Глава 11. Это всё план вселенной?
24 февраля 2024 г., 16:28
— Так, мои достаточно пьяные и не следящие за языком друзья, — Чимин собрал всех в кучу, пока Юнги отошел к своим охранникам, что ожидали в машине на парковке. — Давайте держать себя в руках и вести так, словно Юнги не настолько богат, насколько он богат, окей?
— Ну хватит уже нервничать, а? — отчитал его Джейкей. — Мы же не маленькие.
— Просто напомнил, — поднял руки Пак, останавливая его возмущение. — Я-то был у него дома и меня там ничем не удивить, но вот вы, — он указал на Тэхёна и Чонгука, — вас один только бассейн в восторг приведет.
— Там есть бассейн? — радостно воскликнул Ви.
— Что и требовалось доказать, — закатил глаза Чимин. — Правда, ребята. Давайте не будем злоупотреблять его гостеприимством. Не хочу, что бы он подумал, что мы используем его ради денег и бесплатного веселья.
— Ты из-за счета, да? — вклинился Хоуп. — Давайте скинемся и отдадим ему все деньги. Сомневаюсь, что он их возьмет, но если твоей душе так будет спокойнее, то мы можем хотя бы попробовать.
— Даже, блять, не думайте, — крикнул из-за угла Юнги. — Вас очень хорошо слышно, гении.
— Вот я дебил… — Чимин стукнул себя по лбу и разочарованно опустил голову. — Пора бы привыкнуть, что он вездесущий…
— Идите сюда! — подозвал всех к себе Мин. Ребята переглянулись и двинулись в сторону парковки, останавливаясь возле черного джипа, за рулем которого уже сидел водитель. — Так, — Юнги осмотрел всех вокруг. — Давайте сразу решим это на берегу — мне ваши деньги не нужны. Найду их где-нибудь в доме — сильно обижусь. И да, в одном Чимин прав: понимаю, что со всей моей охраной и прочим сделать это будет тяжеловато, но попробуйте отнестись ко мне как к равному себе. Последнее, чего бы я хотел — это смущать вас своим финансовым положением.
— Никак не могу отделаться от чувства, что тебя подменили, — усмехнулся Чонгук и хлопнул Юнги по плечу.
— Надеюсь это комплимент, — улыбнулся ему в ответ брюнет и развернулся к машине. — Садитесь в эту, а я поеду отдельно на второй.
— Забирай Чимина к себе, — махнул рукой Джейкей. — Пусть у тебя в машине душнит.
— Да пиздец, — Пак обиженно сложил руки на груди. — Попросил вести себя нормально — сразу душнилой обозвали.
— Что-то ты разговорился, родной, — Тэхён укоризненно посмотрел на своего парня и ткнул его пальцем в грудь. — Сейчас ты поедешь в другой машине, усек?
— Нрррравишься ты мне, — шутливо прорычал Чонгук, в ответ на строгость любимого. — Бусинка такая серьезная.
— Скажи мне, что у нас так не будет, — не сводя глаз с влюбленных дурачков, тихо произнесла Эли.
— Никогда, — помотал головой Хоуп и протянул ей кулачок, который она моментально отбила.
— Теперь я сам хочу ехать в другой тачке, — скривился Чимин и пошел в сторону черного мерседеса. — Погнали.
*****
Первую половину пути Юнги провисел на телефоне, разруливая последствия отмененного самолета. То, как резко он менялся, когда речь заходила о делах, выглядело до жути удивительно. Прежде, такой веселый и спокойный человек куда-то улетучивался, а ему на смену приходил тот самый Мин Юнги, которого Пак когда-то встретил. Холодный, суровый и непоколебимый в своих решениях и словах. Но стоило только зазвучать гудкам в трубке, вместе с красивой улыбкой и милым прищуром возвращался Юнги, которого Чимин создал. А потом очередной звонок и вновь эта гневная складка между бровями, сообщающая о том, что брюнет сильно чем-то недоволен. Это страшно подкупало. Чимин понимал, что прежний Юнги никуда не делся. Он не размяк и не дал слабину. Просто Мин — человек с двумя сторонами медали, вот только не каждому позволено увидеть вторую сторону. Ту, что блестит. Завершив последний звонок, Юнги откинул телефон в сторону и повернулся к Чимину, пристально разглядывая его уставшее лицо, что изредка подсвечивалось, пролетающими за окном, фонарями. — О чем думаешь, язва? — Да так, — хмыкнул Пак. — Обо всем по чуть-чуть. — Так обычно говорят, когда очень глубоко размышляют о чем-то конкретном, — Юнги приподнял брови и потянулся к уху Чимина. — Ты можешь не бояться говорить при охране. Чимин повернул голову и оказавшись в сантиметре от губ Мина тихо ему ответил: — С чего ты взял, что меня это беспокоит? — Ммм, — Юнги слегка прикрыл веки и вернулся обратно на свое место, многозначно покачивая головой из стороны в сторону. — Порой и я забываю, с кем разговариваю. — Два сапога пара, — в голове Чимина эхом прогремели слова Джейкея. — Ладно, давай я расскажу, — продолжил Мин. — Я, конечно, отменил перелет, но отменить встречу я не могу, поэтому в понедельник я всё-таки улечу в Лондон. Меня не будет чуть больше недели. — Воу, — от удивления уголки губ Чимина поплыли вниз. — Я понял. Спасибо, что предупредил. — И всё? — усмехнулся Юнги. — Так просто? — А ты что думал? — насупился Пак. — Я сяду и буду плакать? Днями и ночами хныкать о том, что ты так далеко? — Отвечать мне на сообщения хоть будешь? — Если найду время, — Чимин шутливо надул губы. — Я целыми днями буду в университете торчать. Два месяца лекций и зачетов нужно закрыть за три недели. А как Рэй прилетит — так еще и в офис ездить придется. — Тогда я не буду тебя отвлекать. Сам пиши, как будет появляться время и желание. Я был бы рад знать как твои дела. Чимин хотел уже сказать, что на самом деле пошутил про время, но не успел, так как машина резко притормозила у какого-то ночного магазина. Ни о чем не предупредив своего босса, водитель молча вышел из авто, на что Юнги совсем никак не отреагировал. — А куда это он? — провожая взглядом фигуру охранника, поинтересовался Пак. Но брюнет ему ничего не ответил, а лишь отстегнул свой ремень и глядя в зеркало заднего вида поправил свою прическу. Чимин напрягся. — Окей. А ты куда? — А я… — делая томные паузы между словами, и с каждой сказанной буквой приближаясь все ближе, шептал парень, —… к те-бе. — договаривал он уже надавливая одной рукой на застежку, в которую был воткнут ремень Чимина. Щелк. Клацая, отлетел и он. — Бу! — И как ты умудрился ему сказать, что бы он остановил машину? Я же все время был тут, — вжимаясь в угол между дверью и креслом, протараторил блондин. — Как только я понял, что ты поедешь со мной — я сразу решил, что у нас будет пит-стоп. — честно ответил тот. — Я пока тебя за руку под столом держал несколько раз чуть с ума не сошел. Как ты это делаешь, а, Чимин? — Видимо мое обаяние работает не только на пьяных студенток, но и на корейских мультимиллионеров, — съехидничал Пак. Брюнет оперся руками на небольшой кусочек кресла, что разделял его с Чимином, и опустил голову, делая глубокий, шумный вздох: — На самом деле я попросил машину остановить не для того, чтобы поприставать к тебе. Я обсудить кое-что хотел, пока у нас есть возможность побыть наедине. — Мм? — Меня к тебе тянет со страшной силой. И с каждой минутой, с того момента, как ты признался во взаимности чувств, это растет в геометрической прогрессии. Я достаточно прямолинейный, поэтому могу спокойно говорить о таких вещах, но от тебя я такого не жду. Я не эгоист и не сумасшедший, поэтому не собираюсь тебя сталкерить и заваливать вниманием, добиваясь твоего расположения. Пусть всё идет так, как идёт. В том темпе, который образуется сам собой. Чимин внимательно слушал каждое его слово и медленно расслаблялся. Он услышал то, что было ему сейчас жизненно необходимо знать, но заводить этот разговор первым не решался. Он был готов подписаться под каждой его мыслью, так как думал ровно точно так же. Все-таки эти двое были до безумия похожи. — Я не претендую на какие-то эксклюзивные отношения. Я вообще не думал, что это когда-то сможет зайти дальше того поцелуя в машине, — продолжил Мин. — Поэтому хочу, чтобы ты понимал, что все, к чему мы в итоге пришли — это ни к чему тебя не обязывает. — Все по полочкам, — улыбнулся Чимин. — Даже в вопросах сердечных. — Это вынужденная мера, — Юнги пожал плечами. — Я себя знаю. — И что это значит? — Так меньше шанс слететь с катушек и всё испортить. Хоть и очень хочется. Паку безумно нравилось то, как он влиял на Юнги. Он чувствовал свою значимость, и она придавала ему сил и смелости. От прежнего страха и волнения остались лишь приятные крупицы, которые заставляли бабочек в животе трепетно порхать в такт биению его влюбленного сердца. Чимин в этот момент, глядя на то, как озабочен его спокойствием Юнги, понял — это и правда нечто другое. Не привычка, не помутнение рассудка и не поехавшая, от всего случившегося с ним за последние полгода, крыша. — Спасибо тебе, — едва приоткрыв рот прошептал Чимин, загадочно смотря в сторону магазина, у которого курил охранник. — За что? Пак тыкнул пальцем в окно и еще пристальнее начал всматриваться в темноту: — За это. Юнги нахмурил брови и надул щеки, совершенно не понимая, о чем говорил Чимин, поэтому подсел ближе и вытянулся над его ногами, всматриваясь в ту же точку, куда до этого смотрел блондин. Пак тихонько хихикнул ему на ухо, которое было буквально в нескольких сантиметрах от его лица, после чего нежно коснулся губами его линии подбородка и замер, уткнувшись носом в его щеку. — Нет там ничего, — Чимин аккуратно нырнул пальцами левой руки в волосы на затылке второго и повернул его голову на себя. — Бу! Целовать первым было приятно. Получать мгновенный ответ было еще приятнее. Чувствовать, с какой бешенной скоростью млел рассудок Юнги — просто крышесносно. Если по началу он просто замер в том положении, в котором пытался разглядеть что-то в окне, то спустя пару секунд начал активно перенимать инициативу. Юнги развернул торс и приобнял Пака одной рукой за талию, а второй уперся в дверь, тем самым вжимая парня в спинку кресла, на что тот не оказывал никакого сопротивления. Салон автомобиля заполнился мокрыми, страстными звуками поцелуя. Редкие короткие вздохи, вперемешку с похотливым причмокиванием, просто доводили до безумия, отбирая всякое желание прекращать это. При работающем кондиционере в машине стало невыносимо жарко. Парни жадно тянулись друг к другу, сминая одежду, что мешала прикоснуться к коже. Хотелось трогать друг друга. Хотелось большего. — Юнги… — Чимин уперся руками в плечи второго и слегка от себя оттолкнул, поднимая на него свои глаза. — Я прозвучу нагло, если попрошу тебя больше никого кроме меня не целовать? — Я бы не стал, даже если бы ты и не просил, — улыбнулся Мин и легонько чмокнул блондина в кончик носа. — Меня только сюда, — Юнги пристально посмотрел на губы Чимина, — так бешено тянет, — брюнет не смог удержаться и поцеловал Пака вновь. — Ты вкусный. Особенный какой-то. — А я всё думал, какое слово подобрать, — рассмеялся тот, вытирая большим пальцем мокрый уголок своего рта. — Вкусный… точно. Ты, засранец, ахуенно вкусный. Юнги прикусил нижнюю губу и начал пятиться назад, слегка задыхаясь от накрывшего возбуждения: — Лучше позвать водителя, иначе твои друзья будут петь в караоке одни. Я прямо сейчас готов увезти тебя на другой конец планеты и никогда больше не выпускать из виду. Боже правый, Чимин! — А я то что? — выпучил глаза блондин, поправляя воротник своей рубашки. На лице у него ярко красовалась довольная, широкая улыбка. — Да у тебя на мордашке написано, что ты сейчас в экстазе от того, что человек, который прежде готов был тебя убить, сейчас сидит и как пацан пятнадцатилетний слюни на тебя пускает. — Шикарррное чувство, — игриво прорычал Чимин, откидываясь затылком на подголовник. В голове промелькнула мысль, которую он не мог в данной ситуации не озвучить. Он слегка наклонил голову в сторону Юнги, протянул руку и ласково коснулся его щеки. — Ты моя маленькая победа, Мин.*****
Когда мерседес остановился у ворот гаража, по яркой разноцветной подсветке в окнах было понятно — остальные уже обжили гостиную и продолжили вечеринку. Чимин приоткрыл окно и начал прислушиваться к шуму, что доносился из дома, но не смог сдержать смех. — Никогда не слышал, как поет Хосок, — Пак дернул за ручку двери и вышел из машины. — Это что, Тэйлор Свифт? Чумаааа. — Такая музыка в моем доме еще никогда не играла, — усмехнулся Мин, обходя авто и останавливаясь возле блондина. — Да и вообще это место никогда еще не выглядело таким живым. — Да ладно? Ты никогда не приглашал к себе друзей? — У меня их нет, — спокойно ответил Юнги и обернулся к охраннику, отдавая тому какие-то распоряжения. Чимину стало как-то не по себе от этих слов. Его одолела сильная грусть. Он вспомнил их разговор на кухне этого дома. То, как неосторожно он съязвил про дружбу. В тот момент он не думал, что сказал что-то не то, ляпнул наобум, но оказался прав. По сути, Юнги до ужаса одинокий человек, который закрылся в своем денежном панцире и никого к себе не подпускает. Но всем нужны друзья. Это та семья, которую мы вольны выбрать себе сами, и зачастую она становится ближе и важнее твоих кровных родственников. Пак захотел, чтобы Юнги стал частью его второй семьи. — Это можно исправить, — Чимин дождался, пока Мин закончит разговор с водителем, и дернул его за рукав рубашки. — Ты о чем? — Твою гостиную сейчас разносят четыре прекрасных человека. Я уверен, они были бы рады стать и твоими друзьями тоже. Я могу заверить тебя, что никто из них, даже Элиссон, которую я знаю не так уж и давно, никогда тебя не предадут. Скорее наоборот — смогут дать тебе то, на что не способны никакие бабки мира. Заботу и поддержку. — Я не могу, — печально помотал головой второй. — Дружба — это слабость. Я помню, — заворчал Чимин. — Но что, если у вселенной на нас был какой-то особый план? Не просто так мы встретились. Ладно Эйв, но скажи мне: какова вероятность дважды столкнуться друг с другом в многомиллионном городе? Простому студенту и бизнесмену, чьи пути никак не могли пересечься, но каким-то хером сделали это в офисе Рэйчел. Я может и звучу как идиот, но я верю в подобные эзотерические штуки. — Вселенная должна видеть, что бывает с людьми, когда они находятся рядом со мной, — Юнги посмотрел сначала на дом, а затем на Пака, останавливая взгляд на его пепельных волосах. — Тебе ли не знать? Я до сих пор не верю, что ты нашел в себе силы пойти мне на встречу, после всей той боли, через которую тебе пришлось пройти из-за меня. Ты этого не помнишь, так как был в отключке, но я видел, как выглядят твои светлые волосы, когда окрашены багровой кровью. Поэтому я не могу, Чимин. — Эти люди, — Пак указал на окно и нахмурился. — Они же всё знают. Мы вместе с Джейкеем смотрели на то, как уезжала твоя тачка с парковки у клуба. Это он мне перебинтовывал на утро руки. А Хоуп был первым, кто увидел мое разбитое лицо после собеседования. Про больницу ты наверняка все знаешь — парни просто жили там, пока я не пошел на поправку. И все они знали из-за кого это. Но все равно тебе написали и позвали к нам. — И я все еще не понимаю почему, — поджал губы Юнги. — Потому что они знают, как я отношусь к тебе. Говоришь ты прямолинейный, но от меня такого не ждешь? Ну так получай: после того, как ты поцеловал меня в машине, я умчался в Вест-Сайд к младшим и полночи у них провел, пытаясь понять от чего меня так швыряет из стороны в сторону. Знаешь с чего всё началось? С ебучего одеяла, которым ты меня укрыл. У меня в тот день что-то щелкнуло внутри, и я больше не мог вспомнить причин тебя ненавидеть. Меня это с ума сводило, так как мне нравилась вся та борьба, что была между нами. Это было весело. А вот будучи натуралом, влюбляться в тебя, в объект моей глубочайшей ненависти — это было совсем не прикольно. Но ребята смогли мне помочь. Я принял это, а они приняли тебя. Поэтому они тебе написали. И именно поэтому Джейкей гнал меня к тебе в машину — они знали, что это сделает меня счастливым, так как без тебя я буквально сам не свой. — Влюбляться? — тихо повторил Юнги, глядя себе под ноги. — Мне не послышалось? Чимин испуганно выпучил глаза и замер, совсем позабыв как делается вдох. Он начал прокручивать в голове всё то, что так смело выпалил минуту назад и словил легкий приступ паники. Он и правда это сказал. — Я не… — Пак спрятал трясущиеся руки в карманы брюк. — Черт. — Эй, — Юнги встал напротив парня и обвил ладонями его тонкую шею, приподнимая большими пальцами его подбородок так, чтобы тот смотрел прямо ему в глаза. — Извини, язва, но тут выиграл я. Я пришел к этому чуть раньше. — Ты говоришь так лишь для того, чтобы успокоить меня. — Зачем мне это? — улыбнулся Юнги. — Если в твоем случае было одеяло, то меня шарахнуло, когда я увидел тебя в ресторане. В тот день, когда те псы на тебя вышли. Я наблюдал за террасой, а у самого сердце из груди выпрыгивало. Но когда увидел, как ты дернулся с места и, перескакивая столы, выбежал на проезжую часть — невольно улыбнулся. Сумасшедший сукин сын — вот что я тогда про тебя подумал. Не испугался и не сдался, а побежал. Решил хоть как-то бороться, после всего того, что они с тобой сделали. Вот и скажи мне: как в такое непоколебимое чудо можно не влюбиться? — Как-то шустро от первого осознанного поцелуя мы перешли к таким откровенным признаниям, — краснея, подытожил Пак. — Прошло сколько — часа четыре? — Пусть все идет в том темпе, который образуется сам собой, — посмеялся Юнги, вспоминая свои же слова в машине. — Виски сильно ускорил этот процесс. — Если бы не любопытная рожа Джейкея, которая наблюдает за нами через окно — я бы уже вновь тебя целовал, — смело заявил Чимин, укладывая ладони на запястья второго, которые все еще нежно придерживали его лицо. Брюнет на мгновение отвел взгляд в сторону, отвлекая внимание Пака, после чего резко потянул того на себя и поцеловал, сильно прижимая его к себе и лишая всякой возможности отстраниться. В доме послышался странный, радостный ор. Чимин по началу пытался дергаться, но очень быстро сдался, так как на самом деле сам очень сильно этого хотел. Он совсем перестал думать о подглядывающих друзьях, об охранниках, которые так же могли все это видеть. Если Юнги считал это нормальным — значит так оно и есть. Все, о чем мог думать Пак — это тепло, которое разливалось бархатными волнами по всему телу в такт движению их губ. — Мои люди будут молчать, — не открывая глаз, сквозь череду коротких вздохов, произнес Юнги. — Мои тоже, — Чимин мило улыбнулся, глядя на припухшие уста брюнета. — Я наконец-то понял, что имел в виду Чонгук. — Мм? — Они с Ви по началу были просто соседями. Но это пришло к тому, к чему пришло, и однажды Джейкей мне объяснил это так: «Мы просто пересекли черту, но не смогли остановиться». — Чимин медленно пробежался глазами по всему лицу Юнги и нервно сглотнул. — Поэтому мне совсем не кажется странным тот факт, что я не могу перестать хотеть тебя целовать. Это кажется таким естественным и до одури приятным, что у меня просто нет сил, чтобы прекратить это. — Ты словно в голову ко мне залез и продублировал мои мысли, — добавил Мин. — Но я думаю нам всё-таки надо немного остыть и войти наконец в дом. Чимин посмотрел Юнги за спину и приветливо помахал рукой в сторону окна: — Ставлю 50 баксов, что они будут делать вид, что ничего не видели. — А это интересно, — Мин протянул блондину ладонь. — Принимаю пари. Вот только когда тот ответил на рукопожатие — Юнги его руку так и не отпустил. Сжав ладонь покрепче, он обернулся в сторону дома и потянул Пака за собой, не отпуская её вплоть до момента, пока они не оказались в гостиной.*****
— Вернулись, наконец-то, — взмахнул руками Джейкей, двигаясь на встречу к парням. — Твой охранник разрешил нам тут похозяйничать, — Гуки указал рукой на кухонные шкафчики, а затем на кофейный столик, на котором были бутылочки с пивом и различные снеки. — Ничего страшного? — Чувствуйте себя как дома, — ответил Мин и хлопнул младшего по плечу. — Ну зачееееем, — Чимин заскулил, обреченно опустив голову. Он знал, что сейчас произойдет. — Тэхён-и, — Чонгук резко развернулся и вприпрыжку двинулся к Ви. — Мы идем купаться. — Аааа, — надрывисто, сквозь смех, протянул Юнги. Брюнет словил на себе очень гневный, но одновременно безумно милый взгляд Пака. — Я принесу вам полотенца, ребята. — Может быть все на улицу переместимся? — предложила Эли, вставая с колен Хоупа, на которых все это время сидела. — Нам всем сейчас не помешал бы свежий воздух. — Почему бы и нет, — пожал плечами владелец дома и оглядел всех в гостиной. — Чимин вам все покажет, а я скоро вас догоню, ладно? — А ты? — дернул его за руку Пак. — У вас было достаточно времени, чтобы потискаться, — подскочил к блондину Гуки. — Веди нас. Юнги звонко прыснул смехом и потер два пальца перед Чимином, жестом намекая о выигранных пятидесяти долларах. — Раньше ты не был таким болтливым, Джейкей — сквозь зубы прошипел блондин и потащил друга к двери, что вела на задний двор. — Я тебя сейчас лично утоплю в этом бассейне. Оказавшись снаружи, друзья начали восторгаться красотой заднего двора, обратив внимание на идеально подобранную подсветку всех элементов декора. Потолок той самой беседки, в которой в прошлый раз зависал Пак, был украшен сотней маленьких, голубых огоньков, имитирующих звездное небо. Лампы внутри бассейна так же окрашивали воду в приятный глазу лазурный оттенок. Дорожка, что вела от коттеджа к дому охраны, подсвечивалась холодным белым светом, но фонарики совсем не нарушали темноту ночи, а наоборот создавали некую приватность. Все выглядело аккуратно и притягательно. — Ночью тут гораздо круче, — словил себя на мысли Чимин, медленно двигаясь в сторону беседки. Пока остальные баловались у бассейна, шутливо брызгая друг в друга водой, Чимин сделал пару ходок в дом и обратно и перенес все закуски и выпивку на улицу. Вынес все личные вещи друзей, что только смог найти в гостиной, и вернулся в дом, желая умыться и проверить свой внешний вид. Особенно сильно его интересовали губы. Вот только до ванной комнаты он так и не дошел. Пока он был среди ребят, Чимин совсем не думал о том, где именно он сейчас находился. Пока с ним рядом был Юнги — он думал лишь о том, что рядом Юнги. Вот только оставшись наедине с самим собой, посреди гостиной его всё-таки триггернуло. Куда бы он ни посмотрел — вспышками перед глазами проносились события его прошлого пребывания тут. Он смотрел на барные стулья и вспоминал, как цеплялся за них Мин, стараясь удержаться на ногах после удара в челюсть. Кухня напомнила о том, как злостно он швырял все, что попадалось ему под руку, когда тот уехал. Диван — место, где он ел, спал, играл в игры и смотрел сериалы, теперь ассоциировался лишь с тем ранним сообщением, которое прислал Юнги в последнее утро. Чимин потеряно посмотрел на пол, в то место у стены, где россыпью валялись его таблетки, и тяжело вздохнул. — Какой же я идиот, — обреченно промолвил Пак и завис, глядя в мерцающий экран телевизора, который ребята так и не выключили, перемещаясь на улицу. — Я был слишком ослеплен собственными переживаниями, чтобы заметить, сколько хорошего ты для меня на самом деле делал. У каждого твоего действия всегда была причина, даже у всего плохого, что ты совершил. Порезанные руки и разбитые губы ничто по сравнению с тем, через какое дерьмо тебе приходилось проходить. Я всегда думал лишь о том, что чуть не умер из-за тебя. Винил и ненавидел за это, но никогда не думал о том, что на самом деле скрывалось за случившимся. Они ведь хотели убить тебя. Ни за что… — Чимин оперся локтями на спинку дивана и согнулся, сильно зажмуривая глаза. — Мне так жаль, Юнги… Боже, мне так жаль… Вновь в этой гостиной случился щелчок. Вместе со сжатыми кулаками пришло осознание того, что Паку больше не требовалась защита. Он больше не хотел, чтобы его спасали, потому что теперь сам хотел спасти. Всеми силами, что у него были, уберечь хотя бы от какой-то части всего того пиздеца, который сделал Юнги тем жестоким человеком, которым он раньше был. Подняв голову в сторону лестницы, что вела на второй этаж, Чимин сам себе кивнул и неспеша двинулся в уборную, ради которой и ушел в дом. Он привел себя в порядок и вернулся обратно к друзьям, которые словно и не заметили его длительного отсутствия. Юнги так до сих пор и не спустился к остальным. — Поверить не могу, что нахожусь на голливудских холмах, — восторженно пропищала Элиссон, размахивая бутылкой с пивом перед собой. — Наверняка в одном из соседних домов живет какая-нибудь кинозвезда. — В основном тут базируются политики, — поспешил её разочаровать Чимин. — Насколько мне известно, половина этих домов просто стоит, в ожидании редких набегов своих владельцев. — Среди нас есть будущая кинозвезда, — отметил Хоуп. — Доучится и купит себе тут коттеджик. Да, Тэхёни? — Лет так через тридцать, — рассмеялся тот. — С тем уровнем конкуренции, что существует в Америке, мне проще лететь в Корею и пытаться пробиться там. — Звучит, как план, — подхватил Джейкей. — У меня так же будет больше перспектив там после учебы в Калифорнии. — Да, давайте все вернитесь в Корею, — угрюмо съязвил Пак. — А я останусь тут один, и буду изредка вас навещать, когда по делам будет заносить на родину. Чонгук обеспокоенно взглянул на Чимина, а затем тихо добавил: — У нас всех еще есть целый год, чтобы не думать об этом. — У всех! — настойчиво указала Элиссон, стукая кулачком в плечо Хоупа. — Ты слышал, пирожок? — Я обязательно над этим помозгую, но когда во мне не будет столько алкоголя, я обещаю, — ласково ответил ей Хоби и поправил выбившуюся рыжую прядь девушке за ухо. — Давайте не будем о грустном, а? Хватит на сегодня уже. Все негласно приняли это предложение и отвлеклись на другие темы. Спустя некоторое время к ним присоединился и Юнги, который до этого сидел в своей спальне и решал какие-то вопросы по работе. Если остальных это сильно удивило, то Чимин прекрасно понимал, что такое разница во времени, так как провел много подобных созвонов пока работал на Рэйчел. Вообще Пак был не особо разговорчив, но с большим интересом наблюдал за тем, как утоляли свое любопытство остальные, заваливая Юнги вопросами о его работе и сложностях ведения бизнеса в Америке. Мин, в свою очередь, расспрашивал ребят про их учебу, вовлечено слушая рассказы об актерских и режиссёрских занятиях младшеньких, а также про совместный проект по журналистике, над которым работали Хосок и Элиссон. Пак был единственным, кто выпускался в этом году, поэтому, когда речь зашла про его учебу, он лишь раздраженно пожал плечами и выдал горькое «Скорее бы уже все это закончилось», шлифуя свои слова несколькими большими глотками пива. Ребята просидели на улице еще около часа, пока один за другим друзья не начали отваливаться. Пиво после виски хорошо шарахнуло по голове, поэтому никто так и не вспомнил ни про бассейн, ни про то, что по-хорошему нужно ехать домой. Как-то само собой сложилось так, что все остались с ночевкой у Юнги. Тот был совсем и не против, заботливо расселяя засонь по комнатам. Первым отлетел Джейкей, который еще в баре уже был достаточно тепленьким, но держался на чистом энтузиазме своего парня. За ним ушел и Ви, который еще какое-то время посидел с остальными, но не переставал тревожно поглядывать в сторону окон спальни, куда их разместил Мин. Когда Элиссон начала засыпать на плече у Хоби — было принято решение сворачивать вечеринку и всем идти отдыхать. Пока Юнги показывал Хосоку их спальню, Чимин неспеша прибирался в беседке, хоть Мин настоятельно просил его этого не делать. Паку было не по себе еще после прошлого раза, когда он устроил на кухне бардак, а на утро увидел идеальную чистоту, поэтому твердо решил, что в этот раз так не поступит, хоть уборка и давалась ему с трудом. Собрав все пустые бутылки, он неторопливо потопал в дом, концентрируя всё свое внимание на ногах, которые совсем не хотели ровно идти. В дверях его встретил Юнги и помог зайти, аккуратно придерживая парня за талию. — Говорил же не убираться, — цыкнул Мин, забирая часть мусора из рук блондина. — Упрямый какой. — Н-нормально, — отмахнулся Чимин и начал карабкаться на барный стул. — Ребята в порядке? — В полном, — усмехнулся Юнги и обошел барную стойку, останавливаясь напротив Пака. — А ты? — Если у них все хорошо — значит и у меня. Спасибо, что разрешил всем остаться. — Видимо проще сказать «пожалуйста», нежели в десятый раз повторять, что это вообще не проблема. Мне приятна ваша компания, поэтому перестань думать, что вы мне докучаете. — О, лед тронулся, — игриво хихикнул второй. — Еще парочка таких встреч, и ты не заметишь, как начнешь считать их своими друзьями. — План-капкан, — отметил Юнги, подняв большой палец вверх. — Хитро, Пак. Ставлю тебе пятерку. Блондин лениво подпер голову рукой и поднял свои стеклянные глаза на собеседника, резко меняя вектор разговора: — Когда ты улетаешь? — В ночь с воскресенья на понедельник. А что? — Я так боюсь протрезветь и понять, что весь сегодняшний день был лишь галлюцинацией на фоне сильнейшей белочки, — Чимин отчаянно боролся со сном, потирая свои тяжеленные веки, которые совсем не хотели подниматься. — Когда я завтра проснусь, ты… ты же будешь дома? — Конечно, — тихо ответил брюнет, заботливо подхватывая ладонью пепельную голову Пака, что соскочила с его руки. — Пойдем, я помогу тебе лечь. — Диван, — Чимин указал куда-то в сторону двери, потеряв возможность нормально ориентироваться в пространстве. — Мой. — Я так не думаю, — возмущенно помотал головой владелец дома и встал рядом с парнем, закидывая его руку себе на плечи. — За меня держись, горе луковое. Пак на мгновение приоткрыл глаза и уткнулся лбом в грудь Юнги, после чего сделал глубокий вдох и встал со стула, придерживаясь свободной рукой за стол. — Что-то меня при…прибило, — Чимин тряхнул головой и выпрямился, стараясь сфокусировать зрение. Он поднял голову на лестницу и скривился. — Ступеньки… — Не пойдешь сам — я тебя на руках отнесу, — закатил глаза Юнги, понимая к чему весь этот спектакль. — Забудь про диван. — Я с тобой спать буду? — Нет, — брюнет потянул полуживое тело Чимина на себя. — Но я буду в соседней комнате. Я всё тебе покажу, только включись еще буквально на пару минут. — Водичку, — Пак капризно обернулся в сторону холодильника, но Юнги вновь его дернул на себя, разворачивая к лестнице. — Тоже нельзя? — Да есть у тебя там всё, — буркнул Мин. — Я давно принес. Чимин резко затормозил, делая сильный упор на пятки, после чего убрал свою руку с плеч второго и начал пятиться назад. — Что не так? — брюнет опустил голову и нервно взъерошил свои волосы. — Я же как лучше хочу. Сдался тебе этот сраный диван. — Как так вышло, что вы с Рэйчел расстались? — ошарашил внезапным вопросом Пак. — Я вот на тебя смотрю и с-совсем не понимаю: ты же на самом деле такой заботливый и внимательный, такой добрый… Ч-что пошло не так? — Правда хочешь сейчас об этом поговорить? Чимин изнемождено что-то промычал себе под нос, после чего отрицательно помотал головой и сдался, протягивая Юнги руку, чтобы тот помог ему пройти по лестнице. Не без усилий поднявшись на второй этаж, Пак заинтересованно прищурился, разглядывая планировку помещения. По обе стороны от лестницы были два широких коридора, стены которых были увешены различными картинами, фотографиями и настенными лампами. Тусклый, приглушенный свет не позволял разглядеть что именно было на изображениях, единственное, что Чимин нормально увидел — это количество дверей в каждом из коридоров. По три c обеих сторон. — Какой большой дом, — пробубнил себе под нос блондин, ворочая головой из стороны в сторону. — Там спят ребята, — Юнги указал рукой влево. — Самая дальняя дверь — это гардеробная. — брюнет прошел вглубь другого коридора и остановился у ближайшей двери, надавливая на ручку и слегка приоткрывая её. — А это твоя комната. Чимин послушно кивнул, а затем сладко и протяжно зевнул, чем слегка рассмешил второго. Мин включил свет в спальне и отошел на пару шагов, пропуская парня внутрь: — Располагайся. В случае чего — моя комната сразу напротив. Пак неуверенно зашел внутрь и мельком огляделся, но увидев большую двухспальную кровать, что была аккуратно застелена красивым темно-синим постельным бельем, сразу же плюхнулся на неё, не имея больше сил держать свои глаза открытыми. Блондин что-то несвязно промычал и лег на спину, прикрывая лицо рукой. В глазах резко стало темнее прежнего — это означало, что Мин выключил досаждающий верхний свет, в ответ на что Чимин облегченно выдохнул. Он стремительно начал проваливаться в сон, борясь с легкими вертолетами, что противно баламутили ему голову. Покрутившись, Пак улегся на бок, тем самым принимая наиболее комфортное положение, и засопел. Он уже не слышал, как тихо к нему подошел Юнги, который все это время стоял в дверях и следил за состоянием парня. Он не знал, что тот присел в кресло у постели и взял его за руку, что свисала с края кровати. И он вряд ли вспомнит то, что Мин ему тогда сказал: — Я слышал тебя, — с замиранием сердца прошептал брюнет, — Каждое твое слово, — Юнги поднял голову и сделал глубокий вдох, стараясь бесшумно выдохнуть через рот. — Ты можешь быть кем угодно, но ты точно не идиот, Чимин. В тебе сосредоточено всё хорошее, что только есть в моей жизни, и, черт побери, как же я боюсь всё проебать… — Мин аккуратно опустил ладонь Чимина на кровать и встал с кресла, чтобы накрыть его пьяное тельце пледом. — Надеюсь, твоя череда ночей без кошмаров сегодня не прервется. Юнги беззвучно подошел к двери и напоследок еще раз посмотрел на Пака, после чего уперся лбом в дверной косяк и минорно произнес: — Если у вселенной на нас и правда были какие-то планы — я брошу все свои средства и силы, чтобы ей помочь. Добрых снов…
