Зависимость

Эмили сидел на диване, а Уильям сидел на корточках у дивана и мазал ему ноги кремом. -Как ноги? Сильно болят? Генри тихонько кивнул. Уильям поцеловал его колени. Эмили отметил странное поведение мужчины, но решил не придавать этому значение. Уильям перебинтовал ноги Генри и встал. -Я сейчас приду. Уильям как-то в спешке ушёл наверх. Он вернулся через полчаса. Приятный запах кофе, который Генри узнает всегда, заполнил весь подвал. Уильям протянул ему чашку, а тот принял её, отпив немного. Уильям сел на край. -Не хочешь чего-нибудь ещё? Может еды какой? Генри отрицательно покачал головой. Хотелось выпить весь кофе и сделать что-то безрассудное. Почему бы и нет? Почему бы и не побезобразничать немного? Тем более, если это будет чём-то более менее приятным? Тем более поведение Афтона… Он успел обдумать свою хотелку или лучше сказать «внезапное желание». Однако, кроме Уильяма не будет никаких людей. Но всё равно не сейчас. Сейчас не так уж и хочется. Может и вообще перехочется. -Расскажи о себе побольше. То, чего я не знаю. Афтона хмыкнул. -Что хочешь узнать? Почему я убиваю? Почему именно ты здесь находишься? Ты много чего не знаешь, дорогой друг. Генри отрицательно покачал головой. У него не было намерений узнать все грязные подробности его жизни. Захочет — расскажет. Просто Генри подумал, невзначай, когда он лежал в темноте. Не сложно ли Уильяму? -Тебе не сложно жить вот так, убивая людей? Уильям не понял вопроса, что было видно по лицу. Что значит «жить вот так, убивая людей»? Эмили выжидающе смотрел на своего мучителя. -Что ты имеешь в виду? Генри сделал ещё один глоток кофе, прикрыв глаза. Он слегка постучал по чашке отросшими ногтями. -Тебе не сложно убивать людей? Не жалеешь ли ты? Но Генри заранее знал ответ. Не сложно. Он будто получает от этого кайф. -Я не знаю. Смешанные чувства. Но я отгоняю любые мысли по этому поводу. Поэтому нет. Уильям задумался. По крайней мере, он так выглядел. Вот и Генри задел его, можно сказать «нашёл больную точку». Генри поставил чашку кофе на стул. -Почему ты не хочешь убить и меня? Почему я всё ещё здесь? Уильям повернулся лицом к Генри. -Ты действительно хочешь это знать? Ты… Блять. Слова давались сложно и он с усилиями пытался их подобрать. -Ты особенный. Вот какой ты. Каким я тебя считаю. Ты совершенно другой… — Уильям приблизился к Генри, опираясь одной рукой о спинку дивана, а второй о подлокотник, стоя на колене на краешке дивана. — Не похожий на остальных. Понимаешь? Генри вжался в стену, но сразу расслабился. Впрочем, реакция тела была предсказуемой, поэтому Уильям даже не обратил на это внимание. Он опустил голову, немного нервно посмеявшись. -Черт, Генри… Я явно не в своём уме… Мужчина опустился головой на его бедра, закрыв глаза и обняв его. Генри медленно перебирал волосы Уильяма, который в свою очередь обнял крепче. Эмили громко выдвинул не в силах здраво мыслить. -Не ты один, Уильям. Не ты один. Слова Эмили отдавались болью. Уильям любил. Он умел, но не знал как. Сейчас же мужчина всё осознавал. Они действительно не в своём уме. Только Уильям был сам по себе такой, а Генри… Его сделали таким. Это единственное о чём жалел Афтон, который уже проваливался в сон. Возможно он не спал довольно долго, судя по его мешкам под глазами. Да и Генри бы стоило поспать.

***

Генри проснулся один. Снова темнота, но рядом стояла лампа. Видимо, Уильям специально притащил её для него, чтобы Эмили не был в темноте. Он включил лампу. Генри смотрел на оставленную ему еду. Она уже остыла. Пф. Не хочет чтобы я умер от голода? Усмехнулся про себя Генри, беря записку, что была рядом. -Запихнет насильно, если не съем? Агрессивная забота. Ты особенный.Ты совершенно другой… Вдруг всплыли слова Уильяма. Другой? Какой такой другой? --Я ничем не отличаюсь от других. Ты сам себе надумал, дурак. Он скомкал бумажку, бросив на стул. Та с него, конечно же, упала. Генри взял еду и стал запихивать её в себя. Уильям бы точно сделал обещанное. Прошла неделя. Сумбурная и жестокая. Сейчас же всё стало намного спокойнее. Это радует. Эмили поставил пустую тарелку на стул. Он осторожно подтянул и согнул ноги в коленях, осторожно обняв их. Боль была, но Генри просто стал игнорировать её. Было приятно их согнуть. Лëгкая, даже приятная боль растеклась по ногам. Генри шумно выдохнул. -Боже мой… Почему я всегда один? Маленький клочок света. Только он и был у Генри во всей этой тьме. Странная мысль посетила Эмили. А что если он начинает видеть Афтона как тот самый клочок? Тот кто отнял свет и снова подарил. Вот она — настоящая жестокость. Привязать Генри к себе таким образом… Вот весь смысл его поступков. -Подлец. Козёл! Генри разбил тарелку, кинув как можно дальше. Её осколки были где-то на середине помещения. Может легче и стало, но смысла особо не было. Он всё равно навсегда останется здесь жить. Жить с Уильямом. Получать от него «уют», «тепло» и «заботу». -Не надо было изначально подписывать договор. Но… Тогда бы он шантажировал меня Ольгой. Уже изначально он всё продумал… Твою мать. Дверь в подвал со скрипом открылась. Видимо, уже был вечер и Генри не заметил как пролетело время. Уильям спустился вниз. Он подошёл к Генри, сев рядышком. -Ты изначально всё распланировал? Хотел подчини… -Генри, не сейчас. Я устал. Уильям грубо перебил Генри, закрыв глаза и запрокинув голову. Он упирался макушкой в спинку дивана. Генри надменно хмыкнул. Эмили изменился. Не только стал апатичным. Он просто перестал бояться ада и смерти. Даже больше. Он хотел её. Ад появился задолго до смерти. Он продолжается прямо сейчас. А главный мучитель в этом аду — Уильям. Так почему бы не сделать ту самую безрассудную вещь, о которой Генри думал вчера? Теперь это не будет как в прошлый раз. Это будет взаимное желание. -Уильям. Мужчина повернул голову в сторону Генри и открыл глаза. Эмили слегка подтянулся, чтобы достать хотя бы до одежды Афтона. Он подтянул его к себе за футболку. Тот упёрся руками о диван, чтобы не упасть на Генри. Уильям был удивлён, но отказываться от такого сладкого момента не хотелось. Он потянулся вперёд, прижимая Генри к подушке, одновременно с этим целуя его нежные губы. Их языки сплетались, а губы нежно соприкасались. Уильям осторожно снял с мужчины футболку, обцеловывая тому шею и слегка покусывая. Генри прерывисто выдохнул. От каждого касания Афтона тело вздрагивало и покрывалось приятными мурашками. Будь в прошлый раз он готов к этому, как сейчас, всё могло бы повернуться иначе… -Уильям, быстрее… Прошептал взволнованный Генри. Уильям снял с себя футболку, а затем штаны, небрежно бросив их на пол. С бельём Генри пришлось действовать аккуратно, чтобы ноги сильно не заболели. Избавившись от одежды, Уильям облизал пальцы, мягко вводя один. Слегка неприятные ощущения напомнили Генри боль, что доставил Афтон в первый раз. Сейчас же было так нежно… Словно Уильям касался нежного цветка, который может рассыпаться от любого неосторожного движения. Генри шумно выдохнул и снова наполнил лёгкие, обняв Уильяма за шею. Неприятные чувства сменялись, принося забытое чувство возбуждения. Уильям постепенно растягивал мужчину, вводя ещё один палец. Генри целовали в разные части тела. Губы, шея, ключицы и даже живот. Нежные, недолгие и лёгкие поцелуи заставляли его сердце трепетать, а голова стала более лёгкой. Никаких мыслей. Проблем теперь тоже не было. Генри, неожиданно для себя, простонал, вцепившись в спину Уильяма, и выгнул спину. Пробило таким приятным чувством, что и сдерживаться не хотелось. Уильям вытащил пальцы. Он обвёл половой орган рукой, слегка поводил взад вперёд. -Я вхожу. Генри утвердительно кивнул и Афтон постепенно стал входить. Эмили зажмурился, стараясь привыкнуть к инородному телу в себе. -У… Уильям. Просто войди до конца. Быстрее. Генри было плевать на боль, которая последует дальше. Ему хотелось, чтобы Уильям быстрее начал двигаться, доставляя удовольствие. Афтон вошёл до конца рывком, попав в точку сразу. Возбуждение затмило боль, заставив громко застонать. Уильям двигался медленно, постепенно ускоряясь. Генри старался не напрягать ноги, но не всегда выходило, однако, его это не беспокоило. Эта ситуация поглотила его, словно безумие из которого не хотелось выходить. Голова опустела, а тело получало удовольствие. Разве это счастье? Быть любимым до безумия и гнить в руках этого человека. Твердило подсознание Генри, а сам он не хочет ни о чем думать. -Уильям! Уильям! Только и постанывал он, слыша и ощущая его тяжёлое дыхание на своём теле. Их потные тела соприкасались, а каждое касание отдавалось жаром. Уильям и Генри забылись в наслаждении. Уильям вытащил половой орган из Генри. Липкое семя обоих покрыло поверхность живота Эмили. Тот устало отпустил Уильяма, закрыв глаза. Он устал. На сегодня с него хватит.

***

Генри проснулся один. Снова. Укрытый мягким одеялом. И на том спасибо. Он лежал на боку. Диван был не то чтобы широкий, но места вполне хватало для одного человека с беспокойным сном, чтобы не упасть. Со стула снова пахло чём-то вкусным. Верно, Уильям снова оставил еды. Он потянулся за выключателем. Лампочка включилась. Действительно, на стуле была тарелка с жареным стейком и варёными овощами, рядом стоял стакан с водой, а чуть дальше чашка с кофе. Очень хотелось пить. Да и голод тоже чувствовался. Генри взял кружку и с жадностью за раз выпил всю воду, а затем принялся есть. Неужели я буду жить так до конца своих дней? И ведь действительно, на что он ещё теперь способен? Ни на что. Вот именно. Он обречён на бесполезное и одинокое существование. Генри осторожно сел. Пошла вторая неделя заживления ног? Если да. Генри опустил ноги на холодный бетон. От обычного передвижения они не болели, но попытавшись встать, заболели. -Кто бы думал иначе. Генри лёг обратно. Он слишком слаб для всего этого. Слишком измучен. Вот бы всё это оказалось обычным сном…