Рождественские лампочки

      Рой белых мух, мирно спадающих с неба, качнулся от воздушного потока, образовавшегося из-за резко открытой двери. На пороге паба с вывеской Jasper's Taphouse стоял молодой парень азиатской внешности. Он шумно через нос втянул прохладный воздух, наполнивший все отделы лёгких. После выпитых пару пинт крафтового пива в этом шумном баре, парень надеялся на эмоциональный всплеск, которого вопреки ожиданиям не произошло.  Оставалось лишь молиться всем богам, чтобы не стало еще хуже.       Последнее время парня часто посещали дофаминовые ямы, выбираться из которых получалось только с помощью антидепрессантов, от которых, впрочем, притуплялись все эмоции. Недавнее тяжелое расставание с девушкой, почти невестой, также сузило эмоциональный спектр.       Молодой человек решил пройтись по узким переулкам, лабиринтом расположившихся сквозь старых высоток Бруклина. Он с вынужденным интересом рассматривал светящиеся витрины маленьких магазинчиков, рассматривал мигающие гирлянды в окнах. Мягкие снежинки порошили его черное пальто. По телу разливалось тепло от выпитого алкоголя, поэтому холода особо не чувствовалось, погода для прогулки была идеальная. Сегодня рождественская ночь. Достав телефон с кармана пальто, отметил время:  22:12       Три двойки. Он в шутку считал двойку своей любимой цифрой. Ухмыльнувшись самому себе, он погрузился в свои собственные мысли, невидящим взглядом скользя по окружающему миру.

***

      Студент из Сеула учился в США, штате Колорадо на финансиста в престижном вузе Colorado State University. Будучи на последнем курсе он уже неплохо  подрабатывал и зарекомендовал себя как перспективный специалист. Появились свободные деньги. Будучи в отношениях с Джейн он щедро делился своими сбережениями с ней. Но все оказалось зря. После уже третьих неудачных отношений у него сложилось впечатление, что отношения не для него. Все девушки от него что-то хотели, и в основном материальное. А он хотел лишь понимания и чуточку любви.

***

      От утомляющих душу воспоминаний его отвлек тихий писк. В подворотне между домами она заметил маленькую трехцветную кошечку. Она жалась к промокшей коробке, скрутившись в пушистый клубочек, и жаловалась на бездомную жизнь проходящему мимо человеку. Парень присел на корточки, и погладил слегка шугнувшуюся в сторону кошечку между ушек. Он немного расстроился, понимая, что ему нечем накормить крохотное создание. Поглаживая мягкую шерстку, парень заметил, что внутри коробки конусом лежит корм. Животное было сытое. Кошечка просто хотела тепла от человека. Она была одинока в этот праздничный холодный вечер. Прямо как он.       Парень вспомнил своих трех пушистиков. 2 кошечки и кота. Как же он мечтал их увидеть. Только сейчас он понял, как скучал. По дому, по родителям, по котам. Ему было плохо в этой стране, он тут чужак.       Преодолев лабиринт из узких улочек, парень добрался до центральной улицы Бруклина. В глаза тут же ударил свет от яркого уличного освещения в честь Рождества. Везде висели украшения, гирлянды с лампочками разной формы, цвета и размеров. Бруклин один из самых густонаселенных районов Нью-Йорка. Отчего на главной улице были толпы народа. Они ходили компаниями, парами, поодиночке, но почти у всех на лицах читалась радость от предвкушения праздника. В ушах гудело от какофонии звуков, сотканной из речи людей разных полов и национальностей, из звенящих колокольчиков и мелодий механических игрушек, из музыки, играющей в живую уличными музыкантами и через колонки. Изобилие яркого света в сочетании с вездесущими звуками, будто катком прокатились через парня. Ему на пару секунд аж поплохело.       Быстро взяв себя в руки, он продолжил прогулочным шагом фланировать по мостовой, рассматривая представшее перед ним разнообразие. Плохое настроение наконец-то улетучивалось. Но его все еще подбешивали особо счастливые лица проходящих мимо людей.       Впереди он увидел большое скопление людей, которые стали полукругом перед уличным музыкантом. Он проникновенно пел какую-то незнакомую песню на английском языке. Парень влился в толпу, лавируя между собравшимися, и встал в первом ряду перед поющим. Музыкант подыгрывал себе на синтезаторе, пел в микрофон, усиливая звучание через колонку. Музыкант закончил очередную песню, послушал овации, принялся наигрывать следующую мелодию.Мотив этой песни для парня был знакомым, вскоре послышались слова. Это песня Эда Ширана «Shape Of You».       Вдруг от толпы отделилась изящная мужская фигура. Обладатель фигуры подходил к музыканту, попутно напевая вместе с ним песню. Поющий парень повернулся к зрителям. Его лицо казалось очень знакомым. Парень поднапрягся. В памяти всплыла картина: возле ресепшена отеля Hilton Garden Inn Boston Brookline стоит молодой парнишка, весело переговаривается с девушкой администратором, та эмоционально реагирует на его шутки, заливисто смеясь. Ещё тогда эта сцена по непонятным причинам разозлила парня. Его будто раздражала чужая радость.       Он про себя отметил, что парень симпатичный, с сильным красивым голосом. Голоса уличного музыканта слились с поющим зрителем, их заряженная энергия перекинулась на толпу слушателей, отчего те начали танцевать, раскачивать бёдрами, ритмично двигать руками. Этот всплеск общего веселья дотронулся до запечатанного на семь замков сердца. Да чтоб тебя, жизнь одна, пора ловить крупицы счастья, которые так благородно подбрасывает жизнь. Парень нежно улыбнулся и начал подтанцовывать. И тут он уловил на себе задорный взгляд поющего парня. Улыбка тут же сошла с его губ. Он будто застеснялся своего эмоционального проявления. Ему тут же захотелось уйти. Но он не сделал этого. Переведя взгляд на музыканта, он продолжал танцевать. Вскоре, музыкант воодушевленный отклику со стороны слушателей, приблизился к толпе приглашая выйти и потанцевать. Кто-то стеснялся, но большинство шли на зов, показывая свои танцевальные способности. К музыканту присоединился и парень. Он стал точечно вытягивать в круг за руки то парней, то девушек, даже бабулю одну вытянул, которая дала жару молодежи.       Молодой человек видел, что парень со скоростью света приближается к нему. «О, нет», - пронеслось в голове и его тут же схватили за руки. Руки тёплые и сухие с нежной кожей, требовательно и настойчиво, но очень аккуратно тянули вперёд. Уже тогда парень почувствовал неладное. Их взгляды пересеклись. И он просто утонул в омуте огромных теплых шоколадных глаз. Показалось, что вся кровь, имеющаяся в организме, схлынула в лицо. Горели уши, щеки, лоб, казалось, что даже глазницы изнутри. По спине прошлись мурашки, отчего тот непроизвольно подернул плечами. Подошедший продолжал петь, держа его за руки, покачивая ими в такт, и по-прежнему смело заглядывая в глаза. Ошарашенному парню казалось, что он моргнул уже раз 50, пытаясь скинуть это наваждение. Черт, да у него встал! Видимо кровь резким потоком переместилась с лица в нижнюю часть туловища. Не понимая, что с ним происходит, он сам стал подпевать, так как также имел способности к пению. Подошедший парень слегка округлил глаза, никак не ожидая подобного. Он переместил руку на плечо, став сбоку, и продолжал петь, изредка просматривая ему на лицо.       Прозвучали последние звуки, толпа взорвалась аплодисментами. Певший парнишка несколько раз кланялся в сторону толпы, прижимая руки к груди, в знак уважения. Сказывалось корейское воспитание.       В это время парень уже отходил подальше от этого странного места, переваривая свой непроизвольный стояк. Утешая себя, решил, что во всем виновато чертово пиво.       - Привет! Классно было, правда? Ты красиво поешь и танцуешь! Ты ведь из Кореи? Меня кстати Хан Джисон зовут, - послышался милый голос поравнявшегося с ним парня.       - Я – Ли Минхо, и да, ты угадал, я из Кореи, - быстро от неожиданности ответил парень, почти испугавшись резко начавшегося диалога.       - А чего здесь один делаешь? – не унимался улыбчивый Хан. - Решил провести Рождество в самой лучшей компании - в своей! – ухмыльнувшись отметил Ли.       Хан заливисто рассмеялся.