Незнакомец в моей постели

13 июня 2022, 22:34       Чтобы опьянеть, Аккерман не нуждался в алкоголе. Все происходящее становилось запутанным сюжетом какого-то дешевого фильма, как только его разумом овладевала похоть.       Дождаться приглашенного мужчину становилось настоящим испытанием — тело изнывало и требовало внимания прямо сейчас, сию минуту. Сердце колотилось, как бешеное, а перед глазами появилась мутная пелена. Весь мир сейчас ощущался таким размытым и... незначительным? Леви мог уже отдаться кому угодно, ему было абсолютно наплевать. Хотелось удовлетворения. Полного, целостного.       Старый друг оказался достаточно шустр, и уже в половине второго в дверь раздался звонок, разорвав оглушающую до этого ночную тишину. Аккерман не утруждался тем, чтобы хоть что-то на себя накинуть и вышел в холл абсолютно голым. Раз поворот, два. Дверь открывается и перед ним оказывается силуэт высокого широкоплечего блондина с ярко-голубыми глазами. Ален Делон, твою мать. Он приносит за собой в квартиру ночную прохладу и легкий аромат какого-то цитрусового парфюма. Не успевает дверь захлопнуться, как его взгляд уже жадно пожирает Леви, а руки обвивают стройный изгиб талии. Гость чувствует его возбуждение.       — Ну что, снова тяжелая ночь, да? — его голос такой добрый и глубокий.       — Эрвин, — Аккерман хватается за рубашку мужчины и начинает нетерпеливо расстегивать прямо в коридоре, — Прошу, не начинай. Потом поговорим. Ты был в душе? — Да, перед отъездом, — мужчина мягко улыбнулся, видя, как дрожат тонкие пальцы, — тебе помочь?       — Не издевайся! Я ужасно хочу, у меня стоит уже второй час, — Леви схватил огромную тяжелую ладонь гостя и накрыл ей пах, дав почувствовать свое возбуждение, — Эрвин, прошу, просто трахни. Больше ничего. Я знаю, ты можешь. Так, чтобы искры из глаз. — Ого, все настолько плохо, — усмехнулся тот и обвел большим пальцем твердую горячую головку члена, пульсирующую и влажную. Аккерман стиснул зубы, подавляя голос, — Кажется, без специалиста здесь действительно не обойтись.       В два счета Эрвин поднял легкое тело на руки (а Леви, собственно, не возражал) и, скинув обувь, переместился в спальню, где в глаза сразу же бросились смазка и силиконовая игрушка, эффектно и откровенно стоявшие на прикроватной тумбочке.       — Смотрю, вы уже опробовали разные методы. Не помогает? — ночь превращалась в забавную интимную игру.       — Это пиздец, — Аккерман всегда был краток и прямолинеен, и данный момент не был исключением. Сильные мускулистые руки бережно опустили его на смятые простыни.       — Тогда я просто обязан провести осмотр, — подыгрывал Эрвин. В глазах мужчины промелькнула бесовщинка. В пару движений избавившись от рубашки, он отшвырнул ее на пол и с силой развел в стороны стройные, гладкие ноги, любуясь возбужденным Леви, понимая, что тот сейчас крайне беззащитен и готов на все.       — Делай все, что захочешь, — прошептали сухие от частого дыхания губы. Серый томный взгляд влажно блеснул в полумраке. Все было ясно и без этих слов.       Дальше нить диалога оборвалась. Остались лишь рваные вздохи, сдавленные стоны и острые взгляды. Аккермана захватили эмоции и дикое, нескончаемое желание. Этот "Ален Делон" был ему далеко не чужим. Леви знал Эрвина уже как минимум несколько лет. Познакомились они как-то странно, через знакомых по работе. Сначала общались мало и редко, но позже сблизились. Эрвин был старше на пять лет, значительно крупнее и вел активную бисексуальную жизнь, будучи в фиктивном браке с одной важной особой. Собственно, именно поэтому у него всегда было достаточно средств на беззаботное существование.       На Аккермана он положил глаз еще с момента первого их свидания, но тот не давал зеленого света на что-то большее, чем просто хороший секс. Леви не видел в этом человеке перспективы надежного партнера, не доверял ему на все сто, но зато тот обладал большим членом, которым умел неплохо пользоваться. Собственно, это единственное, из-за чего он и находился в "близких друзьях". Эрвина это устраивало.       — Вот так, — Аккерман взял большую, слегка грубоватую ладонь, и опустил на свой член, показывая мужчине, как ему нравится, — Пожалуйста, гладь его...       Тот молча уверенно обхватил влажный ствол, который идеально помещался в руку, и начал размеренно, монотонно двигать ей по всей длине, при этом не отрывая взгляда от лица Леви. Тот в свою очередь тоже держал зрительный контакт, слегка поддаваясь бедрами вверх навстречу каждому движению. Ладонь Эрвина становилась все более и более влажной с каждой секундой. Ему до одури нравилось доставлять удовольствие своему несостоявшемуся парню, ласкать его во всех возможных и невозможных позах, делать это разными и не всегда стандартными способами.       Большой палец вновь скользнул по напряженной головке, очерчивая контур. Мужчина перевел взгляд на небольшой и эстетично привлекательный член в своей руке, завороженно рассматривая его. Он был великолепен во всех своих смыслах, как и его обладатель. Твердый, стройный, обрезанный, с легкими проступающими венками. С губ Леви сорвался короткий всхлип, когда Эрвин стал настойчиво играть пальцами с головкой, провоцируя в теле миллиарды электрических импульсов. У самого уже стоял на двенадцать и не терпелось скорее освободиться от брюк, чтобы полноценно ощутить под собой маленькое и практически идеальное тело. Аккерман понимал это интуитивно, поэтому не дал долго дразнить себя, и через некоторое время сам снял с Эрвина всю ненужную одежду. Выкинув ее с кровати, он развернулся к мужчине спиной, вставая на четвереньки, и раздвинул ладонями ягодицы, приглашая. Пальцами, мокрыми от естественной смазки, погладил мягкий и горячий вход.       — Давай, — горячо выдохнул он, продолжая нетерпеливо массировать гладкие мышцы, — Боже, что ж вы все такие тормоза...       Эрвин пристроился сзади, притягивая его к себе за бедра и обхватывая свой член, готовый ввести его внутрь.       — Это ты о чем? — решил уточнить он, не отвлекаясь от действий и постепенно проникая в узкую податливую глубину, — Ох черт.       Леви несдержанно простонал от долгожданного удовольствия, срывая голос, и специально расслабился, впуская большой... нет, просто огромный член еще глубже.       — Не бери в голову. Боже, какой же он у тебя гигантский, — Аккерман нетерпеливо насадился, стараясь вчувствоваться в каждый момент, пока горячая плоть пульсирует внутри, — Ну, трахай уже!       Последние слова он проскулил умоляющим тоном. Мужчине не нужно было повторять дважды: через мгновение он уже вколачивался в него, загоняя до самого основания, держа ровный темп и опустив руки на поясницу надавливал, вынуждая этим Леви сильно прогнуться, поднимая мокрую задницу выше.       — Если б не знал тебя, решил бы, что ты просто блядь, — усмехнулся Эрвин в попытках держать контроль над дыханием, пока брюнет подмахивает и скулит в подушку, — Твоя задница так хлюпает... долго мастурбировал с игрушками?       — Хватит задавать дурацкие вопросы во время секса, — вновь срывая голос, хрипло отозвался уже растрепанный Аккерман, —Трахайся молча.       — Как скажешь, — кратко отозвался тот, сбавил темп и сменил тактику движений на более жесткую.       Задница Аккермана могла бы стать культурным достоянием района, если б он действительно пошел в разгул за деньги. Маленькая, прекрасно подтянутая — за ней явно неплохо ухаживали. Сейчас, в чужих руках она до невозможности развратно хлюпала из-за обильного количества смазки и сильно растянутых мышц.       На каждый глубокий толчок Леви отвечал откровенным стоном. Колени предательски разъезжались на шелковой простыни, дрожа от напряжения. Руки хаотично сминали тонкую прохладную ткань. С каждой секундой он все больше и больше терял контроль. Разговоры закончились, и теперь они оба погрузились в мир взаимной похоти. Древний, влажный и сладкий.       Аккерман не контролировал свои крики, вцепившись в изголовье кровати. В комнате стало безумно жарко. На взмокший лоб налипли растрепанные прядки черных волос. Мужчина выполнял его просьбу лучше, чем кто-либо: брал глубоко, чувственно, но при этом стараясь не сделать больно. За эту ночь они перепробовали все. Леви седлал его бедра, яростно насаживаясь на распаленный влажный орган и рыча, как дикий зверь. Расстилался под ним, раскидывая ноги и позволяя забросить их на плечи. Вдалбливаться, вдалбливаться, вдалбливаться... В этих движениях тонуло сознание. Лучше любого наркотика, лучше любого алкоголя.       Эрвин целовал. Много, жадно, вкусно. Целовал плечи, шею, грудь, покусывал чувствительные соски и играл с ними языком. А Аккерман умирал в этих ласках, необходимых, как кислород. Захлебывался стонами, всхлипами, прося еще и еще. Благословлял друга за то, что тот позволял ему воплощать все самые желанные и смелые фантазии.       Вдоволь насладившись одной позой, они переходили на следующую. В этот раз Леви настолько осмелел, изнемогая от возбуждения, что практически лег бедрами на грудь Эрвина лицом к его члену, и обхватил губами, засасывая. Мужчине понравилась эта идея, и он с упоением раздвинул аккуратные, влажные ягодицы, перепачканные смазкой, чтобы вылизать горячее колечко мыщц и как следует трахнуть языком. Аккермана захлестнуло с головой, и он застонал, не выпуская возбужденный орган изо рта, продолжая усердно сосать. Но одни только всхлипы и стоны уже дали понять, что ему безумно приятно.       Безо всякого стыда Эрвин вылизывал размягченные от долгого секса мышцы, массируя языком, методично погружаясь внутрь, доводя Леви до высшей точки сексуального экстаза. Когда сил держаться уже не оставалось, не прекращая сосать, тот обхватил ладошкой свой перенапряженный член, и буквально в несколько движений дошел до оргазма, пока Эрвин остервенело трахал пальцами податливую хлюпающую задницу. На разгоряченное тело снизу выплеснулись вязкие капли. Аккерман кончал долго, много и эмоционально, продолжая упорно сосать не менее напряженный орган своего гостя.       Получив желанную разрядку и немного протрезвев от сладкого морока, он сполз с широкой груди и устроился у ног, продолжая ловко орудовать языком и губами. — Блять, Леви, я могу кончить тебе в рот, — пропыхтел мужчина.       Тот не ответил, даже взгляда не поднял, продолжая.       — Черт, вот ведь присосался, — сильные ладони легли на взлохмаченный затылок, контролируя, — Лучше прекращай, прямо сейчас, иначе...       Закончить фразу Эрвин не успел — его накрыл яркий оргазм, а Аккерман, жмурясь, расслабил мышцы гортани, позволяя излиться в глотку, несмотря на подкатывающее чувство тошноты.       — Ебнутый, — выдохнул мужчина, окинув слегка пьяным взглядом раскрасневшееся взмокшее лицо, — ну и видок у тебя.       — Как будто у тебя лучше, — фыркнул Леви, вытирая губы, — но не думай, что на этом все.       — Ты точно совсем из ума выжил, — Эрвин обессиленно рассмеялся и откинулся на постель, наблюдая, как с трудом поднимается Аккерман и на трясущихся ногах пытается добраться до своего кардигана, в кармане которого лежат пачка сигарет с зажигалкой. Раздвигает шторы и открывает балконную дверь.       — Ты что, пойдешь курить голым?       — Тебе есть дело до этого? — Леви бросает на него равнодушный взгляд через плечо, чувствуя, как в душную комнату, пропитанную похотью, проникает свежий ночной воздух. Закуривает, — Сколько времени?       — Понятия не имею, — отвечает Эрвин, — Наверное, около четырех. Может, больше.       — Рассвет, — едва слышно, — Скажу, что приболел. Не пойду завтра никуда. — Хорошо живешь, дружище, — усмешка появляется на уставшем, но довольном лице мужчины, — Я пойду все-таки сполоснусь в душе с твоего позволения.       Аккерман кивает, соглашаясь, и затягивается, ежась от легкого, но холодного порыва ветра. За горизонтом, над крышами многоэтажек виднеется тонюсенькая ярко-алая полоса рассвета. Как же давно он не видел такой простой красоты. Завораживает.       — А, кстати, — вдруг снова окликивает его гость, уже собираясь выйти из спальни, — К тебе там пацан какой-то ломился. Я сказал, что тебя нет дома.       — Что?       — Ты слышал. Пацан тебя искал. С работы что ли? Или курьер какой? — не рассчитывая выслушать ответ, Эрвин скрылся в коридоре.       — Ага. Курьер, — тяжело вздохнул Леви, медленно выдыхая густой клуб дыма через нос.       Еще пара минут и рассвет станет ярче.