А ведь ты так и не узнаешь правду.

Сон. Чудесный сон. Повсюду вокруг этой пары прекрасные бледно-розовые лепестки сакуры, которые очаровательно разлетаются по воздуху. Разлетаются и падают. Вскоре о них забудет уже таже самая Невермайнд и Ома, которые вот-вот уже отправятся обратно. "Красиво. Как красиво. Я восхищена!" - шептала та, вовсе не задумываясь о своих словах. Ей не нужно искать правду в них. Никакого сомнения. Уверенность. Ее глаза поддавались искушению, взгляд заинтересованно был устремлён на это «сокровище». Мягкая и нежная улыбка девицы не сходит с лица, позволяя парню рядом насладится этим. Во взгляде был слабый блеск, но *для него* там был мир. Слишком углубленно смотрит? Да. Как будто заглядывает в бездонную яму, в которую он готов прыгать. Он не смотрит на улицу вокруг, он смотрит на нее, пытаясь понять, чего она нашла такого в столь обычном месте. Ему это не кажется симпатичным. Есть куча других мест, которые ему бы понравились и проникли в его чувствительное, но защищенное броней сердце. Недопонимание переросло в следующую стадию, он уже не хотел понимать, пусто глядя вперёд, скрестив ноги и стуча пальцами по ткани. Теперь юноша не обращает внимания даже на деву, которая так же замолчала, притихла, стала серьезнее. –Я вот.. уже некоторое время хотела тебе кое-что сказать. — Приглушенно сказала девица, тихо вздыхая, как будто это правда что-то важное. Напряжение для нее росло, время тянулось ужасно долго. - Взгляд ее устремился на парня рядом, и только сейчас она заметила его незаинтересованность, где-то в глубине души, как кажется, расстроившись. Это некрасиво с его стороны, вот так игнорировать ее попытки соединять слова в целостные предложения. Сердце его билось ритмично, спокойно, совсем не так, как у Сонии. В сердце что-то кольнуло. От этого ему пришлось все-таки через скромную паузу ответить ей, не желая продолжать заставлять ее волноваться. –Хаа? Что это? Признание в любви от принцессы? Не ожид-- — Парня перебили. Он и сам, видимо, не дал продолжить мысль собеседнице. От этого ему захотелось уже усмехнуться, но: –Когда ты уже проснешься? — Невинно похлопав глазки спросила Невермайнд, выходя за грань иллюзии, созданную его собственным разумом. Пародия на невинную Невермайнд уже не хочет играть по его правилам Она все знает? Глаза немного сузились. Это презрение?– Молчание. Попытки проснуться и все разрушить опять. Попытки навредить себе, царапая кожу, не чувствуя боли. Черный экран. Получилось. В глазах кромешная темнота, которая вскоре рассеивается. Взгляд размыт. Бошка трещит так, как будто бы до этого тебя долбили башкой об стену, а затем просто зашили все раны тонкой иглой. По телу пробегает противная дрожь, из за которой начинается слабый приступ тошноты, но этого недостаточно, чтобы лежать здесь и продолжать пялить в потолок, забывая о том, что вокруг тебя носятся два парня с очень обеспокоенными лицами. Один из них выглядит очень озлобленно, а другой же просто заинтересованно поглядывает на это тело. В итоге Тсукими в сознание приводит только удар ногой по левой руке, от чего тот сразу сжался, прошипел и посмотрел на рыжеволосого мужчину, щуря зелененькие глазки. —Это.. неприятно.. — Честно подметил Шин, будучи явно не в восторге от его грубых действий. Кстати, бейсболист даже не выразил никакой эмпатии к этому «раненному мальчику». - —Вставай, дебил блять, сука, урод.. — Тот оборвал свою речь, которая могла бы и продолжиться, если бы беловолосый юноша с очень странной прической не кинул бы на него взгляд полный презрения. - В неловкой тишине Шину пришлось подняться на ноги, отряхнувшись от пыли, оставив на себе воображаемый след загрязненности, тот отошел и оглянул этих ребят. Первый парень с растрепанными волосами.. на вид 19 лет.. что-то между 16-летним мальчиком и 57-летним мужчиной. Кажется, он не слишком доволен сей сиутацией. В данный момент одет в какой-то черный свитер, немного грязный, штаны обычные, на удивление, с ними получше ситуация чем с ранее описанным верхом, ботинки чуть потрепанные, но тоже сойдет. Такое чувство, как будто до того как попасть сюда он шариком катился из коридора в коридор. У Тсукими к нему были противоречивые чувства, тот и не знал, что о нем думать пока-что. Второй парень. Он выглядит злым. КРАЙНЕ недоволен происходящим. По ощущениям, готов прямо сейчас зарубить обладателя чудного шарфа, если бы не его «совесть» в виде его друга(?) стоящего рядом. На него было холодно даже смотреть. Одет в одну белую футболку, шорты, проколотые уши, выглядит как гопник из седьмого подъезда У Шинни не вызвали доверия эти двое индивидумов, и он, тихо вздохнув, стал оглядываться. Вокруг было темно, освещала комнату лишь лампа, которая вообще непонятно как светит, через раз, подключена к розетке, выглядит так, будто вот-вот взорвется. Коврик. Кровати.. но, видимо, они не удосужились на них проснуться(по крайней мере, Тсукими уж точно). Стены старые, краска уже давно выцвела, на них виднеются трещины, а так же в комнате тошнотворный запах, к которому они, похоже, уже привыкли. Не вызывает доверия. —Где мы? — Спросил "мистер шапочка", теребя свой шарф, как бы пытаясь успокоиться, пусть ничего ещё и не случилось. - —Если бы мы знали. — Ответил мужской, хрипловатый голос, уже копаясь в этой комнате. —По-хорошему, надо было бы нам познакомиться. Все переглянулись, как бы ища от друг друга одобрение, и, очевидно, они его нашли. Все сели за стол, в основном следуя за командами беловолосого. —Представляйтесь кратко. У нас не то чтобы было много времени. Я - Нагито Комаеда, 19 лет. Все. — Парень решил ну совсем никакой информации про себя не давать, даже непонятно где он работает. Ну и ладно. - —Леон Кувата, 17 лет. Я бейсболист. Вообще голову отбило, нихрена не помню. —Хие-.. Шин Тсукими. Мне 20 лет, работаю на данный момент в круглосуточном магазинчике, ах-ха. Простите, не могу вспомнить ничего из того, что связано с тем, чтобы я попал в это место. — Заулыбался юноша, почувствовав неловкость когда остальные просто замолчали на время. Тревожная пауза. - ... —И так, — начал уже названный Комаеда, которого все так покорно слушались в этой ситуации, —пока вы вдупляли в стены, посмотрите что я нашел, — и тот, уперевшись щекой в одну руку, а другой уже вертя заветный ключ, ухмыльнулся, —мы уходим. Два слова, в которых хранилась вся надежда. Кувата расслаблено улыбнулся, а Тсукими же лишь загадочно поглядывал украдкой на ключ. Нагито встал, подошёл к двери, воткнул ключ внутрь и провернул его в замочную скважину три раза, а после стал дергать ручку. Дверь распахнулась и он вежливо отошёл, чтобы другие могли пройти. Те сразу стали идти вперёд неким паровозиком, уже предвкушая свободу. Сейчас они выйдут и продолжат жить своей повседневностью, как и раньше. Но, есть одно но - те вышли лишь в какую-то комнату дома. —Че за ху.. — Уже начал Леон, а потом вспомнил про цензуру, и вовремя замолк. - —Чего..? — Тсукими стал оглядываться, в его глазах читалось недопонимание. Нагито промолчал. Взгляд будто немного потух. —Го окно разобьём. — Предложил Леон, получив от Шина осуждающий взгляд, а затем кивок. Оно тут было. В глазах стало странно побаливать.- —Некрасиво выйдет.. Может, этот дом кому-то выйдет? — Сказал кассир, остерегаясь закона. - —Что хуже - застрять в каком то непонятном месте, или получить штраф? — Шикнул на него Нагито. Это глупо, как он считал. - —Щас тогда все найдем. — Леон взял первое, что попалось, это был маленький, беленький мячик. Только сейчас он заметил то, что эта комната была полностью белоснежная. От этого у него болели глаза. Подкинув разок мяч в воздух, ещё раз в волнении посмотрев на Нагито и Шина, он бросил шарик со всей силы. Резкая боль пронзила все его тело. Тот в шоковом состоянии открыл рот. В глазах стало влажно. Громкий крик мучения раздался по всей комнате. Шин закрыл себе рот тканью, чтобы его не вырвало. Леон упал с громким стуком .Другой юнец лишь смотрел на это, почти что усмехаясь. Великий бейсболист провалился. "Окно" упало. Это была просто наклейка. Оба почувствовали рвотные позывы. —Он жив?.. — Спросил Тсукими, подходя к Леону. Он мертв. У него пробило голову, сука, мячиком. Шин поджал губы, тихо вздохнув. —Покойся с миром.. друг. У них двоих не было влажности в глазах. Лишь отчаяние. Неожиданно, дверь открылась. Они не хотели уходить, пусть и глазкам было очень неприятно. Но Нагито решился первее. —Идем. Мы ведь ещё должны сбежать. — Улыбнулся он, как бы говоря: "или за мной, или помирай прямо тут." - Тсукими кивнул, мысленно пообещав, что ещё вернётся, чтобы достойно похоронить Кувату.(ага,ща у него получится) Свет. Белый свет их окружил, когда они прошли туда. Больше никаких воспоминаний. Лишь свет. Такой чистый. Напряжение ушло с плеч. На глаза, наконец-то, накатились слезы. Всего две комнаты - уже потеря. Все отвращение сменилось спокойствием. Уже не было страха того, что будет дальше. Все проблемы покинули сердце, оставив за собой лишь чистоту. Вот бы мы все были такими же чистыми, как и.. ... —Просыпайся, Кокичи. У нас есть ещё незаконченные дела, ты же помнишь? — Ласково сказала Невермайнд, сидя на стуле возле Омы, который сладко сопел. - —Не переживай, у нас все получилось. Я доработал наш хитрый план ещё вчера, — сладко, почти на распев, сонно пропел он, улыбнувшись тому, что она так ничего и не узнала о том, что случилось с их «друзьями».