please...fuck off

      — Отличный виски, — указывая на пустой стакан, произнес Пак, стараясь быстро сменить тему. — Могу я у тебя кое-что спросить?       — Так необычно, — хмыкнул Юнги. — Ты спрашиваешь разрешения, а не рубишь прямо в лоб?       — Могу или нет?       — Спрашивай. Я же обещал ответить на все твои вопросы.       — С момента нашего разговора в больнице прошел месяц. Ты исчез. Я думал, что все закончилось, но вот ты вылез, в тот же день, как эти люди меня нашли. Ты вообще их искал?       — Я проверил всех своих недоброжелателей и конкурентов, прежде чем понял, что это кто-то новый. Самым простым вариантом было просто подождать, пока они тебя найдут. Я знал, что рано или поздно это произойдет, так как кроме Рэйчел и тебя у них не было никаких зацепок на меня. Так что если отвечать на твой вопрос, то нет — я их не искал.       Чимин отвел взгляд в сторону и отрешенно покивал, принимая горькую правду. Скажи он это ему утром — скорее всего Пак бы окончательно слетел с катушек, желая выбить из него все дерьмо, но сейчас он совсем ничего не чувствовал. Спасибо алкоголю.       — Я приставил к тебе охрану еще в тот день, когда был в больнице. Подкупил санитаров и медсестер, чтобы они докладывали обо всех твоих посетителях. Парни всегда смотрели за общагой и домом твоих друзей в Вест-Сайде.       — Ты следил и за Джейкеем? — Пак нахмурился. — Зачем?       — Не следил, а присматривал, — Юнги укоризненно взмахнул указательным пальцем. — Друзья часто ездили к тебе и могли привлечь к себе внимание. Никто же не знал, в какой момент те ублюдки на тебя выйдут.       — Почему ничего мне не сказал? — Чимин помотал головой и зажмурил глаза. — Я же подвергал опасности посторонних людей. Ладно я, но другие не должны из-за тебя страдать.       — Никто больше из-за меня не должен страдать. Именно поэтому я ко всем вам приставил охрану.       — Да ладно тебе, мать Тереза, я прекрасно понимаю, что делал ты всё это лишь для того, чтобы как можно быстрее выйти на тех козлов. Таких людей как ты, мало заботит жизнь остальных. Как ты сам сказал в машине — для тебя все это лишь возможность отдать должок.       — Что-то в тебе изменилось, — Юнги прищурился и посмотрел на пустой стакан Чимина. — На тебя так виски влияет?       — Как?       — Ты спокойный. Где гнев, где ненависть? Я ждал, что после того, как расскажу тебе правду — ты разобьешь эту бутылку и воткнешь мне в горло розочку.       Пак загадочно улыбнулся одним уголком губ и обновил себе напиток. Желания заострять на этом внимание у него совсем не было, поэтому он резко сменил тему:       — Подними Джейку зарплату. Он классный парень и я обещал, что выбью у тебя для него прибавку.       — Ну если ты так говоришь, то конечно я так и сделаю, — Юнги выпил и задумчиво вгляделся в лицо своего гостя. — Ты меня пугаешь, Пак.       — Я и сам начинаю себя побаиваться, — спокойно ответил Чимин и зевнул. — Какие вообще планы? Есть мысли, когда я смогу вернуться домой?       — Я завтра вечером полечу в Чикаго. Тот мерзкий хрыщ прознал, что я ищу его и попробовал сбежать, но мои ребята перехватили его в аэропорту и теперь он меня ждет. Будем беседовать.       — И как в вашем мирке происходят подобные беседы? Вы вывезете его за город и изобьете в каком-нибудь заброшенном доме?       — Прекрати смотреть второсортные боевики, — Юнги неодобрительно покачал головой. — Так делают только идиоты, которым не важна их репутация. Таким как этот шизик, который думает, что кулаками можно добиться истины. Я накопал на него столько говна, что, если он не пойдет на мои условия — он сядет в тюрьму на очень долгий срок.       — Так если от него так легко избавиться, почему ты просто не передашь бумаги в полицию?       — Репутация, — повторил Мин. — Я не хочу ассоциироваться в узких кругах как крыса, которая чуть что — сразу бежит в полицию. Я хочу, чтобы он меня боялся. Ходил и всегда помнил, что он на свободе только благодаря мне. Это совсем другое, поверь.       — Ты сейчас сломал все мои представления о твоей деятельности, — Пак пожал плечами. — Я думал ты убийца и бандит.       — Все так думают, — расслабленно ответил Юнги. — И меня это устраивает.       — Почему?       — Если бы ты был человеком, с тем же количеством денег и дел, что есть у меня — ты бы хотел точно такого же. Я не смогу тебе это объяснить. Это надо именно прожить.       — Радует, что мне никогда не придется этого познать. Мы будем по разные стороны баррикад, когда я закончу университет.       — Будешь работать в министерстве, носить костюм и общаться с огромным количеством очень богатых людей. Не сильно-то отличается от моей жизни, — Юнги сделал паузу и задумался. — Правда у меня свободный график работы. Так что один ноль в мою пользу.       Чимин язвительно скривился и решил вернуться к более волнующей теме:       — А как это работает? Ну скажешь ты ему, что есть некий компромат: что остановит его от того, чтобы найти тебя опять и закончить начатое?       — Если по его вине, что-то опять случится с тобой, или с Рэйчел, да с кем-угодно, кто так или иначе связан со мной — бумаги автоматически улетят в ФБР. Всё схвачено, Чимин. Я не первый раз сталкиваюсь с подобной херней. Да и знаю, что он за человек. В тюрьме он долго не проживет. У него там очень много врагов, которые прирежут его в первую же неделю. Только поэтому он больше не высунется.       — Интересная у тебя жизнь, — подытожил Пак. — Сколько тебе лет вообще, что ты уже успел нажить такой любопытный опыт?       — Тридцать, — Юнги отвлекся на телефон, который зазвенел в кармане его штанов. — Секунду, по работе звонят.       Брюнет вышел из беседки и начал очень серьезно с кем-то спорить по поводу бумаг и международных переводов. Ругался, ссылаясь на сроки и неустойки. Выглядело это максимально странно: вне костюма Юнги воспринимался совсем по-другому. Он гневно размахивал руками, включив жёсткого босса, что на самом деле выглядело очень забавно. Он ходил туда-сюда вдоль бассейна, держа в одной руке телефон, а в другой стакан с виски. Его серые спортивки постоянно цеплялись за край тапка и несколько раз чуть не стали причиной падения в воду, на что он неоднократно шикал и дергал себя за штанину. Пак смотрел на все это и улыбался. Юнги был каким-то супердомашним в этот момент и это очень сильно подкупало.       — Айщ, — Мин кинул телефон на стол и сел обратно на свое место, закатывая от недовольства глаза. — Вот тебе и свободный график работы.       Чимин потер глаза и понимающе кивнул, сонно поглядывая то на Юнги, то на свой стакан.       — Значит сразу после Чикаго я смогу вернуться домой? — отметил блондин, возвращаясь к прежнему разговору.       — Скорее всего. Надо, чтобы он отозвал своих псов — и ты сразу же вернешься в общагу. Возможно, это случится уже в понедельник.       — Я понял, — парень подпер голову рукой и зевнул. — Звучит отлично.       — Иди поспи, — Юнги посмотрел в сторону дома. — Мы можем договорить потом.       — Ага, — отмахнулся Чимин. — Попробуй тебя выцепи потом. Я до сих пор не могу поверить, что ты сам пришел, а не мне пришлось тебя силой сюда тащить. Но, если честно, я уже и не знаю, что спрашивать. В голове каша.       — Тем более иди спи.       Чимин опустил взгляд на свой телефон и, разблокировав его, проверил время:       — Если я сейчас лягу спать, то проснусь среди ночи и наглухо собью себе режим. Не вариант.       — Ну как знаешь, — Юнги пожал плечами. — Если у тебя больше нет вопросов, я, пожалуй, пойду. Держись подальше от бассейна, ладно? Так как охрану я отпустил и тебя никто не спасет.       Пак начал задумчиво кусать губы, зацепившись взглядом за голубую воду позади собеседника, что успокаивающе мерцала на солнце.       — Последний вопрос: а куда делась твоя ненависть? — блондин проморгался и посмотрел на Юнги. — Я заметил, что не меня одного больше не раздражает твоя компания.       Мин дернулся в растерянном смешке, после чего встал с дивана и очень спокойно ответил:       — Тебя было легко недолюбливать, ровно до момента, пока ты чуть не умер из-за меня. Теперь, по какой-то непонятной причине, я хочу тебя защитить.       — Так значит дело вовсе не в чувстве долга?       — Нет, — почти шепотом ответил Мин, после чего махнул рукой и потопал в дом.       Чимин пристально смотрел ему в спину, вплоть до момента, пока Юнги не скрылся за дверью, после чего продолжал сверлить взглядом и её, обдумывая его последние слова.       — Какой странный, долгий день… — Пак поднял глаза на окна второго этажа и тяжело вздохнул. — Что со мной происходит…       На улице постепенно наступал вечер. Калифорнийское солнце садилось очень поздно, от чего смеркаться начинало лишь ближе к 9 часам. Пак сделал пару кликов в ноутбуке и вернул музыку, убавляя громкость, чтобы не привлекать лишнее внимание Юнги, который, по всей видимости, ушел отдыхать. Чимин поднял бутылку и проверил количество виски, после чего поставил её перед собой, но пить не стал. Не сказать, что он был сильно пьян, хоть и выпил уже достаточно много, скорее был просто сильно расслаблен, теряя способность связно мыслить. В моменте, пока напротив сидел Мин, он словно и вовсе отрезвел, но сейчас его опять начало плавить, поэтому он сильно задумался, глядя на полупустую бутылку напротив себя.       Хорошо всё обмозговав, пить он все-таки не стал. Живот начал подавать возмущенные, умирающие звуки, напоминая о той единственной яичнице, что была в нем за весь день. Чимин посидел на улице еще некоторое время, щелкая клипы на YouTube, после чего все-таки собрал все свои вещи и ушел в дом. Осмотрев кухонные шкафчики, Пак нашел рамен быстрого приготовления, а в холодильнике собрал неплохой набор для полноценного корейского супчика: яйцо, бекон, зеленый лук и даже кимчи. В этот момент он был очень рад, что Мин тоже кореец. Включив фоном на телевизоре музыкальный канал, он приступил к готовке, забавно дергаясь в такт знакомым песням. Чимин не был ассом кулинарии, поэтому замарал половину кухни, колдуя над единственной тарелкой лапши. Но результатом остался доволен, так как к концу готовки уже захлебывался слюнками от запаха собственного шедевра. Убавив на плите огонь, он ушел к дивану, освобождая себе место на полу перед столиком. Он свернул одеяло и кинул его на пол, усаживаясь на него как на подушку. Поерзав на нем попой, он довольно улыбнулся, вытягивая руки над столом.       — Удобно, — кивнул сам себе Пак.       Организовав себе пространство, Чимин перенес всю еду в гостиную, захватив с собой бутылку газировки и конфеты, которые сам купил сегодня днем. Оглядевшись вокруг, он сделал легкий поклон и пожелал сам себе приятного аппетита, налегая на обжигающе острый суп. Периодически поглядывая на телевизор, он неспеша кушал, стараясь не сильно брызгать бульоном, но всё равно запачкался, открывая бутылку с напитком: газировка сильно пшикнула, заливая стол и его белую футболку.       — Даааа блин, — простонал Пак, стягивая с себя прилипшую ткань. — Знал, что надо брать две…       Парень приподнялся и потопал в ванную, желая как можно скорее застирать пятно. Опустив ткань в раковину, он включил воду и словил флэшбэк в момент, как отмывал в этой же ванной комнате руки от запекшейся, после драки, крови.       — Это было сегодня утром? — сам у себя спросил Чимин, подняв глаза на свое отражение в зеркале. — Ну да… — он наклонил голову и задумчиво кивнул. — Как же медленно тянется время.       Тряхнув головой, он вернулся к стирке, стараясь отогнать от себя эти мысли. Чимин совсем не хотел думать про утро, потому что уже не мог вспомнить, почему так себя повел. Он очень быстро смог отказаться от своей злости и сейчас это его сильно смущало. Пак проигрывал войну, которую сам для себя и придумал.       Закончив с футболкой, он повесил её на батарею и вернулся в комнату, усаживаясь обратно на пол у столика. Вот только аппетита теперь у него больше не было. Оттолкнув от себя тарелку, он подпер голову руками и спрятал лицо в ладонях, сильно жмурясь от, накрывших его, стыдливых чувств. Захотелось вернуться к виски.       На втором этаже послышался какой-то шум, а после него звуки приближающихся шагов и усиливающийся голос Юнги, который с кем-то разговаривал по телефону. Парень спускался по лестнице и негодующе размахивал руками в ответ на слова в трубке. Увидев Пака, брюнет на мгновение замер, разглядывая его голый торс и беспорядок, что был на кофейном столике. Чимин все это время сидел и не оборачивался, нервно поправляя свои волосы. Почему-то сейчас посмотреть на Юнги было особенно тяжело. Мин развернулся и ушел обратно на верх, но через пару минут спустился в гостиную, протягивая Паку аккуратно сложенную, чистую футболку.       — Спасибо, — кивнул Чимин, не поднимая на Юнги глаз.       Брюнет ничего ему не ответил, так как всё это время продолжал висеть на телефоне. Он молча обошел диван и ушел на кухню, копошась в холодильнике в поисках воды. Всё время, пока Мин был на первом этаже, блондин безмолвно сидел, опустив голову на майку, что принес ему владелец дома. Он зацепился взглядом за бирку и просто повторял про себя название бренда, как мантру, вплоть до момента, пока Юнги не вернулся обратно в свою комнату.       — Я очень надеюсь, что, когда просплюсь и отрезвею — всё вернется на круги своя, — Пак натянул на себя ткань и обернулся на лестницу. — Иначе я точно сошел с ума.       Но этого не случилось. Проснувшись утром и увидев на столике свои ключи, таблетки и стакан с водой, Чимин обреченно вздохнул. Он приподнялся и взял в руки флакончик с лекарствами, задумчиво уставившись на шторки, что еле пропускали солнце в помещение. Пак выпил таблетки и первым делом решил проверить гараж. Внутри стоял рендж ровер и это значило, что в дом вернулась охрана. Чимин включил кофеварку и начал сонно хозяйничать на кухне. Весь тот бардак, который он оставил после вчерашней готовки, каким-то чудом самоликвидировался. Вся посуда была вымыта, а в холодильнике стояло несколько бутылочек свежевыжатого сока. Пак спал настолько крепко, что вообще не слышал, как кто-то наводил на кухне порядок. И кем был этот кто-то Чимин знал, от чего почувствовал очередной приступ неловкости.       Перелив кофе в кружку, блондин подошел к переговорному устройству и связался с домиком охраны. С той стороны ему ответил Джейк.       — Доброе утро, — Пак прислонился лбом к дверному косяку и поморщился. — Юнги… он дома?       — Босс уже улетел в Чикаго. Несколько часов назад.       — Но самолет же вечером, — Чимин кинул взгляд на газовую плиту, на панели которой были часы. Половина одиннадцатого утра.       — Планы поменялись. Тебе что-нибудь нужно?       — Нет, я в порядке, спасибо. Скажи мне, если будут какие-то новости, ладно?       — Отдыхай, — коротко ответил мужчина и первым отключился от переговорной.       Пак нахмурился и кивнул экрану, хорошо понимая, что никто ему ни о чем не расскажет. Усевшись на диване, он взял свой телефон и начал просматривать соц. сети. Судя по фотографиям у всех его друзей, одногруппников и старых знакомых вчера была веселая суббота. Даже у Хоби, который весело улыбался с фотографии, опубликованной несколько часов назад. В одной руке у него был стаканчик с пивом, а во второй — талия симпатичной молодой девушки, которая широко улыбалась, глядя на парня. Подпись фотокарточки гласила «Горячий корейский пирожок». Пак не смог сдержать смех, так как понимал, что эта та самая одногруппница, которой в их прошлую посиделку улетело сообщение Хоупа. Чимин поставил посту лайк и отправил Хосоку личное сообщение.

10:59 Привет, пирожок, как самочувствие?

      Ответ не приходил в течение нескольких часов, которые Чимин провел за просмотром любимого сериала. Он успел посмотреть чуть больше трех серий, медленно закидываясь чипсами и конфетами, прежде чем его телефон зазвонил. Блондин поднял трубку и сразу начал смеяться, так как Хоуп включил видео и показал своё опухшее лицо.       — Видок сказка, — отметил Пак. — Как все прошло?       — Боже, храни Америку, — мотал головой Хоби. — Я успел уже дважды напиться и проспаться. Причем просыпался всегда в разных местах. Айщ, — он потер висок, морщась от головной боли. — Вот пойду щас поправлять здоровье.       — Сильно, — хихикнул Чимин. — Когда домой?       — Говорят, что после девяти вечера приедет автобус, — оглядываясь по сторонам, ответил сосед. — Ты лучше скажи, как у тебя дела? Ты какой-то вялый.       — Мне скучно, — спешил его успокоить друг. — А так я в порядке.       — Точно? — Хоуп с подозрением прищурился. — Есть ощущение, что ты что-то недоговариваешь.       — Правда, всё нормально, — парень привстал и поправил прическу. — Я думаю, что завтра уже вернусь домой.       — Объясни хотя бы в двух словах, что произошло.       — Те люди, из-за которых я оказался в больнице. Они вышли на меня, — Чимин печально вздохнул. — Юнги нашел человека, который их послал и сейчас разруливает с ним свои дела.       — Твою ж мать, — Хосок поднял голову и кому-то кивнул, после чего в его руках оказалась бутылка пива. — Ты ему веришь?       — У меня выбора нет, — пожал плечами блондин. — Я сильно запутался.       — Я это вижу, — озадаченно произнес друг. — И понимаю тебя. Окажись я на твоем месте — я бы вряд ли смог сохранять хотя бы половину того спокойствия, которое вижу у тебя на лице.       — Прости, что порчу тебе уикенд своими проблемами, — Пак грустно улыбнулся.       — Ай, прекрати, — нахмурился сосед. — Мне спокойнее, когда я знаю правду, какой бы неприятной она не была. Разберемся, баунти. Ты главное не вешай там нос. Скоро увидимся и все обсудим.       — Хоба…       — Да?       — Я сошел с ума, если совсем на него не злюсь? Не могу, как бы ни пытался себя заставить.       — Юнги мудак — это факт. Но кто знает, может быть он не плохой человек, а даже хороший, с которым просто произошло много плохого? Как минимум, он не оставил это всё просто так, подставляя тебя в очередной раз, а значит в нем все-таки есть что-то человеческое. Но, я не знаю всей ситуации, поэтому могу и ошибаться. Если твое сердце больше не видит причин носить в себе эту ненависть — значит просто пришло время это отпустить. Не обязательно быть сумасшедшим, чтобы простить кого-то. И я это говорю не в рамках вашей конкретной ситуации. Я в целом. Знаешь, это как всю жизнь ненавидеть солнце, но увидеть один особенный закат и полюбить его. Вчера была злость, сегодня её нет. Кто знает, что будет завтра?       — Да ты философ, — выпучил глаза Чимин.       — Да я в говно, — ответил сосед и стукнул бутылкой по камере. — Вообще, Чимин-щи, я буду тобой очень гордиться, если ты и правда смог его простить. Искренне. Это значит, что ты пиздец какой сильный человек. Ненависть — это мощное чувство, и ею легко подпитываться, но вот доброта и любовь куда сильнее.       — Хооооос, — с подозрением протянул Чимин. — А ты случаем там не втрескался ни в какие закаты? А, горячий корейский пирожок?       — Отставить, — закатил глаза друг. — Джентльмен не раскрывает своих побед.       — Ты посмотри на него, — засмеялся Пак. — Какой гусар. Она милая, кстати.       — Это да, — ахнул Хоуп, хватаясь свободной рукой за сердце. — Я благодарен всем существующим богам, что в тот вечер именно её номер выбрал Тэхён. Это второе лучшее событие, которое случилось со мной в Америке.       — А первое?       — То, что ты стал моим соседом. Не было бы тебя — не было бы и Ви, а значит не было бы того сообщения и темы для разговора, которая плавно подвела к тому, к чему подвела.       — Рад видеть тебя таким счастливым, — промолвил Пак. — Иди тусуйся. Напишешь, как доберешься до общаги, ладно?       — Конечно, — кивнул сосед. — Сфоткай мне дом, уж больно интересно, как живут сильно богатые люди.       — Скучно живут, — блондин оглядел гостиную. — Сюда даже пиццу просто так не заказать, — Чимин прикрыл глаза и помотал головой. — Ладно, на связи.       Пак помахал рукой в камеру и сбросил звонок. После разговора он ощутил некое умиротворение, словно с него разом свалились все те сокрушения, что сильно душили его последние сутки. Хосок, сам того не подозревая, пробил то единственное переживание, которое мучало Чимина все это время. Даже человек, который знал об этой ситуации крайне поверхностно, смог предположить, что возможно все, что делал сейчас Юнги — это все из добрых и светлых побуждений. А на такое тяжело злиться, как бы сильно ты не недолюбливал человека до этого. Доброта действительно мощнее ненависти.       Весь оставшийся день Чимин бродил по первому этажу, кочуя от дивана к холодильнику и обратно. Несколько раз приходил Джейк и спрашивал все ли у него в порядке, но Пак всегда отмахивался, возвращаясь к сериалу или видеоиграм. Он не спрашивал, как там дела у Юнги и все ли в порядке с его планами. Чимин больше не следил за временем и оно перестало тянуться. Ближе к полуночи отписался Хосок, оповещая о том, что он вернулся в общагу. Пак облегченно выдохнул и, пожелав другу приятных сновидений, ушел в душ, после чего вернулся в гостиную и так же лег спать.       Рано утром, когда еще весь город досыпал свои безмятежные сны, телефон парня зазвенел, выдергивая его из неприятного кошмара. Ему снилось, что он вернулся в больницу. Он слышал голоса медсестер, которые делали ставки на то, выкарабкается пациент или нет. Он был в коме, но слышал всё вокруг себя. Женские голоса истерически хохотали, умоляя того не просыпаться. Пак кричал, стараясь достучаться до них. Но крик слышал лишь он один, потому что он был только в его голове. Внезапный звон рассыпавшихся монет выдернул его из комы, и он очнулся. Кошмар был остановлен. Парень распахнул глаза и облегченно выдохнул, оглядываясь по сторонам. Его потряхивало, по телу тревожным табуном носились мурашки, но тем не менее он был рад проснуться в этой ненавистной гостиной. Чимин протянул руку и, щурясь от яркости экрана, проверил телефон, желая узнать кто или что стало его спасением в этот раз. На экране выскочило уведомление о сообщении от незнакомого абонента. Пак тыкнул пальцем в экран и моментально проснулся.

04:14. Всё закончилось. Ты можешь ехать домой.

      Мурашки повторно накрыли все его тело, кидая парня в жар. Сердце начало колотиться с особой силой, вгоняя его в трясучку сильнее прежнего.       — Юнги? — прошептал Пак, рассматривая цифры номера. — Или…       Чимин дернулся с места и выбежал на задний двор, шлепая босиком по плитке. Он ворвался в домик охраны и словил на себе возмущенный взгляд телохранителя.       — Да? — блондин поднял телефон и повернул экран к Джейку.       — Я отвезу тебя, как только ты будешь готов, — кивнул мужчина. — Сообщи мне через переговорный, ладно?       — Он уже в Калифорнии?       — Да.       Чимин взволнованно постучал телефоном по ладони и развернулся к выходу:       — Я дождусь его возвращения. Потом мы поедем.       — Мистер Мин не приедет сюда.       — Как это? — Пак замер в дверях. — У меня к нему есть парочка вопросов. Ему придется приехать, — блондин разблокировал телефон и начал звонить по номеру, с которого пришло сообщение, но абонент был вне зоны действия сети. — Что… Джейк свяжись с ним и скажи, чтобы он приехал!       — Не могу. Приказ был оповестить тебя о том, что не стоит его ждать. И благополучно отвезти тебя домой. Извини.       — Да что за бред… — Чимин начал потерянно бегать глазами по комнате. — И ты мне тоже ничего не расскажешь, да?       Мужчина отрицательно помотал головой.       — А знаешь, ну и к черту! — Пак злостно дернул за ручку двери, останавливаясь в шаге от выхода. — Пять минут. Можешь подгонять тачку через пять сраных минут.       Чимин вышел из домика охраны сильно захлопывая за собой дверь. Его переполняли эмоции. Он метался между злостью и негодованием, собирая по гостиной все свои вещи и пиная ногами одеяло и подушки. Пак, на самом деле, не понимал на что конкретно он злился. Юнги выполнил всё, что от него требовалось, давая всем возможность наконец-то попрощаться. То, чего в самом начале и хотел его вынужденный гость. Но, получив желаемое, он взбесился. И психовал он не из-за Мина. А из-за себя и того, что его расстроил финал истории.       — Да какого черта?! — Чимин схватил со стола флакон со своими лекарствами и кинул их в стену, от чего таблетки рассыпались по полу. — Почему ты не рад, Пак? Ты же так этого хотел, так какого хрена ты сейчас так несчастлив? — парень упал на диван, закидывая голову на спинку и прикрывая глаза. — Всё закончилось, все живы и впереди светлое, беззаботное будущее, что тебе еще нужно то блять?!       Дверь позади него открылась и в дом вошел Джейк.       — Едем? — мужчина осмотрел гостиную, остановив взгляд на рассыпанных таблетках. — Ты в порядке?       — В полном, — Чимин спрятал телефон в карман своих шорт, подхватил одной рукой ноут, а второй свой бомбер. — Просто выбрось всю мою оставшуюся одежду, ладно?       Он обошел телохранителя и вышел на улицу, не дожидаясь от того какого-либо ответа. Запрыгнув на заднее сиденье автомобиля, он опустил голову и уткнулся в телефон, хаотично листая меню туда и обратно. Спустя пару минут пришел и Джейк, кидая на парня очень обеспокоенный взгляд через зеркало заднего вида. Он не стал ничего говорить. Молча завел машину и тихо включил музыку, выезжая с территории. Пак так и не сфотографировал дом, о чем его попросил Хосок. Чимин даже не посмотрел на него напоследок, срывая всю свою злобу на значках приложений, что одно за другим улетали в корзину. То же самое стало и с незнакомым номером, который без каких-либо мыслей улетел в забвение. Пак удалил сообщение, удалил номер и, если бы была такая опция — удалил бы и из памяти все, к чему он пришел за эти странные два дня.

*****

      — Привееет, — шепотом протянул Чимин, легонько потряхивая соседа за плечо. — Хоба, это я, баунти.       — Который час? — заканючил тот, отворачиваясь от него к стенке. Прошло пару секунд, прежде чем друг включился. — Чимин!       Хосок подорвался и включил в комнате свет, сонно потирая заспанные глаза.       — Ну ты и синяк, — рассмеялся Пак. — Тут щас спичку зажги — всё полыхнёт. Ты бы хоть окошко оставил открытым.       — Это ты еще не видел в каком состоянии я приехал, — зажмурился Хоуп. — Мне кажется я до сих пор еще пьян.       — У тебя сегодня выходной?       — Вроде того, — кивнул сосед. — Ты так рано вернулся, всё нормально?       — Теперь да, — Чимин сделал максимально радостное лицо, хотя безбожно врал. Внутри него все еще буйствовал тайфун из самых болезненных и горьких чувств. — Ты прости, что я тебя поднял. Просто не хотел тебя напугать внезапным шумом в комнате.       — Всё окей. Вообще не парься. Ты сейчас спать?       — Сомневаюсь, что я усну. Я вообще хочу сейчас душ принять и сгонять на заправку за кофейком.       — Я с тобой, — Хосок откинул край одеяла и свесил ноги с кровати. — Расскажешь всё. И не спрашивай уверен ли я.       — Как хорошо ты меня уже знаешь, — промолвил Пак. — Ладно, просыпайся пока, я быстро.       Обоим потребовалось чуть меньше 30 минут, чтобы собраться и выйти из общаги. На улице потихоньку начинался день. Все кафешки и ресторанчики еще были закрыты, но неподалеку от кампуса была заправка, на которой продавали неплохой кофе и делали самые вкусные похмельные бургеры. Почему похмельные? Потому что это место пользовалось спросом у студентов, которые, возвращаясь под утро из клубов, мечтали что-нибудь съесть и это был самый близкий и подходящий вариант, если не говорить о доставке.       Весь путь туда Чимин рассказывал Хоупу о своих последних двух днях. Все, начиная с инцидента в ресторане и заканчивая последним сообщением от Юнги. Друг его не перебивал, внимательно кивая в ответ на его слова, вот только чем дальше заходило повествование, тем печальнее становилось его лицо. Добравшись до заправки, парни купили кофе и устроились на лавочке неподалеку от входа. Поток машин утром был небольшой, поэтому ничто не мешало их беседе. Когда Чимин закончил рассказ фразой «И вот так всё закончилось», Хоби задумчиво посмотрел на свой стаканчик и выдал то, что пробило маску, которую нацепил на себя Пак:       — А ты правда хочешь этого?       — Ты о чем? — Чимин начал нервно постукивать по крышке своего напитка.       — Что бы всё закончилось. Только ответь мне честно.       — Ну конечно, — блондин опустил глаза себе под ноги и сделал очень печальный вдох. — Я… я не знаю.       — Слушай, судя по тому, что я от тебя услышал — это нормально чувствовать нечто подобное. Возможно, встреть вы друг друга при других обстоятельствах — вы даже могли бы стать друзьями. Жизнь не просто так сталкивает вас лбами. Вы даны друг другу для какого-то опыта. Он болезненный, но уже смог изменить вас двоих. Понимаешь, что я хочу тебе сказать?       — Не совсем, — Чимин потерянно покачал головой.       — Давай объясню тебе на своем примере. Я всю жизнь прожил в Корее и был доволен своей жизнью. Я никогда не хотел оттуда уезжать, но в какой-то момент жизнь повернулась иначе, и я покинул свою зону комфорта, вбрасываясь в чертовски странные и пугающие обстоятельства. По началу я ненавидел тут все: еду, людей, этот сраный английский язык. Но постепенно привык и нашел в этом свой кайф. И теперь, познав, какой на самом деле может быть жизнь тут — я совсем не хочу возвращаться домой. Меня пугает сама мысль о том, что совсем скоро мне придется в последний раз сходить на лекции, в последний раз принять душ в общаге и в последний раз пожать тебе руку. Я не хочу, чтобы все это заканчивалось. Я полюбил то, что сразу так сильно ненавидел.       Последняя фраза пробила Чимина легкой дрожью по всему телу. Он почувствовал, как свело пазухи носа от подступающих, необъяснимых слез. Пак крепко сжал челюсть, подавляя приступ, и дернулся, поднимая глаза в небо.       — Ты можешь быть честным со мной, сосед, — Хоби приобнял друга за плечи и аккуратно прижал к себе. — Ты привык к этой жизни, к этому хаосу, который пришел с его появлением, и теперь совсем не хочешь возвращаться обратно.       Чимин вытянул губы, покусывая себя за щеку, после чего повернул голову в сторону Хоби и очень неуверенно кивнул. Тот в ответ трепетно улыбнулся и стукнул своим стаканчиком по напитку друга.       — Всё наладится, — Хосок сделал глоток и встал со скамейки. — Вот увидишь.       Друг огляделся и завис, посматривая через окно на продавца за прилавком.       — Давай жахнем по бургеру, и я во всех красках расскажу тебе: как потерялся в лесу, как успел за сутки трижды напиться и отрезветь, и как пьяным читал корейскую классическую поэзию девушке, которая после всего этого позора все равно позволила её поцеловать.       — Эээ? — с подозрением промычал Пак.       — Ладно, не только поцеловать, — смущаясь и отводя взгляд в сторону, пробубнил Хоби. — Пошли уже.       Вернулись в общежитие парни уже совсем другими людьми. Это был необходимый разговор для них двоих, так как по сути их душила одна и та же проблема, печаль которой они смогли понять и разделить, уменьшая наносимый душе ущерб. Как говорится беда, поделенная на двоих — это уже пол беды. На этом соседи и сошлись, договорившись хранить очередной, общий секрет. Они больше не возвращались к этому. Каждый знал, что тревожило другого перед сном, о чем тот думал сразу же, когда просыпался, но усердно делали вид, что все в их жизнях хорошо и идет по желаемому плану.       Но, к сожалению, их планы сильно разминулись с планами вселенной уже через полторы недели после разговора на заправке. Пришла беда откуда уже давно никто не ждал. В один из вечеров на всех этажах вывесили объявление о том, что будет происходить расселение всех «беженцев» назад по своим комнатам. Общежитие, в которое сразу определили Чимина, отремонтировали, и на ближайших выходных всех перевезут обратно. Эта новость шарахнула по парням безумной печалью и тоской. Сразу начали продумываться варианты сохранения за собой этой комнаты, но в деканате на это дали отрицательный ответ, что сильно подкосило Пака. Хоби пытался всячески подбодрить друга, подкрепляя это аргументами про позитивное влияние смены обстановки, но звучало это неискренне, так как его грустные глаза говорили всю правду за него. В тот вечер Чимин просто ушел в себя, скрываясь от реальности в онлайн игре. Он надел наушники и погрузился в вымышленный фэнтезийный мир, где он сам вершил свою судьбу. Он просидел так около двух часов, безостановочно кромсая нечисть налево и направо, пока вдруг не отвлекся на Хоби, который испуганно дернулся на соседней кровати. Хосок указал Чимину на дверь, сообщая о том, что в неё кто-то постучал. Пак просто кивнул ему в ответ и опустил глаза на клавиатуру, совершенно не интересуясь тем, кого там принесло. Но, когда Хоби широко открыл дверь и сделал пару шагов назад — нежданный гость смог-таки заполучить его внимание. Пак трясущимися руками стянул с головы наушники и, казалось, совсем перестал моргать.       — Привет, — улыбнулся в дверях Юнги.       — Что ты тут делаешь? — тихо произнес Пак, убирая с колен свой ноутбук.       — Я хочу попросить тебя кое-куда со мной съездить. Это не займет много времени.       — Нет, — прошептал парень, еле заметно мотая головой. — С меня хватит.       — Это правда важно.       В комнате повисла глухая тишина. Пак смотрел на дверь безумными глазами, словно увидел в проходе призрака. Его сердце начало выписывать такие сумасшедшие количества ударов, что казалось еще чуть-чуть и оно просто перегорит.       — Я не представился, — брюнет протянул Хоупу руку. — Мин Юнги.       — Наслышан, — ответил тот на рукопожатие. — Чон Хосок.       — Хосок, я могу войти?       — Не можешь, — резко включился Пак. — Уходи.       Мин посмотрел на Хоби и тот положительно кивнул, пропуская гостя внутрь. Прикрыв за ним дверь, сосед остановился за его спиной и настойчиво посмотрел на Пака, стреляя бровями в сторону Юнги.       — У нас же был уговор. Какого хера ты никак не забудешь сюда дорогу?       — Потому что есть кое-что, что я очень хочу тебе показать. А если я чего-то хочу — я это получаю.       — Ну я тебя поздравляю с твоим первым обломом, — Чимин встал с кровати и положил руки на плечи брюнета, разворачивая его в сторону выхода. — Пока.       Юнги устало вздохнул и начал пятиться назад, разворачиваясь обратно к Паку:       — Ты правда не хочешь воспользоваться этой шикарной возможностью, чтобы задать мне все интересующие тебя вопросы и закрыть пробелы? Пробелы, которые ежедневно сводили тебя с ума?       — Ты слишком сильно переоцениваешь свою значимость, Юнги. Проваливай.       — Да? Значит мне показалось. Что ж, прошу меня простить за такой внезапный врыв, — Мин сделал легкий поклон, после чего заглянул Чимину в глаза и хитро улыбнулся. — Этого больше не повторится.       — Хватит так странно улыбаться. Мы с тобой тут не светские беседы ведем. О чем ты вообще, черт побери, говоришь?       — О твоем требовании меня вызвать. О двери, которой ты яростно хлопнул, выходя из дома охраны. О таблетках, что гневно полетели в стену. Мне продолжать?       — Избавь меня от этого, — Чимин демонстративно закатил глаза и скривился. — Прошло достаточно много времени, чтобы это всё перестало меня как-либо волновать.       Юнги пожал плечами и обернулся к Хоби, вежливо кивая тому напоследок. Он неспеша пошел на выход, тихонько прикрывая за собой дверь. Как только он вышел, Чимин начал нервно кусать губы, раздраженно притопывая одной ногой на месте.       — Не смотри на меня так, Хоба, — блондин недовольно фыркнул, в ответ на возмущенный взгляд соседа, который уловил боковым зрением.       — Нет, что ты, — Хоуп раздосадовано взмахнул руками, после чего поднял ноут Чимина и тыкнул им друга в живот. — Вот, иди играй дальше вместо реального шанса обрести душевное равновесие.       Пак зажмурил глаза и пару секунд что-то сильно обмозговывал, после чего дернулся с места и, хватая с тумбочки телефон с ключами, выбежал из комнаты, натягивая на ходу свою обувь.       Через одну перепрыгивая ступеньки, Чимин выскочил на улицу и обомлел, увидев у входа полицейскую машину, а возле неё двух офицеров и Юнги. Один из мужчин указал на Пака пальцем, после чего Мин обернулся и расплылся в довольной, победной улыбке. Чимин ожидал чего угодно, но только не этого, от чего вообще не мог пошевелиться, не сводя глаз с виновника своего шока.       — Ну же, — крикнул ему брюнет, подзывая к себе рукой. — Чего застыл?       Пак медленно потопал по ступенькам вниз, ловя на себе любопытные взгляды всех студентов в округе. И он их всех сейчас очень понимал.       — Здравствуйте, — блондин неуверенно кивнул офицерам и повернул голову в сторону Юнги. — Что происходит?       — На полицейской машине когда-нибудь катался?       — Не приходилось, слава богу, — Пак посмотрел на авто позади них и невольно скривил губы в удивленной ухмылке. — Додж Чарджер в последнем кузове? Крутая.       — Разбираешься в тачках, малыш? — обратился к нему один из офицеров. Чимина нисколько не смутила такая формулировка, так как это было вполне в манере людей на подобии ему. Седоватый, высокий афроамериканец. На вид ему было лет 50, но выглядел он очень свежо и бодро. Словно сошел с экрана боевика про полицию и наркокартель.       — Интересуюсь, — ответил ему Пак и посмотрел на брюнета. — С тобой даже полиция ездит на самых дорогих машинах? В твоей жизни есть хоть что-то нон люкс?       — Ты, — Юнги тыкнул Пака в грудь и хихикнул. — Поехали.       Чимин обеспокоенно огляделся, после чего поднял голову и посмотрел на окно своей комнаты, из которого с очень охуевшим лицом на него смотрел Хосок.