Больше чем

      Когда Чан выходит из душа, накинув лишь полотенце на бедра, то меньше всего ожидает увидеть в своем номере Минхо. И даже не в номере, а в своей постели. Тот сидит, откинувшись на подушки и прикрыв глаза. Чан на секунду замирает и внимательно изучает его лицо, почти любуется. Впрочем, Минхо никогда не старается выглядеть для него красивым или милым. Сейчас на нем простая футболка и шорты, волосы всклочены и торчат в разные стороны. Но Чану так нравится даже больше, чем на сцене с макияжем и идеальной прической. – Долго будешь пялится? – произносит Минхо, не открывая глаз. – Просто не могу отойти от шока, – отмирает Чан и идёт к кровате, пытаясь вести себя непринужденно, насколько это возможно в такой ситуации. Как будто он не понимает, зачем Минхо к нему пришел. Сам. – И чем же ты так шокирован? – Минхо наконец открывает глаза и пристально смотрит на Чана, изучая его с головы до ног. Чан не из стеснительных, но этот взгляд его пробирает и немного возбуждает. – Не ожидал тебя увидеть в своем номере, - честно признается он. Садится на кровать и берет телефон – пришли новые уведомления, требующие ответа. Они могли бы подождать, в отличии от Минхо, но Чан решает его подразнить. – А разве ты не для этого мне дал карту-ключ от своего номера? – Чан не смотрит на Минхо, но представляет его самодовольное выражение лица, и уголки губ сами ползут вверх. – Все равно не верил, что ты придешь, – Чан не врёт, он всегда говорит с Минхо откровенно, честно признаваясь в своих чувствах и желаниях. Минхо так не умеет, он язвит, отшучивается, но его тело, взгляд и даже выражение лица говорят гораздо больше.       Минхо не выдерживает первым, вырывает из рук Чана телефон и опрокидывает его на кровать. –Так сильно меня хочешь? – улыбается Чан и гладит его по щеке. Минхо хмурит брови и прикусывает его палец, не слишком больно, но ощутимо. – Ты бесишь, – звучит очень откровенно и почти правдоподобно.Чан не успевает ответить, потому что Минхо жадно сминает его губы своими, прикусывает нижнюю.       Минхо, конечно же, думает, что это просто секс, почти что секс по дружбе. Чан в этом уверен. Он отвечает, толкаясь языком и прижимая Минхо к себе, обхватывая его бедра и задницу. Тот прогибается, трётся об него сильнее, резче, глубже. Такой нетерпеливый и откровенно сексуальный. Слишком торопится, Чану хочется получить от этой близости немного больше, чем пять минут лихорадочной дрочки.       Он откидывает Минхо на кровать, сам нависает сверху, заглядывая в его распахнутые черные глаза с невозможно длинными ресницами. Один этот взгляд стоит многого. – Не надо так торопиться, – шепчет Чан и чувствует как хрипотца в голосе его выдает с потрохами. Впрочем, ему нет смысла скрывать от Минхо свои желания. – У меня уже стоит, и у тебя тоже, – сообщает Минхо очевидный факт и картинно выгибает бровь.       Как будто не понимает, чего хочет Чан. Но почему-то он почти уверен, что всё-таки понимает, иначе зачем все это. Эти игры в гляделки в гримёрке, румянец на щеках от глупого комплимента, ненавязчивый поцелуй пока их никто не видит. Минхо же сам его поцеловал, первый, сам взял его за руку и отвёл в свой номер.       Их странные отношения продолжаются почти месяц, хотя Чан был уверен, что это одноразовая акция. Сначала он решил, что Минхо просто нужно снять стресс, напряжение и выбор у него был невелик – искать кого-то на стороне слишком сложно, а Чан тот, кто все о нем знает, о его ориентации и вообще… Минхо ему доверяет, полагается, даже никогда этого не говоря вслух.       Сейчас он откровенно хочет, чтобы Чан что-то сделал с его возбуждением. Но тот мягко касается губами за ухом, прикусывает кожу. Скользит языком ниже, вдоль вен. Минхо под его нехитрой лаской выгибается, глухо стонет. Чану хочется сказать, какой он чувствительный, но вместо этого он сдергивает с Минхо футболку и нарывается на взгляд из-под прикрытых век, которые отражает почти страдание. Чан не удерживается и снова целует в губы, медленно скользя языком внутри чужого рта, сталкиваясь с языком Минхо. Влажно и горячо. Аккуратно ложится на Минхо сверху, вдавливая того в матрас, вырывая вздох облегчения... или наоборот? Он чувствует бедром чужой стояк, Минхо явно чувствует его собственный. Потому что довольно улыбается и проводит по своим пухлым зацелованным губам языком. Чана завораживает эта картина и Минхо знает это. Толкается вперёд, вырывая у Чана тихий стон.       Минхо нежно скользит руками по плечам Чана, по спине, а затем резко сдергивает полотенце с его бедер. Чан охает от болезненого трения жёсткой ткани о его член. Минхо довольно усмехается. – Мог бы и понежнее, – почти обиженно произносит Чан.       И снова это “почти” между ними. Почти друзья, почти любовники. И ничего полностью.       Чан не остаётся в долгу, приподнимается и сдергивает с Минхо шорты, вместе с бельем. Тот шипит и тут же громко стонет, когда Чан накрывает их члены своей ладонью, сжимая вместе. Чан дрочит грубо и быстро, это даже болезненно. Но ему нравится так, и он уверен, что Минхо тоже. Он задыхается от собственных сдавленный стонов, и Чан сходит с ума просто глядя на его прекрасное лицо со сдвинутыми бровями на переносице, закрытыми глазами и полуоткрытым ртом. Ощущение чужого возбужденного тела под своим и собственное удовольствие кружит голову, одновременно хочется кончить быстрее и никогда не останавливаться. Чан тяжело дышит и, чувствуя что уже на грани, впивается зубами в плечо Минхо, глухо стонет от крышесносного оргазма.       Минхо хватает ещё пару резких размашистых движений руки Чана и он выгибается, из его полуоткрытого рта вырывается откровенный громкий стон. Чан падает рядом совершенно без сил, утыкаясь носом в чужое плечо.       Минхо идёт в душ первым, так у них заведено. Свои отношения они никогда не обсуждают, ни после секса, ни уж тем более за стенами номеров и спален, где все это случается.       Чан неожиданно решает нарушить их негласные правила и заходит к Минхо в душ. Тот едва подергивает плечом от неожиданности, но ничего не говорит. Чан обнимает его сзади и прижимается всем телом. Минхо не напрягается, а наоборот даже расслабляется и обмякает в его руках. – Хочешь потереть мне спинку? – смеётся Минхо. – Или задницу? – Хочу иметь на тебя права, – говорит Чан и целует его в шею.       Минхо ничего не отвечает, не возмущается даже от такого заявления. Просто принимает его объятия и поцелуи, просто разворачивается и целует в ответ.