Говновоз

Стоял холодный пасмурный день, небосвод всеми своими красками напоминал мольберт печального художника с глубокой душевной утратой и говновозом в углу холста. В этот злополучный день стояла стужа. По заледенелым дорогам тихонько ехала казённая машинка марки ЗИЛ, над её номерными знаками было гордо написано "Говновоз". За её рулём сидел мужчина на вид средних лет, заросший щетиной. Вид его был помятым, должно быть, переживал похмелье. Стрейд, так его звали, направлялся по вызову в уже до боли и слез на глазах знакомый дом, хозяина которого он проклинал каждый заказ. Подъехав к злополучному зданию, немец вылез из своей тарантайки и позвонил в дверь. -Scheisse... в этот злосчастный для водителя говновоза день, широкоплечий мужчина и обладатель не самого приятного запаха дома Винсент весь день был занят открытием одной бутылки дешёвого спиртного за другой, сидя перед телевизором и наслаждаясь своими безработными буднями. после звонка в дверь мужчина прошёл к источнику звука и посмотрел в глазок, после чего с радостью, чего не скажешь о пришедшем, открыл сотню замков и пропустил долгожданного работника с широкой и слегка пьяной улыбкой. — проходи давай, здесь холодно пиздец. протараторил челкастый слегка раздражённым голосом и принялся закрывать дверь обратно, возобновляя свою зону комфорта. — Hure, это уже четвертый раз за неделю, хотя сегодня среда, что с твоим толчком такое? Мужичок недовольно вошел в дом, дверь за ним заперли и он уже по натоптаной чем-то коричневым дорожке, следуя за "собачьими" следами, направился в злосчастную уборную. Перед тем, как Винсент начал отвечать, Стрейд морально подготавливался к пытке, обильно сбрызгивая платок дешёвым, но едким одеколоном, и завязывая кусок ткани на лице, вместо противогаза. Ох, зря он сегодня забыл его на работе. мужчина с жирком слегка ухмыльнулся, скрестив руки на груди и пожав плечами — ну, знаешь, разное ведь бывает. эти суки продали мне хуёвое пиво и меня колбасило каждые десять минут около полутора часа. Винсент нахмурил брови, показывая своё искреннее, или не совсем, негодование. дальше он просто наблюдал за тем, как работник отдувается и пытается защитить свою слизистую от едкого запаха проделанных им ранее "дел". Тем временем Стрейд в очередной раз молился, чтобы его не вырвало на рабочем месте. "На кой черт я вообще страдаю за гроши!? Ладно, сегодня ночью забухаю на выручку... Вот бы проснуться в кустах в другом городе..." Мужчина вошёл в обитель миазмов и каждый приезд сюда вызывал у него желание разрыдаться, настолько вонь резала ему глаза и нос, но он держался, нужно было показать ебучим органам чувств, кто тут батя. Чемодан открылся. Из него достали необходимые инструменты. Сначала, нужно начать с "внешности", а именно вытереть ободок от каловых масс, но, для начала, стоило проверить смыв. Стрейд не был уверен, что такие массивы, горкой выглядывающие из фаянсового трона и не дающие крышке закрыть весь этот, буквально, срам, смоются, но, быть может, сегодня удача будет на его стороне. Но сегодня от удачи он получил большой и толстый в лоб, в сливе не было воды, была моча, но даже она не воскресила смыв. -Какого хрена ты туда нассал? Винсент притворно возмутился, гордо потянув плечи назад, дабы показать всю невинность своего бытия. — я же говорю, пиво плохое продали, думаешь, я сквозь всю эту загорелую Сахару смог бы нормально поссать в толкан? а ты сядь и попробуй, я посмотрю, сколько очков удачи даст тебе твой слюнявчик с рожи. после сих малозначащих слов широкоплечий прошёл к столику перед всё ещё включенным телевизором и взял оттуда уже открытую и наполовину пустую бутылку пивного напитка неизвестной на вид марки, после чего сделал несколько глотков и повернул бутылку в сторону открытой двери сортира, показывая несчастному низкому мужичку бутылку. — если быстро закончишь, могу вместо двух грошей тебе в труселя дать пару бутылок таких красавиц. от них, конечно, нихуёво так уносит, но вкус того стоит, с сушёным мяском то, что надо. — да пошёл ты... — пробормотал себе под нос Стрейд, направляясь к выходу.— открой окно, проветри и я засуну туда шланг, тут без насоса не обойтись. Винсент недовольно открыл дверь и проследил, чтобы рабочий не уехал от него куда глаза глядят. Свежий воздух спасал умирающие лёгкие, стало так хорошо, что Стрейд даже улыбнулся, но он вышел, к сожалению, не для того, чтобы уехать домой, осознание этого быстро его расстроило. Мужчина сел в ЗИЛ и припарковался ближе к уже открытому окну, в которое он просунул шланг от насоса и вернулся в дом. Снова проклятый туалет. "Ебучий караул, ладно, была ни была." Он бы сейчас не прочь хлебнуть для расслабления, но, судя по невъебенным историям Винсента, расслабится не только тело, но и сфинктер, так что, от мысли пришлось отказаться. Шланг поднесли к Эвересту из говна и Стрейд потянулся через окно, чтобы включить насос. Пошёл процесс, по звукам похожий на конденсацию самогонного аппарата, каловая горка быстро исчезла, пришло время менее противного — чистки. Насос временно выключили, позже он еще пригодится, если хозяин обители расщедрится и доплатит за починку стока. Стрейд взял ёршик и моющие средства в руки и принялся вычищать унитаз до блеска, как по вечерам он вычищает черепа своих жертв. — ты там старайся, старайся, золушка с нетфликса, может быть я тебе из холодильника что-то более нормальное достану, если будешь паинькой. с наглой ухмылкой протрезвонил хозяин дома, медленно посасывая их горлышка столь расслабляющий напиток и уже чувствуя, какую бурю предвещает ему каждая капелька этого запретного плода, от которого Адам и Ева бы точно ахуели. видя слаженную, хотя и не очень счастливую, на удивление челкастого, работу говночиста, Винсент всё же решил побыть сегодня божьим ангелом и дать уже давно знакомому стройному немцу баночку нормального человеческого пива, делая вид, что через несколько часов он снова не устроит ту же анальную оргию из кала и райской санины вперемешку с выходящим изо всех щелей пивом. мужчина подходит к холодильнику и несколько минут чешет свои генеталии, рассматривая полупустые полки, типо ебать умный и закупается нормально, а не раз в месяц чисто чтобы удовлетворить свою потребность в хуёвом бухле с Вайлдберриз. спустя несколько минут обшаривания холодильника единственным нормально видящим глазом, Винсент находит баночку пива, припасённого на особые случаи, когда от душевного освобождения в толчке уже нет места и нужно пить чета нормальное. с довольной мордой и банкой охлаждающего напитка мужик закрывает холодильник и подходит к двери в уборную, встаёт в то же место, что и раньше и неоднократным постукиванием ботинка, что ботинки делают на нём в доме не спрашивайте, призывает говночиста повернуться к нему и лицезреть божье благословение за проделанную работу. Мужик уже был вовлечен в работу, так что от того, что его отвлекли он недовольно обернулся и от увиденной банки нормального пива его глаза засияли. "БЛЯЯЯЯЯЯЯЯТЬ БАЛТИКАААААА БЛЯЯЯЯЯЯЯТЬ БЛЯЯЯЯЯЯЯЯ!!!!!" Между ними нависла короткая пауза, которую прервал говночист. -Я так понял, мне и смыв чинить? *он покраснел и, хлопая ресничками словно девчушка, отвёл взгляд в сторону унитаза, а после перевёл его на заказчика* — чини давай, а этот реквизит можешь открыть хоть прям щас. только в толчок его не урони, иначе моего благословения тебе хватает только на одну эту банку, Золушка. мужик оглядел глазком, куда он мог быть положить эту долгожданную банку, но в его обоссанную во всех, к сожалению, смыслах голову, не пришла мысль гениальнее, чем положить пивас на крышку бочка унитаза, протянув при этом свою волосатую потную руку над милым немец-бойчиком Банка перед лицом говночиста послужила нихуевой такой мотивацией работать дальше. Стрейд вычистил весь трон до блеска, даже вытер пол от буквально рисунков говном. Должно быть, Винсенту было так скучно извергать свое каловое наследие, что он на досуге рисовал картиночки измазаным пальцем. пока немец более оживлённо продолжал свою работу по очистке места уединения Винсента, тот, в свою очередь, прислонился к двери и начал пристально наблюдать за каждым изящным движением своего личного на данный час говночиста. каждое шевеление его боков давало челкастому всё больше и больше соблазна дать смачного шлепка по мягкому месту, которым он так активно крутит перед своим заказчиком. — ты этих подруг сколько лет растил, отец? — Чего? Стрейд посмотрел на Винсента через плечо, не понимая о чем он, вот только мудрость снизошла на него после шлепка по заднице. — ПОШЕЛ НАХУЙ НЕ ДЛЯ ТЕБЯ БРИЛ! Он отстранился и наблюдал за дальнейшими действиями жирного волосатого серуна, прикрывая ягодицы ладонями. — не для меня? припомнишь ещё потом свои слова, Золушка. Винсент отстранился к двери от столь жёсткого отшивания его глубоко сердечных чувств и снова прислонился к уже прилипшему месту, которое ранее тоже очищали от говяного потопа будто в судный день. тем не менее, глаза потного мужчинки не сходили также и с баночки, казалось бы, нормального на вид пива, чьё содержание начало нагонять на эмобоя смутные сомнения насчёт того, не перепутал ли он банки в холодильнике, где главным деликатесом с далёких 1942-х является лишь повешенная от отчаяния крыса. Когда немец всё же закончил, заказчик проверял качество проделанной работы. Стрейд залпом выжрал всю банку пива, но его вкус был... необычным ... Спустя пару секунд до него дошло, что это такое. Лицо в миг позеленело и мужчина начал задыхаться. Он только что влил в себя поллитра коктейля из собачьего поноса, мочи и какого-то афродозиака, судя по тому, что внизу живота потеплело и член начал подыматься. Мужчина собрался бежать, не ожидая оплаты за свои страдания, но его перехватили и грубо повалили на пол. мужчина решил воспользоваться моментом истины и наплевав на все позывы своего мочевого пузыря схватил немца за его привлекательно мягкие бёдра и повалил того на только что очищенный им же пол. — слушай, отец, тут такое дело, что с деньгами пробои, а тебе платить как-то надо. давай расплатимся как следует, чтобы мы оба остались в плюсе, хотя по сути у твоего хуйца сейчас нет особого выбора. Винсент начал сжимать свою хватку на бёдрах потного мужчинки, параллельно массируя область ягодиц Стрейда круговыми движениями. Немец лишь стонал, желание ебаться не заставило себя долго ждать и затуманил его разум. Жирный уебан уже оставил на его красивых бедрах синяки от своих хваток. Говночист не растерялся и схватил мужчину за шею, притягивая к себе и целуя. С двоих слетела одежда и они принялись обжиматься в уже чистом и ледяном туалете. холод белоснежного пола в уборной не смущал челкастого, ибо он уже давно привык к холоду своего семнадцатого анального кольца во время увлекательного процесса извлечения каловых масс их своей прямой кишки. Винсент склонил свою голову к голой шее любимого на данный момент немца и начал нежно покусывать её, выебываясь своими острыми зубками, которые уже начали постепенно искривляться из-за слишком частного открывания ими железных крышек с банок из-под спиртного. при всём этом, мужчина не скрывал своего звериного возбуждения перед взрослым телом и свободно проводил руками по идеально выбритым ножкам Стрейда Немец же силой прижимал к себе вонючку, не в силах ждать этих прилюдий. Оон облизал пальцы и стал себя растягивать. Стоны звучали на ухо Винсенту, заводя всё сильнее и сильнее. Винсент облизнулся, покусывая нижнюю губу чуть ли не до крови в порыве страсти растянув ножки и сделав пару шлепков по его румяным ягодичкам, мужчина прижался к телу всем своим весом и параллельно тёрся набухшим толи от бесконечного топлива в виде пива, толи от возбуждения пречендалом о ту же ситуацию Стрейда. — как ты там говорил, " Не для тебя брил "? игриво прорычал челкастый уёбок, облизнув место вокруг ягодно-красного соска стрейда Немец простонал и обхватил ногами жирное уебище. Желания язвительно ответить у него сейчас не было, всё, чего он хотел — это ебаться. — Ну, значит, для тебя. Стрейд, не церемонясь, схватил Винсента за руки и прижимал их к своим мохнатым сисечкам, давай добро на их лапание. винсент решил принять столь великодушное предложение и совершил узбекское жамканье мохнатых сисечек, будучи нежным в своих действиях, ибо на месте статной немецкой груди он представлял, что готовит плов в родном доме на Кавказе, переминая и очищая каждое рисовое зёрнышко с особой любовью к процессу. а в это время одинокий унитаз, чью починку отодвинули куда-то восвояси по причине резкого желания воплотить свои извращения в реальность, был своего рода наблюдателем всего происходящего и держался из последних сил, чтобы не пустить слезу отчаяние своего бытия У этого фаянсового трона была своя душа, свои глубокие чувства. Он жил всю свою короткую жизнь под гнётом хозяина и его бесконечного говна, и его единственным спасением был пусть и не знакомый, но уже ставший таким родным, говночист. Но теперь его предал и этот жалкий немец, текущий, словно животная самка весной. Последняя надежда на спасение и починку умирающего унитаза умерла, как и умирает сам туалет. Всё, что ему остаётся, это сбежать. "Я не хочу умирать! Я хочу жить! Мои дни на исходе, я больше не могу терпеть свои страдания и садизм хозяина! С меня хватит!" Окно было всё ещё открыто, если постараться и оторвать себя от пола, к которому он прикован болтами, то можно убежать. в порыве животной страсти челкастая падла начала пинаться ногами, избивая чистыми мускулами и жиром любую поверхность, которой она касалась. внезапно, под удар попадает само место упокоения кала Винсента, после чего раздаётся глухой звук треска. основа была сломана, а это значило, что для несчастного трона настал момент истины, коего тот ждал долгие годы, позабыв всякие надежды. но вот он здесь, его больше ничего не держит, и те оковы навсегда разрушены. без лишних мыслей, он тронулся наружу через удачно открытое окно, будто сама судьба решила оставить для него такой подарок, в награду всего прожитого ада. теперь он на свободе и ничто не сможет помешать начать ему жизнь с чистого листа, пойти в армейку, вернуться, отучиться на программиста и умереть в добрые 57. Эту картину был невозможно не заметить, даже если вы увлечены занятием любовью. Стрейд смотрел, как унитаз выпрыгивает в окно и исчезает из поля зрения. Были лишь слышны звуки прыжков фаянса по асфальту, отдаляющиеся восвояси. —... Какого хрена? винсент тоже обратил внимание, только не на убежавший унитаз, а на то, что его объект любви в данный момент отвлёкся, и только после этого он заметил, что единственный, кто мог стерпеть все его позывы и дать ему расслабить свою промежность, сейчас убежал в поисках лучшей жизни, оставив все годы, что он провёл с Винсентом, позади. то, что его лучший, по мнению потного уёбища, друг, вот так взял и оставил его, заставило говноглазого почувствовать себя брошенным, будто бы его чувства отвергли, после всех тех дней, когда им было так хорошо вместе. все эти мысли начали терзать его бренную душу и под конец он не смог удержать слабую слезинку, выступившую на его сером и единственном глазке. Слеза капнула на лицо Стрейда. Он смотрел на то, как Винсент нависал над ним, пытаясь держаться, но слёзы предательски лились из его глаза, в котором читалось отчаяние. "Этот уебан получил по заслугам, так ему и надо." Немцу приносили удовольствие людские страдания, но сейчас, чтобы не сдохнуть голым в засраном туалете, ему придётся побыть актёром. Он скорчил жалостливое лицо, сел на пол и утёр слёзы с щеки оборотня, после чего погладил того по жёстким волосам. Хозяин дома смотрел на неискренне, но очень правдоподобно сжалившегося говночиста и обнял его вспотевшее тело. челкастая мразота начала утешаться, обнимая своего любимого на данный момент потного говночиста, вдыхая сладкий аромат его деятельности. постепенно этот аромат начал снова наводить его на ложный путь и Винсент стал снова пытаться затянуть Стрейда в поцелуй, чтобы продолжить их плотские утехи. Но мужчина сопротивлялся. Он встал и оделся. -Извини, я так не могу, мне нужно идти... винсент схватил его за подбородок и снова начал притягивать к себе, не желая уступать партнёру — Никуда ты пока не пойдёшь. давай, оставайся, разве ты не хочешь продолжить, а? сказал челкастый с кривой ухмылкой, удерживая Стрейда на месте, дабы закончить начатое - Это было недоразумение, мы не так друг друга поняли. Стрейд оторвал руку Винсента от своего подбородка. Тогда за ними, на месте, где когда-то был унитаз, из неоткуда появился незнакомец в очках с козлиной бородкой. Вид его был, мягко говоря, ахуевше злым. потный узбек замер на месте, глядя на место, где из пизды божьей появился какой-то очкастый педик с хвостиком. брови его приняли хмурый вид, глаза сузились, кулаки сжались — ты кто ещё, блять, такой? че ты здесь забыл? ты что, дух толчка или че то в этом роде? протрезвонил Винсент глядя на незнакомца снизу вверх, ибо тот всё ещё лежал как мусульманская версия Аполлона с виноградинкой наружу Незнакомец, с лёгким недовольством в голосе ответил. — Нет, но я — тот, для кого "он брил". Интонацией он явно намекал на сказанную ранее фразу говночиста, от чего тот опешил. — Die Missgeburt, так ты всё это время смотрел за нами!? — Ну-ну, mon amour, не злись, я лишь оценивал то, как далеко он зайдёт с тобой, теперь он получит по заслугам.~ Незнакомец ухмыльнулся и из его спины появилось несколько щупалец, которые набросились на Винсента. короткие несколько секунд винсент наблюдал за диалогом двух голубцов, после чего неожиданно на него набросились и обвили огромные чёрные пенсилс щупальца, ограничив его движения. однако, чувствовать трение склизкого щупальца о свой причиндал довольно приятно.. сказал бы он, если бы блядские отростки не начали сжиматься ещё крепче, да настолько, что Винсент в какой-то степени мог почувствовать ментальный хруст своих ширококостных рёбер. — ээй, ты что творишь, мудила?? с лёгким хрипом простонал сквозь зубы Винсент — Ты посягнул на мою собственность, человечишка. Или, мне стоит звать тебя псиной? Щупальца подняли оборотня в воздух, не прекращая сжиматься. Теперь уже хруст был настоящим, даже Стрейд, стоявший в паре метров от Винсента, уловил этот звук и ехидно улыбнулся. Один из отростков обвил шею жертвы и тоже начал сжимать, чтобы тот, кто "изнасиловал" любимую голубушку демона, поскорее умер. Однако Стрейд прервал тишину. — А пускай этот der Wechselbalg будет долго страдать? — И что же ты предлагаешь, человечишка? — Распятие. Немец скорчил миленькое личико, словно девчушка, выпрашивающая у родителя игрушку в магазине. Палач лишь хохотнул в ответ и кивнул в знак согласия. Щупальце соскользнуло с шеи, Винсента прижали к стене. Стрейд вышел из уборной и вернулся со строительными инструментами, которые он нашёл. Демон расправил руки оборотня, не прекращая сжимать. Одно из ребер жертвы уже сломалось и проткнуло печень, а виновник кричал от боли. Визг усилился, когда немец начал закручивать болты в стену через чужие ладони. Винсент был настолько тяжёлым уебаном, что пришлось забивать гвозди в его плечи и локти, чтобы он висел на стене и истекал кровью. Голубки смотрели на свой шедевр и вид им не понравился. — Не эстетично, псина не изящный мученик с гравюр эпохи возрождения, он больше похож на свинью... — Раер, это реально хуйня... И ждать пока подохнет долго... — Сделаю так... Раер вызвал на этот раз одно щупальце которым проткнул грудь Винсента и вырвал его сердце наружу, бросив орган на пол. Он случайно задел его лёгкое, поэтому оно некрасиво торчало из дыры на груди и вздумалось несколько мгновений, пока Винсент всё же не откинул лапы. смерть наступила для бренного оборотня слишком быстро. пока его сознание ещё находилось в глубинах головного мозга, Винсент наблюдал, как над ним издевается тот, к кому он наконец-то почувствовал.. любовь? да, долгое время они со стрейдом были лишь как заказчик и работник, один из которых просто выполнял свои обязанности, но все его действия и старания так тронули говноглазого, что его, казалось бы, давно заледеневшее сердце, окутанное лишь остатками дешёвого алкоголя, растопилось и начало биться с двойной силой. он полюбил образ этого человека, его прекрасные немытые волосы, от которых воняло чуть лучше, чем у Винсента в толкане, его бёдра, талия, пот, всё в нём было идеально. после того, как челкастыы осознал все чувства, которые он испытывает к этому запавшему в душу немцу, он начал специально пить плохого качества пиво, несмотря на ужасный вкус и до невозможности гадкую текстуру, только чтобы извергнуться в толкане и в лишний раз увидеть столь желанное лицо у себя в доме, порой даже перебарщивал с накоплением кала, лишь чтобы Стрейд задержался чуть подольше. но вот он мёртв и его безжизненное тело решил распять его любимый человек. та боль, которую он ощутил от самодовольного выражения лица немца, неописуема и несравнима ни с чем, даже болью, когда он случайно втянул говно обратно после пяти минут стараний выдавить его. тело Винсента мирно висело, пока двое голублённых не решили вспороть ему живот. как только щупальце пронзило жировую слойку, оттуда раздался протяжной писк, будто внутри был задет кто-то ещё. не успели они одуматься, как этот кто-то резко выскочил из тела, а точнее из остатков убзека-оборотня и бегом подбежал к тому же окну, что подарило свободу и несчастной жертве абьюза из керамики. фарз, мелкая пешка и пиявка на хуе Винсента, поскакал по следу воды из сливного бочка унитаза, роняя слёзы отчаяния от своего потерянного мастера, господина, чья вонючая промежность была для него ближе родной матери. он вспоминал все счастливые и не очень моменты, проведённые с этим грубым оборотнем, не останавливаясь бежать и горько рыдая от осознания того, что своего любимого он никогда не вернёт. потом он поскользнулся на луже и упал в птичье говно. Конец