Дополнение
19 декабря 2023 г., 09:00
Дополнение
Ротти
Мы вчетвером лежали на траве в поле. Терри сбежала ради нас, чтобы не идти с Рулом, и теперь лежала у меня на груди, смеясь с моих шуток. Мне было смешно с того, что я лежал с «запрещённой», в которую влюбился с первого взгляда, а, когда познакомился с ней получше, понял, что она слишком прекрасна для такого жестокого мира. А рядом с нами лежал ещё один парень-канис, Кион, который был старше меня на два года, но так же обнимал «запрещённую», Онки, которая была голубоглазой и темноволосой. Нам было хорошо вчетвером, но мы с Кионом понимали, что от нас зависят судьбы наших будущих девушек. Мы редко собирались вместе и часто девушки общались между собой, но мы их не винили. Они были «запрещёнными», и они должны были держаться вместе. В такие редкие моменты, когда нам удавалось собираться вместе, мы с Кионом старались обнимать наших подруг, чтобы показать своё не безразличие. И в отличие от меня с Терри у Киона и Онки, вроде, что-то получилось, хоть и ненадолго. Когда мы узнали, что Терри уехала обратно в Корвусию, я стал третьим лишним, а после Кион с Онки уехали в Лукан, после чего я остался совсем один. Без любви, без друзей, которые меня понимали. Я хотел уехать за Терри в Корвусию, но я боялся за маму, которая не хотела никуда выезжать, а оставлять её с отчимом я не решался. И за это поплатился. Мне пришлось работать на чёртовый MLM с отчимом. И знаете что? Ему сообщала информацию Онки. Когда года через два я пересёкся с Кионом, тот мне сказал, что через год после отъезда Терри, Онки убили. И что меня поразило так это то, что убила Терри. Моя любимая Терри убила свою же подругу за то, что та сдавала других «запрещённых». Но что самое интересное так это то, что Кион не обвиняет Терри. Он сам знал, что его девушка сдаёт своих же, но он боялся пойти против неё, так как сам являлся «запрещённым» раз встречался с Онки. Вообще меня тоже можно считать «запрещённым», но, учитывая, что у меня ничего не получилось... Я, кстати, видел Киона на похоронах Терри, но тот даже не поздоровался со мной.***
Она сидела за столом на красивом резном стуле. Услышав шевеления на полу, она посмотрела на меня. Я попытался встать, но на половине действия перед глазами всё начало плыть, и мне пришлось опереться на ближайшую вещь для равновесия. Скорее всего, стул, на который я опёрся, принесли специально для него, так как он стоял слишком близко ко мне. Отложив бумаги и с интересом наблюдая за мной, девушка сказала: – Сядь на стул, а то упадёшь ещё. Я послушно сел на стул, не уводя от неё взгляда. Голова перестала болеть, и зрение вернулось. – Ну, привет, bête loup. - глупый волк. - Хочешь пить или есть? – сказала девушка. Она знает каниский? Что ж, может, не всё так плохо? – Ты прости за плохое гостеприимство, но здесь так принято. Как тебя зовут? – спросила девушка более мягким тоном. – Я плохо понимаю тебя, – ответил я с заиканием, надеясь, что она отстанет от меня. Я не хотел говорить что-то о себе, опасаясь, что она может помогать страже Канисии в моей поимке. – Comment est-ce que tu t'appelles? – спросила девушка на каниском. – Rotti Vaqh Vol’f - Ротти Вакх Вольф. – Пришлось ответить мне, понимая, что, если промолчу, будет хуже. – Tu veux boire ou manger, Rotti? Tu ne devrais pas avoir peur de moi, je veux juste t'aider. - Ты хочешь пить или есть, Ротти? Тебе не стоит бояться меня, я лишь хочу помочь тебе. – Je peux avoir de l'eau? - Можно мне воды? – решился я, надеясь, что она нальёт мне отраву. Может она меня отравит, и я умру от яда, а не в тюрьме. Девушка подошла к графину с водой у какой-то двери. Налив чуть больше половины стакана, она поставила графин обратно на тумбочку. Ничего больше не добавив, она дала мне стакан. Сделав щедрый глоток простой воды, я поставил стакан на стол и спросил: – Pourquoi tu veux m'aider? - Почему ты хочешь мне помочь? – Потому что я хочу, чтобы мне помог ты. – Без стеснения ответила девушка на анихоском. – Pardon. Tu as besoin de mon aide? - Извини. Тебе нужна моя помощь? – не поверил я, понимая, что такое невозможно, и выдал своё знание анихоского. – Да. – Твёрдо ответила девушка, неотрывно смотря мне в глаза, отчего я не находил себе места и бегал глазами по кабинету, ища то, чем она может меня убить. – У тебя нет выбора, gentil. Я знаю о тебе больше, чем ты можешь себе представить. Ты в чужой стране, без ничего и на моей территории. Теперь ты полностью в моей власти. – Девушка переменилась в лице и вздохнула. – Но тебе нечего боятся, все, кто здесь работает, могут поклясться тебе жизнью, что работу я даю лёгкую. Но наказание за оплошность серьёзное. Поэтому будь хорошим мальчиком, не притворяйся, что не знаешь анихоского, и слушай меня внимательно. Слышал про «Matar la mezcla»? – Это где ублюдки убивают обычных анихо только из-за того, что они содержат кровь нескольких наций или любят анихо не своей нации, или любят анихо не только противоположного пола? – признав поражение и вспоминая последние пару лет своей жизни, спросил я уже на анихоском. – А вот это мне уже нравится. Да, это так называемая игра для анихо, которые не хотят, чтобы в мире жили анихо сильнее и самоувереннее них. И я недавно получила разрешение на участие. – Я посмотрел на неё со страхом и представил, как я снова оказываюсь в компании убийц. – Не смотри на меня как на монстра. Давай лучше перейдём к сути дела. Я собираю команду из анихо всех наций на участие в этом издевательстве, но не для того чтобы убивать, а чтобы прекратить это. И показать миру, что это нормально. Нормально любить анихо не своей нации, своего пола и иметь от них детей. – И как ты собираешься это сделать? – не веря её словам, спросил я. Ну же. Скажи, что ты знакомая моего отчима и собираешься меня убить. – Подробности плана я объясню тебе и остальной команде позже. Сейчас мне нужно только твоё согласие вот в это контракте, – объяснила она и пододвинула ко мне листок и перо с чернилами. – Но я могу отказаться? – У тебя нет выбора, поэтому лучше делай, что я тебе говорю. – То есть, у меня нет выбора, но ты всё равно спрашиваешь меня, хочу ли я участвовать в этом безумии? – Это называется добровольно-принудительное согласие на изменение мира. – Почему ты хочешь это сделать? У тебя есть родственники, относящиеся к «запрещённым»? И почему ты решила взять именно меня? – Посвящу тебя в мир, в который тебя притащили в пыльном мешке. Первое правило: не задавать глупых вопросов генералу. А генерал здесь я. – Это не глупые вопросы, а логичные. – Правило второе: не спорить с генералом. – Я посмотрел на неё с умоляющим взглядом, но, не увидев ничего кроме холодных зелёных глаз, опустил взгляд на контракт, быстро пробежал по нему глазами и поставил подпись. – Tout? – недовольно спросил я с чувством отвращения. Я представлял, на что мне пришлось согласиться, но понимал, что выбора у меня не было. Вернее был, но исход других вариантов мне не очень нравился. – Да. Пойдём, я выдам тебе нормальную одежду и познакомлю с остальными.***
Она была для меня самым красивым существом в мире (что бы там не говорили о ней другие). Её приятные тёмные волосы, которые иногда были каштановыми, и за которыми она иногда прятала глаза. Многие называли её недопарнем из-за стрижки, но я считал, что это лучшая для неё причёска. Словно кто-то создал эту стрижку специально для Терри. А когда она завязывала свои отросшие волосы в хвостик, чтобы те не мешали... Это было прекрасное зрелище. С хвостиком она выглядела ещё серьёзней, и это делало её красивей. Она всегда была красивой, но, когда она злилась или была серьёзной... Мне нравилось смотреть на неё в такие моменты. А её глаза... Они были изумрудными с чёрным ободком и желтоватой серединкой. Казалось, они всегда менялись, словно она меняла глаза, когда уединялась. Они были и изумрудными, и болотными, и лесными, и цвета свежей луговой травы, и... что может иметь зелёный оттенок? Самое главное – они были... они были... самыми необычными. Когда она смотрела на меня, её зрачки немного расширялись, и я чувствовал, что она не злиться на меня, даже когда отчитывала за очередной проступок. Я видел, что для неё я был не таким, как остальные. Но эти глаза меня и пугали. Иногда казалось, что изумруды в прекрасной подложке смотрели прямо в душу. Я даже чувствовал, как кто-то лазит в моей голове. Но это была Терри. Ей я разрешал делать со мной всё, что она хотела. А она делала иногда такое одолжение мне. И это были самые лучшие моменты в моей жизни. Когда она обнимала меня, когда трепала мои волосы, когда с нежностью смотрела в мои глаза. Она любила меня и всех в пурте. Не важно – что она старалась быть строгой ко всем и показывала свою жестокость. Важно – что она любила каждого в пурте. Даже тех, кто распускал про неё слухи. Мы были для неё семьёй, а она была нашей мамой. Но называли её парнем не только из-за стрижки, но и телосложения. Она была худой, несмотря на всю нагрузку. Мне иногда хотелось плакать, когда я обнимал её. Я ни разу не видел её в общей столовой пурта. Я ни разу не видел, как она делает перерывы на еду. Мне хотелось накормить её. Укутать в плед и свою любовь и кормить её, чтобы хоть как-то поддерживать её здоровье, о котором она не заботилась. Но и не только из-за стрижки и телосложения её называли парнем. Когда мы были на шхуне и собирались в одной каюте, наши темы иногда доходили до интимности, и тогда Гаия всегда шутила про отсутствие груди у Терри. Хотя она была небольшой, но была. Я чувствовал её, когда мы спали вместе, и нашу близость разделяли только наши пижамы. Я не забуду ту ночь, когда она не оттолкнула меня и не пошла на утреннею проверку, чтобы подольше полежать в моих объятиях.***
Я сидел в своей комнате, пока Терри была занята своей работой. Она то и дело бегала по судам и министерствам. Я всё никак не мог к ней подойти, а когда подходил, она меня прогоняла. Радует, что она разрешила мне остаться в пурте, хоть я и был там посторонним, который просто снимает комнату. Но я пытался приносить пользу. Правда. Я всегда старался помочь остальным анихо пурта, мало ел и старался не мешать. Я ждал, когда она ко мне подойдёт и скажет, что с меня хватит мучений и она принимает меня на работу. Но она не подходила. А, когда к ней подходил, она меня прогоняла. И вот я лежал на кровати в своей комнате, когда ко мне постучались. Я уже обрадовался, и сердце забилось быстрее, а дышать стало сложнее, но, когда дверь открыли, вся радость пропала. На пороге стояла Астра и помахала мне рукой, заметив моё настроение. Она закрыла дверь и подошла ко мне, стараясь выглядеть как можно лучше. Я, как анихо, который пытается всем понравится, просто спросил: – Тебе нужна какая-то помощь? – Мне? – непонимающе спросила девушка и положила руку мне на бедро, садясь рядом со мной. Я так и продолжил лежать, не обращая внимания на её руку, словно для меня это было чем-то обычным. И это было ошибкой. Я должен был её оттолкнуть. – Ну раз ты пришла ко мне, значит тебе нужна моя помощь. – О... Нет, Ротти. Вообще нет. Помощь нужна не мне. – Сказала она и подняла свою руку на моём бедре повыше. И я снова не оттолкнул её. На её руке, которая находилась недалеко от моего слабого места, было то же кольцо, что и Терри, когда та поцеловала меня. Не впервые конечно. В школе мне всё-таки удалось получить такую награду, когда мы в очередной раз прятались на перемене от Рула. Но тот поцелуй, который произошёл на шхуне, я запомнил надолго. Не только потому, что мне это понравилось, но и потому, что она меня тогда чем-то уколола. Вроде тем же кольцом-когтем. Астра подняла свою руку и положила мне её на подбородок. Она начала поглаживать моё лицо, от чего мне стало неприятно. – Что ты делаешь? – спросил я её. – Если тебе не нужна моя помощь, зачем пришла? – Все канисы глупые? – по-доброму смеясь, спросила она. – Ротти... Маленький, милый Ротти. Помощь тут нужна только тебе. Я уже собирался возразить и открыл рот, как она поцеловала меня и уколола когтём. Я наконец-то собирался её оттолкнуть, но что-то помешало мне это сделать, и вышло так, что я наоборот прижал её к себе. В глаза плыло, а сознание немного помутнело. Я не помню в деталях, что произошло дальше... Помню, что кто-то снял одежду. В основном с неё, потому что на мне она была только расстёгнута. Помню какие-то ласковые слова. Помню, как кто-то гладил меня и что-то шептал. Помню вес тела на себе, когда ко мне постучались, и вошла Терри. Её взгляд – неописуемый взгляд, сочетающий в себе ненависть, печаль, ревность, тоску, жалость – заставил меня немного протрезветь, но в глазах всё равно помутнело, и проснулся я уже один. Одежда так же была расстёгнута, и я, как можно скорее, застегнул её. Я попытался вспомнить, что произошло, но всё было мутным. Всё, кроме взгляда Терри. Я вышел из своей комнаты и, постучавшись, попытался зайти в кабинет Терри, но тот был закрыт. Тогда, опустив глаза, я спустился к остальным, где увидел Астру. Что-то в моей голове заставило меня подойти к ней и лечь в её объятия. Она прижала меня к себе, как ребёнка, и гладила по голове, под непонимающие взгляды остальных. Астра сказала им что-то про «Забвение» и что пытается помочь мне, но я толком не слушал. Мне было стыдно. Мне было стыдно за то, что я не смог оказать сопротивление, за то, что Терри это увидела, и за то, что я продолжаю сидеть в объятиях девушки, которую за пару секунд успел возненавидеть всей душой. Но то, чем она меня отравила, не хотело соглашаться со мной и заставляло меня сидеть рядом с ней. Это продолжалось, пока не пришла Терри и не освободила меня на время от яда своим взглядом. Когда она попросила меня зайти к себе, я обрадовался. И чувство радости позволило мне вырваться из объятий львицы и пойти в заветный кабинет. Она спросила меня о родословной и всячески давила на меня. И я сразу понял из-за чего. Но, когда я собирался ей сказать о подлости Астры, вошёл Руф. Как итог. Я не рассказал ей об этом. Вернее рассказал, но тогда она меня не слушала.***
В дверь постучались, и я разрешил войти, пытаясь представить, кто может переступить свои принципы и начать меня хоть немного уважать. В кабинет прошёл президент, и я замер, не решаясь что-то сказать. – Привет. – Улыбаясь, сказал он. – Привет. – Убирая в стол бумаги, ответил я. – Как дела? – Лучше. – Посмотрев на него, ответил я и заметил, как он достаёт из рюкзака две бутылки. – А... что заставило вас прийти сюда? – Давай на «ты». Я просто решил навестить нового генерала пурта. Да и к чему вопрос? Мы же в какой-то степени коллеги. Твой бизнес помогает государству, а государство тебе. Здесь нет никакого подвоха. – Ответил Щахан и поставил на стол бутылки. – Выпьем? Не знаю, есть ли у тебя что-нибудь покрепче, поэтому принёс свои. Я в шоке смотрел, как он открывает бутылки и садится на стул с противоположной от меня стороны стола. Щахан протянул мне бутылку, а сам отпил из другой и сказал: – Знаешь, у меня есть новый план. – Какой план? – не сразу понял я. – Как остановить войну, конечно. Единственное, что я сейчас могу сделать для Терри, – остановить войну, из-за которой она умерла. Она случайно не с тобой? Просто сразу с обоими генералами обсудить легче, чем ждать, когда ты ей объяснишь. – Её уже несколько дней нет. – Да? – удивился президент, и в его глазах я увидел смесь радости и страха. На момент мне показалось, что он сошёл с ума. – Обидно, не правда ли? – Немного. Но её и не должно здесь быть вообще, так что... – Бросить своего душевно-привязанного с кучей проблем... – перебил меня Щахан и сделал глоток из своей бутылки. – Как вы вообще оказались душевно-привязанными? – Не знаю... – я догадывался, почему мы стали ими, но ему я не хотел этого говорить. Слишком он мне не нравился. До сих пор не понимаю, как Терри его терпела. – Может, потому что мы довольно долго знакомы. – Сколько? – Что? – Сколько вы знакомы? – С десятого класса. – Ответил я и решился отпить из бутылки. – Конечно, мы потом несколько лет не общались, но всё же. – Почему вы не общались? – Она уехала из страны и... всё. Она никому не сказала, когда уедет и с кем. Просто взяла и в один день уехала с кузеном. Нет, конечно, родители кузена знали об их отъезде, но никто из тех, с кем она общалась, не знали этого. – Это жестоко. Уехать, не попрощавшись с друзьями. – Она с самого начала говорила, что уедет сразу после окончания школы. А мы верили, что она останется. – Между вами что-то было? – Нас от силы можно было назвать друзьями. Я всегда старался для неё, но её кузен... Та её тварь. Вечно мешал нам общаться, а без него её не отпускали. Может, это к лучшему. – В каком смысле? – Мой отчим работал в MLM и хотел её убить. Если бы он узнал, что я как-то с ней общаюсь... Я бы не смог защитить её. Он был сильнее меня. Намного. – А когда вы снова встретились? Почему ты перестал за ней бегать? – Я не переставал. Просто у неё была другая цель. Я был лишь помехой. – Но ты стал её душевно-привязанным. – И я до сих пор не понимаю, как. Я снова отпил из бутылки и почувствовал что-то не то. Я и так не пил крепкие напитки, хоть и работал в «Пурнӑҫ», но этот показался мне слишком странным. Решив, что это просто такой напиток, я отпил ещё. Горло потихоньку начинало жечь, а в глазах мутнеть. В голове слышалось непонятное шипение. Я покачнулся, а Щахан встал. Когда в глазах окончательно потемнело и все чувства пропали, я очнулся здесь. Я не знаю, что произошло дальше и почему я в этом мире, но... Вообще я догадываюсь. Скорее всего, он подлил мне яд. Что ж... Терри, если ты это читаешь, прости меня, пожалуйста. За то, что я умер и разлучил тебя со своей семьёй. Если честно, то, как только я вспомнил об этой жизни, я начал искать Терри. Я перерыл весь интернет в её поисках, но так и не смог найти. Да, были девушки похожие на неё, но это явно не она. У них тоже тёмные волосы и зелёные глаза, но глаза и волосы Терри были особенными. Я узнаю Терри из тысячи, а фоток, которые я находил, сотни. И ни одной Терри. Такое чувство, что в этом мире её нет. А может, она была, но... Нет, даже думать об этом не хочу. Либо её никогда не было в этом мире, либо она скоро появится. А может, она есть в этом мире, просто у неё нет социальных сетей. Учитывая её характер, это возможно. Но знаете, мне порой кажется, что она где-то рядом. Словно я её видел и не раз. Словно она всё время рядом и никуда не отходит. Как будто она в астрале или параллельном мире, который пересекается с моим. Ну, либо у меня хорошая фантазия. После того, как я её вспомнил, моя жизнь показалась мне пустой. Словно мне чего-то не хватает. Я понимаю, она лишь ослепляет меня и тормозит, чтобы я пошёл не вперёд, а назад, в прошлую жизнь, и цеплялся только за неё. Уверен, что, если бы Терри услышала меня сейчас, она бы с удовольствием влепила мне пощёчину за мою тупость. А потом погладила по месту удара и улыбнулась. Вдруг она тоже вспомнила меня и ищет. Смешно представлять, как она ходит по своему городу с моим портретом, подпись которого гласит: «Ищу Ротти». Нет, она никогда бы так не сделала. Не в её духе.
