Come back to the sea

Морской берег чудесен. Озорные волны, тихий гул чаек, а вдали виднеется белая точка. Кажется, это пароход. Он был лишь раз на борту судна. Тогда весной, когда солнце только начало прогревать холодный после зимы берег и совсем не грело. Но было тепло. Тепло, как середина лета, как костёр, и как яркие лучи его глаз, что грели лучше всякого. Ах, это было давно. Но помнить - то, что он пообещал сам себе. Он никогда не забудет. Не забудет танцующих солнечных зайчиков по воде, которые растворились также быстро, как его сознание. Не забудет, как в последний раз мог налюбоваться этим видом с ним. ••• "Апрель - отличная пора для прогулок у морского берега. Ещё в прошлом месяце все только и оборачивались в тёплые кофты, убегая от низких температур. Сейчас всё куда лучше. Мягкий, чуть прохладный ветерок, носящий еле заметно воду из стороны в сторну. Хёнджин вдохнул свежий воздух, убирая руки в карманы своей лёгкой куртки, которая нужна лишь вечером при уже более сильном ветре, а на данный момент он готов париться лишь потому что будет неудобно держать Чанбина за руку и перебирать вьющиеся по всему лицу волосы. Подумаешь, не спотеет. Его руку вытащили из кармана и сцепили пальцы со своими. Оба обожают эту привычку Чанбина. Когда она начала проявляться в их отношениях, точно никто не помнит. Вроде, это было всегда, а стало так заметно лишь после признания. Такого чувственного признания, что они тогда разхохотались, насколько это было глупо и наивно. Что Со, что Хван, оба ничего не понимали во взаимных подкатах друг к другу, и лишь позже придали этому суть. Эта суть засела в их сердцах навеки, закрепилась чувствами и нежными обьятиями по вечерам. Тогда они тоже держались за руки, как сейчас. И так на протяжении года. Каждый был доволен этими отношениями, они счастливы. Чанбин улыбнулся Хёнджину, поворачиваясь на него. –Хёнджин, скажи же романтичная атмосфера –Я нисколько бы не спорил, если б вокруг не было столько людей. - он повертел головой, оглядывая редкий толпы людей на пляже. Сейчас бы оказаться здесь одним... – да ладно тебе, забудь о них, - Бинни отмахнулся от проходящей рядом с ними группы друзей, которые что-то бурно обсуждали по пути, даже не замечая парочку. – вообще, хочется чего-то...А чего даже не знаю. Хван перешёл резко с темы на свои хотелки, даже не зная их конкретно в лицо. Может что-нибудь съесть вкусного, чего он ещё не ел? Да вроде уже пол города перепробовал. Или может сходить куда-нибудь? Интересно, что идея им пришла спонтанно и почти одновременно. – пойдём?? - Со с заинтересованным видом ткнул в расписание прогулочных пароходов. – только предложить хотел! - Хван открыл глаза шире, больше не щурясь от дуещего по ресницам ветерка. Воодушевление прошло быстро – хм, тут только на вечер, а нам надо через 6 часов обратно, можем не успеть. - в среднем прогулка длилась 4 часа. А им ещё до общежития добераться около часа. – тогда придётся отложить. У нас скоро выходные. Вот время есть на эти дни удобное. - Чанбин бродил пальцем по расписанию на ближайшие дни. – хорошо Вернулись через пару дней, как и задумывали. Тихое море, яркие капли, отражённые на солнце, пароход, музыка и только они вдвоём среди многочисленных лиц вокруг, до которых им не будет никакого дела. Билеты куплены, алый закат уже готов их встречать. Пасажиры готовы к посадке и подоспело долгожданное приглашение на борт. Толпа выстроилась в долгую очередь, а Хёнджин с Чанбином оказались в хвосте. Люди что же, не успеют разве? Ничего, они торопиться не будут, да и очередь расходилась быстрее, чем могла бы. Скоро они окажутся на борту нахваленного туристами парохода. Нетерпится узреть эти восхваления собственными глазами. Подходит их черёд. Но вот чёрт... – Чанбин, где билеты? - Хёнджин капался в карманах, но билетов нигде не находил. – Как это где? У тебя - Со развернулся полностью к Хвану в удивлённии. – ты же их не потерял их? – У меня их нет, ты же их забрал – Когда было такое?? Пришлось отойти, чтобы поискать билеты и не мешаться людям, стоя неловко перед контролёром. – Ну даёшь, Хван Хёнджин – Чего сразу я??? Они у тебя были Пока они громко беседовали, у кого же билеты, обшаривая все карманы и сумки, многие уже зашли и людей на берегу почти не осталось. Рядом с ними кто-то вздохнул и покачал головой –чего ж людям на суше не сидится... –?! - Хёнджин обернулся, услышав голос. Он пренадлежал низенькой милой старушке, которая изображала своим видом беспокойство и недоумении, операясь на свою тросточку. – вы что ж, мальчики, тоже собираетесь на пароход? - теперь уже обращалались к ним. –да, а что? Билеты только найдём - Чанбин мельком поглядел на старушку и улыбнулся ей, а после снял свою сумку, начиная в ней копаться. – Может не поплывёте? Сердце что-то моё неспокойно... – да вы что, всё же хорошо, море тихое и небо вон какое красивое. - оба удивились такому предложению пожилой женщины. С чего это им не ехать, когда они уже всё спланировали. Просто из-за того, что незнакомой показался день плохой? Хах, ну уж нет. Та лишь покачала головой. –Нашёл!! - громкий крик Хвана заставил бабулю и даже Чанбина вздрогуть. Вот только если Чанбин обрадовался и заулыбался, то старушка просто опустила взгляд с Хвана на пароход, всё так же изображая беспокойство. Парни рванули в сторону контролёра, попрощавшись со странной бабулей, а она стояла на том же месте, провожая мальчишек взглядом. Действительно странная... А, неважно! Вот они и на борту. Мигают огни, играет приятная музыка. Громкий говор толпы, все смеются и веселятся. А он смотрел лишь на него. Тёмные, слегка завивающиеся волосы Чанбина лезли ему на глаза, но эти поблёскивающие в свете ламп зрачки Хёнджин мог разглядывать через отросшую чёлку вечность. Чанбин улыбался Хвану, и только после многих минут созерцания друг друга, оба оторвали глаза на закат. Чарующе. Рука чувствует мягкое, такое родное прикосновение. Хёнджин расплывается в ещё большей улыбке, а Чанбин слегка насупил смешно нос. Всю дорогу, что они прошли, ребята вспоминали, как познакомились, какие-то моменты из совместной жизни, милые и смешные. –помнишь, как ты зарядил Хану тогда микрофоном случайно со всей дури? А он потом ходил надутый и изображал тяжело больного - Чанбин смеялся. Его смех особенный, Хван никогда его не спутает. Он отличался от других. Они ещё долго могли так разговаривать, но Хёнджину вдруг захотелось охладиться. –хмм, пить хочу. –мы же только что чай выпили. –но он горячий, хочется холодного –хорошо, мне тоже захотелось, можем сгонять в буфет- Звонок. Хёнджину позвонил Джисон. Взяв в руки телефон поудобнее, он махнул Со, чтоб сходил один. –возьмёшь мне газировки какой-нибудь? Алоо, да, Хан... Чанбин, лишь кивая, уходит вниз по лестнице, ведущую к буфету. Дальше всё как в тумане. Прошло не более часа с момента их отплытия. Море неспокойно. Прогноз точно показывал умиротворение волн, никаких перебоев их прогулке по водной глади не должно быть. Чайки пропали. Светлая вода темнеет. Мрачное небо сменяет закат. Всё вокруг, будто погружается во тьму. Паника. Риф. Ужасная качка и пробитое дно. Пароход начинает оседать. Хёнджином начинает управлять дикий страх. Не только за себя. Где-то внизу был Чанбин. Судно рашатывает так сильно, что люди, стоявшие по чистой случайности у края, чуть не выпали за борт. Хёнджин понёсся за недавно ушедшим Чанбином вниз, но его вытолкали назад рвущая и мечущая толпа. Оглядевшись, Со он среди них не нашёл. Хаос, крики и больше ничего он не помнит. Последнее, что было...боль в голове и темнеющий расплывчатый горизонт... ••• На глазах какое-то мыло, тела чуствует вообще. Берег? Разве он не было только что где-то в другом месте..? А где он был? Почему сейчас он лежит на песке на берегу, на котором пустошь, ни одной живой души. Хван нервно оглядывается, щуря глаза на всё такую же пустоту позади себя, вновь поворачивается к морю... –Чанбин??! - глаза распахнулись в удивлении, а тело само начало подниматься и тянуться к бледнеющему силуэту перед собой. Но встать на ноги это лишь пол дела, пытается поближе подойти, а силуэт будто отдаляется всё дальше и дальше, уводя в прозрачную, будто бы даже несуществующую воду. –Чанбин, стой! - крик кажется ему таким тихим, и он понимает, что его и вовсе не слышно. Сколько бы он не кричал, сколько бы не вырывал голос, сколько бы не пытался приблизится. С каждым разом будто всё хуже и хуже получается. А после его тело замирает. Словно его парализовало. Со стороны моря слышны крики знакомого голоса. Он пытается взглянуть на уходящий силуэт Чанбина, он видит его искажённое беспокойством лицо, даже заметил мелкую дрожь. Нет, он этого не видел, он это чувствовал. А голос тем временем всё ещё выкрикивал его имя –Хёнджин!! Хёнджин, проснись! Эй, проснись...вставай уже Слышно, как он затихает и переходит на шёпот. Хван видит слёзы на лице Со и тот продолжает отходить далеко-далеко в солёную морскую воду. Последняя попытка дотянуться до уходящего обжигает тело и щёки, вода перед ним темнеет, а вместе с ней и горизонт. Словно ошпаренный Хёнджин подскакивает. –Чанбин!! Голова идёт кругом. Через замыленное сознание пытается разглядеть человека перед собой. Воспоминания, как по щелчку возвращаются в память. –всё в порядке, молодой человек. Успокойтесь. Сейчас с вами всё хорошо. Девушка в белом халате встала с колен. Что-то говорит про удачу и, кажется, что-то ещё. Как она вообще узнала, как его зовут, он же даже паспорта с собой не брал. Может, по карте какой-то...или это действительно кричала не она? Девушку он не слушает, восстанавливает цепочку событий и подрывается с места, оглядывая толпу. В глазах страх и последняя капля надежды. Его спасли, он жив, но что ещё важнее... –где Чанбин..? В судорогах он распихивает народ, спасателей, крики сами вырываются прямо из глубин души. Многочисленные вопросы, где парень, с которым он был сегодня. Его даже не волнует жжение в горле и боль в голове, заставляющая вывернуться наизнанку. Хёнжин мечется по берегу, а его глаза постепенно панолняются полным отчаянием. Один из спасателей останавливает его метания, пытается спросить что случилось, остался ли кто-то под водой, может они пропустили кого-то и нужна ли ему помощь. А Хван не может сформировать свою речь. Лишь слёзы и психи вырываются с хриповатого голоса. Мужчина лишь отдалённо его понимает, что тот не может найти некого Чанбина. Парень сползает в истерике на песок, спасатель придержал его и всё ещё пытается узнать, где тот его видел последний раз, когда потерял сознание. А Хван помнит. До мельчайших деталей помнит, как сам же послал его вниз за газировкой. Он виноват, погода виновата и этот идиотский горизонт, забравший его Чанбина себе, даже не спросясь об этом Хёнджина. –найдите его..где Чанбин..? Сон. Он вспомнил сон, что видел до того, как очнулся. Море поглотило силуэт впереди него, а какой-то невидимый барьер не пустил его с ним. Не пустил его, забрал Со. Он не суеверный, но в голову наползают самые ужасные мысли... Вот он сидит у берега. Всё у того же берега, где ещё неделю назад метался в огромной безысходности. В таком состоянии его увезли на обследования после катастрофы, в таком состоянии он торчал над спасателями и следователями, выпытывая, нашли ли. Ответ очевидный. Медленной покачивание головы мужчины из стороны в сторону говорили обо всём. В этом же состоянии он приходил к берегу каждый день. С каждым днём его сердце и душа пустели, а глаза переставали блестеть теми же озорными бликами. Веки не сходили от красноты от выплаканных таких же солёных, как море, слёз. Перед глазами струился образ радостного с ним Чанбина, а после сменялся ужасными картинами того уходящего силуэта. Вода рядом с ним тянется до его ног, словно пытаясь ухватить и утащить к себе. Он был бы не против. Пустошь внутри проедала до мозга. Он вспоминал все события до катастрофы... Сколько же раз судьба пыталась предупредить их об этой участи. Не успевали на вечерний рейс, потеряли билет и ту странную старушку, что томно вздыхала возле них, когда те копошились в сумках в поисках. Она что, могла видеть будущее? –..ох, беда... Хенджин быстро одёргивает взгляд с морской глади на вздыхающего рядом с собой человека. –это снова вы..? На удивление сил нет, но тем не менее, он сумел его изобразить. Что она делает здесь? Не будет же такая милая бабуля злорадствовать на тему того, что "а я ведь говорила". Вздыхающая старушка покачала головой и пустилась в раздумия. –А ведь мой внук точно так же покинул меня –? – поплыл с друзьями на лодке, да и потонул. Налетела буря, лодку то и перевернуло, а плавал он плохо, на друзей то понадеялся, а и они не уцелели... ‐ старушка вновь горестно подышала, устремя глаза на горизонт. Хёнджин только теперь понимал, что она вовсе не странная. Теперь понимал. Глаза вновь намокли. Захлестнувшие его чувства заставили рыдать. Старушка взволновалась и погладила парня по угольным волосам, и, покачивая головой, не спешила оставить мальчика."

***

Море виновато, этот горизонт, этот берег и он. Но всё равно приходит. Изо дня в день встречается с морской тишиной, шуршащим песком и ярким горизонтом. Его волосы уже не тёмные. Теперь они светлые, кажется, что даже отдают пудровыми оттенками. Но куртка всё та же. Уже октябрь. Снова поступают холода, без неё сейчас никак. Этот пейзаж не может его отпустить, воспонимания прочно держат у себя в клетке. От этого не тошнит, как могло бы быть за уже тысячи приходов на одно и то же место. Здесь он последний раз и видел самого дорогого его сердцу человека. Это место его памяти, его счастья и его безвыходности, его горя. Сейчас они здесь одни. Лишь он и море, а где-то в подсознании рядом Чанбин. Проигрывая сюжет той катастрофы апреля уже в миллионный раз, Хван погружается в себя. Чайки кричали над головой, как и тогда, когда всё было лучше. Когда он любовался его искрящимися от веселья глазами, когда они были счастливы. А теперь лишь он и молчаливое море. Как же много Хван не успел сказать, теперь рассказывает он это воде...Простой воде, такой же солёной, как и его слёзы в тот вечер. А ведь если бы он тогда- –Хёнджин! Голос сзади окликивает его. Мысли смешиваются в кучу и этой кучей исчезают. Хан... –Хёнджин...ты снова здесь, так и знал. Отпусти уже, полгода прошло. Пошли лучше к Чану. Там тебя потеряли все, что у тебя с телефоном? Не дозвониться. Опять в этих лёгких кроссовках? Побереги здоровье же, бесстыдник! Гора вопросов атаковала Хвана. Но он ответил лишь на один, на послений – разрядился Нелепо и виновато улыбнувшись, парень развернулся к Джисону. Тот не совсем понял его улыбки. –всё будет так, как скажешь. Идём к Чану? Оба развернулись и ушли по тропинке к городу, оставляя позади тихое море, смешавшее в себе солёные слёзы потерявших путь, завлекая всё дальше и дальше, и дальше...А он, как и прежде, вернётся к морю.