Последние листья этой осени

Антон впервые в жизни видел, как мама кричала и плакала одновременно, стоя на коленях перед ним и поглаживая его ноги. Это было.. довольно странно. Казалось, ничего не произошло, всего-то разбитый нос, но женщина то шептала о том, что волнуется, то срывалась на почти истерический крик в перемешку с рыданиями. Тяночкин почти не понимал, что с ней, поэтому просто гладил женщину по голове и монотонно повторял, что всё хорошо, это всего лишь разбитый нос. Конечно, "всего лишь разбитый нос" оказался сотрясением мозга довольно высокой степени, по словам врачей, поэтому мама так и разволновались, но Антон считал это всего лишь пустяком. Казалось, на душе было намного больнее. Фраза "кошки скребут" уже не подходила, там, видимо, сидела стая голодных тигров и разрывала его сердце на куски. Алина зашла в его комнату, стоило зарёванной женщине выйти. Она провела её сочувственным взглядом и повернулась к Антону, слегка склоняя голову. В руках девушки был пакет с фруктами, что показалось парню довольно банальным. Он будто оказался в глупом фанфике про любовь, написанном какой-то маленькой девочкой. В его голове так и пронеслись корявые строчки с кучей ошибок, где глубоко влюблённая девушка обхаживает больного (на голову) парня, они смущаются, целуются и любят друг друга до конца жизни. Этот абсурд вызвал лёгкий смешок, что знатно порадовало Алину: - Вижу, тебе уже немного лучше, - она ставит пакет на стол и достаёт оттуда яблоко, кидая его Антону. - Есть такое. Хотя с другой стороны и не особо, - он вздыхает и откусывает фрукт под громкий звук хруста, - Мне было бы заебись, если бы сюда зашёл Саша. Дверь в комнату тихо открывается и взгляд парня упивается голодно в неё. Вдруг Бог услышал его мольбы и сейчас правда войдёт Саша. Но мечты разбиваются, когда внутрь зашёл Рома, а за ним влетела Ульяна: - Антооошаааа, мы так волновались! - девушка моментально утащила парня в крепкие объятия, прижимая к своей груди и поглаживая того по голове, из-за чего Антон уронил своё яблоко на пол, грустно провожая его взглядом - Правда же волновались, Ром, правда? - Ага, - безэмоционально пробормотал парень, разглядывая комнату, но не особо обращая внимание на всех остальных. Кажется, его сюда притащили насильно, бедный парень. - Очень мило, Уль, - пробормотал Антон и девушка отстранилась, широко улыбаясь. Хотя парень и не солгал, ему очень понравилось то, что за него переживали. Ульяна подняла яблоко с пола и неловко вытерла его, подавая Антону, на что тот кивнул, в знак благодарности. Единственное, за что он был благодарен Саше, это то, что у него появилось чуть больше друзей. Конечно, они не заменят его, но хотя бы тот ощущает себя не так одиноко. В компании людей, что постепенно стают ему всё ближе и ближе, он ощущал себя более полноценным. Теперь он знал, что, что бы ни случилось, у него есть друзья. - Роня и Артём передавали привет. Они тоже очень переживали, когда услышали, что ты получил травму, - Ульяна села рядом с Тяночкиным, который слегка улыбнулся, вспоминая тех обезбашенных ребят. Он даже на секунду задумался, что их тут не хватает, иначе было бы веселее, но откинул эту мысль. Всё же, голова итак сильно болела, от шума лучше бы навряд ли стало. - Будь тише, пожалуйста, Тоша только недавно очнулся, ему нельзя напрягаться, - слегка наклонив голову, проговорила Алина, на что Ульяна лишь активно закивала и показала знак молчания пальцем. Антон ощутил непередаваемый словами комфорт. В компании друзей он наконец-то был не одинок. Он знал, что его поддерживают, за него волнуются... На губах расцвела улыбка и он сам крепко обнял слегка удивлённую таким порывом Сатыбалдиеву: - Спасибо вам большое. Ульяна что-то пискнула, обнимая парня в ответ с широкой улыбкой, будто она выиграла миллион, а не просто обняла друга. Но, зная девушку, для неё каждое действие было наполнено какой-то радостью, даже такая мелочь. К сожалению Тяночкина, просидели они недолго: Алине надо было идти домой, ведь ещё Максима кормить, а у Ули и Ромы была репетиция. Поэтому потихоньку все начали расходиться, оставляя парня в немом одиночестве. Тот даже ощутил какую-то тоску, оставаться одному не хотелось. Рома выходил последним, но резко замер, закусывая губу и поворачиваясь к Антону: - Твой друг.. - он вдруг стал выглядеть максимально виноватым, будто бы убил кого-то и сейчас пытался признаться, - Твой друг жил у меня день. Я его нашёл еле живым. Вчера он сбежал, перед этим сказав, что ему надо уехать. Если хочешь его найти, то тебе стоит идти на вокзал. Антон сидел, в шоке смотря на то, как дверь закрылась за Ромой, оставляя того одного. Вокзал. Его дыхание спёрло, заставляя замереть на месте, а пальцы крепко сжали простыню. Он не мог пошевелиться, ему стало вдруг так плохо. Саша жив и, возможно, ещё рядом. Антон ещё может успеть. Может.. может..? может. Может. Он подорвался с кровати и быстро принялся переодеваться. Он даже не смотрел на то, что носки были разными, а футболка была невывернута. Ему было так плевать, до смешного плевать, особенно на чужое мнение. Сейчас его волновал только Саша и больше никто. Он вылетел с дома, как пуля, сбив на пути какую-то старушку с кричащим на неё отпрыском-внуком. Кажется, мама вслед ему что-то кричала, но он не слышал. Как и не слышал озлобленный восклик бабули. Господи, он был настолько окрылён словами Ромы, что забыл о том, что на его голове бинты, у него все ещё сломан нос и ему вовсе запрещено бегать. Плевать, так плевать. На всех, на вся, на всё, кроме Саши. Его чуть не сбила машина, несколько раз он чуть не налетел на людей, чуть не врезался в стену, дышать было нечем, перед глазами уже была пелена слёз из-за ветра. Но он буквально подпитывался надеждой на то, что увидит Сашу. Саша... Сашенька, прошу, скажи, что ты ещё не уехал. Он влетел в здание вокзала, осматриваясь по сторонам. Людей было не особо много, где-то кричал маленький ребёнок, мимо него прошла пожилая пара, обсуждая политику и то, что в СССР было лучше. Ну и бред. Он принялся быстро оглядывать всё здание, пытаясь найти знакомую белоснежную макушку. Она должна выделяться среди других, просто обязана. И вдруг сердце сделало кульбит и замерло. Возле противоположной стены стоял он. Упираясь в неё спиной, руки спрятав в карман, а глаза закрыв, кажется, он ждал свой поезд. Он.. он, это Саша, это он! Антон не верил своим глазам, забыв, как дышать, он просто тупо пялил на него. Прекрасен. Донельзя красив. Такой родной, а главное, живой.. С транса его вывел механический женский голос, что оповещал о посадке на поезд. В этот же момент Саша открыл глаза и направился на перон, к поезду. Нет.. нет, нет, нет! Антон не может его упустить. - Саша! - он буквально сорвался с места, стараясь не врезаться в людей. Собакин замер, а его глаза широко раскрылись. Нет, он не мог спутать этот голос ни с чьим другим, но почему он слышит его здесь, на вокзале. Он слегка поворачивается и правда видит его. Он стоит в паре шагов от него, красный, запыханный, с покрасневшими от слёз, что медленно скатываются по его щекам, глазами. На его голове повязка, а нос особо красный, из-за чего Саша невольно вспоминает свой сон. - Антоша.. - хрипло шепчет он, будто всё ещё не верит своим глазам. Он не верит. Он не хотел, чтобы Антон видел его таким.. таким жалким, отвратительным. Он не хотел ему мешать, не хотел быть обузой, он не хотел быть.. лишним. Он резко осекается, когда видит, что Тяночкин кулаками пытается вытереть слёзы, что обильно льются с его глаз. Почему он плачет. Антон, почему ты плачешь..!? Саша замирает, когда младший убирает руки от лица и делает шаг вперёд. Удар. Саша отшатывается назад, кладя руку на щеку. Что ж, кулак у его друга всегда был тяжёлым, но он понимает, что заслужил. Он не успевает опомниться от удара, как его резко притягивают и крепко обнимают. Крепко, настолько крепко, что он на секунду перестаёт дышать. Поезд, которым Саша должен был уехать, издаёт последний гудок, и трогается с места, но тот почему-то не ощущает сожаления, пока чужие руки обхватывают его. Он неуверенно, совсем напуганно, кладёт свои руки на чужую спину, ощущая, как мокнет футболка, в которую утыкается Антон. Они молчат, не замечая больше никого вокруг. Тяночкин не верит в то, что он правда обнимает Сашу. Нашёл, правда нашёл. Его руки дрожат до невозможности сильно, как и всё тело. Он не особо контролировал себя, когда ударил друга, но сейчас, обнимая его, понимал, что это была вполне нормальная месть за то, что он пережил. Хочется что-то сказать, но слова застряли в горле, а в голове было на столько пусто, что аж грешно. Он просто хотел его обнимать и дальше, надеясь, что объятия покажут все чувства намного лучше слов. - Тош.. - Собакин нарушает тишину. Его голос хриплый, будто он курильщик со стажем. Хотя, зная о его наклонностях, отрицать это будет глупо, вполне вероятно, что так и есть. Антон отстраняется, собирая всю волю в кулак, его глаза наконец-то немного высохли, позволяя смотреть немного яснее. В голове проносится несколько вариаций того, что он может и должен сказать сейчас, но ни одна не связывается в адекватную мысль, просто снуя с одной точки мозга в другую. Он ощущает в своих волосах чужую руку, что оглаживает бинт, с немым вопросом "что это?", на что Тяночкин лишь качает головой, сбрасывая руку, и делает глубокий вдох. - Я люблю тебя, - резко выдаёт Антон, сжимая в руках чужие плечи, которые он так и не отпустил, и добавляет тише, больше для себя, что бы себе подтвердить то, что он только что сказал, - Люблю.. Саша замирает в шоке, словно безвольная кукла в чужих руках. Почему-то это ощущается, как какая-то злая шутка судьбы. Может это сон? Не может быть, так не бывает. Не бывает. Разве он заслужил право на то, чтобы его любили? Тем более кто-то такой, как Антон. Но видение не пропадает, а последний все ещё стоит перед ним и смотрит в его глаза, поджимая губы. Антон не жалеет о своих словах, он жалеет лишь о том, что так поздно понял об этом. Если бы он осознал свои чувства немного раньше, этого бы попросту не было, но судить себя уже поздно, что сделано, то сделано. Главное, что закончилось все пометкой "Happy End" после фильма. - Я люблю тебя, - ещё раз повторяет Тяночкин и убирает свои руки, - Люблю и не хочу, что бы ты уезжал. Я ужасный друг, что никогда не интересовался тобой, не пытался быть ближе, думая, что ты.. такой, каким себя показывал. В горле у Саши пересохло, он, казалось, был на грани обморока, пока сердце в груди норовило улететь на Мальдивы, пробив к чертям грудную клетку. Нет, это не сон, ему правда признались в любви. Тот, от которого он этого не ожидал ровно настолько, насколько и ждал. - Я ужасный друг, Саш, - почти шёпотом говорит младший, на что Собакин хочет возразить, но не может произнести и слова, - но, прошу.. позволь стать хорошим.. - Антон на секунду замирает, будто примеряя в голове нужные слова, - партнёром. У Саши перед глазами плывет, он не верит, пытаясь всматриваться в размытую фигуру "друга" перед глазами. Но это правда реальность и Антон правда реален, в этом Собакин убеждается, когда кладёт свою дрожащую руку на чужую щеку. Они оба молчат, Антон в ожидании, Саша в шоке. Он гладит щеку большим пальцем и слегка ломано улыбается. - Я ведь обещал, что найду тебя, Саш.. - бормочет Тяночкин и прижимается к чужой руке головой, закрывая . - Я обещал, что дождусь.. - хрипло проговаривает Саша и по его щекам стекают тонкие дорожки слёз.

***

Саша ощущает себя побитой собакой, когда Антон ведёт его за руку в направлении своего дома, полностью оправдывая свою фамилию. Он ещё мог уехать, мог сбежать, но сейчас, когда чужая, но такая родная рука сжимает его, ему не страшно ничего. Ни полиция, ни школа, ни Милена. К черту, он что-то придумает. Устроится на работу, отдаст долги, сделает всё, что прикажут, лишь бы рядом с ним был его любимый Антоша. Антоша, в чьих глазах не было ни капли осуждения или злости, лишь безграничная грусть и тоска. Он лишь не хочет обратно домой, видеть лицо бухой тёти, снова и снова просыпаясь в грязной комнате, где убирать просто нет смысла, но и тут он тоже что-то придумает. Ради Антоши. Хватит убегать от проблем, думая, что так можно что-то изменить. Пора браться за дело. - Антон! - к ним бежит Алина, выглядя довольно взволнованной. Она упёрлась руками в колени, пытаясь отдышаться после продолжительного бега. Кажется, ей уже поведали о том, что Тоша с больной головой резко сбежал с дома, оставляя всю семью в недоумении. Девушка резко останавливается, смотря на то, чего увидеть не готова была. - Саша.. Боже, Саша! - впервые оба парня видят на лице девушки столько эмоций, когда она подбегает и крепко обнимает друга. Собакин тихо посмеивается, приобнимая её в ответ. Вау, он правда не ожидал, что его настолько сильно будут рады видеть. Она отстраняется и осматривает его с ног до головы. - Где.. где ты его нашёл? - она поворачивает голову к Антону, прижимая одну руку к груди. - На вокзале. Мне Рома сказал, - слегка вздохнул Антон, всё ещё сжимая чужую руку в своей. - Вы знаете Рому? - в лёгком недоумении спросил Собакин, оглядывая друзей. Если они его знают, то он обязан будет сказать ему спасибо за то, что тот ему помог тогда. - Да, это брат Ульяны. Он нам помог взломать твой телефон, - кивнула Алина. - И не стыдно? - без капли злобы посмеялся Саша, слегка покачав головой. - Нам же надо было тебя как-то найти, - буркнул Антон, ощущая лёгкую вину. Да, всё же, поступили они так себе, но оправдание "ради его поиска" было достаточно весомым прикрытием. - Я вовсе удивлен, что вы меня искали. Я думал, без меня будет намного лучше, - промолвил Саша и ойкнул от резкого, но несильного удара по голове. - Тебе запрещено думать, идиот, - Тяночкин смотрел слегка злобно, но при этом всё ещё счастливо, всё ещё принимая тот факт, что Саша всё же нашёлся. Алина лишь широко улыбнулась и опустила взгляд на чужие переплетённые пальцы: - Ну что, голубки, пойдёмте. Антону ещё пиздюлей от мамы получать. - Да блин.. - парень поджал губы, закатывая глаза, - Это ведь для благого дела! - Я тебя защищу, обещаю, - улыбнулся Саша и протянул одну руку к повязке, - Так... Откуда она? - Да там.. упал, разбил нос и получил сотрясение. Для чего повязка - не ясно, но перечить маме.. сам знаешь. Саша удивлённо выдохнул, убирая руку и они вместе направились к дому Антона. Удивительно получается, тот сон не был просто сном.. и видели они его, судя по всему, вместе. Будто в слезливых тик ток сериалах про соулмейтов, абсурдно, но мило. В доме Антона было как всегда тепло и уютно, а с кухни доносился запах чего-то вкусного, от чего в животе невольно заурчало. Послышалось копошение и грозный голос: - Антон, твою ж налево, ты.. - женщина так и замерла на пороге кухни и коридора, когда увидела знакомое лицо, - Саша.. - Я себя ощущаю той самой комиссией в школе, которой всех пугают, но никто её никогда не видел - все мне так удивляются, - хохотнул Собакин. - Боже, ты.. - Тяночкина прикрыла рот рукой, пока на глаза навернулись капельки слёз, - Нашёлся.. Господи, что ж я..! Заходите, кормить буду. Она моментально стушевалась и ушла на кухню, а Саша посмотрел на Антона победно: - Говорил же, спасу тебя, - Алина лишь фыркнула на это, а Антон вздохнул, покачивая головой. Наконец-то, всё вернулось на круги своя, даже лучше. Теперь у него много новых друзей и любимый парень, которого конкретно пришлось поискать.