На завтрак овсянка

      Лагерь, самый забытый и невзрачный из всех на пионерском проспекте, был концентрацией глупости, чувств и безнаказанности, что и влекло веснушчатых постояльцев из года в год. Сравнительно небольшая стоимость путевок сказывалась на уровне внимания, уделяемого детям, что являлось несомненным плюсом для маленьких людей постарше.       Анна была одной из тех, кто проводил ночи в бегах по центральной набережной в попытках купить водки (она дешевая, ею можно здорово напиться и места в рюкзаке много не займет), сигарет, одноразок и чего похуже, ведь в компании лагерных бунтовщиков она всегда оказывалась смелее остальных. Водились за ней и такие мелочи, как побег в соседний корпус к мальчишке и перепродажа сигарет ребятам помладше.        Аня была красива, приятна в общении и особенно замечательна в делах, касающихся поцелуев, но тогда, когда она неожиданно для себя решила побаловаться летним романом с девчонкой, все вышеперечисленные качества оказались совершенно бесполезны. Рита, на которую обрушились все кокетничества и внимание со стороны Ани уже имела на тот момент симпатию к юноше из своего отряда, и общение с Анной было исключительно дружеским. Почему все закончилось так трагично? Все потому, что в последние дни смены ее позиция резко переменилась и на действия Ани стали поступать ответы. Тогда девушки начали строить планы о том, что встретятся на этом самом месте ровно через 7 лет, когда закончат университеты, и станут самыми лучшими вожатыми в истории этого лагеря. Отношения Риты и Ани были неловкими, необычными и неповторимыми, и то ли это оттого, что на их союз был наложен запрет и подростковая тяга к бунтарству подогревала их интерес друг к другу, то ли от чего то другого.        8 августа на КПП с чемоданом в руках стояла лишь одна Аня. В этот раз она играет за команду вожатых, и правила игры прошлых лет координально меняются. Во время дневных обходов корпуса пиво и зажигалки перемещаются из детских тумбочек к ней в рюкзак, а после изъятия, конечно, следует лекция о запрете употребления таких гадостей. Но все это происходит только тогда, когда за спиной маячит кто то из старших вожатых, ведь по ночам она стреляет у «нарушителей» былого дня сигареты и никогда не бывает против глотка пива.

***

      Утро выдалось солнечное, душное и совершенно безветренное, и за два часа планерки Аня успела изрядно утомиться. Стоить ли говорить о том, что после вождения отряда на завтрак и сборов на море она мысленно подписывала заявление об увольнении? Останавливало ее лишь одно: надежда на встречу с той, что оставила неизгладимый отпечаток в ее сердце. Вожатая лениво болтает ногой, развалившись на стуле и вяло поговаривая в рупор о том, что отряду пора на море, но ее внимание привлекает весьма забавная дискуссия ребят из соседней комнаты: — Чушпаном был, чушпаном и остался! — воскликнул кто то из младших. — Еще слово, и будешь отшит! — ответил кто то с голоском потоньше. Воцарилось непродолжительное молчание. Кажется, мальчики переглядывались. — До первой крови? — До первой крови! На этом моменте вожатой стало ясно, что самое время вмешаться. Она не была борцом за справедливость, да и взаимоотношения детей заботили ее меньше всего, но детские побоища могут негативно сказаться на ее личном деле. Влетев в комнату, она уперла руки в бока и сурово обвела взглядом мальчишек. Двое стояли друг напротив друга, и еще трое прятались за их спинами. — Вот взрослые, казалось, люди! — строго начала Анна. — По десять лет парням, а такой дурью маятся! — По восемь. — Что? — Нам по восемь. — Так, а ну молчать! — девушка замешкалась, сложила руки на груди и хмуро оглядела мальчишек, что держались довольно неплохо и страха на показывали. Ну, или не боялись. — Леша, обнял Геру. — вожатая деловито вскинула брови и облокотилась плечом на шкаф. Выглядело, конечно, серьезно. — Быстро.        Мальчишки брезгливо переглянулись. Леша, являющийся лидером этой шайки-лейки, лег на кровать и откинулся на подушку, всем своим видом показывая, что унижаться он не станет. Надо же, восемь лет, а столько горделивости и самоуверенности! Анне это не понравилось. В ее сознании укоренилась мысль о том, что маленькие дети невыносимы.        — Угу. Ну и идите в жопу. Попрошу, чтобы вашу комнату расформировали. — не желая терпеть детские выходки, девушка вальяжной походкой направилась к своему стулу. Позади слышалось детское нытье, такое неприятное и тошнотворное, что мысль о подписании заявления об увольнении не казалась такой уж нереальной. Остановившись на крыльце, она огладила рукой деревянные перила и ощутила приятный трепет в груди — они такие же, как и раньше. Футбольное поле, что виднелось отсюда, осталось таким же, каким было в тот день — день их разлуки. Обжигающие порывы слабого ветерка трепали волосы и футболку. Жарко. В этом дне, как и в предыдущем, не было ничего приятного: жара, детские вопли, сопли, каждодневные походы на пляж и ненужные мероприятия, о количестве которых Анна успела позабыть. Неудачи начались в первый день, когда на распределении отрядов ее пожелания никто не учел и отдал ей на попечение младший отряд. И если подростков еще можно было как-то вынести, то у мелочи шансов не оставалось. За спиной была половина смены. Она не приехала.       — Анют! Тебя в админке ждут! — крикнула знакомая Ани, второпях подбегающая к корпусу. — Ну, чего стоишь! Я твоих вместе со своими на море отведу. — и пока Анна радовалась божьему снисхождению, Катерина уже шустро оббегала все комнаты и начинала строить ребят. Анечка подумала, что даже если ее отчитают, это будет куда приятнее, чем этот злосчастный поход на море.       Как приятно перемещаться по лагерю одной! Всплыла внезапная мысль о том, что она похожа на маму в декрете. Ну, эта мысль пришлась вожатой не по душе. В здании Администрации было прохладно, что безусловно радовало.       — М, Аня. Ты хотела отряд постарше? — увлеченная разбором документов Лина Валерьевна отвлеклась лишь на секунду, мельком глядя на вошедшую Анечку.       — Я? — не веря своему счастью, вожатая замешкалась. — да-да, хотела.       — Отлично. 14 отряд твой. Там новая вожатая приехала, она просила детей помладше. Боже, какие наивные эти выпускники педагогических… — женщина была готова уйти в размышления, однако нетерпеливое «кхм-кхм» вырвало ее из раздумий. — Покажи ей что и как, познакомь с отрядом и можешь вставать на старших. Они проблемные, конечно, но ты сама настаивала.       — Да, конечно, я все покажу и расскажу! Проблемные? Пф, не проблема! И не с такими справлялись! — не веря своему счастью, девушка вылетела из кабинета не попрощавшись. Духота на улице уже не казалась такой невозможной, а солнце, казалось, не пекло так сильно. Дойдя до вожатской, девушка плюхнулась на кровать и взялась за телефон. Телеграмм-каналы, смс от братьев, уведомление из клуба романтики… Ее внимание привлекло сообщение от незнакомого номера в телеграмме:       «Здравствуй, я новая вожатая тебе на замену. Мне дали твой номер на КПП, можешь, пожалуйста, объяснить в какой корпус мне идти?» На аватарке было лицо, от которого бросило в холод, а потом в жар. Аня зажмурила глаза. К приезду той, что она очень ждала, девушка оказалась не готова.