Это наш Санта!

Чимин преспокойно ел рождественский пирог и с увлечением смотрел праздничную передачу по телевизору, когда со стороны лестничной площадки раздались громкие крики. Несколькими секундами ранее туда направился Тэхён, и его голос был слышен так же отчётливо, как и еще один, который был Чимину абсолютно не знаком. И голоса что-то яростно выясняли на повышенных тонах. Зная Тэхёна и его способность влипать в неприятности на пустом месте, а потом с этими неприятностями разбираться, Чимин поспешил другу на выручку. Пришлось даже пирог отложить, хотя уж очень этого не хотелось. Но если Тэхёна вовремя не остановить, то празднование Рождества может закончиться или скандалом с соседями, как было пару лет назад, или приводом в полицию, как было в прошлом году. Такого подарка к празднику Чимин точно не хотел. Выглянув на площадку, парень застал странную картину: Тэхён и еще какой-то неизвестный Чимину брюнет с пирсингом в губе тянули каждый на себя большого Санта Клауса. Конечно, понятно было, что это наряженный человек в костюме Санты, но было странно, что он совсем не отбивался от двух агрессивно настроенных парней, которые потасовку сдабривали громкой руганью. — Это наш Санта, мы его заказали к нам на вечер! — Вопил Тэхён, упираясь носками домашних тапочек в бетонный пол лестничной площадки и что есть сил таща бедного несопротивляющегося Санту на себя. — Нет, он наш! — Не отставал брюнет, что есть мочи тянув другую руку Санты в свою сторону. — Мы тоже заказывали! — Так ваш другой, а этот наш! — С чего ты взял вообще? Может, ваш другой! На нем написано, что ли? — Это у тебя на лбу написано, что ты идиот, а я вижу, что это наш Санта! Чимин мысленно закатил глаза. Тэхён, конечно, манерами никогда не отличался. Вообще-то, они и правда заказали приход Санты перед Рождеством, потому что им очень не хватало праздничного настроения, но заказанный ими Санта должен был подойти только через час, и, похоже, Тэхён об этом забыл. Поэтому, скорее всего, бедный Санта, которому, похоже, скоро оторвут обе руки, должен был как раз прийти к тому брюнету, который уже подтаскивал Санту вместе с Тэхёном, как на буксире, к квартире напротив. В принципе, Тэхён там оказался только потому, что отказывался отцепиться от шубы Санты. Вряд ли его там ждали на праздник. В тот момент, когда Чимин уже собрался с духом сказать Тэхёну, что он ошибся, и быстренько утащить его к себе, чтобы избежать позора, дверь квартиры напротив открылась и из нее вышел еще один парень. Его Чимин знал, но, правда, только по имени — Юнги. Он поселился тут пару недель назад, и знакомство у них произошло только потому, что хозяйка квартиры, которую снял Юнги, оставила ключи для нового жильца у Чимина, потому что спешила на работу. А Чимин потом добросовестно передал их Юнги, они познакомились, перекинулись парой слов и теперь исправно здоровались по утрам, потому что выходили по своим делам примерно в одно и то же время. — Что за шум, а драки нет? — Юнги в изумлении уставился на представление, что творилось на площадке. — Ошибся. Драка тоже есть. Чонгук, ты с ума сошел? Отцепись от Санты! — Он попытался разжать пальцы брюнета, под которыми уже трещала по швам шуба, но не тут-то было. — Если я сейчас его отпущу, то они заберут его себе, а это наш Санта! — Завопил названный Чонгук. Видимо, он был сильнее Тэхёна, потому что уже практически дотащил их с Сантой до своей квартиры. — Да с чего ты взял-то? — Вот-вот, я же говорил! Это наш! — Тэхён запыхался, весь вспотел, но не отпускал рукав шубы со своей стороны. Но, видимо, силы у него были на исходе, поэтому он повернулся на Чимина и заорал: — Чимин, ты что стоишь? Помогай! — Тэ, прости, конечно, но, мне кажется, это не наш Санта, — попытался как можно спокойнее сказать Чимин, еле сдерживая смех. — И ты туда же? Как это не наш? — Возмутился Тэхён, даже не пытаясь прекратить борьбу за бедного Санту. — Наш должен приехать только через час, — Чимин ухватил друга за локоть и потянул на себя. — Вот, я же говорил! — Радостно прокричал брюнет. — Это наш! — С чего ты вообще решил, что у нас будет Санта Клаус? — Юнги всё это время пытался отцепить руку Чонгука от Санты, но все его попытки были тщетны. — В смысле? Ты же сам сказал, что он к нам приедет! — Чонгук в недоумении на него уставился. — Да пошутил я, придурошный! Не звал я Санту! Думал, ты понял шутку! Растерянные взгляды Чонгука и Тэхёна можно было бы в кино снимать, и Чимин практически уже начал в голос смеяться, как Санта вдруг ожил, заорал басом и резко выдернул рукава своей шубы из рук Тэхёна и Чонгука. Те, не ожидая подвоха, повалились в разные стороны. — Что вы творите, ненормальные? — Заорал Санта, снимая шапку и стаскивая через голову бороду. — С ума сошли, что ли? Чуть меня напополам не разорвали! — Намджун-хён? — удивился Чимин. — Джун, что ты тут делаешь? — Юнги вопросительно выгнул бровь. — Что-что, домой иду! А тут эти двое неадекватных на меня налетели! — Намджун принялся осматривать свою шубу. — Если хоть одну дырку найду, то убью обоих. Тут уже Чимин не выдержал и в голос расхохотался. Он согнулся пополам и уперся ладонями в колени. Это Рождество точно будет запоминающимся для всех! — Блин, я думал, это наш Санта, — Тэхён, кряхтя, поднялся с пола и потер копчик. — Чимин, что сразу не сказал, что это не наш? — Тогда не было бы так смешно, — Чимин, вытирая слезы ладонью, наблюдал, как Юнги тоже еле сдерживается, а Чонгук, расстроенный, сидит на полу, уставившись нечитаемым взглядом в стену напротив. — Смешно ему. Я теперь опозоренный. Хотя, ну, с кем не бывает? О, наша пицца! — Тэхён бросился на встречу курьеру, который так вовремя вышел из лифта, и вцепился в коробку, которую тот держал в руках. — Почему это ваша? — Возмутился Чонгук, тут же вскакивая с пола. — Мы тоже заказывали пиццу! Вот сейчас это точно наша! — И тоже ухватился за коробку только с другой стороны. — Кто встречает Рождество с пиццей? — Тэхён закатил глаза. — А сами-то? — Не отставал Чонгук, перетягивая уже порядком перекосившуюся коробку в свою сторону. — У нас вообще-то традиция. На каждое Рождество мы покупаем пиццу и каждый год разную! Чтобы не повторяться, пока все не перепробуем. — У нас тоже традиция! — Которую ты только что выдумал, да, Тэ? — Не удержался Чимин. — Хэй, друг, ты на чьей стороне, я не понял? — Тэхён кинул недовольный взгляд в сторону Чимина, одновременно бедром двигая ошалелого курьера, чтобы захватить побольше пространства рядом с коробкой. — Вот ты и спалился. Нет у вас традиции, а у нас есть! — Чонгук ликовал, уже выхватывая коробку из рук курьера, который каким-то чудом ещё умудрялся за неё держаться. — Ну да, традиция. Наравне с той, чтобы набухаться в Рождественскую ночь и уснуть под ёлкой, да, Чонгук-и? — Юнги уже откровенно ржал над развернувшейся картиной, а Чимин от него не отставал. — Эй, хён, — возмутился Чонгук, на мгновение оборачиваясь на Юнги, но этой секунды Тэхёну хватило, чтобы вырвать добычу из рук противника и возликовать. — Ура! Наша пицца! — Извините, — подал голос курьер, которого за потасовкой чуть не затолкали обратно в лифт. — Кто из вас Ким Намджун? — О, это я! — Оживился Санта, который до этого не обращал внимания на борьбу, потому что всё ещё осматривал шубу на наличие повреждений. — Э-это ваша пицца, — пробормотал курьер, во все глаза глядя на заказчика. — Отлично, — Санта-Намджун выдернул коробку из рук ошалелого Тэхёна и заглянул внутрь. — Вам повезло, что пицца цела, да и шуба тоже, а то пришлось бы вам в Рождество мне готовить какую-нибудь вкусную еду и с иголками-нитками возиться. Ну всё, пока, счастливого Рождества. Все, включая курьера, молча пронаблюдали, как Санта зашёл в третью квартиру на площадке. В воздухе стояла звенящая тишина. Первым отмер курьер. Он затравленно оглядел присутствующих и нажал кнопку вызова лифта. Дверь практически сразу же открылась и на площадку вывалился какой-то парень. В руках он держал яркие пакеты. — Что здесь за собрание? Курьер юркнул в лифт и уехал. — Хосок-хён? А ты какими судьбами? — Одновременно удивились Чимин с Тэхёном. — Хосок, тебя где носило? — Вопросительно посмотрел на парня Юнги. — Хён, у меня отобрали пиццу и Санту! — Проныл Чонгук. Хосок оглядел присутствующих непонимающим взглядом. — Я что-то пропустил? — О, да, очень много интересного, — рассмеялся Юнги.

***

Чимин не понял, как так получилось, но встречать Рождество они решили все вместе у него в квартире. Просто Хосок предложил, Юнги с Чонгуком, к которым он изначально и ехал, особо не были против расширить компанию, Тэхёну чем больше народа, тем веселее, а Чимин никогда не мог отказать Хосоку-хёну, потому что тот ему был как старший брат. Правда он подозревал, что этот вечер не будет простым. Стоило только этим троим оказаться в квартире Чимина, как Чонгук подскочил к наряженной ёлке, оглядел её, а потом повернулся к Тэхёну, который стоял довольный и сиял ярче, чем огоньки на этой самой ёлке. — Так это был ты! — Чонгук ткнул указательным пальцем Тэхёну в грудь. — Это ты утащил ёлку из-под самого моего носа! — В смысле? — Я её хотел себе! Шёл из универа, увидел на ёлочном базаре красивую такую ёлочку, у неё ещё ветки широкие-широкие внизу. Я сразу запомнил. Хотел купить, а денег не было. Когда вернулся с деньгами, продавец сказал, что парень купил минуту назад. Я ещё пошёл тебя искать, чтобы выкупить её. — А, так это ты бежал за мной целый квартал и орал: "Отдай ёлку, придурок, она моя"? — Возмутился Тэхён, отталкивая Чонгука от себя подальше. — Ты вообще адекватный? Напугал! Я думал, маньяк какой-то. — Так это и правда моя ёлка! Я хотел её купить! — Но ты опоздал, так что не тяни к ней лапы свои загребущие! Чимин приложился лбом об стену и смылся на кухню, чтобы хотя бы немного побыть в тишине. Он так рассчитывал на спокойное Рождество, которого у него давно уже не было, в принципе, как раз из-за неугомонного друга, но не тут-то было. Наверное, не стоило соглашаться на предложение Хосока, который, как было слышно, принялся успокаивать разбушевавшихся парней. На кухню неслышно просочился Юнги. — Дурдом, — пробормотал он, присаживаясь за стол. Чимин молча кивнул. Чтобы чем-то себя занять, он принялся искать приправы, которые хотел использовать для глинтвейна. Он никогда не готовил этот напиток, но в эту Рождественскую ночь ему хотелось чего-то для себя необычного. Вино принёс Хосок, поэтому можно было бы его не просто выпить, а сделать что-то рождественское и запоминающееся. Хотя, он был уверен, это Рождество точно останется в его памяти, но по другим причинам. — Ты прости нас, Чимин, — проговорил Юнги, — я не думал, что они опять сцепятся. Если бы знал, мы бы... — Не переживай, хён, всё нормально, — перебил Юнги Чимин. Конечно, не всё было нормально, но сосед точно не был виноват в том, что Тэхён и Чонгук не могли найти общий язык. — Думаю, чуть погодя они выпьют глинтвейн, их развезёт — не знаю, как Чонгука, а Тэхёна точно — и заснут они под ёлкой, только уже вдвоём. А у Чонгука, как я понял, традиция такая — под рождественской елью спать. Вот и подружатся. — Возможно, — хохотнул Юнги, поднимаясь с места и подходя к Чимину, который рыскал в поиске нужных специй. — Что ты делаешь? Тебе помочь? — Если ты умеешь готовить глинтвейн, то твои навыки мне очень пригодятся, — выныривая из коробки, проговорил Чимин. — Не помню, что именно надо. — О, не вопрос. Давай сюда. Я спец, — Юнги отобрал коробку и принялся выуживать из неё пакетики. Сначала они неловко молчали, потому что никогда ранее так долго не находились в одном пространстве и не знали, что спросить друг у друга, но потом разговор потёк сам собой. В разгар приготовления глинтвейна и разборок из-за ёлки между Тэхёном и Чонгуком пришёл обещанный Санта, который сначала ошалел от возраста "детишек", а потом от их количества, но быстро сориентировался и прекрасно отыграл свою роль. Все были довольны, особенно Чонгук, которому всё-таки достался Санта, как ему и "обещал" Юнги. Санте тоже всё понравилось, ему даже налили свежеприготовленного глинтвейна, от которого он ещё больше повеселел и раскраснелся. Чимин надеялся, что после такой подпитки он доберётся по всем оставшимся заказам целым и невредимым. Но потом оказалось, что далеко Санта не ушёл. Он столкнулся на лестничной площадке со своим конкурентом Намджуном, который вышел прогуляться до ближайшего супермаркета в полноценном костюме Санта Клауса, и Юнги с Чимином пришлось уже разнимать двух дерущихся Сант, каждый из которых в порыве драки пытался доказать, что именно он лучший символ Рождества, а не соперник. — Что за придурки свалились на мою голову? — Бормотал Чимин, рыская теперь уже по аптечке в поисках пластырей. — Да забей ты, — проговорил Юнги, разливая по бокалам уже немного остывший глинтвейн. — Сейчас они выпьют и забудут про ободранные носы, выдернутые волосы и оттоптанные ноги. Вот увидишь. — Мне бы твою уверенность, — пробормотал Чимин, всё же выуживая из аптечки упаковку с пластырями. — Если твоё предсказание не сбудется, то я заклею им рты этим самым пластырем. Идёт? И ты мне в этом поможешь! — Не вопрос, — Юнги ухмыльнулся. — Мне нравится такой подход. Не успел он договорить, как из гостинной раздался дикий грохот. Юнги и Чимин от неожиданности подпрыгнули на месте и переглянулись. — Надеюсь, это не... — начал Чимин, но Юнги его не дослушал, а схватил за руку и потащил за собой. На пороге гостиной они застыли, в ужасе оглядывая хаос, который там творился. Наряженная, ранее красивая ёлка теперь валялась на полу, а на ней сверху барахтались двое Сант, которые даже будучи в таком положении не упускали момента, чтобы не оскорбить друг друга и не ударить. Уже не было понятно, кто именно из них пинался, а кто махал руками, но вишенкой на торте были смех и подбадривания со стороны Чонгука, Тэхёна и Хосока, которые даже не пытались разнять Сант, а решили устроить что-то вроде тотализатора. И всё это под рождественскую передачу, которая шла по телевизору. — Давай, Джун-хён, — кричал Чонгук, хлопая в ладоши. — Ставлю на тебя, что ты его уложишь! — Не факт, — возразил Хосок, заходя справа и оглядывая кучу-малу с другого ракурса. — Сокджин тоже сильный. — Но Джун-хён сильнее, — вторил Чонгуку Тэхён. — Тоже ставлю на него. — О, ты мне уже нравишься, — ткнул пальцем в Тэхёна Чонгук. — Ладно, так и быть, прощу тебе ёлку. Тем более, что она под ними уже в кашу превратилась. Чимин в ужасе закрыл глаза. Не так он представлял себе это Рождество. Хотя, кто ему обещал тихий и спокойный праздник? Только если в мечтах. Злость начала зарождаться в районе солнечного сплетения быстро, будто полыхнула спичка. Чимин в мгновение ока пробрался между улюлюкающих парней и двух дерущихся Сант к телевизору, из которого уже на высокой ноте выла какая-то рождественская песня, и со всего размаха ударил кулаком по пульту, который лежал на тумбе рядом. Телевизор выключился и стало необычайно тихо. Даже Санты перестали драться, а болельщики в виде Хосока, Тэхёна и Чонгука резко замолчали. Все уставились на разъярённого Чимина. — А ну пошли все вон отсюда! — Прокричал Чимин, наступая на ошарашенных парней. — Видеть вас никого не хочу! Что здесь устроили? — Чим, ты что? Мы же просто развлекались, — попытался оправдаться Тэхён, отступая назад и попутно хватая за рукава свитеров Чонгука и Хосока и таща их за собой, одновременно прикрываясь ими будто щитом. — Развлекались? Я в кои-то веки хотел спокойного Рождества! Напомнить тебе, сколько раз уже мы именно в Рождество влипаем в истории? И всегда из-за тебя! Думал, что в этом году всё пройдёт спокойно, но нет же! — Чимин продолжал наступать на троицу, а те в ужасе пятились в сторону двери. — Сначала Санту не поделили, затем пиццу и ёлку. Ну да ладно, вроде бы всё разрешилось, так потом эти двое устроили балаган, — он ткнул пальцем в двух Сант, которые сидели на развалинах ёлки, стыдливо опустив головы. — Вы же вроде бы хёны, а ведёте себя, как дети малые! Я лучше, я лучше, — передразнил их Чимин. — Всё, надоели, я буду один встречать Рождество! Не хочу больше никого видеть! Пошли вон! Он растолкал застывших на его пути парней и ушёл на кухню. Постояв немного, Чимин налил в стакан остатки глинтвейна и выпил их залпом. Злость пока никуда не хотела уходить. Лёгкое разочарование засело глубоко внутри пониманием, что это Рождество будет худшим в его жизни. Даже в прошлом году в полицейском участке было веселее. Им хотя бы налили немного соджу и разрешили поиграть в карты с двумя бомжами под рождественскую передачу по радио. Чимин гонял остатки глинтвейна по дну стакана, когда послышался хлопок двери. Чуть помедлив, он вышел из кухни и прошёл в комнату. Разбитая ёлка стояла прислоненной к стене. Игрушки были пластиковыми, поэтому не побились, но помялись сильно. Те, которые выглядели ещё более-менее сносно, висели на ёлке, а те, которые уже потеряли свой вид, были сложены в мусорное ведро. Никого в квартире больше не было.

***

До наступления Рождества оставалось пятнадцать минут. Чимин сидел на диване рядом с побитой ёлкой и гипнотизировал экран выключенного телевизора. Звенящая тишина, которая стояла вокруг, не приносила ожидаемого удовлетворения. Наверное, стоило бы включить какую-нибудь передачу, чтобы хоть как-то поднять себе настроение, но Чимин понимал, что мало что изменится. Уже ничего не сможет спасти этот вечер. Раздался стук в дверь. Чимин от неожиданности подпрыгнул на месте. — Если это ещё один Санта, то я его точно спущу с лестницы! Чимин распахнул дверь и упёрся взглядом в большую наряженную яркими красными игрушками ель, которая занимала собой весь дверной проём. — Не понял. Тут ветки ели зашевелились и между ними пролезла голова Юнги. — О, Чимин, а я тебе ёлочку принёс. — Спасибо, конечно, но зачем? И откуда она у тебя? — Чимин шокированно оглядел сначала ель, а потом и Юнги. — Ну, твою помяли слегка. — Слегка? — Чимин вопросительно выгнул бровь. — Хорошо, — Юнги закатил глаза, — очень сильно помяли. Вот я и решил тебе свою отдать. Настроение поднять немного, потому что ты выглядел таким расстроенным. — А, спасибо, — Чимин стушевался. — Правда, не стоило. И ты же не виноват в том, что эти придурки тут затеяли. — Мне просто хотелось сделать тебе приятно, — Юнги улыбнулся сквозь ветки. — Впустишь? — Да, конечно, — Чимин поспешно отошёл в сторону, пропуская сначала ель, а потом и Юнги, который её нёс, в квартиру. — Серьёзно, хён, мне так неудобно, что тебе пришлось отдавать мне свою ель. Ты её для себя покупал, наряжал. А тут я со своими глупыми обидами. — Ерунда, Чимин-и. Не переживай, — Юнги поставил ель на место прежней и повертел её в разные стороны. — Мне кажется, отлично смотрится. Как тебе? — Замечательно, — Чимин улыбнулся. Вроде бы, незначительный жест, но очень приятный. Юнги ему ничем не обязан, он и не участвовал в том хаосе, что творился часом ранее, но решил его поддержать. Даже настроение немного поднялось. — Отлично, — Юнги довольно потёр ладоши. — И обиды у тебя не глупые, а вполне себе справедливые. Конечно, парни повели себя, как дети. Но они очень сильно раскаиваются и просят у тебя прощения. Чимин хмыкнул и покачал головой. — Это они тебя подослали? — Вот ещё. Просто они узнали, что я хочу отнести тебе ель, и попросили передать. Чимин смотрел, как Юнги включает гирлянду в розетку, и обдумывал его слова. Ёлка засветилась разноцветными огоньками, и на душе стало так спокойно и уютно. — Думаю, вот это чучело надо выбросить. Причём, вместе с игрушками, — Юнги подхватил то, что осталось от предыдущей ёлки. — Оставь, хён, я сам выброшу потом. Ничего страшного, если она постоит одну ночь в уголке, — Чимин вытянул из рук Юнги изуродованную ель и отнёс в дальний угол комнаты. — Спасибо тебе. Правда. Я думал, что это Рождество уже ничто не спасёт. Но тут приходишь ты, будто реальный Санта, и настроение становится более праздничным. — Я рад, что смог хоть чем-то скрасить этот вечер, — Юнги улыбнулся и подошёл ближе. — Не злись на парней. Ну, переборщили немного. С кем не бывает? — Да я уже и не злюсь, — Чимин рассмеялся. Он и правда уже не обижался. После прихода Юнги стало в несколько раз спокойнее и уютнее, поэтому обида быстро отпустила, сменяясь на позитивный настрой. — Придурки они, конечно, конкретные, но обижаться на них долго не получается. Позади, со стороны двери раздался шорох. — Блять, Чонгук, ты мне ногу отдавил, — раздался из коридора шёпот Тэхёна. — Кто виноват, что у тебя не ноги, а лыжи? — Я тебе сейчас этой лыжей промеж ног заряжу и будет фейерверк из... — Так, заткнулись быстро, а то не слышно ничего, — перекрыл препирательства голос Намджуна. Чимин вопросительно посмотрел Юнги. Тот в ответ пожал плечами. — Я их не звал, они сами пришли. — Так и думал, — Чимин закатил глаза. — Эй, что там стоите? — обратился он к коридору, в котором тут же стало тихо. — Идёмте уже сюда! Через пять минут наступит Рождество! Вся компания с гвалтом вывалилась из коридора и навалилась на Чимина в объятии. За количеством рук, ног и голов он сначала не мог понять, кто же сейчас его обнимает, но потом разобрал и Чонгука, и Тэхёна, и Намджуна, и Хосока, и ещё какого-то парня, которого потом идентифицировал как Сокджина — их бывшего Санту, только уже без костюма. — Прости нас, Чимин-и, — твердил Тэхён, прижимая его к себе со всей силы. — Мы больше так не будем, — вторил ему Чонгук, обнимая уже их двоих. — Мы тоже будем вести себя прилично, — высказался Намджун, видимо, за них с Сокджином, потому что тот согласно закивал на его слова. — Это всё, конечно, мило, но через пару минут Рождество, — послышался голос Юнги, а затем раздался хлопок вылетевшей из горлышка бутылки пробки. — Мы будем встречать? — Да! — Закричали все и отлипли от Чимина, за что он был очень им благодарен. Юнги быстро разлил шампанское по бокалам — когда он успел их принести из кухни — и выдал каждому по одному в руки. Чимин встал рядом с ним, а потом шепнул: — Спасибо тебе, хён.

***

— Ты совсем не умеешь пить, Чонгук, — бормотал Чимин, умывая парня холодной водой. До сих пор оставалось загадкой, как ему удалось дотащить такого кабанчика до ванной, потому что Чонгук был выше и шире в плечах, но уже за этот подвиг можно было бы себя похвалить. А ещё Чимин надеялся, что донсэн дойдёт в обратном направлении уже самостоятельно. — Зачем начал пить с Тэхёном на скорость? — Я хотел выиграть у него! Хотя бы в этом, — Чонгук надулся. — А то Санта был у вас, ёлку тоже он успел быстрее меня купить. — Тогда ты выиграл. Тэхён уже спит на полу, как раз там, где вы пили, а ты, вон, ещё держишься. Чонгук просиял. — Когда он проснётся, я ему расскажу, что победил! — Обязательно. А теперь иди, — Чимин подтолкнул парня к выходу. — И только попробуй ёлку снести! Мне её ещё Юнги возвращать. — Зачем возвращать? — Чонгук нахмурился, борясь с ручкой двери, которая не хотела поддаваться. — Он же её для тебя купил. — Как? Он же сказал, что мне отдал свою, — Чимин помог открыть дверь и вывел Чонгука в коридор. — Хён не ставит ёлку уже лет пять, — донсэн врезался плечом в стену. — Ай, больно! — Да ладно, прям умер от боли. Меньше пить надо, — Чимин взял Чонгука за руку и потянул к гостиной. — Так, продолжай. Откуда тогда ёлка и игрушки? — Ну, когда ты тут распсиховался и выгнал нас всех, мы пошли к Юнги. Сидели, думали, что делать. Потом он оделся и ушёл куда-то, а вернулся с ёлкой и игрушками. Мы не поняли ничего сначала, только смотрели, как он на неё лампочки вешает и наряжает, а потом он сказал, что хочет тебе эту ель подарить. Потому что мы придурки и испортили тебе Рождество, — Чонгук уже спал на ходу, поэтому говорил всё тише и медленнее, и Чимину приходилось прислушиваться. — Ложись спать, маленькая пьянь, — Чимин уложил несопротивляющегося Чонгука прямо на пол гостиной рядом с Тэхёном и накрыл их обоих пледом. В принципе, всё случилось так, как он и предполагал — эти двое заснули вместе под ёлкой. Как в романтической дораме. Чимин тяжело вздохнул. Рождество получилось нервным, но, в конце концов, всё закончилось хорошо. Он огляделся по сторонам. Хосок заснул в кресле, а Сокджин ушёл ночевать к Намджуну ещё полчаса назад. Радовало то, что бывшие Санты уже не выясняли отношения, а даже смогли найти общий язык. Взгляд упал на Юнги, который полулежал на диване, прикрыв глаза. Без него это Рождество закончилось бы большой ссорой с друзьями, обидами и недомолвками, из которых потом было бы очень сложно выбраться. Чимин знал себя — он мог обижаться долго, а потом выедать всем мозги чайной ложечкой, доказывая, в чём каждый был не прав. Он ненавидел эту свою натуру, но ничего не мог с собой поделать. Но благодаря Юнги Рождество удалось спасти. Хотя он был совсем не обязан что-то делать. Он мог спокойно удалиться в свою квартиру и встретить Рождество там. Какое ему дело до соседа и его настроения? Они и не знакомы были толком. Чимин, чуть помедлив, пробрался на диван и сел рядом с Юнги. — Хён, ты спишь? — Ммм? — Юнги открыл глаза. — Дремлю. Что, уже пора домой? — Нет-нет, — поспешно проговорил Чимин, — тем более, Чонгука ты точно не утащишь. А он уже третий сон под ёлкой видит. Юнги скосил глаза на двух спящих парней на полу и рассмеялся. — Как ты и говорил: заснули под ёлкой и вдвоём. Может, это перерастёт во что-то большее. Мне кажется, они подходят друг другу. — Вполне. Долбанутые оба, только каждый по-свему. Будут отлично друг друга дополнять, — Чимин чуть помедлил. — Хён, я ещё раз хотел сказать тебе спасибо. Если бы не ты, то моё Рождество вышло бы паршивым. — Ерунда, Чимин-и. И не надо благодарить меня в сотый раз. — Нет, я буду. Тем более, это даже не твоя ёлка! Ты её купил для меня специально. — Кто проболтался? — Юнги сел и потёр глаза. — Чонгук? Чимин промолчал, рассматривая хёна и понимая, что ему очень приятна забота, которую он имел возможность получить от него сегодня. — Спасибо, — Чимин, поддавшись порыву, подался вперёд и обнял Юнги, припечатывая его своим телом к спинке дивана. — Этот год был не самым удачным для меня, поэтому я и хотел отпраздновать Рождество спокойно, чтобы, понимаешь, потом, как с чистого листа. Но когда началась вся эта вакханалия, у меня даже руки опустились. Будто всё не по плану пошло. А потом ты с сюрпризом в виде ёлки, и меня отпустило. Хотя я думал, что уже не видать мне счастливого Рождества. — Что ж, значит, всё точно было не зря. Чимин почувствовал тёплые ладони Юнги на своей спине и спрятал улыбку в его плече. Хорошее Рождество, приятное, спокойное. Да, со своими трудностями, но вот в таких объятиях очень хотелось его закончить. На хорошей ноте. — Если у тебя будут какие-то сложности, то ты можешь прийти ко мне и поделиться ими, — Юнги осторожно поглаживал Чимина спине. От его ладоней тепло расходилось кругами, приятно грея. — Откуда ты такой идеальный взялся? — Простонал Чимин, утыкаясь носом в свитер на плече Юнги и слушая его хриплый смех. — Санта Клаус сделал тебе подарок на Рождество. Только под ёлку я не полезу. Даже не уговаривай! — А там и места нет. Чонгук с Тэхёном вряд ли подвинутся, — Чимин отодвинулся и заглянул Юнги в глаза, ища подвох или насмешку, но, как ни странно, ни того, ни другого не увидел. Только спокойствие. — Хён, ты напрашиваешься. Я ведь действительно буду приходить к тебе и, вообще, могу тебя задолбать своим присутствием! — Ок, я же сам предложил, — Юнги рассмеялся. — Знаешь, мне кажется, что всё будет хорошо. Следующий год точно будет лучше. Не сомневайся. Чимин кивнул. — Я тоже на это очень рассчитываю.

***

Год спустя Чимин стоял на кухне и готовил глинтвейн. За прошедший год он стал специалистом по приготовлению этого напитка, поэтому ему уже не требовалась помощь. Хотя от присутствия одного человека рядом с собой он бы не отказался. Но его-то как раз ждать и не пришлось. — Мне кажется, что праздновать Рождество через одно место — это уже не только ваша с Тэхёном традиция, но и наша общая тоже, — проворчал Юнги, сгружая пакеты с покупками на стул. — Что опять случилось? — Чимин на секунду отвлёкся от помешивания глинтвейна. — Чонгук с Тэхёном никак не могут решить, кто будет Сантой. Думаю, к концу разборок от костюма и бороды не останется живого места. Короче говоря, будем мы без Санты в этом году, — и, как подтверждение словам Юнги, из гостиной раздались крики. — Им бы давно уже пора выяснить отношения, а то ходят целый год вокруг да около, — Чимин отложил половник и принялся укладывать выгружаемые старшим покупки в холодильник. — Это точно, — Юнги хохотнул. — Чонгук на Тэ слюни пускает, а если они пересекаются, то ведут себя как кошка с собакой. Чимин кивнул, сосредоточенно расставляя бутылки с соджу на нижней полке холодильника. — Тебе не кажется, что многовато? — Чимин оглядел весь алкоголь, который они закупили. — У меня цель — напоить Чонгука и, наконец-то, свести его с Тэхёном, — Юнги ухмыльнулся и, притянув Чимина к себе, крепко обнял. — На трезвую он сопротивляется и делает вид, будто Тэ ему не нравится, но нужно быть слепым чтобы не замечать, как он на него смотрит. — Да и Тэхён тоже хорош, — пробормотал Чимин, расслабляясь в руках старшего. — Строит из себя невинность, будто ничего не понимает. Им надо было брать пример с нас. Нравится человек — скажи ему об этом, хватай в охапку и тащи в уголок, пока кто-то другой не позарился. — Да уж, — Юнги рассмеялся, присаживаясь на стул и устраивая младшего у себя на коленях. — Я до сих пор поражаюсь твоей смелости. — Сам от себя в шоке, — Чимин уткнулся носом в шею хёна. — Зато безотказный приём. И нервы сберечь можно. — Согласен. Кстати, тебе не кажется, что стало слишком тихо? Чимин поднял голову с плеча старшего и прислушался. Если раньше их диалог вёлся под аккомпанемент криков Чонгука и Тэхёна из гостиной, то теперь их голосов не было слышно. Только тихо бормотал телевизор. Юнги аккуратно спустил Чимина на пол и, ухватив его за руку, направился в сторону гостиной. — Я же говорил, хён, что ты купил много соджу! — Прошептал Чимин, наблюдая через щёлочку в двери, как Чонгук и Тэхён целуются, сидя под ёлкой. — Но я же не знал, что так всё обернётся, — шёпотом оправдался Юнги, беря своего парня за руку и утаскивая в сторону кухни. — Но я горжусь Чонгуком. Добился своего. Чимин закивал, но решил не говорить любимому о том, что Тэхён уже заранее всё распланировал на это Рождество, потому что тоже устал ждать шагов со стороны Чонгука. Даже ссора за костюм Санты не была случайной. Но знать об этом Юнги совсем не обязательно.