой отец наверное жалеет, что умер так рано! - продолжала кричать госпожа Мацуно, махая руками. -Он же преступник! Чифую, ты не видишь? Наркоман и психопат! Выметайся отсюда и больше не подходи к моему сыну!       Женщина вышла из комнаты сына, хлопая дверью. Фую не мог сдержать слез, бросаясь на шею мужчины. Тора обнимал его, успокаивая, но получалось у него ужасно. Он сам был расстроен, его песочные глаза смотрели в сторону, не встречаясь взглядом с подростком. Тора понимал, что он причиняет боль парню и его семье, но он не мог отказаться от своих чувств. Он знал, что Чифую нужно защитить от опасностей его мира, но он не мог просто так уйти. Казутора натянул свою майку, оставляя лёгкий поцелуй на лбу парня, пока тот всхлипывал от обиды. Его сердце сжалось, когда Мацуно осел на пол, начиная рыдать в голос. Он не мог смотреть на слезы возлюбленного, поэтому быстро выбежал из квартиры под ругань матери школьника. Мужчина её понимал, но отступать он не собирался. Чифую теперь только его, поэтому никакие люди не смогут их разделить. Он обязательно останется с Чифом, чтобы не случилось.       Прошла неделя с их последней встречи. Казутора не звонил, не писал и не приходил. Мацуно проводил все это время дома, не разговаривая с родительницей. Всё это время Пике Джей не отходил от своего хозяина, охраняя его. Парню не хватало сил встать с кровати и уйти из дома. Ему хотелось бы обнять Тору, но его не было рядом. В один из таких серых дней к нему пришёл Манджиро, который удивил парня. Он сказал, что хочет поговорить о Ханемии, поэтому Чиф пустил Главу Томана в свою квартиру. Майки обещал помочь, а у подростка не оставалось надежд кроме этой. Школьник согласился на чужое предложение, но он ещё тогда не знал, что его будет ждать за закрытой дверью квартиры Казуторы.       Парень бежал по неизвестному адресу, который ему дал Сано. Он едва сдерживал слезы, стараясь оставаться сильным до конца. Дом Ханемии находился достаточно далеко, но Фую не собирался сдаваться. Его ноги готовы были отвалиться от долгого бега, дыхание давно сбилось, а воздуха не хватало. Парень торопился, зная, что его ждут. Иначе быть не могло, поэтому он ускорился, потратив последние силы. Подросток бил железную дверь кулаками, чтобы хозяин поскорее открыл и пустил его внутрь. Казутора молчал, не реагируя на посторонние звуки. Мужчина снова увлекся алкоголем, желая забыть проблемы. В глубине своей души Казутора понимал, что Чифую – единственное светлое пятно в его безжалостном мире. Он влюбился не только в этого красивого, сильного парня, но и в то, что он приносил в его жизнь нежность, понимание и веру в лучшее.       Неожиданно дверь перед лицом распахнулась, и оттуда выглянуло уставшее лицо Торы. Мацуно обнял его, прижимаясь ближе. Он пообещал самому себе, что больше не отпустит этого человека, который легко пойдёт на преступление. Слезы текли по щекам Чифа, пока он утыкался в крепкую грудь мужчины. Ханемия был рад, что парень пришёл к нему. Он затащил подростка в свою квартиру, начиная нежно целовать. Они теперь не расстанутся, потому что безумие полностью затянуло их в свой омут. Фую теперь часть жизни Казуторы, который сделает его своим смыслом. Эта любовь будет приносить множество проблем, но они справятся. Обязательно справятся, потому что по-другому не может быть.