Чего тебе стоило?

Романова собирается по привычке, натягивая на себя очередной необычный, выделяющийся образ. Плотный капрон обхватыввет длинные и стройные ножки, делая её кожу ещё более бархатной. Открывает чат, где были все экстрасенсы, чтобы в случае чего они могли списаться. Нет смс. – Марьяш, ты снова забыла? – Вика подходит к ней со спины. Обнимает, опуская свои тёплые руки на талию женщины, бережно поглаживая. Вновь приходит осознание того, что прошёл уже целый месяц с их последней встречи и последнего выпуска. А привычка все та же. Сдержанно кивает, а родные руки уже стягивают одежду обратно, целуя плечи, все родинки и веснушки. Виктория оголяет её ровную спинку, прилипая губами к ней, влажно и сладко целуя. Старается показать всю свою любовь и трепет. Руки перемещаются на обнажённую грудь и Вика чувствует, как напряжены соски Марьяны, поэтому она садится на край кровати, усаживая на себя лёгкое, подобное хрусталю, тело. Целует и кусает длинную шею, ловит тихие всхлипы и стоны. Чувствует, как она ерзает на её коленках, требуя ещё больше ласк. Рука без стыда скользит вниз по талии к животу, а затем ниже. Царапает, а затем рвёт колготки, пробираясь под них. Срывается первый громкий стон, когда Виктория прикасается к нужной точке своим пальцем через белье, ощущая всю влагу любимой. Романова утыкается своим лицом в плечо женщины, а затем прикусывает, ведь чувствует два пальца в себе. Жрица готова терпеть любое ранение, пока её женщина наслаждается. ** Марьяна широко распахивает свои ресницы, чувствуя, как холод пробежал по её спине от этого сна. – Опять она сниться.. – шепчет себе под нос, поднимаясь со своей кровати. Она решается пойти прогуляться. Быстро собирается и выходит из дома, направляясь уже в знакомую сторону. Дорожка была протоптана к ней тысячами шагами за все время битвы. Идёт по родной улице, оглядывая забор, за которым обычно стоят толпы фанатов, снимая их своими маленькими ручками. Хочется зайти за ворота, но нельзя, поэтому она идёт вдоль забора, чувствуя, как холод постепенно впитывается под кожу до самых костей. Дрожит и разворачивается назад, чтобы вернуться к себе, но вместо этого больно сталкивается с женщиной. С женщиной, запах которой она помнит. Она им готова себя пропитать, чтобы чувствовать всегда. Женщина, которая заставляла чувствовать внутри несколько тысяч чувств одновременно. Её когда-то любимая Виктория. – Вик? – поднимает свои голубые глаза, которые подобны морю. Смотрит в родные кофейные. – Прости, Марьян, я не хотела. – делает шаг назад, ведь из-за столкновения их тела и лица оказались в очень опасной близости. А голос чересчур мягкий и тихий. "Не хотела чего? Уходить от меня тогда, бросив в чёртовом зале со слезами на глазах и разбитым сердцем?" – Ничего, бывает. Это я не внимательна сегодня. – отводит свои глаза куда-то за жрицу, а затем неловкое молчание. Вика приоткрывает свои губы, чтобы выразиться, но Романова это замечает. – Я пойду, Виктория. Позволите? Холодно. – не дожидается разрешение и проходит мимо, оставляя после себя шлейф духов. В действительности холодно, Виктория. Тот день в готическом зале Марьяна помнит по сей день. Помнит, как тогда пылали её соженные слезами щеки. Горечь в словах. Помнит, как Вика её уничтожала взглядом, а после затоптала словами, напитанные сталью и равнодушием. ** – Романова, что за взгляды и флирт в мою сторону без конца? – перед этим Виктория за локоть увела женщину в угол от лишних ушей. – Неужто все, что пишут в интернете правда? Влюбилась? – наклоняется к рыжей, тихо шепчет на ухо. По телу Марьяны проходит волна неприятных мурашек, которые заставляют вздрогнуть. – Так я ещё и дрожать тебя заставляю. – Райдос проводит своими острым ногтем по боку талии рыжей, оставляя еле видную полоску. – Пока ты не открыла свой рот, советую его в принципе закрыть. – отстраняется и откидывает шаманку безразличным взглядом. – Ты мне не интересна. Ни как девушка, ни как просто человек или подруга, Романова. Можешь не напрягать свои извилины, пытаясь привлечь моё внимание. – с уст срывается смешок, когда она замечает кристалльные глаза, которые наполяются слезами. – Ты жалкая. Жалкая, Марьяна, этим и противна. – заканчивает свою речь и разворачивается, перед этим подарив свою улыбку рыжей. ** Это все, что осталось в памяти Марьяны и шрамом на её сердце, поэтому сейчас она готова провалиться лишь бы не смотреть в эти глаза. Уходит и даже не оглядывается. Она чувствует на себе взгляд. Чувствует, как она сгоряет. И поворачивается. Вика стоит на том же месте, не спуская своих глаз с женской фигуры. Глаза в глаза. Читают друг друга. Сейчас между ними 10 шагов. Марьяна делает один, а затем Вика ещё девять, оказываясь в тёплых объятиях. Чувствует как её шея намокает от слез Марьяны, жмёт к себе ещё сильнее. Будто раствориться хочет в ней. – Чего тебе стоили эти девять шагов?