Анька

— Чего? — у Валеры от возмущения даже боль на секунду пропала. — Того, — она хмуро посмотрела на парня, включив свет.- У него рука не разгибается — мне через свитер смотреть? Не занимайся ребячеством, — Юматовой сейчас меньше всего хотелось выслушивать беспочвенные претензии от Турбо.- Давай я помогу, — девушка помогла Вахиту снять верх. Она даже на огромную ссадину на полгруди внимания не обратила, тут же взяв Зиму за правую руку. Анна поморщилась, ведь локоть был в неестественном положении. Вывих.- Вахит, нам правда нужно в больницу. Я боюсь тебе локтевой сустав вправлять, — Юматова посмотрела в глаза другу. Взгляд холодный, ничего не выражающий. Вахит бы в жизни не подумал, что Анна способна быть такой невозмутимой. — Вправляй. Я уверен, что у тебя всё получится, — Зима уверенно кивнул. Менты уже знают, что на озере были разборки, и если в больницу попадёт хоть один Универсамовский, то примут практически всех. А такого нельзя было допустить. Анна прикусила губу. Когда ей было шестнадцать лет, летом родители оплатили ей медицинские курсы, чтобы избавиться от дочери на полтора месяца, ведь всё это шествие проходило под Казанью в лагере. Юматова добросовестно всему училась и умела вправлять вывихи, но она также знала, что локтевой сустав должен лечить врач, а не девчонка какая-то. С другой стороны, Вахит же прав — больница естественно сообщит милиции о поступлении парня с характерными для драк травмами. — Я помогу, — Валера, скривившись от боли, встал и пошатнулся. В висках запульсировало, в глазах потемнело.- Что делать надо? — Обними его со спины так, чтобы плечи были зафиксированы, — абсолютно безэмоционально говорила Анна. Валера именно это и сделал, игнорируя боль. Что бы Турбо не говорил Зиме, для него Вахит — самый близкий человек из Универсамовских. Он его любит в какой-то степени. Ну, по-пацански, естественно. Поэтому Валере очень хотелось, чтобы друг поскорее в строй вернулся.- Вахит, будет очень больно, — медленно сказала Анна, взяв его за кисть. Юматова поджала губы, на лбу выступил пол — ей нужно сделать всё правильно. — Богатырская сила со мной, — оптимистично сказал Вахит, но тут же закричал, потому что девушка дёрнула его руку на себя, а потом резко согнула. Валера болезненно сморщился — неприятно было слышать, как Зима от боли орёт; у Анны же ни один мускул не дрогнул. Она не имеет права сейчас расклеиться.- Блять! — прошипел Зима. — Ты молодец, богатырь, — всё же слегка улыбнулась Юматова. Ну привязалась она к ним, не может, как училка, с ними разговаривать.- И ты, Валер, тоже, — она послала ему мимолётный нежный влюблённый взгляд, но его было достаточно, чтобы в груди Турбо разлилось тепло. Анна с пола подняла мазь и, выдавив её на пальцы, аккуратно начала водить ладонью по локтю Вахита. Потом обвязала сустав бинтом, чтобы уж наверняка.- Я не понимаю, вас там ножом резали? — покачала головой Анна, принимаясь обрабатывать рану на груди Зимы. Вахит ругался себе под нос, и Юматова, прекрасно понимая, что ему больно, погладила его по плечу. Валера даже не разозлился, увидев это: Аня и Зима — люди, ради которых он умереть готов, и стоит порадоваться, что они в таких хороших отношениях, а не ревновать и беситься. — Мы им тоже прописали, — гордо упомянул Вахит. Анна закатила глаза: — Я не сомневалась, — она намочила полотенце и провела им по лицу Зимы, убирая засохшую кровь. Парень морщился от не самых приятных ощущений.- Терпи, богатырь, — девушка бросила ткань в воду — она тут же окрасилась с красный цвет.- Немного ещё осталось, — Юматова облизнула губы, начиная обрабатывать ссадины на лице Вахита. В принципе, всего лишь пять пластырей ушло.- Тебе бы…ванную принять, — вздохнула Аня. С одним справилась.- Тёплая вода успокоит руку. — Могла бы и прямо сказать, что ты с Турбо хочешь поворковать, — беззлобно хмыкнул Вахит. — Сейчас точно не время в нежности впадать, — отрезала Анна.- Говорю же — ванна оказывает успокаивающий эффект. После тебя Валера пойдёт, — девушке не до шуток было. Хрен знает, что там у Валеры творится. — Понял, — серьёзно сказал Зима и вышел, оставив этих двоих наедине. — Ну что? Если у тебя какая-то конечность на коже только держится, лучше сейчас скажи, — Анна подготовила всё необходимое.- У тебя свитер кровь впитал, что на животе? — задала вопрос девушка чисто из вежливости, потому что сама подняла ткань. Она вздрогнула — на таком красивом подтянутом теле была длинная кровоточащая рваная рана.- Валер, — она сдавленно вздохнула, но больше ничего не сказала. — Не мороси, я ж живой, — Турбо, превозмогая боль, обнял её. Анна отвечать на объятья не стала, отстранившись. — Когда закончим, пообнимаемся, — буркнула Юматова, взяв пропитанный спиртом тампон.- Можешь за меня держаться, — прошептала Анна и начала аккуратно водить тампоном по краям раны. Валера впился пальцами в плечо девушки — была адская боль.- Терпи, любимый, терпи, — шептала Анна. У неё самой будто эта рана была. Смотреть, как твоя любовь страдает, — невыносимо. Она приложила к его торсу стерильные салфетки и обмотала его бинтом, чтобы их зафиксировать.- Герой, — Юматова скромно улыбнулась, свежим полотенцем умывая парня. Оказалось, что лицо толком и не пострадало — столько кровищи было из-за раны на голове.       Как только Аня закончила лечить Валеру, вернулся Вахит, и девушка отправила Турбо в ванную, сказав, что пообниматься, как она обещала, они смогут, когда он помоется. Честно говоря, Юматова специально оттягивала этот момент, поскольку просто не хотела сейчас нежиться. Она села на кровать и закрыла глаза — вот сейчас можно поплакать. Только сейчас она делала это беззвучно, просто иногда содрогаясь. Вахит даже не сразу заметил. — Плакса, ты чё? — Зима сел рядом с ней и приобнял за плечи.- Мы же здоровые теперь благодаря тебе, — парень улыбнулся. — Не привыкла я ещё к вашим…разборкам, — тихо сказала Аня.- Я так за вас испугалась, вы себе представить не можете. — Тараканы живучие, — важно подметил Зима. Юматова прыснула, улыбаясь сквозь слёзы.- Вот! Улыбаться тебе больше идёт!

***

— Ты чё не спишь? — Валера зашёл к ней на кухню. На часах было полчетвёртого утра. Анна сидела на стареньком стульчике и, увидев сигареты и спички на столе, даже неумело пыталась курить — нужно же как-то расслабиться после всего произошедшего.- Ты куришь что ли? — он быстро, как мог, подошёл к ней и вырвал сигарету из её рук. — Я же просила тебя лежать, — раздосадовано усмехнулась девушка. — Я не могу без тебя уснуть, — тихо сказал Валера, будто ему стыдно было.- Это неважно. Ты какого хрена эту дрянь в руки взяла? — он выкинул бычок в раковину. — Валер, мне сейчас не хочется отчитываться за сигареты, — она облокотилась виском об окно.- Ты хоть можешь представить, что я испытывала, пока бежала? Я думала, что тебя убили, а ты мне про сигареты? — это было сказано безо всякого укора, даже наоборот, Анна пыталась объяснить Валере, в чём дело, будто он сам не понимал.- Но если тебе станет легче, мне не понравилось. — Аня, — Турбо сел рядом и взял её руки в свои. Девушка не смотрела на него.- Прости меня, — он уткнулся лбом в её кисти. Юматова дрогнула, повернувшись на него с широко раскрытыми глазами. — Пацаны же не извиняются, — абсолютно искренне напомнила ему Анна дрожащим голосом. — Существуют понятия, выше пацанских, — тихо отозвался Валера. Ему было жаль, что его нежная Анюта была вынуждена испачкаться в крови, видеть все эти открытые раны, переживать и бояться за него. Она столько нервов потратила. — Ты плачешь? — Юматова говорила так, будто боялась спугнуть. Она медленно подняла его лицо — по его щеке скатилась одна слезинка, и Анна тут же убрала её.- Валер, я тебя люблю, — слова сами сорвались с губ, но Юматова даже не испугалась их. Это правда, а правды бояться не имеет смысла. — Анют, — Турбо смотрел ей прямо в глаза.- Я люблю тебя намного больше, — всё. Волк перестал быть хищником, как бы сказали пацаны. Да волк и был согласен на это — у него появился другой приоритет, тот, которым он дорожит больше жизни. Аня тоже разревелась, утыкаясь своим покрасневшим носиком в шею парня. Валера целовал её волосы так, будто Юматова могла раствориться в любой момент. Только через несколько минут Анна смогла отстраниться от Турбо, но только лишь для того, чтобы поцеловать его. Валера здесь. Он рядом. Он всегда будет рядом. У обоих губы были треснутыми, с остатками вкуса крови, но сейчас это было неважно — они хотели то ли успокоить друг друга, то ли обрадовать этим поцелуем. Они не торопились, страсти, в отличие от того дня в видеосалоне, не было, но присутствовало что-то большее, ведь они оба поняли, что теперь и они сами — что-то большее. — Как ты себя чувствуешь? — она нехотя отпрянула.- Рана болит? — Аня аккуратно погладила его грудь, боясь прикоснуться к бинтам. — Нет.       Врёт, чтобы её не расстроить. Юматова знала, что у него сейчас всё тело ноет.

***

— Я перемячи приготовила, — Анна зашла к ним в комнату. Всё же после признания на кухне они пошли спать. Вместе. Юматова, несмотря на то, что подремала всего три с половиной часа, была относительно свежа — в конце концов, всё же правда хорошо закончилось, нечего из этого всего трагедию делать, особенно учитывая то, что это был первый, но далеко не последний раз. Девушка, снова взяв деньги у Валеры, успела сходить в магазин, перед этим переодевшись в его вещи — ну да, они были на несколько размеров больше (штаны кое-как резинкой закрепила, чтоб не спали), но не идти же ей в окровавленном? Она вчера так фармацевта напугала своим видом и состоянием, что та даже деньги отказалась брать. Да и ночное призвание в любви, чего уж тут скрывать, настроение поднимало.- Как чувствуете себя, богатыри? — она улыбнулась, сложив руки на груди. — О, вот это та Анька, которую я знаю! — сонно, но оттого не менее весело, сказал Вахит, а Валера молчал, любуясь своей женщиной в его одежде.