You Look Stressed

Боже, у парня была отличная задница. Питер проследил взглядом за длинными стройными ногами Стайлза, пока тот ходил в другой конец лофта Дерека. Он развернулся на каблуках и вернулся в другую сторону, мышцы напряглись под туго натянутыми джинсами, которые, если Питер приглядится повнимательнее, показали бы едва заметные очертания его члена. Питер облизнул губы. Кто-нибудь еще знал, что скрывается под всеми этими слоями? Питер прищурился. Лучше бы им этого не делать. Это могло вызвать проблемы, потому что Питер был относительно уверен, что если он поймает кого-нибудь еще, смотрящего на его мальчика, он вырвет им глазные яблоки прямо из черепа, и тогда Стайлз разозлится на него. Он все равно бросил свирепый взгляд в сторону Криса. — Остынь, Питер, — сказал Крис с ворчанием, поерзав на диване рядом с ним, его раненая нога вытянулась на подушке. Питер фыркнул и повернулся обратно к комнате. От этого движения у него немного затуманилось зрение, но он моргал, пока оно снова не прояснилось. Эллисон и Лидия разложили между собой тома. Это были Питера — "Книги о Жуках и Растениях", как любил называть их Стайлз. Питер отказался от попыток исправить его. Дерек и Скотт о чем-то спорили на кухне. Ничего нового. Им действительно следовало бы уже просто потрахаться и выбросить из головы позиции Альф. Крис внезапно начал кашлять. Питер проигнорировал его. Его не особенно волновало, что Арджент подавился. Его взгляд вернулся к Стайлзу, плечи которого были напряжены, когда он запустил руку в волосы. Питер был рад, что он оставил их отросшими. Длина ему подходила и помогала сбалансировать другие черты его лица, такие как большие глаза и красивые губы для сосания члена. Крис простонал что-то вроде: — Кто-нибудь, пожалуйста, пристрелите меня, — и натянул на лицо подушку. Питер был бы рад помочь, но оружие на самом деле не его конек. — О, мой гребаный бог, — внезапно выпалил Стайлз. — Можем ли мы, пожалуйста, поторопиться и сделать что-нибудь? — Он почти вибрировал от напряжения, его кулаки были сжаты, а ноздри раздувались. — Ты выглядишь напряженным, малыш, — крикнул Питер через всю комнату. — Хочешь попрыгать на моем члене, пока тебе не станет лучше? Стайлз повернулся к нему, его челюсть отвисла, большие карие глаза расширились, а брови поднялись к линии роста волос, когда он быстро порозовел, затем покраснел. Питер уставился на его губы. — Или я могу трахнуть тебя в рот красиво и глубоко, как тебе нравится. Я не привередлив. — Черт возьми, Питер, — в голосе Криса звучало нечто среднее между шоком и удивлением. — Сколько этой пыльцы ты вдохнул? Питер поднял руку, которая отказывалась оставаться твердой, и слегка развел пальцы в стороны. — Немного. Из кухни донесся шум и предупреждающее рычание альфа-оборотня. Питер моргнул, увидев ярко-красные глаза Скотта, пока тот сдерживал рычащего Дерека. — О боже мой, — сказал Стайлз прерывистым голосом. Питер снова посмотрел на него и увидел, что он покраснел от кончиков ушей до горла. Такой красивый. Он так краснел, когда Питер трахал его как следует. — Я собираюсь убить тебя, Питер. Питер оскалил клыки. — Первобытная игра. Весело. Давненько мы этого не делали. Рычание Дерека почти перекрыло стон Скотта. Стайлз развернулся к двери. — Умрешь, Питер. Ты, блядь, умрешь, как только я закончу тебя спасать. — Малыш, — крикнул Питер ему вслед. — Не называй меня так, придурок. Я с тобой расстаюсь. — Он схватил со стола свои ключи. — Если позвонит Дитон, скажите ему, что я приду к нему вместо этого. Если мы не сможем найти что-нибудь, чтобы вылечить его, я, по крайней мере, собираюсь вырубить его, пока это дерьмо не выйдет из его организма. — Дверь за ним захлопнулась. — Ты в полной заднице, чувак, — сказал Скотт, медленно отпуская выглядевшего более спокойным Дерека. Питер пренебрежительно махнул рукой и уронил голову на диванные подушки. Все было в порядке. Стайлз простил бы его. Если бы он этого не сделал, Питер пустил бы в ход тяжелую артиллерию. Его парень простит все, что угодно, после часа с языком Питера в своей заднице и нескольких оргазмов. На заднем плане раздались рычание и крик, когда Дерек и Скотт рухнули на пол, борясь. Им действительно следует просто выбросить всю эту агрессию из головы. У него и Стайлза это сработало.

***

— Убирайся из моей комнаты, придурок. Питер вздохнул и проигнорировал требование, пробираясь по деревянному полу к кровати. — Технически, это моя комната. В моей квартире. — Плевать, — пробормотал Стайлз в подушку. — Ты можешь сходить нахуй. — Стайлз, — сказал Питер, опускаясь на край матраса. — Это было не намеренно. — Ты думаешь, я этого не знаю? — Стайлз перевернулся, прижимая подушку к груди, и уставился на Питера покрасневшими глазами. Питер нахмурился. Он плакал? — Я тот, кто знал, в какую книгу заглянуть, определил растение и противоядие. — Тогда почему ты злишься на меня? — Питер был искренне сбит с толку. Да, они не планировали таким образом сообщать стае, что они вместе, но Стайлз, как правило, был более рационален, чем сердиться на него из-за ядовитой пыльцы. Не похоже, что он был в состоянии контролировать себя. Комок пуха ударил его по лицу. — Потому что ты абсолютный осел. — Стайлз снова ударил его подушкой. Затем, когда он замахнулся для третьего удара, Питер поймал его за руку и предупреждающе зарычал, что заставило Стайлза сдуться. Именно тогда Питер почувствовал соленый привкус слез и почувствовал мелкую дрожь мышц Стайлза. — Малыш, — успокаивал он, усаживая Стайлза к себе на колени и обхватывая его руками. — Поговори со мной. — Все могло быть намного хуже, — сказал Стайлз Питеру в плечо, его голос надломился, когда он обнял Питера сзади за рубашку. — Хуже, чем предложить трахнуть тебя на глазах у всей стаи? Стайлз зарычал и укусил Питера за плечо достаточно сильно, чтобы тот поморщился. — Я говорю о пыльце. А не о твоем словесном поносе. Черт, Питер. Ты мог умереть. О. Это. Питер крепче сжал руки. — Я узнал это. Я понимал, что это не смертельно. Стайлз покачал головой, не поднимая глаз. — До или после того, как ты вдохнул это? Питер поморщился и ничего не сказал. Стайлз, казалось, воспринял это как ответ. — Тебе нужно быть осторожнее, — сказал он влажным голосом. — Я не могу потерять тебя. — Его пальцы впились в спину Питера, цепляясь. Питер поцеловал его в висок. Чувство вины было раздражающим чувством, но он не мог отрицать, что испытывал его сейчас. — Прости, малыш. Я не хотел тебя напугать. — Ну, ты напугал. И не называй меня так. Я все еще злюсь на тебя. Питер издал тихий смешок. Это, конечно, было ложью. Стайлз растаял, когда Питер прошептал ему на ухо нежные слова. Он опрокинул своего мальчика обратно на матрас и начал покрывать поцелуями его шею. — Как я могу загладить свою вину перед тобой? — Кроме того, чтобы снова не бросаться очертя голову навстречу опасности? Питер не ответил на это, потому что знал, что сделал бы это снова, особенно если бы это было сделано для того, чтобы встать между Стайлзом и угрозой, как он сделал ранее этой ночью. Вместо этого он скользнул рукой вниз в медленной ласке. — Может быть. — Стайлз прервался, чтобы облизать губы, когда его тон изменился. — Что ты сказал раньше? Питер ухмыльнулся. — Что это было? Ты хочешь попрыгать на моем члене, пока не почувствуешь себя лучше? — Да, пожалуйста, папочка, — взмолился Стайлз, извиваясь на простынях, его запах наполняло возбуждение. Питер наклонил голову и поймал губы Стайлза в глубоком, медленном поцелуе. Это звучало как извинение, которое Питер мог бы оставить позади. Или под, в зависимости от обстоятельств.