Я не гей

      В офисе вкусно пахло имбирными пряниками и мандаринами. То – не химический запах аромосвечей, а настоящий – выпечки и цитрусовых. Это Саша постаралась. Чего только она не прикупила к новогоднему столу, который сама накрыла и сама украсила. Вместо люстры, кухню освещала огромная гирлянда- водопад, которую Саша прикрепила на стену. Спортивный зал она украсила так: поставила искусственную ёлочку, на потолке развесила дождик и объёмные снежинки из бумаги, которые сделала своими руками.       Денис в украшении офиса участия не принимал, потому что Саша всегда на шаг опережала его мысли. Только Денис задумывался о ёлке, что надо бы её поставить, как на следующее утро она уже стояла. Только Денис вспоминал, что неплохо было бы украсить квартиру к новому году, как на следующий день на окнах были снежинки, а на зеркалах и шторах – мишура. Саша могла заниматься украшением дома или офиса всю ночь. Она любила наводить красоту, любила делать сюрпризы.       – Как ты себя чувствуешь после растяжки? Что-нибудь болит? – Первое, чем интересуется Саша, встретившись с Денисом в офисе вечером.       – Конечно болит! Я еле хожу! - полетел упрёк в её адрес.       – Не пиздИ! У меня же ничего не болит, значит и у тебя не должно. – Охуенная у неё логика!       В десять вечера они сели за стол проводить старый год. Саша громко выстрелила шампанским. Пробка чуть не попала в Дениса.       – Эх, надо было получше прицелиться, - подасадовала Саша, и оба рассмеялись.       – Мне же нельзя! – Денис видит, что на столе два бокала вместо одного.       – Когда нельзя, но очень хочется, то можно! – Саша не слушает и наливает. Шампанское бежит через край. – Держи! - подаёт ему полный бокал. – Сегодня я тебе резрешаю, – улыбается.       – А охрана? Мне же эту ночь дежурить. – Денис, тем не менее, берёт бокал.       – Ой, да что там дежурить? Я же здесь. Будем дежурить вместе. – Она ему подмигнула. У Дениса мурашки пробежались по телу, настолько сексуально у неё это получилось. – Чтобы в новом году у нас с тобой было больше поводов улыбаться и меньше причин грустить. – Саша говорит тост. – Пусть наша работа радует нас результатами, наши желания не теряются в суете, планы складываются в понятный маршрут, а удача вовремя подставляет плечо. – Она умеет говорить. Оратор из неё превосходный. – Денис, тебе я желаю внутреннего спокойствия, крепкого здоровья и ощущения, что ты движешься туда, куда ты действительно хочешь.       – Спасибо. – Денис смущён. – Красивый тост.       Они чокаются.       – Следующий тост будешь говорить ты, - «пугает» его Саша.       Денис волнуется. Он не умеет говорить тосты.       – Пусть в новом году у нас с тобой будет настоящая семья! - сказал он одним предложением, когда они вновь подняли бокалы.       Правильно, Денис! А то всё работа и работа. Пора бы Саше о семье задуматься.       – А ты письмо Дедушке Морозу напиши, чтобы он твоё желание исполнил.       Этим она как бы хочет сказать, что желание Денис загадал слишком сложное, и что она не собирается способствовать его исполнению. Между ними всё ещё был какой-то невидимый барьер, который Денис всё никак не мог преодолеть. Они – муж и жена, живут вместе, работают вместе, тренеруются вместе. Один раз даже поцеловались. Сашу все устраивало, а Дениса – нет. Их отношения, как ему казалось, были неполноценными. Он не мог найти причину, из-за которой их близость каждый раз отодвигалась на неопределённое время. Саша закрывалась от него, он это чувствовал. Возможно, из-за большой разницы в возрасте, а может из-за различий в социальном статусе, но она продолжала держать его на расстоянии. Изредка она выкидывала дерзкие штучки по типу: «покажи член», «помассируй мои сиськи», «теперь можешь меня трахать каждый день». Но за этими словами, как уже убедился Денис, абсолютно ничего не стояло.       Денис смотрит на часы: до нового года один час.       Они выпили ещё по бокалу шампанского и пошли танцевать. Вернее, это Саша заставила Дениса потанцевать с ней. Она потащила его в спорт-зал, из которого накануне новогодней ночи сделала танцпол.       В тёмном зале горели гирлянды, волшебными бликами отражаясь от зеркал. Под ёлочкой стоял диско-шар и рассыпал серебряные блёстки по потолку. Музыкальная колонка переливалась зелёным, синим, красным, жёлтым светом. * Слушаем Женю Вилль. Попробуйте подстроить скорость чтения так, чтобы отрывки песни совпали с её тестом, который будет ниже.       Денис совсем не умел танцевать. Но это было не страшно, ведь три бокала шампанского уже сделали своё дело. Лишь только Саша стала двигаться под музыку, как у Дениса загорелись глаза, и его тело само тронулось с места. Каждое её движение, каждый поворот нёс с собой ноту обожания, а каждый шаг, сделанный в его сторону подчёркивал трепет её чувств.       У Саши отменный вкус к музыке. Лучше, чем у Дениса с его музыкальным образованием. Она умело подбирала музыку для спорта, для отдыха, для автомобиля. В её плей-листе была музыка нескольких поколений: от песен 80-х до самых современных. В её музыке часто звучат призывы к действию. С её помощью Саша выражает эмоции, которые не может напрямую выразить словами. Или боится выразить.       «Странные танцы» - хит 1991 года, исполненный советской группой «Технология». Это музыка Сашиной молодости. Денис ещё не родился, когда эта песня взрывала танцполы по всему Советскому Союзу. Спустя годы, эту песню перепела Женя Вилль. В её исполнении она звучала настолько чувственно, что у Дениса в животе лопались пузырьки. Не от шампанского, а те самые, которые наполняли его счастьем.       Саша энергично двигается в такт музыки. В её озорных глазах отражаются огоньки новогодних гирлянд, а её простые движения приводят Дениса в неописуемый восторг. Он улавливает каждое из них и смело следует за нею, чувствуя себя птицей, порхающей в ритме счастья. Саша улыбается и говорит, что ей нравится, как он танцует. Денис гордится. Ещё бы! Лучшего танцора он в жизни не встречал! Тело удивительно легко подстраивается под ритм музыки, будто точно знает куда и как нужно двигаться.

«Ты забудешь вопрос,

Но я помню ответ,

Друг без друга мы не умрём»

      - нежный голос певицы отсылает Дениса к чувствам возлюбленной. Будто это Саша говорит ему эти слова прямо здесь и сейчас. Это настолько трогательно, что ему хочется плакать. Безудержная дрожь пробирает его от смыслов и намёков, что звучат в этой песне.       На какой-то миг Денис теряет любимую из виду. Она выплывает к нему из темноты, а в её руках полные бокалы. Светлячки ночных огней поблёскивают в золотистом вине и зовут отведать волшебства.       Игристый напиток вводит в приятное состояние расслабления, отключающее от окружающего мира. Денис просто наслаждался музыкой и движениями. Наслаждался смыслами «Странных танцев». Мысли улетали, голова немного кружилась, и от этого он ещё больше расслаблялся.       Когда вновь заиграл припев, Саша вдруг сделала плавное, волнообразное движение бёдрами, и Денису стало не по себе. Он не понимал, что с ним происходит и почему он так жадно поедает глазами её силуэт – не мужественный, а совершенно женственный. Грудь, бёдра, талия, ягодицы, - всё это возникло у неё из неоткуда, как вселенная после большого взрыва. Она танцевала плавно и соблазнительно, как женщина. И это было… обалденно красиво!

«А когда мы увидимся вновь,

Тихо ветер ночной будет петь о своём.

И на миг позабыв, что такое любовь, мы с тобою начнём…

Танцы вдвоём. Странные танцы»…

      Денис не мог оторваться от притягательных изгибов и выпуклостей её тела. Она владела тем, чего нет ни у одного мужчины в мире – исскуством флирта и обольщения. Как бы Саша не старалась спрятать себя за мужской оболочкой, внутри она была самой настоящей женщиной. Флиртовать и соблазнять – это то, чему ей не нужно было учиться. Это, как у любой женщины, было у неё в крови. Чем больше она пьянела, тем сильнее женская натура рвалась из неё на свободу: слабая, ранимая, ищущая любви и нежности.       Она не случайно поставила «Странные танцы», правда? Нашла, переписала на флэшку и сделала так, чтобы Денис её услышал. И он услышал. Встраиваясь в плавную линию её движений, он обнял её за талию и прижал к себе, чтобы она почувствовала одну единственную выпусклость его тела и ощутила всю полноту его желания слиться с ней в странном танце.       – Я люблю тебя, - шепчет он ей на ухо, вдыхая пьянящий запах её кожи и сходя по ней с ума.       Из-за громкой музыки она будто его не слышит.       – Я люблю тебя! – громче повторяет он.       Она засмеялась, резко повернулась и плотно прижалась к нему ягодицами. Описывая ими знак бесконечности, она потёрлась о его возбуждённый пах.       Это слишком… Слишком много ощущений! * Слушаем amore, amore...       Он целует её в шею, кончиком языка пробуя её на вкус. Боже, какая она вкусная! Нюхает, зарывается лицом в её волосы: Господи, как приятно она пахнет! Нос щекочут короткие, колючие волоски на висках и затылке. Там, где горячие губы прикасаются к прохладной, влажной коже, - появляются пупырышки. Ей тоже приятно! Ей тоже нравится!       Он придерживает её под грудью. Осторожно трогает её большими и указательными пальцами. Совсем чуть-чуть, чтобы её не напугать, чтобы она его не оттолкнула. Он уже знает: она из тех женщин, кто любит брать инициативу в свои руки. Этой ночью она сама должна позволить ему сделать с ней кое-что.       Он чувствует, как она волнуется, как от их слишком близкого контакта вздымается её грудь, словно ей не хватает воздуха.

«Amore, amore, amore»…

      - змеёй извиваются её бёдра, а ягодицы играюче трутся о возбуждённую выпуклость у Дениса в штанах, приближая его к экстазу.       И вдруг она разрывает их телесный контакт: увлечённая музыкой, она вновь хочет танцевать. Она играет. Накаляет страсть. Она не из тех, кто быстро сдаётся. А Денис как раз из таких. Не в силах бороться с плотским вожделением, он бегал по залу и ловил её в темноте. А она звонко смеялась и убегала. Потом снова растворилась в полумраке. Прежде, чем Денис успел её найти, она вернулась с бутылкой шампанского. Денис понимает к чему она клонит. Ещё слишком рано для близости. Она хочет ещё больше расслабиться, чтобы у них всё получилось.       Зал, освещённый мягким светом маленьких разноцветных лампочек, будто укутан тонкой пеленой чарующего миража. В центре зала они – двое влюблённых, опьянённые вином и друг другом.       Звуки романтичной песни про любовь, заставляют их сердца биться в унисон. Ноги скользят по гладкому ламинатному полу, как по волнам сказочного озера. Легко касаясь друг друга руками, они погружаются в ритм танца, вплетая свои чувства в музыку…       Что было дальше Денис помнил отрывками. Помнил, как они пили из одного бокала, а потом прямо из горлышка бутылки; как Саша то ли пролила, то ли специально вылила на себя шампанское; как он стоял перед ней на коленях и целовал её кроссовки - красные, с зелёными шнурочками. Было темно, но цвет её кроссовок он умел определять на ощупь и по запаху. Помнил, как они смеялись без остановки, как ебанутые; как Саша просила показать ей член… и он показывал.       Денис просыпается от резкого шума. Под ним гимнастический коврик. Не его. Чей-то чужой. Голова гудит, тело будто из песка: если пошевелится, - рассыпется. Он приподнимает голову, чтобы оглядеться и вспомнить кто он и где он.       – Проснулся? – услышал он чей-то хриплый голос. Какого-то незнакомого мужика. – Кх, кх, - прокашлялся незнакомец, – с новым годом, зая! Как спалось?       А, это Саша! Она вышла из туалета и хлопнула дверью, поэтому Денис и проснулся. Увидев её, он сразу вспомнил кто он и где он. Вид у Саши был довольно бодрый. Сразу видно: человек натренирован! Мастер и по спорту, и по выпиванию!       – Скока время? – спросил Денис, как сыч моргая то одним, то другим сонным глазом.       – Много! Хер ты меня с новым годом поздравишь! – «обиделась» Саша.       – С новым годом, любимая! – извинился Денис, подняв руки кверху и делая потягушки. - Блин…- нахмурился и потёр лоб, - что вчера было?       – Ты у меня спрашиваешь? – подавила Саша смешок.       Денис встал на четвереньки. Это для стабильности. Из этого положения потом легче стать человеком прямоходящим. Саша присела рядом на корточки и стала за ним наблюдать. Ей было интересно, как Денис будет передвигаться, ведь она никогда не видела его с похмелья.       – Блин… Сколько я вчера выпил? – Судя по плохой координации, - не мало.       – Тебе количество в бокалах или в бутылках сказать? – улыбнулась Саша.       В бутылках? Денис выпучил глаза, застряв в позе на четвёреньках жопой кверху. Ноги после вчерашней растяжки разъезжались в стороны и никак не собирались в кучу.       – Бля, не могу: ты такой смешной. – Саша тихонько рассмеялась. – Давай, зая, приводи себя в порядок, чай попьём, хуй помнём и поедем...       – Какой хуй? – испугался Денис.       Уж не тот ли, который он ей показывал?       - Твой, конечно! У меня-то хуя нет! – смеётся Саша. Как-то слишком подозрительно смеётся: закрывая хитрые глаза рукой.       – Саш, что вчера было, а? Расскажи, а? - умоляет Денис. – Я тебе показывал?.. Ну, это… - краснеет. Помнит же, что показывал.       – Если ты про член, то да – показывал. – Саша старается громко не смеяться.       – Я так и знал! – Денис со стыда плюхнулся обратно на коврик и зарылся в него лицом, – типа спрятался.       – Да ты не волновайся, - Саша принялась его успокаивать, - я всё равно в темноте ничего у тебя там не разглядела.       – А почему тогда смеёшься? – С прищуром посмотрел на неё Денис, подозревая, что она его обманывает.       – Потому что пиписька у тебя вот так смешно болталась: блам, блам, блам, блам! – Саша встала и изобразила, болтая рукой между ног.       Денис сказал «блядь» и плотнее прижался лбом к коврику. Саша наклонилась и похлопала его по попке, как младенца:       - Да всё нормально, не плакай! Я только тень от твоего члена видела и всё. В зале темно же было.       – Специально меня напоила, да? – надулся парень. – «Покажи член, покажи член!» Ты знала, что я себя не контролировал.       – Ты первый вчера… вернее, сегодня, начал: «Покажи сиськи, покажи сиськи!» Я сказала: «Сначала ты покажи член, а потом я покажу сиськи!»       – А ты показывала?       – Сиськи? Показывала.       – Я не видел. Тот есть...- Денис изо всех силёнок напряг память, - ...я не помню.       – Это уже твои проблемы.       – Ничего ты мне не показывала. А ты обещала, что покажешь, после моего дежурства.       – А ты дежурил? – лисьим голоском проговорила она.       Вот тогда-то Денису всё стало ясно. Плутовка! Напоила его, чтобы не выполнить свою часть обещания: не поцеловать, не показать и не дать пощупать свои прелести. Она опять слиняла от своих супружеских обязательств!       – Давно проснулась? – спросил Денис, когда они сели завтракать в три часа дня.       – Я не ложилась. – Саша закинула ногу на рядом стоящий стул и стала доедать прошлогодний крабовый салат.       – И чем ты занималась пока я спал? - Тон детектива.       – Чем, чем…Сексом! – сказала она настолько правдоподобно, что Денис поначалу не понял, что она шутит. – Бля, Денис ты какие-то странные вопросы с бодуна задаёшь! Чем я могла заниматься? Со стола прибрала, посуду помыла, мусор выкинула, тёте твоей собрала вкусняшки, чтобы не с пустыми руками к ней ехать, рынок два раза обошла, проверила всё ли в порядке, собак покормила, крыльцо от снега почистила, полы в зале помыла, там где мы шампанское разлили. А то я ж Альбину до пятого числа отпустила, а четвёртого у нас фитнес, - надо, чтобы зал был чистым. Что ещё тебе рассказать?       Господи, какая же она молодец! Она – идеальная! С утра сделала столько всего! А Денис нихуя не сделал.       – В телефоне твоём пошарилась, пока ты дрых. – Без угрызения совести признаётся Саша в своих тайных делишках. – Позвонила я с твоего телефона твоей тёте….– Денис раскрыл рот. Нифига себе она шустрая! – Познакомились мы с ней. Поболтали по видеосвязи. Я ей рассказала, что мы с тобой женаты, что я твоя жена. – Вот это Саша даёт! – Тётя очень на тебя обиделась, что ты её на нашу свадьбу не пригласил и не сказал, что ты женился. Вот так. – Она вытряхнула зубочистку из баночки и сунула её в рот.       – А у нас разве свадьба была? Не было же, – упрекнул её Денис. В тот «счастливый» день, когда они поженились, он плакал вовсе не от счастья. – Ты просила никому не говорить, что мы женаты. Я своё слово сдержал.       – Да я пошутила, расслабься, - разгрызла она зубочистку на две части. – Не обиделась Леонидовна на тебя, не боись. Ты как себя в целом чувствуешь? Вести машину сможешь? Поедем на твоём Аллионе. А то у меня на Рафике страховка истекла. А в городе сейчас менты на каждом углу: вдруг меня остановят, а я без страховки.       Без страховки ездить она боится, а в состоянии алкогольного опьянения, как она уже много раз ездила - не боится.       – А ты что такой кислый? - Она замечает, что у Дениса нет аппетита. - Голова болит? Плохо себя чувствуешь?       Денис мотает головой. На самом деле он расстроился оттого, что сильно напился. Как следствие, не увидел и не потрогал Сашину грудь. Не поцеловал её в засос с языком и слюнями. Ему нельзя было так напиваться, но у него не было другого выхода. Разве он мог не позволить Саше соблазнить себя? Ему казалось, что этой ночью она была собой, была настоящей. У него и в мыслях не закрадывалось, что она нарочно его спаивает, чтобы не расплачиваться с ним за дежурство. Но даже если бы он заподозрил, что она флиртует с ним, чтобы потом обмануть, он бы всё равно не устоял перед её чарами. Странные танцы были прекрасны. Он никогда их не забудет.       – Иди, у меня из сумочки шоколадку возьми, съешь. Настроение махом поднимется. Сумка у меня в кабинете на кресле.       Вот это уровень доверия! Или очередной тест на воровство?       – Мне, знаешь ли, как-то неудобно в твоей сумке рыться, - сказал Денис.       – А у меня там нет ценных вещей.       – Всё равно. Мы с тобой ещё даже не спали, чтобы я копался в твоих вещах, - с грустью сказал Денис, сделав акцент на том, что между ними всё ещё ничего нет.       – Не копался? А худи моё кто слямзил? И футболку. И носки. - Носки? Какие носки? - Грязные. Потные. Рваные. Вонючие. - Зачем она добавляет все эти детали?       – Носки? Не брал я твои носки.       – Да? – Саша задумалась. – Ну значит, где-то посеяла. – Даже не извинилась за ложное обвинение.       – Саш, я пару твоих вещей забрал, потому что я тебя люблю и мне нравится, как ты пахнешь. И как пахнут твои грязные, потные носки мне тоже нравится. Чтоб ты знала.       - А, да? - Саша сильно удивлена.       - Да. Но твои носки я не брал.       Любая женщина хочет, чтобы её любили и признавались ей в любви. Саша – не исключение. Пусть она – не любая женщина, но всё же женщина. Этой ночью Денис был сражён и окончательно побеждён её женской красотой и теперь он не намерен терять возможность обладать ею. Он станет настойчивее. Он будет признаваться ей в любви снова и снова, пока стена между ними не рухнет. Пусть теперь слова любви смущают её, а не его.       – Принести тебе шоколадку? – Саша продолжает гнуть свою линию, пытаясь уйти от любовной темы. – Она вкусная.       – Твои губы вкуснее, - пошёл в атаку Денис.       – Извини, я не могу отдать тебе на съедение свои губы. Самой нужны.       – Саша! – Какой же это кайф называть её просто по имени! – Ты же знаешь, чего я хочу?       – Знаю. На, смотри…       Она так быстро задрала кверху футболку вместе с бюстгальтером, что Денис моргнуть не успел, как перед ним во всей красе предстала её обнажённая грудь. Две большие, пышные, нежно-розовые СИ…СИ… СИСИЧКИ!       Это взрыв мозга! У Дениса закружилась голова и в печени стало как-то неловко. Он чуть не упал в обморок. Краснея и сгорая от стыда, он чувствовал себя маленьким мальчиком, который никогда не видел голые сиси взрослой тёти. Закрываешь глаза, - не закрываются. Отводишь взгляд, - не отводится. Прячешь глаза в ладонях, но через щёлки между пальцами всё равно смотришь, смотришь, смотришь, как загипнотизированный.       О, Мадонна, какая у Саши грудь! Она прекрасна! Она божественна! От неё исходит такое божественное сияние, что у него болят глаза!       – Доволен? – Саша опустила футболку, но светящийся нимб над её головой, не исчез.       Денис потерял дар речи. Как в кислородную маску, он шумно дышал себе в ладони, в которых прятал воспалённое лицо. Что она с ним сделала?! Какой он гей после этого? Он же теперь ни спать, ни есть не сможет! Он не сможет жить и умрёт, если в ближайшее время не прикоснётся и не приласкает эту дивную грудь, которая за доли секунды превратила его из гея в натурала!       В этом вся Саша. Шальная и непредсказуемая. Своим взбалмошным поступком она может свести тебя с ума, а потом вести себя как ни в чём не бывало. А если ты вспомнишь о её шалости, она скажет, что тебе это только показалось.       – Денис, ты кончаешь, что ли? – Она слышит, что Денис как-то странно дышит.       - Н-н-не-не… - мычит Денис, заикаясь. Она сделала из него ещё и заику. Натурала-заику.       – Давай, кончай быстрее и поехали! – Пока Денис пускает на неё слюни, Саша убирает со стола. – Я жду тебя! – кричит уже откуда-то из зала. Она готова ехать, а Денис ещё нет. – Денис, ты скоро? Ты там дрочишь, что ли?       – Д-да, д-дрочу! – А что? Хорошая идея!       – Понятно. Я буду в гараже! – Она ушла, хлопнув железной дверью.       Её обнажённая грудь всё ещё стоит у него перед глазами. Она сломала ему зрение, сломала его сексуальную ориентацию, сломала ему речь. Как ему теперь с этим жить?