Полцарства и мигрень

Первая капель случилась не скоро. Все слуги успели пересудачить каждодневные походы главного сторожа в покои принцессы. Сотни не подтверждённых догадок будоражили и служанку и счетовода. - Это совершенно, не наше дело. Личная служанка была непреклонна и не обсуждала это ни с кем. Недовольна, да. Раздражённая от всех этих заискиваний и испытующих взглядов. Но то делать минувших дней. - Зачем? Аллен быстро поднимается, растерянная, она не ожидала, что её так быстро найдут. Только-только должны были спохватится. - Ты так и будешь следовать за мной по пятам. Я уже не маленькая девочка. - А в жгучую крапиву, под своими яблонями лезешь просто потому что? Руки у Аллен не нежные, тонкие и холодные. Перчатки она не носит, после десятой испорченной пары в чернилах. Тонкие нити шрамов, постоянная работа пером, бумагой и книгами. Будь у неё гувернантка, она бы уже слегла от одного вида на королевские ручки. Но у неё только всевидящий и вселезущий дракон. Тики берёт ладошки, что только что играли с жгучим листьями. Целует проступающие покраснения, как положено при встрече с леди и искрит задорным взглядом. Аллен хмурится, жжение медленно уходит, но возмущение кипить внутри неё. - Будь мы ближе, я бы помог ещё лучше, Ваше Яблочничесиво. Аллен успевает поймать скользнувший вдоль губ кончик языка. Дракон наслаждаться ситуацией и не преминул подразниться. - Благодарю вас, вы были очень добры. Она демонстративно неспешна, невозмутима. Хотя знает, лицо красное, будто крапива коснулась и его. Предательство самой себя, подумала бы Аллен, расти она в обществе леди. Но она только поправляет светлый бант платья, принимает мягкий палантин на плечи, подхватывает корзину с крапивой и уходит по протоптанной тропке из пробуждающегося сада. «Если бы он увидел и будь мы ближе...», думать дальше было сродни пошлости. Ветер дунул в лицо, остужая щеки и мысли. Где-то далеко разозлилась гроза и призывно зароптал гром. Нужно срочно вернуться к делам. Озаботиться новой партией яблок и пополнить запасы еды. Гора золотых монет бросилась прямо в глаза, что насмешка. Игнорировать её — дело привычки. Какой великий соблазн, иронично думает принцесса. Перестал он действовать после первых вздёрнутых слуг и порванных в клочья рыцарей. К слову, откуда такая тишина? - Прекрасная Леди! Рыцарь в серебристом доспехе вскидывает меч, она чувствует его предвкушение и жадность. - Позвольте мне вас спасти! Она молчит, смотрит на неизвестного сверху вниз. Разворачивается и уходит. Сметы, её ждут сметы, учёт и списки. Громыхание разносится эхом, по коридору. Мягкая ткань из струящегося серебра норовит сползти с плеч, но холодные пальцы поспешно цепляются за неё. В кабинете уже горит камин, лежат сверки и сияют новые весы. - Знаешь, девочка. Когда-то давно у меня была подруга. Пламенная, как медь. У Аллен жёсткий взгляд и Тики понимающе кивает, сворачивает это, ещё не начавший разговор. Хмыкает, закрывает окно, под грозовые искры, верещащие и мерцающие в серебре глаз Аллен. Принцесса поднимается, быстро разворачивается и стук её каблуков, подобен раскаткатам грома в далека. Он уже залез в переписку между правящей четой, узнал всё, что его интересовало и просто ждал. Это он умеет. Смех непогоды за предами башни, похож на звонкое прошлое, где ему прорицала старая подруга. С такими же мерцающими глазами, как у юной леди. Конный экипаж подъезжает и он ловкой рыбкой превращается в огромного огнедышащего ящера, сжигая и сжирая непрошеных гостей, хрустя костями живых. Ещё рано. Или уже слишком поздно, он не знает. Прошло слишком много времени, кажется, уже сменился не один круг слуг. Страна. На горизонте остыла от нового пожара, самого короткого, для неё. Восстания для неё обычное дело. - Говорят в огромном замке, живёт дева, поцелованная самой Луной. Сторожит её злобный свирепый дракон, что проклял страну этой девы, не желая отпускать её куда либо. Он заставил растить принцессу отравленные яблоки и отправлял их от её имени, губя государство и его жителей. - Какая прелесть. Все мои заслуги тебе достались. Они сидели вдвоём у камина, за окно бушевала самая настоящая буря. Она гнула деревья к земле, сметала хлипкие постройки. Аллен натягивает шаль выше и хмуриться. Муркашки бегут по спине, а из рта вырывается холодный пар. - Так ты и правда унаследовала от своей матери эту огромную силу? - Ага. А от отца не менее огромное упорство. Но стоило оно мне дороговато. - Мы о каком отце говорим? Когда до неё дошёл слух, что через несколько лет все во дворе погибли и на трон всходит новый король, Аллен, как самая настоящая дочь ведьмы, что прокляла этот народ и красиво ушла, сняла первый плод с ядовитых яблонь и протянула новому королю. Тот принял его, зачарованный лунным взглядом и нежной улыбкой. Он жадно жаждал наследия предыдущего правителя, отправляя подарки каждый сезон. Коли народ не хочет жить мирно, не стоит отравлять великие земли их гнусом и мерзостью. - Итак, скоро контракт закончится и что ты будешь делать? Аллен смотрится с неким превосходством на дракона и тот не уступает ей в самодовольном выражение лица. - Сударь, вы со мной ложе делите? Лицо дрогает, а Тики изумлено выгибает бровь. - Уже этого должно быть вполне достать, но вы же ещё и секреты со мной делите, так что, не уйти нам друг от друга. Не уйти, даже если очень захотим. Микк довольно фыркает и откидывается на спинку кресла. - Как скажите, ваше Яблочнивсво. Только вы потом не пеняйте на себя. - Ну пойдёт род царский с колдовской и драконьей кровью, так меньше проблем с наследованием будет. Громкий хохот разгулялся по башне, в которую уже мчался храбрый воин, чтобы спасти прекрасную принцессу, не зная, что его правитель отдал последний вздох. - И ничего не скажет? - Всегда знала, что драконы лучше рыцарей. Фыркнув, Тики поднялся и вышел. Ну что за девица? Ах да. Кажется, теперь его супруга. Он не против скрасить с ней ближайшую вечность. Но им надо будет теперь поработать над антуражем замка и пустить новые слухи. Сколько хлопот. За век бы управиться. Думается ему, что батенька и дядя этой «лунной девы», помогут ему. Зря он что ли, помогал их вытаскивать?