Special award

— Поздравляю с победой, Чанни, — мурлычет Феликс, усаживаясь к Бану на колени, едва тот откладывает телефон в сторону. Прижимается губами к адамову яблоку, пока Крис смотрит в потолок гостиничного номера, откинувшись на спинку кресла. Чан улыбается устало и укладывает руки на обнаженные бедра младшего, осторожно сминая нежную кожу. — Ты хорошо постарался, милый. — Мы все постарались, — смущается Крис. Это не притворная скромность, да и Феликс не ставит его выше других, поздравляя так сейчас. Просто младший знает, как сильно переживает Крис, неся груз ответственности за группу, а поэтому всегда старается напомнить старшему, что тот хорошо справляется. У Бана есть навязчивые мысли, синдром отличника и самозванца одновременно, и как бы Ли или парни ни пытались уговорить лидера расслабиться, тот ни на секунду не может отпустить контроль, всегда стремясь довести все до идеала. Но у Феликса есть стопроцентный способ переключить чужое внимание. Хотя бы на пару часов. — Мы постарались, — моментально соглашается Ли, оставляя легкие поцелуи в районе ключиц старшего. На Бане черная майка с выступления, что не давала покоя младшему весь вечер, потому что так выгодно открывала чувствительные места старшего. Что будоражит фантазию, вынуждая нервно сглатывать от желания запустить под майку проворные пальчики. — Но это не уменьшает твоего вклада. Ты правда большой молодец. Ты доволен? Крис кивает, прикрывая глаза и отдаваясь ощущениям, пока младший вплетает пальчики в его волосы, массируя кожу головы. Премия прошла, их вернули в гостиницу, а менеджер позволил провести время на своё усмотрение. Конечно же, предварительно взяв строгое обещание со всех участников группы не попадаться на глаза постояльцам в компрометирующих ситуациях. Сказал больше для галочки, потому что и так видел, как ребята устали после выступления, и ни на какие сомнительные подвиги уже не были способны. Но парни все равно покивали головой в ответ, да и разбрелись по комнатам друг к другу, чтобы получить свою порцию объятий, поцелуев и разговоров перед сном. Пока сам менеджер унесся в номер стаффа праздновать. Феликс лижет шею старшего, чувствуя, как усиливается хватка на его бедрах, и водит пальчиком по вырезу майки, дразня Чана. Вздыхает притворно-расстроенно. — Хотя жаль, что награду «Fabulous Award» мы забрали на сцене, — Крис открывает глаза, переводя взгляд на младшего, и вопросительно выгибает бровь, ожидая пояснений. Ли прикусывает свою губу, пытаясь скрыть улыбку. — Я надеялся, что вручу её тебе здесь. Заигрывающий взгляд и томный выдох в конце фразы не оставляют никаких сомнений о смысле сказанного, и у Криса внизу живота узел тугой закручивается. — Вот как, — хрипло выдыхает Чан. Ёрзающий на его коленях младший абсолютно не дает сосредоточиться. И не то чтобы он сильно против. — И по каким же критериям происходил отбор номинантов? — О, там очень серьезный отбор, — Ли прижимается к линии челюсти старшего поцелуем. — Нужно быть трудолюбивым и заботливым, — поцелуй перемещается на уголок губ, — чертовски сексуальным и безумно горячим, — губы Ли мажут по скуле Чана, подбираясь к уху, — чутким, внимательным и понимающим. А еще быть австралийцем, и я должен очень его любить. Так что в номинации только ты. Губы Чана расплываются в улыбке, а грудную клетку распирает от нежности к его маленькому солнышку. — Тогда я хотел бы вручить эту награду и тебе, — Крис размещает свои ладони на ягодицах младшего, слегка сжимая их. Притягивает ближе и шепчет в самые губы. — Потому что я тоже тебя чертовски люблю. Как думаешь, мы можем её разделить? — Ничего не имею против. Чан подхватывает Феликса под коленками, поднимаясь с кресла, и несет в сторону кровати. Аккуратно сгружает свою драгоценность на матрас и забирается следом, нависая над танцором. Разглядывает младшего под ним и тащится от их контраста: Феликс тонкий, хрупкий, одетый в белую майку и боксеры, смотрит на Чана обжигающе, тогда как сам лидер еще не избавился от своей одежды. Старший скользит взглядом по родному лицу, задерживаясь то на носике-кнопочке, то на припухших губках-бантиках, то отмечая румянец на щеках. Они сталкиваются взглядами, и Чан видит на дне зрачков младшего первые искры разгорающегося пламени похоти и чертей, что возле костров танцуют. Дыхание перехватывает от того, как ему это все нравится. Чан целует младшего с упоением: нежно прижимается к мягким губам и урчит довольно, чувствуя на себе маленькие ладошки Феликса. Тот касается Криса жадно везде, где дотягивается: оглаживает бока через майку, что еще на старшем, скользит на крепкие бёдра, чуть сжимая пальчики, переключается на предплечья и проводит с нажимом, слегка царапая кожу короткими ногтями. Крис перехватывает его руки, фиксируя над головой, а затем вновь припадает к сладким губам. Покусывает, ловя тихие стоны младшего, и подключает язык, делая поцелуй глубже и развязнее. Тело Феликса выгибает, а сам он нетерпеливо хнычет. Танцору хочется почувствовать Криса ближе, и старший это желание разделяет. Опускается на локти, прижимаясь к груди Феликса, и освобождает руки из захвата. Проводит кончиками пальцев по веснушчатой щечке, потом перехватывает маленькую ладошку, сплетая их пальцы. Отстраняется, трется кончиком носа о нос Ликса, и шепчет в припухшие губы: — Высунь язычок. Взгляд у Феликса пьяненький, расфокусированный, но слушается он моментально. Сжимает легонько переплетенные пальцы, словно подначивая, и Чан с упоением обхватывает чужой язык своими губами. Скользит вверх-вниз, посасывая словно самый вкусный леденец, и видит, как крошит младшего от его действий. Его и самого безумно заводит то, что сейчас происходит, хотя в принципе с Ликсом не может быть иначе. Он всегда податливый, отзывчивый, страстный. Послушный и чертовски горячий. Его невозможно не любить и не желать. А еще до одурения хочется ласкать и нежить. До хриплого скулежа и слезящихся глаз. Нетерпеливого ёрзанья и требовательного шепота. Крису нравится вид нуждающегося в нем Феликса, и он не видит причин отказывать себе в желании вновь увидеть распадающегося от его касаний младшего. Крис отрывается от сочных губ и расплетает их пальцы под аккомпанемент разочарованного стона, но сразу же исправляет ситуацию, прикусывая чувствительную кожу на шее. Подхватывает низ майки, чтобы задрать наверх, открывая Ликса для новых ласк. Оголившаяся грудь младшего сразу же покрывается мурашками, едва её касается обжигающее дыхание лидера. Феликс громко стонет, когда Чан спускается ниже по его бедрам и задевает чувствительный стояк. Крис переводит взгляд на пах Ли, отмечая, что тот уже в полной боевой готовности — аккуратный член младшего проступает сквозь белую ткань трусов, марая её естественной смазкой. Влажное пятнышко блестит в приглушенном свете гостиничного номера, и старший не отказывает себе в удовольствии провести по нему пальцем, вынуждая Ликса распахнуть ротик от переизбытка эмоций. Чан давит на сочную головку, что скрыта одеждой, с наслаждением отмечая, как заламываются брови Феликса и как тот впивается жемчужными зубками в собственную губу. Криса разрывает два противоположных желания: ему хочется еще помучать младшего, и в то же время, тянет сорвать с него остатки одежды, чтобы поскорее приступить к самому главному. — Крис… Нуждающийся тон Ликса возвращает старшего в реальность. Чан опускается губами на солнечное сплетение, оставляя жаркие поцелуи на чувствительной коже. Он чувствует вибрацию грудной клетки, когда слышит стон младшего. Обводит языком, стоящий сосок танцора: лижет и прикусывает, не отказав себе в удовольствии подцепить горошину зубами. Засасывает кожу вокруг, наслаждаясь чужими всхлипами, ощутимо сжимает бока сильными пальцами, пригвождая мечущегося Феликса к кровати. Соски Ликса - очень чувствительная зона, и старший может долго ласкать их, выбивая из своего мальчика множество восхитительных звуков, но сейчас он не выдерживает напряжения сам и ведет дорожку обжигающих поцелуев к кромке трусов. Касается головки через ткань, проводит языком по влажному пятнышку и подцепляет пальцами резинку, чтобы окончательно избавить младшего от ненужной тряпки. Феликс приподнимает бёдра, чем облегчает задачу старшему, а когда Крис наконец стягивает боксеры, отбрасывая их куда-то в сторону, выдыхает с облегчением, перестав ощущать неприятную тесноту. Выдыхает и разводит ноги шире, демонстрируя себя без стеснения. Плавится, когда ловит на себе темный взгляд старшего, и чуть вздрагивает от того, что Чан проводит ладонями от колен к паху. Прикусывает губу, едва Крис проводит большими пальцами в опасной близости от члена, и ойкает, когда его рывком подтягивают ближе. Вены проступают на руках старшего и от этого вида Ли ведёт, словно от алкоголя. Лидер вжимает мягкие ягодицы танцора в свой пах, давая прочувствовать, насколько он уже возбужден. Шумно выдыхает через нос, когда Феликс начинает двигать бёдрами, потираясь. Младшего раздражает жесткая ткань джинсов Криса, и Ли, сцепляя ноги за поясницей Чана, резко садится на кровати, чувствуя, как руки старшего подхватывают его под поясницей. Феликс целует глубоко, мокро и совершенно дезориентирующе. Настолько, что Крис очухивается только тогда, когда младший нетерпеливо дергает его футболку наверх, пытаясь снять, пока восседает на животе Бана. Чан совершенно не понимает, когда этот маленький демоненок успел поменять их местами, но абсолютно не против передать управление в чужие ладошки. Пока старший стягивает футболку, Ликс расправляется со своей майкой, оставаясь полностью обнаженным. На Чане все еще есть штаны, но эту помеху младший устранит позже. Не только Крису нравится видеть, как в нем нуждаются. Феликс утягивает старшего в очередной поцелуй. Прижимается к обнаженной груди своей собственной, ловя стон лидера губами. Мурлычет, чувствуя, как горячие ладони Криса скользят по его спине, опускаясь к ягодицам. Бан мнет мягкие половинки, шлепает и оттягивает в сторону, подбираясь к заветному колечку мышц. Обводит по кругу и надавливает на центр, погружаясь на одну фалангу. Фыркает, не встречая сопротивления, и после погружает уже два пальца по самые костяшки. А младший-то времени зря в душе не терял. Чан несколько раз толкается внутрь, задевая простату, и это вынуждает Феликса запрокинуть голову, разрывая поцелуй. — Глубже… — выдыхает Ли и подается назад, пытаясь насадится самостоятельно, но старший быстро убирает пальцы, оставляя после себя дискомфортную пустоту. Феликс сверкает гневным взглядом и уже хочет высказать старшему все, что о нем думает, на родном австралийском-матерном, но Крис обрубает возмущение, напористо целуя. Отвешивает смачный шлепок по заднице, заставляя ойкнуть, и шепчет в припухшие губы: — Хочешь сесть мне на лицо, малыш? Ликс едва не скулит от того, насколько горячо звучит предложение старшего и быстро-быстро кивает. Наконец-то прелюдия заходит дальше поцелуев (не подумайте, Феликсу очень нравится целоваться с Чаном, но хочется уже перейти к активным действиям), и он торопится поменять свое положение, чтобы получить то, что ему предложили. Хотя и не уверен, что не спустит сразу же, как язык Бана коснется колечка мышц, потому что такими ласками Крис вполне способен довести его до сумасшедшего оргазма, превратив в жалкую (но чертовски счастливую) сахарную лужицу. А ему так-то есть еще чем заняться. Феликс накрывает ладошкой пах лидера, слыша шумный выдох позади. Довольный такой реакцией Ли проводит пару раз с нажимом по ткани, лаская член, и прижимается к напряженному стволу щекой, потираясь о грубую джинсу. Крис же в этот момент раздвигает половинки младшего, открывая себе вид на сжимающийся сфинктер, и приподнимает голову, чтобы кончиком языка надавить на центр, погружаясь внутрь. Делает пару поступательных движений, проникая глубже, а танцора от таких действий выгибает в спине. Ликс раскрывает себя еще больше и впивается пальцами в бёдра старшего, утыкаясь в ширинку носом. Всхлипывает жалостливо, вызывая беспокойство у старшего. — Для тебя это слишком? — хрипло спрашивает Чан, осторожно поглаживая ноги младшего. Такие ласки для них не в новинку, но реакция уж совсем неожиданно бурная. — Нет, всё в порядке, — бормочет Феликс в ширинку старшего, и даже через ткань Крис ощущает обжигающее дыхание. Собственный член изнывает от тесноты, и лидер жалеет, что не додумался раздеться раньше. — Просто у меня нет уверенности, что я сейчас не спущу. — Думаешь, меня это остановит? — старший вновь давит на сфинктер, вынуждая Ли вздрогнуть. Прикусывает ягодицу, довольно улыбаясь. — Нет, солнышко. Не думаю, что мы ограничимся только одним разом сегодня. — Тогда по оргазму за каждую награду? — хихикает Феликс. — Видимо, мне стоит радоваться, что мы не взяли пять? А то боюсь, ты меня бы выжал досуха. — Не прибедняйся, — Крис вновь шлепает младшего. — Я знаю, что для тебя и пять оргазмов не предел, — проводит языком по поджимающимся яичкам, наслаждаясь нервным выдохом. — Продолжим? — Да, — короткая передышка болтовнёй сбавила градус возбуждения, и младший теперь лучше контролирует своё состояние. Все-таки первый оргазм он хочет получить от члена Криса внутри него. Хотя такими темпами не факт, что получится. Проворные пальцы Ликса расстегивают пуговицу и тянут собачку молнии вниз. Крису приходится отвлечься от вылизывания младшего, помогая снять с себя штаны вместе с нижним бельём, приподняв бедра. Лидер блаженно выдыхает, освобождаясь от плена ткани, чтобы в следующую секунду подавиться воздухом на вдохе, когда чувствует, как маленькие пальчики сжимают его ствол у основания, а по головке проходится горячий язычок, слизывая капельку предсемени. Феликс говорил, что он скоро кончит? Чан готов с ним посоревноваться. Ли тем временем продолжает свои ласки: накрывает губами головку, кружа по ней языком, опускается ниже, заводя член за щеку, посасывает и причмокивает, продолжая перебирать пальчиками по напряженному стволу. Языком обводит каждую венку и заглатывает, втягивая щеки. Чан от таких манипуляций впивается пальцами в ягодицы танцора, а Ликс в стоне заходится, пуская вибрацию по члену. Крис еле сдерживается, чтобы не толкнуться глубже, а потому оттягивает младшего за бёдра, переводя дух. Феликс мычит недовольно и выпускает член старшего изо рта с громким пошлым чпоком. А едва прохладный от кондиционера воздух комнаты касается влажной головки, Чану приходится призвать на помощь все своё самообладание, чтобы не спустить в ту же секунду. Дальше тянуть нет сил. — На колени! Живо! — рычит старший, отвешивая очередной шлепок. Ликс звонко ойкает, а его ягодица окрашивается красным, сохраняя отпечаток ладони. Младший с трудом скатывается с груди лидера, чтобы встать как требуют, но ноги ватные и плохо слушаются хозяина. После римминга с дополнительной растяжкой, и с учетом того, что он едва не кончил от таких ласк, вообще как-то сложно собой управлять. Крис шлепает вновь, замечая, что Ликс встает не так, как ему требуется. — Обопрись об изголовье. Младший может только угукнуть в ответ. Подрагивающие от возбуждения пальцы мертвой хваткой вцепляются в спинку кровати, а низ живота стягивает предвкушением. Феликс хнычет и ёрзает коленями по постельному белью, прогибаясь в спине, пока старший ковыряется в тумбочке в поисках смазки. Презервативы не достает намеренно: сегодня Чан хочет наполнить Ликса до краёв, потому что знает, как младшему нравится чувствовать в себе тёплое семя. А еще больше нравится забота старшего и его жадный взгляд, когда Крис помогает Ли своими узловатыми пальцами это семя из себя вымывать. Потому что все в очередной раз заканчивается жарким сексом. Звучит грязно, но Чан не имеет ничего против. Даже наоборот — всегда за. Он собственник до мозга костей и чертовски любит оставлять на младшем свои отметки. Он и сегодня бы их наставил, но увы: пора премий и различных выступлений не позволит разукрасить кожу Феликса засосами и укусами. Поэтому хотя бы так… В голове проскальзывает мысль о пробке для младшего, и он обещает себе обдумать эту идею позже, потому что и так слишком долго медлит. Ли слышит, как щелкает крышка бутылочки лубриканта и поджимает пальчики на ногах от накатывающего с удвоенной силой возбуждения. Это не укрывается от взгляда старшего и Крис хмыкает. Феликс и правда ненасытный демоненок, и хоть прибеднялся на тему пяти раз, Чан знает, что такой марафон Ли выдерживает прекрасно и даже силы еще остаются. Но сегодня всё же лучше сдержать свою страсть, потому что личное и групповое расписание на завтра никто не отменял. Займутся марафоном на совместных выходных… Согретая в ладонях смазка обильно наносится на стоящий колом член, и Крис выдыхает сквозь зубы. Касание рукой по стволу, при виде жаждущего проникновения Феликса, воспринимается внутри головы как издевательство. Чан пристраивается позади младшего, прижимаясь головкой к сжимающийся дырочке. Ликс легко потирается, тихо постанывая, но не пытается насадиться, полностью отдавая себя во власть старшего. Голова танцора свешивается вниз, и Чан оставляет поцелуи на напряженных лопатках. Устраивает собственные руки рядом с ладонями Феликса и медленно входит, давая младшему привыкнуть. Даже с проверенной лично растяжкой Крис предпочитает не торопиться. Когда пах Чана прижимается к ягодицам танцора, старший замирает. Целует Ли в плечо, основание шеи и затылок, отвлекая себя от восхитительной тесноты внутри. Чтобы продержаться дольше, чем пара толчков. Ликса такой расклад устраивает ровно на двадцать секунд, но даже такой промежуток времени кажется ему чертовски длинным. Однако говорить связно для чужой мотивации сейчас у него не получится, поэтому он предпочитает наглядную демонстрацию своего желания: танцор немного отодвигает свои бедра, чтобы потом с силой насадиться обратно, издавая грудной стон и слушая шипение Чана за спиной. — Невозможный, — Крис прикусывает легонько шею младшего и укладывает одну руку на талию Ликса. — Ненасытный, — делает первый толчок, который Ли встречает одобрительным мычанием. — Такой нуждающийся. Темп толчков начинает нарастать и Ликса разматывает окончательно. Он может только скулить и жмурить слезящиеся глаза, соглашаясь со всем, что шепчет ему старший. Феликс и вправду ненасытен, если дело касается Кристофера. И действительно нуждается в нем больше, чем кто-либо в группе. В его руках, губах и ласках. Ликс принадлежит Чану без остатка. И знает, что старший принадлежит ему без остатка в ответ. Вторая рука лидера тоже соскальзывает на талию Ли, придерживая. Чан отклоняет корпус, усиленно работая бёдрами и насаживая на себя младшего. Ликс скулит и хнычет, и старший знает, что они оба близки к финалу. И не будет его оттягивать, так как это не последний раз, когда они сегодня кончат. — Держись крепче, солнце, — шепчет лидер, продолжая вбиваться в разработанную дырочку, постоянно тараня простату. Найти в Ликсе нужные точки для старшего не составляет проблем, что Чану иногда кажется, будто сам Феликс одна сплошная эрогенная зона. Крис ускоряется, делая звонкие шлепки двух тел громче. В комнате невыносимо жарко, сердце от таких активностей бьется где-то в районе горла, а уши закладывает от подступающего оргазма. Старший смотрит на спину танцора через мутную пелену возбуждения, и когда Феликс громко вскрикивает и непроизвольно пытается выпрямиться, Чан прижимает его бедра к себе обратно, кончая внутрь. Держит в ладонях крепко, слыша скрип обивки изголовья, по которой пальчиками скребет Ли, пока тот крупно дрожит от переживаемого оргазма. Криса самого потряхивает, но он не торопится выйти из танцора. Лишь усаживается на пятки, позволяя младшему откинуться спиной на его грудь. Старший медленно поглаживает бедра Ли, проводит кончиками пальцев по подрагивающему животику и целует вспотевший висок. Ласкает осторожно и дает время, чтобы Ликс пришел в себя. Младший нежится и мурлычет в руках лидера, подставляясь под нежные касания. Спустя пару минут открывает глаза и промаргивается, чтобы избавиться от пелены отступающего оргазма. Сердце замедляется, восстанавливая свой ритм, а губы пересохли, и даже скользящий по ним язык не спасает ситуацию. Крис целует младшего в кончик носа и выходит осторожно, укладывая Феликса на незапачканную часть кровати. Достает из мини бара прохладную бутылку воды и протягивает танцору, который сразу же опустошает добрую половину. Ликс пьет жадно, большими глотками, а Чан заворожённо смотрит на то, как дергается его кадык. И как капельки воды, сорвавшиеся с губ, стекают по груди, высыхая на глазах, потому что младший очень горячий. Чертовски горячий. И весь его. Специально для него. Только для него. Самая главная награда в его жизни. Когда Феликс отставляет бутылку на тумбочку, Крис поднимает на него взгляд, сталкиваясь с тёмными глазами младшего. Танцор ведет по своей груди пальчиками, повторяя путь сорвавшихся капель, и откидывается на руку позади него. Усмехается. — Церемония вручения еще не окончена. Продолжим? — Ничего не имею против.