Школьное тело

Лучи закатного солнца светят в окно, рисуя длинные полосы тени на маленьких, одиночных школьных партах. Сам класс пахнет стёртой резинкой, мелом, и пылью. С плеча маленькой, но уже такой взрослой девушки свисает лямка сумки, из расстегнутой молнии коей выглядывает сменная школьная форма, которую сегодня Рин впервые надела без лифчика. Не специально, а от невыносимой, липкой жары на улице. Учебная неделя почти закончена, и вот-вот Японию накроет летний сезон. В самой школе уже никого не осталось помимо самой Рин и её лучшим другом Хироши. Они дружат ещё с младшей школы, и Хироши успел повидать Рин при всевозможных обстоятельствах: в синяках прямиком после падения; со слезами; с растрёпанными волосами... Как ни странно, Рин попросила его задержаться в школе ненадолго и помочь ей с проектом, ведь девушка не успевала закончить его до конца последней учебной недели. Конечно Хироши согласился, он всегда был рядом. Но сегодня — воздух другой. Как будто бы тяжелее. Напряжённее. Хироши, наклонившись над партой, читал распечатку Рин, иногда в чём-то помогая между строками и предлагая новые идеи, лишь изредка, с позволения девушки, напрямую исправляя ошибки. Рин сидит на стуле возле окна, тяжело вздыхая и выглядывая в окно. Третий этаж. Тишину в классе прерывает лишь голос Хироши, который читал распечатку вслух и вникал во всю суть. Редко были слышны заглушённые стуки ветвей сакуры по окну, ещё реже звук пишущего карандаша когда Хироши писал прямо на бумаге. Рин раскидывает ноги, будто бы случайно, и короткая юбка приоткрывает малый участок внутренней стороны бедра. Ноги голые, не считая чёрных гетр покрывающие голени милой школьницы. Следовательно, из за жары, блузка слегка распахнута у горла, обнажая ключицы и уязвимую, девственную шею. Взгляд девушки падает на пальцы Хироши — сухие, нервные, и задерживается на них, вглядывается. Он держит бумагу и пытается сосредоточиться, но у него никак не получается. Она знает это. Ей это нравится. — Ты читаешь одну и ту же строчку уже третий раз, Хироши, — голос Рин тихий и нежный, как и всегда. Но какие-то другие нотки пробираются в её тон. Возможно чуть больше нежности в голосе, возможно чуть больше уверенности в себе. — что с тобой? — вопрос, с одной стороны, вроде бы и невинный, но только не при таких обстоятельствах, ведь Рин знает, что не так. Знает, что стала причиной прерывного, тяжёлого дыхания её лучшего друга. Рин смотрит точно в глаза Хироши, не отводя взгляд, выжидая последующей реакции. Хироши не отвечает. Он молчит, довольно громко для гробовой тишины сглатывая и не решаясь заглянуть в хитрые глаза подруги, в то же время как она чуть ли не пялится на него. Резко, но мучительно медленно и неожиданно Рин кладёт свою ногу на стул Хироши, от действия которого короткая юбка, еле достающая до середины бедра, задирается, показывая белое, кружевное нижнее белье облегающее пах девушки. Хироши вскидывает глаза на Рин, в их глубине микс из конфликтующих эмоций — удивление, напряжение, может быть даже и страх. Но Рин нашла в них ещё и тихое, едва заметное желание. Рин встает со стула и спокойно подходит к другу детства, склоняется ближе к нему. Между двумя школьниками почти нету места на подышать, но это делает всю ситуацию ещё интимнее, они делят воздух на двоих и Хироши слегка краснеет, персиковый, лёгкий румянец распределяется по шее и щекам, задевая уши, что очень нравится Рин. Умиляет, если быть точнее. — Ты ведь уже думал об этом, правда? — раздаётся тихий, но знающий голос девушки. Ответ и без того был ясен, но ей очень хотелось услышать ответ напрямую от самого Хироши. Мысль об этом возбуждала, хоть Рин и без подтверждения друга знала, что он хотел её ещё давно. Хоть её голос был почти не слышен, он вибрировал в груди Хироши, и он прекрасно услышал вопрос. Было слишком стыдно отвечать. Хироши лишь медленно кивает, отводя взгляд куда-то в сторону и не желая утонуть в смущении от одного только взгляда девушки, ведь в отличие от Хироши, Рин всегда была уверена в себе и в своём теле. Школьница берётся за подол своей юбки и медленно задирает её, будто дразня своей медленностью, и давая Хироши осознать что происходит и насладиться моментом одновременно. Парень же не успевает никак среагировать как девушка берёт его грубую руку в свою нежную и кладёт её на внутреннюю сторону бедра. Глаза Хироши расширяются, но он не сопротивляется. Между ног жарко, мягко, влажно. Парень вздыхает тяжело от подступающего тепла внизу живота и знакомой тесноты в штанах. Он сжимает её бедро, сначала нерешительно, а позже сильнее и увереннее. ___ Теперь всё размывается. Пара не говорит. Девушка соскальзывает со стула на пол, колени на холодном линолеуме. Парень в то же время стоит, с теми же дрожащими руками, пока она расстёгивает его ширинку. Забытая распечатка падает на пол, но к тому времени никого уже не заботил скучный проект, ведь теперь появились дела куда более интересные и веселые, чем нудные проекты и глупые дедлайны. Рин смотрит на него снизу вверх, ловит его дыхание и утыкается носом прямо между ног, словно кот, ищущий ласки. На фоне — отдаленные крики птиц за окном, капли воды из старого крана где-то в углу класса, и также медленное дыхание двух тел, которые больше не могу притворяться друзьями, особенно после далеко размытых и стёртых границ между дружбой и чем-то большим после этого вечера. Парты вокруг — как свидетели, как будто сама школа дышит вместе с ними и таит их маленький, но многозначущий секрет. В этот момент близости нет ни грязи, ни грубости. Лишь жажда, разрешение и желание. Возможно это самая лучшая последняя учебная неделя которая когда либо была, ведь мало того, что после этого не придётся ходить в это проклятое место, так и проишествие этим вечером говорит само за себя и позволяет девушке чувствовать себя желанной и принадлежащей кому-то, особенно если это её лучший друг Хироши, который уже давно поглядывал на неё но всё никак не мог сделать первый шаг и взять её до сегодняшнего дня.