Mutter.

«Мать предала меня, так сказал Джерри, и я знаю — он не соврёт.»

Мать Эзопа была слабой женщиной из высших слоёв общества, но Эзоп был незаконнорожденным ребёнком. Его отцом был тоже из высших слоёв, но не её мужем. Он совратил его мать, после чего бросил их. Эзоп отца никогда не видел. Он видел только мужа своей матери, но тот тоже рад ему не был. Он бросил его мать сразу же. Опозоренная мать Эзопа ненавидела, но в то же время сильно любила своё дитя. Но всё же не смогла справиться со своей душевной болью и стыдом, оставив Эзопа на попечительство своему брату — Джерри Карлу. Она даже не осознавала, что отдала своё дитя в руки дьявола.

«Ты слышишь, мать, которой нет…»

Но всё равно Эзоп вспоминает её. Вспоминает как она гладила его по голове, как падали её седые пряди и тёплые слёзы на его детские щёки, как говорила она всё одно и одно: «прости меня, прости…» Помнит, как рассказывала она ему сказки и на ночь, и что Боже, прости, слушал он их без интереса… и помнит, как в последний раз они ходили в церковь, после чего он её не видел.

«…Клянусь найти тебя к рассвету…»

«Дорогой Эзоп, когда ты получишь это письмо, ты наверняка будешь в замешательстве.»

Слезы Эзопа капали вниз по щекам прямо на письмо. Его Дни Рождения никогда не сопровождались бурным празднованием, и сегодня тоже, но это письмо… Значительно отличило его от всех предыдущих. Эзоп снова начал думать почему его бросили? Что с ним не так? Знала ли мать, как страдал он? Ему не было плохо с Джерри Карлом, нет. Он и вправду вырос таким, каким представляла его мать. На первый взгляд. Ему только предстояло узнать, что на самом деле значит быть учеником Джерри Карла.

«…И раной отплатить глубокой…»

Оклемавшись от шума на первом этаже дома Карлов, Эзоп медленно вышел из комнаты. Дядя часто шумел за работой, но в этот раз что-то встревожило Эзопа. Он неторопливо, боясь узнать что-то ужасное, спустился вниз по лестнице. Обернувшись, он увидел вытекающую кровь из-под двери гостиной. И снова шум, напоминавший приглушённый крик женщины. Эзоп притронулся к ручке двери, ступив в лужу крови. Он открыл дверь и в ужасе обратил свой взгляд в сторону окна. Там стоял его дядя по локоть крови, а на диване лежала женщина… в жёлтом окровавленном платье… лицо которой закрывали седые распущенные волосы. В этот момент к Эзопу пришло осознание. Ком подступил к горлу. Вдруг Джерри схватил его за плечи и обернул к себе. –Эзоп ты слышишь меня? Эзоп не мог ни на чём больше сфокусироваться кроме как на трупе своей матери. Он медленно поднял шокированные невинные глаза на Джерри. Он строго смотрел на него. –Настал главный урок для тебя мой мальчик… — Джерри опустил свой взгляд и подошёл ко столу, взяв с него шприц, — Подойди сюда не бойся. Находясь будто в совершенно прострации, Эзоп подошёл к дяде, пытаясь смотреть куда угодно, но только не на свою мать. Джерри взял Эзопа за руку и подвёл к матери. Он присел на корточки и аккуратно убрал волосы матери Эзопа с её лица. –Deus meus, она была так прекрасна. — Джерри приклонил голову, а после посмотрел на Эзопа. — И ты смотри. Эзоп затрясся. Он захотел сбежать, но стоял столбом. Ему захотелось сблевать, но он не мог. Он ничего не мог, кроме как смотреть на Джерри с бешенным страхом в глазах. Но после строгого взгляда всё же опустил глаза на мать. Она и вправду была очень красива. Безжизненные серые глаза смотрели куда-то в пол, а растрёпанные волосы лежали на её плечах, оголяя щёки и шею. Но даже при всём этом, слабая грудь продолжала вздыматься. На момент Эзоп успокоился. Ему показалось это безумно красивым, что в животе приятно потянуло. –Возьми. –Джерри Карл взял руку Эзопа и положил в неё шприц. –Это должен сделать ты.

Эзоп удивлённо взглянул на Джерри. Сделать что?

–Смотри. –Джерри взял руку Эзопа со шприцом и подвел к горлу матери. — Наклони под нужным углом как я тебя учил и аккуратно введи в сонную артерию. Эзоп трясущимися руками делал то, что говорил Джерри. Он ввёл иглу в артерию и надавил на поршень. Внутри цилиндра проблеяла кровь, и Эзоп получил облегчение. Теперь его матери не было больно. Она перестала дышать. Он аккуратно вывел иглу и уронил шприц на пол. –Молодец. –Джерри встал с колен и обнял Эзопа, погладив по голове. Он поцеловал его в лоб, и снова присел перед ним на корточки и улыбнулся. –Теперь ты соучастник и это — наш общий секрет.

«…и утопить в реке широкой.»

Джерри и Эзоп стояли и у могилы матери Эзопа. Он держал букет жёлтых роз и опустошённо смотрел на мемориал. Джерри держал его за плечо. Чуть подтолкнув наследника в спину, дав как бы разрешение подойти к мемориалу, Эзоп возложил цветы на могилу матери. Наклонившись, он тихо произносит, так, чтобы дядя не услышал, тихое: –Прости меня, прости… Эзоп поднимается, и Джерри снова нежно треплет его по плечу.

«Она заслужила это, Эзоп. Так ей будет лучше. Мы сделали это для нас.»