Первая встречная, люби меня вечно.

Утро. Такое ужасное и такое прекрасное слово. Как часто вы чувствовали себя погано или счастливо по утрам? Иногда это бывает одновременно. Карина проснулась с несвойственным ей похмельем на белых простынях дорого отеля. Она никогда не могла подумать, что ее первый раз будет с той, кого она знала по сути лишь третий день в своей жизни. Как и многим девушкам, которые в детстве мечтают о красивой и чистой любви раз и на всю жизнь, она верила в то, что это будет особенно. Что она проснеться в объятиях Агнессы Владимировны и будет с ней валяться в кровати часами целуясь и обсуждать как им обеим было хорошо ночью. Карина до сих пор не верила, что могла так просто переспать с Васей, что она проявила слабость и легкомыслие, что она поддалась на свои эмоции. Карина подняла одеяло, что бы убедиться были ли эта ночь правдой или ей все, просто приснилось. - Блядь – выругалась девушка, когда увидела, что лежит абсолютно голая. Мягкость простыней напоминало ей о том, что это было хорошо, что ей нравилось. Но Васи рядом не было. Карина вдруг покраснела, вспоминая яркие моменты ночи. *** 12 часов назад Халат Карины распахнулся и открыл Васиному взору стройную фигуру девушки, когда она медленно потянула за пояс. Вася не спешила, не потому что не хотела, а наоборот, ее возбуждала эта трепетность до невозможности. - У тебя это в первый раз? – Вася смотрела прямо в глаза Карины так пронзительно, что та не могла их отвести. - Что в первый раз? – Карина не знала, как сказать правду, поэтому просто зеркалила вопрос. - Ну, с женщиной? – Вася провела рукой по плечу и халат аккуратно соскользнул по предплечьям, а затем и по бедрам вниз. Карина молчала, она не знала, что ей говорить. Ей хотелось, чтобы руки Васи касались ее кожи, касались, касались и не переставали этого делать. Она сбросила с себя спортивный топ и запустив руки под расстёгнутую рубашку Васи прижалась своими остро набухшими сосками к Васиному прессу. Карина льнула, как будто просила о помощи, просила взять ее за руку и провести по дороге удовольствия. - Постой, у тебя вообще уже был секс? – Вася остановилась и чуть отстранившись опять посмотрела ей в глаза. - Ммм.. да? – Карина покраснела и не выдержав взгляда женщины уткнулась ей в плечо. Паника в голове Васи набирала обороты. Идея убраться отсюда уже не казалась такой идиотской. Что она вообще делает? Ей блин тридцать пять скоро стукнет, а девочке всего двадцать, да и она вообще походу девственница. Здравый рассудок кричал: «Вася, беги!», а желание призывало обхватить за талию Карину и чуть приподняв ее посадить на кровать. - Если что-то будет не так, ты всегда можешь сказать стоп. – последние слова, которые Карина могла вспомнить. Все остальные мысли мешались в сумбурной неразберихе удовольствия. Она помнила, как сжимала пальцами простыни, как пальцы немели, потому что она боялась, что если отпустит, то больше не вернётся в этот мир. Резкие, требовательные, но в тоже время нежные поцелуи рассыпались по всему ее телу, оставляя влажные метки. Ей хотелось кричать, кричать от того, что ей было хорошо. Она помнила, что сильные руки сжимали ее в объятиях, что она металась по постели в надежде прийти в себя. Она помнила свои громкие стоны, которые заглушали ее чувство стыда и все ее моральные предрассудки. Но после энного по счету оргазма, она, просто, уснула. Отключилась без сил, на мягких простынях, в дорогой гостинице. *** Вася бродила уже который час среди книжных полок дома «Зингера» и пыталась прийти в себя. Да глупо, да по-детски, взять и смыться с отеля в самую рань пока Карина спала. Как трусиха! Но что она должна была сделать? Не кофе же предлагать ей сутра после пяти оргазмов. Или что-то вроде: привет мороженное? Может ещё пару оргазмов? Вася сделал глубокий вдох. - Книги должны помочь! - повторяла она как мантру. Это всегда ее успокаивало. Просто побродить между стеллажами, погладить корешки книг. Купить стотысячную, которую соберёшься прочесть. И вспомнить про ещё сотню, которая стоит в вишлисте. Карина никак не шла из головы. Эта чёртова ночь не хотела отпускать женщину так просто и безмятежно. Так глупо было думать, что сутра её не будет мучать странные чувство: а имела ли она на это право вообще, на этот секс? Девушка была ещё не опытная. Это было сразу понятно, но то что она окажется девственницей, со своим то мятежным нравом. Такого Вася вообще не могла представить. А когда она почувствовала этот трепет и податливость в своих руках, это ей как голову снесло. Она никак не могла остановиться. Жадно впиваясь в девственное и нетронутое тело. - Господи, Вася, ты просто отбитая. - она вела скромно диалог сама с собой. Около часа Васильева ходила от стеллажа к стеллажу, пока не набрела на полку с русскими поэтами. Точно, как говориться, кол колом. - Где тут Бродский? – Вася внимательно рассматривала полку. – Ну что старик, как в старые добрые погадаем на тебе? Вася загадала вопрос и открыла страницу, как в студенческие времена. Глупость конечно, но иногда добавляет уверенности в себе. Она не поверила своим глазам. Она истерически засмеялась и захлопнула книгу. Женщина в круглых очках и с чеховским налетом усталости, осуждающе посмотрела на Васильеву. Господи, даже Бродский ее подводил. Он, человек, писавший о депрессиях, но ей непременно нужно было наткнуться на эти строки о любви. Поставив книгу на место, женщина уверенной походкой пошла к выходу. Перестать думать о девчонке невозможно, а вот о работе, к сожалению, нужно как-то вспоминать. Она же не просто так приехала в Питер. Иначе ее начальник бы сошел с ума отпуская ее с высокооплачиваемых эфиров. За разоблачение всяких медийных личностей и деятелей политики готовы были платить очень много. Но иногда давили и на то, что патриотизм не должен забываться. Женщина преподавала в Москве, читала лекции на журфаке, но иногда делала и выездные лекции. Вася забрала свою машину, которую бы через пол часа точно увезли на эвакуаторе, если бы она не поспешила, и ехала по давно известному ей адресу. *** Карина, открыв дверь своей квартиры, бросила ключи на стоящую в углу тумбочку. Стянула шарф и отправила его в том же направлении. Она делала все как на автомате. Если бы кто-то увидел её со стороны, то подумал бы, что она просто бродит во сне. Все её мысли кружилась вокруг того, что ее тело нервно подрагивало, когда она вспоминала о событиях минувшей ночи и что теперь с этим делать. Она мысленно представляла себе двух тонущих женщин и не знала кого бы спасла, Агнессу или Васю. Весь её, до этого сузившийся мир, распирало от нового непонятного, бурлящего чувства, которому она никак не могла придумать название. - Карин блин, что случилось? Ты где ночевала? – Никита в который раз напоминал ей ее до боли дотошную мать, которая никак не отставала, пока не получала ответы на все интересующие ее вопросы. – Я звонил тебе вчера весь вечер. Где ты пропала? Карина просто смотрела сквозь него и видя, как двигаются его губы совершенно не слышал, что конкретно он сказал. - Да. – не зная почему сказала она. - Что да? – Никита удивленно уставился на нее. - Что? – Карина переспросила. - Что да? Я спросила все ли у тебя нормально и где ты была? Ты не ночевала дома. – Парень поднял брошенный на пол шарф. - Да, пожалуй, я выпью кофе, спасибо. - Карина повесила на вешалку куртку и пошла к себе в комнату. Она вообще не обращала внимание, что там лепетал её сосед. Ей совершенно не было до этого дела. Вася, Агнесса, два огромных облака, которые перекрывали все в её голове и поочередно друг друга. Карина даже думала уже опуститься до того, чтобы написать листки плюсов и минусов. Относительно каждой женщины. Но самое главное то, что она совершенно не знала, как к ней относиться каждая из них. Хотя нет, Агнесса вполне себе понятно отказала ей. Она опять мысленно вернулась к зачету. *** 24 часа назад - Здравствуйте, - постучав и просунув голову в дверь, чуть слышно промычала Карина. - Здравствуйте. – Агнесса дежурно улыбнулась и пригласила Карину к столу с билетами. – Тяните. Девушка пока не замечала каких-то жестов или намеков, что Агнесса прочитала письмо. Хотя оно и было понятно, тут же сидел еще Скворцов с параллельной группы. Не будут же они сейчас при нем объясняться. Карина четыре раза перечитала вопрос, написанный на билете, но так и не смогла сконцентрироваться на общем смысле. Для нее это был банальный набор букв, в конце которого стоял вопросительный знак. Её сейчас все больше мучал ответ на совершенно другой вопрос, который она уже тысячу раз мысленно задала у себя в голове. - Ну что Котова так смотрите? Готовы? – преподавательница вернула Карину с небес на землю. - Да…то есть нет, то есть да. - В голове Котовой слова склеивались как манная каша, сваренная неумелой рукой. - Так да или нет? Какой у вас номер билета? – женщина привстала и обойдя парту присела на стол. Карина замерла, ее взгляд упал на обтянутые капроном колени преподавательницы. - Первый, - с силой переводя взгляд с коленей на лицо преподавателя, прошептала Карина. - Отлично, тогда там все просто, что такое журналистика и ее функции кратко. Ничего сложного, Котова. - Ага. – Карина зажмурилась и начала рассказывать – Первая функция информационная, она подразумевает под собой… Карина как робот воспроизводила все что было написано в ее конспекте, но совершенно не задумывалась над теми словами, которые произносила. Ее как будто уносило в гущу, которая закручивалась у нее внизу живота. - Ну вот видите же, все очень просто. Не понимаю, почему вы не пришли в первом потоке, а сдаете со вторым. Сюда обычно приходят те, кто хотя бы на тройку наскрести пытается. - Агнесса Владимировна, у меня есть к вам еще вопрос, могу я остаться после зачета? – Карина сама не понимала, как ей хватило смелости на это. - Не утруждайтесь, Котова. – преподавательница, воспользовавшись тем, что Скворцов запутался в своих шпаргалках и совершенно не обращал на них внимания, чуть тише добавила. – Вот возьмите, я не читала, но догадываюсь что там. Я замужем, я люблю своего мужа. И в конце этого предложения «точка». Не будем усугублять. Женщина взяла зачетку Карины, размашисто расписалась и протянув ее вместе с конвертом перевела взгляд на журнал, давая понять, что разговор окончен. Карина в панике схватив зачетку и письмо и выбежала из кабинета. Карина плюхнулась на кровать и накрывшись одеялом уснула, пытаясь прогнать все разочарования прочь и утопая в своих за и против. *** Привет Дашуль, - Ирина Львовна радостно улыбнулась, и расставляя руки заключила Васю в крепкие объятия. - я так рада тебя видеть, Ты прям похорошела, вытянулась. - Здравствуйте, Ирина Львовна. - Вася чуть сдержанно, но искренне улыбнулась Женщина была правда рада видеть свою бывшую студентку. Когда Вася позвонила и предложила провести один семинар-лекцию по современной журналистике, так сказать поделиться опытом, то Ирина Львовна сразу же сказала да. Она души ни чаяла в Даше Васильевой, даже тогда, когда по всему университету ходили сплетни, что она спит со своими сокурсницами, женщину это не удивило. Она как-то даже не выдержала и, в своей манере, поддержала студентку. Она видела в ней себя молодую. Нет она не была разгульной лесбиянкой или слишком уж вульгарной, но в монашка она тоже не сидела. Журналисты, по её мнению, как и художники не могут мыслить шаблонно, иначе в такой журналистике нет смысла. Ирина Львовна подкупала своим свободомыслием и искренность. У неё каждый год были горы студенческих писем с признания и в верности, и в любви. Она относилась к этому лояльно. Каждый имеет право на самовыражение. Не высмеивала, не обсуждала. Лишь мило улыбалась, но за черту не заходила. Жила в браке уже счастливо двадцать лет. - Как у тебя дела вообще? Как поживаешь? - преподавательница указала жестом на стул возле своего стола и отправилась к чайнику, - Кофе хочешь? - Да, не откажусь. Сегодня было сумбурное утро. – Вася лишь задумчиво улыбнулась. – Все в принципе хорошо, карьера, вот видите опять даю лекции даже. - Все так и не помирились? – Ирина Львовна не ходила вокруг да окало, она прекрасно знала о том, что случилось у Даши, даже была непосредственным свидетелем. – Горбатого могила исправит. Она знала, что отец у Даши суровый, знала не понаслышке, они учились вместе в школе. - Да нет, на самом деле уже, наверное, и не важно. – Вася обхватила двумя руками горячую кружку, которую ей подала ее бывшая преподавательница. – Мне бы маму и сестру увидеть. Я по ним скучаю. - Ой, девочка, - Ирина Львовна элегантно присела за свой стол. – хотели бы давно к тебе контакт нашли. Тем более ты медийная личность, вон на экране светишься каждую неделю, в Московском университете лекции даешь. Я б на месте твоей семьи гордилась, а они попрятались как страусы за своими церковными убеждениями и ждут, пока к ним Господь снизойдет. - Хм. – Вася с тоской выдохнула, - Знаете, мне всегда казалось, что вот не будь этого дурацкого влечения, ну, ну вы понимаете… - Не была бы ты лесбиянкой? – Ирина Львовна была прямее линейки. - Даша, не стесняйся, здесь только мы. Никого нет. - Да простите, я никак не привыкну. Этот город как будто душит меня тем, что мой отец может это не дай Бог снова услышать и я переживу опять тот самый разговор. - Знаю, но видит тот же Бог, ничего не делается просто так. – преподавательница сделала маленький глоток кофе, оставляя следы помады на ободе кружки. – Вышла бы ты за муж как он хотел и что? Стало бы тебе легче? Нет. Было бы ему легче? Не знает никто. Было бы на два несчастливых человека больше. Ты бы и мужа своего несчастливым сделала и мать, и сестру, и отца. Кто знает, как бы было. Зато сейчас ты живешь как хочешь. - Так-то оно так, - Васильева допила последний глоток и поставила чашку, - только женщины все какие-то не такие попадаются. - Ну уж тут не важно кто, мужчины или женщины. Главное сердцем искать. – Ирина Львовна встала со своего стула. – Пойдем, там уже студенты, наверное, собрались. *** Ирина Львовна зашла в поточную аудиторию и Вася, проследовав за ней целенаправленно пошла к преподавательской кафедре. Ирина Львовна уловив в своей бывшей студентке эти черты уверенности, взрослости и решительности, в который раз подумала о том, что журналистика не для слабаков. - Добрый день, товарищи студенты. – Начала Ирина Львовна, - сегодня мою последнюю лекцию я отдаю не менее опытной преподавательнице и журналистке, Дарье Игнатовне Васильевой. Возможно вы ее знаете… - Так это ж Вася, - прокричал мужской голос из центра аудитории и добавил почти сразу - Чему можно научиться у человека, который ведет токшоу? Ирина Львовна метнула взгляд на Никиту. Это был он. Вася сразу его узнала. Лишь усмехнулась. Как он резко переобулся. Еще пару дней назад мямлил себе чтото, а тут из толпы герой прям. Видели мы таких. Те, кто первые бегут обычно с корабля. Аудитория было полностью забита студентами, конечно же никто не хотел быть в немилости у Горцевой Ирины Львовны. Она была зам декана и преподавала почти что на каждом курсе. Разозлить ее было все равно, что подписать себе заочно приказ на отчисление. - Ну, для кого Вася, а для кого Дарья Игнатовна. – Вася лишь улыбнулась. – На самом деле тех, кому совершенно не интересно я не держу здесь. Вася выждала пару минут. - Ну что ж раз мы теперь готовы начать то начнем. Ирина Львовна уже сказал, что я не только занимаюсь журналистикой, но и веду лекции…- Вася не успела договорить, дверь в аудиторию распахнулась и в нее ввалилась Карина. - Извините Ирина….Вася? – Девушка замерла. Было видно, что она собиралась впопыхах. Волосы не досушила, подумала про себя Вася и чуть улыбнулась кончиками губ. Котова была ошарашена и не могла пошевелиться. Воспоминания с прошлой ночи как фонтан ворвались в ее мысли, краска прилила к лицу. - Котова, опять опаздываешь, - Ирина Львовна подала голос с задней парты. – Проходи быстрее и садись. Карина как не живая прошла и уселась рядом с Никитой. - Так вот, на чем мы остановились. – Вася помассировала виски. Воспоминания о нежных и неумелых прикосновениях вчерашней ночи не покидали и ее голову. На миг она даже потерялась в пространстве и времени. – Так, ах, да. Как я уже сказал я преподаю в Москве, иногда даю лекции в других городах нашей прекрасной страны. - А че за границу не зовут? – опять противный голос Никиты разрезал пространство. - За границу чего? Реальности? – Вася лишь нахально в той же манере ответила. – Вы не думайте Никита, как вас там? - Андрееичь. – парень вел себя странно, даже Карина это поняла и пихнула его локтем. - Ты чего? – она тихо спросила, чтоб ее никто кроме него не слышал. - Ничего. – он лишь фыркнул. – лесбуха она, прочел сегодня, погуглил ее. - И что? – Карина изумленно посмотрела на него. Почему вообще ей не пришла эта идея в голову. – Где ты прочитал? Сейчас же это запрещено писать. - В инсте ее нашел. Я же журналист, - он как-то криво улыбнулся. – приперлась тут. Карина опять залилась краской. Это было и понятно, что Вася предпочитает девушек иначе как она могла так ловко и так целенаправленно угадывать многие ее желания и свести ее с ума всего за одну ночь. - Так вот Никита Андреевич, расскажите нам, как вы представляете свое будущее, когда закончите университет? – Вася пристально посмотрела на него. – Этот вопрос, кстати, всех касается. - Ну я еще не думал так далеко. – парень сконфузился. - Ну как же? Вы на третьем курсе уже. Мне кажется это почти выпуск. Многие журналисты начинают уже на первом что-то писать, искать себе допзаработок и как то себя проявляют. Так вот спрошу еще раз вас Никита Андреевич, кем вы планируете стать после окончания и каким вы видите свое будущее? - Да ну редактором там, не знаю. - Никита чувствовал себя выбитым из колеи. - Редактором чего? Мурзилки? В детском саду за углом? – Вася била жестко, ей не нравилось, что Карина уселась к Никите. Хотя она и понимала, что они живут в одной квартире и вроде как друзья, но она прекрасно знала, что со стороны Никиты — это далеко не дружба. – Журналист, поправочка, истинный журналист должен всегда выбирать журналистику. Вы должны знать, чего вы хотите, страх и трусость это не про эту профессию. И если уж вы доучились до третьего курса, то должны это понимать. Вася улыбнулась и вскользь посмотрела на Карину. - Так вот начать я хочу с одной, как некоторые думают глупости, но глупости очень часто помогающей поставить свои собственные мозги на место. Поэзия. Очень часто помогает переключиться и перепрошить свои клеши в голове. – Вася прочистила горло: Я вас любил. Любовь еще (возможно, что просто боль) сверлит мои мозги. Вася коротко взглянула на Карину и уловила ее пристальный взгляд. Все разлетелось к черту на куски. Я застрелиться пробовал, но сложно с оружием. И далее: виски: в который вдарить? Портила не дрожь, но задумчивость. Черт! Все не по-людски! Я вас любил так сильно, безнадежно, как дай вам Бог другими — но не даст! Вася опять взглянула на Карину и заметила, как та краснеет. Карина лишь молила всех возможных и невозможных богов о том, чтобы эта лекция закончилась. Буря в девять балов разносила все внутри нее. Если Агнесса вызывала в ней просто возбуждение и желание прикоснуться, обнять, поцеловать, говорить и клясться друг другу в любви, то Вася была ураганом, который лишал ее возможности ясно и рационально думать. В данном случае «потеряла голову» непосредственно отражало состояние Карины. Он, будучи на многое горазд, не сотворит — по Пармениду — дважды сей жар в крови, ширококостный хруст, чтоб пломбы в пасти плавились от жажды коснуться — «бюст» зачеркиваю — уст! На этих словах Карина провела языком по своей нижней губе, совершенно забыв, что сидит в аудитории битком набитой студентами. Весь этот стих ей казался какой-то провокацией, она знала, что это Бродский, знала, что Вася любит Бродского, и знала, что Вася знает, что и она это знает. Было это посланием? Или же Карина просто что-то напридумывала. - Журналистика должна стать вашей жизнью, она должна стоять на первом месте, тогда вы будете отменным и известным. Вопрос все тот же, чего хотите вы? – Вася продолжала лекцию. Карина слышала каждое слово, срывающееся с этих мягких и таких желанных губ. Ей казалось, что она все еще спит, что ей это сниться и что пошевелись она, все это исчезнет как туманный Альбион. *** Вася курила возле своей машины, на парковке возле главного корпуса. Эта дурацкая привычка была хуже обжорства. Хотя это тоже зависимость. Кто-то заедает свое волнение, кто-то закуривает. - Зачем вообще купила? – Вася посмотрела на сигарету и затянулась еще раз. - Привет. – голос Карины раздался позади. Вася помедлила секунду, собравшись с силами и повернувшись, как ни в чем не бывало ответила, - Ну привет. - Ждешь кого? – Карина была не уверена, ей все еще казалось, что это сон. - Эмм…да. – Вася покрутила в руках остаток сигареты, раздумывая затянуться еще раз или нет. - Лучше выкинь. – Карина неловко обняла себя руками за плечи, посмотрела чуть из-под лобья на женщину. Вася лишь усмехнулась, но отправила пол сигареты в ближайшую мусорку. - Подвезешь? – Карина сделала нерешительно шаг к машине. - Ну садись. – на выдохе Вася разблокировала машину, и Карина запрыгнула на переднее пассажирское сиденье. Всю дорогу они ехали молча, атмосфера была настолько напряженной, что даже радиоведущий не мог ее разрядить, извергая бородатые анекдоты. Когда машина припарковалась у дома, то обе замерли, никто не решался выйти. - Пойдем? – первой не выдержала Карина. Вася не знала, что ответить. Как себя вести теперь с Кариной. После того как они переспали, и она по-английски смылась из отеля. Хотя судя по всему Карина не сердиться. Но она же уже сняла даже номер в отеле. - Пойдем, я чемодан заберу, и … - Вася запнулась. - Чемодан? – Карина кажется не верила, что Васильева серьезно. - Ну я сняла номер в отеле, чтоб вас не смущать, а то приехала какая-то незнакомая тетка… – Вася не успела договорить, Карина отщелкнула ремень безопасности и вышла из машины. - Черт. – Вася последовала за девушкой. - Карина, подожди блин, - Вася забежала по ступенькам парадной наверх и увидев, что дверь не заперта, вошла внутрь. В квартире было темно. Сделав еще шаг, она почувствовала, как на плечи ей легли чьи-то ладошки. Она ощутила аромат Карининых духов так близко, как это было возможно. Девушка стояла перед ней. Когда Васины глаза привыкли к темноте, она лишь смогла различить нечеткие очертания, которые пробивались в темноте от света уличного фонаря. - Карин, это плохо кончится. – Вася еле сдерживаясь прошептала девушке, губы которой были уже в миллиметре от ее. - Заткнись, пожалуйста – Карина лишь сильнее прижалась к Васе и, почувствовав на своих бедрах руки женщины, поцеловала ее мягкие и желанные губы.