Почему я не могу любить тебя?

      «Он странный» — так говорил абсолютно каждый, кому когда-либо выпадала возможность иметь с ним дело.       Ему с внешностью повезло: красивые и симметричные черты лица, что собирают множество взглядов на себе. От этого неловко, особенно когда ты подросток, которому не нравится абсолютно всё в своём теле.       Взрослые говорили, что пройдёт, с каждым такое было в его возрасте. Вот только не прошло.       Ему уже двадцать с хвостиком, но он так и не привык. Смирился.       Он не понимает, почему людям нравится смотреть на него. Скулы слишком сильно выделялись, а нос казался ему чересчур острым. Подходить к зеркалу было тем ещё испытанием, потому что он считал себя страшным.       Ему не нравилась абсолютная каждая деталь в своём теле. Бёдра были слишком большими. Поэтому парень часто сидел на диетах, но это не помогало.       А потом появился Джисон. Чёртов идеальный альфа, которому отдался бы каждый второй.       Они познакомились в столовой, когда самый обворожительный альфа поймал его, неуклюжего омегу, у которого ноги запутались между собой.       Возможно, будь бы у него хоть немного сил, он бы совладал с собой и смог бы удержать равновесие, но, увы.       У Джисона руки крепкие. Казалось, что удержать омегу ему вообще ничего не стоило, что совсем не странно с его весом.       Будь бы кто-нибудь другой на его месте, то обязательно бы растёкся лужицей. Но Минхо — не все.       С того дня его жизнь поменялась на сто восемьдесят градусов. Плохо или хорошо это — Ли не знает.       Джисон хороший, добрый, отзывчивый. Минхо мог бы назвать его другом, но он не знает, так ли это для самого Хана.       И всё было бы нормально, если бы не произошло это...       

❤️‍🩹

      Минхо сидит на кровати и смотрит на альфу рядом, изучает. Красивый. Не то что он.       То, что происходит между ними — уже не в первый раз. Уже не в первый раз он просыпается и долго смотрит на лицо младшего. А потом уходит.       Возможно, сбегать после секса — глупо. Но что он может поделать? Правильно, ничего.       Это глупо — мечтать о том, что никогда не произойдёт. Он реалист, поэтому и не надеется на что-то.       У Джисона, наверное, таких как он миллионы, так ещё и лучше. Минхо для него — просто одноразовая игрушка. И хоть он понимает это, на душе всё равно остаётся неприятный осадок.              Минхо не исключение. Минхо — идиот.       Он собирает свои вещи. Тихо, незаметно. И сбегает. Снова.       Он знает, что чувства, которые он сам испытывает, вовсе не испытывают к друзьям. Он знает, что Джисон привлекает его. Он хочет тянуться к нему. Но не может. Он ненавидит себя за это.       Ненавидит за трусость, но стоит сделать Хану хоть полшага вперёд, Минхо отходит на сто один шаг назад, возводя тысячу и одну стену вокруг себя.       Он привык. Привык, что люди рано или поздно отворачиваются от него, вешая клеймо «странный».       Джисон тоже отвернётся. Рано или поздно, но когда-нибудь ему надоест. Минхо на личном опыте проверял.       Он садится в подъехавшее такси, называет адрес и отворачивается к окну. Следит за тем, как одна улица сменяется другой, погружаясь в ненавистные мысли, пока одинокая слеза скатывается по щеке.       Снова проиграл в эту игру со своими чувствами. Какой же Минхо всё же наивный идиот.

❤️‍🩹

      Он чувствует себя лишним. Здесь, где так много людей, ему не место. Хочется убежать из этого места, закрыться в своей комнате и никогда не выходить. Но кто ему позволит?       Он вздрагивает, когда чужой портфель падает рядом с ним. Минхо поворачивает голову, чтобы сказать, что место занято. Конечно же, это было бы ложью, но откуда кто-то узнает об этом?       Но все слова куда-то деваются, стоит ему увидеть — блять, он что, следит за ним? — Джисона, что стоял как ни в чём не бывало.       — Я присяду? — спрашивает он.       Минхо хочет ответить твёрдое и грубое «нет». Правда хочет, хоть и не произносит.       Он отворачивается, так ничего и не ответив, пока Джисон садится непозволительно близко к нему. Их бёдра соприкасаются, пуская по телу электрический заряд.       Минхо неловко. И это странно, потому что Джисон исследовал его тело полностью этой ночью.       Напряжённость не уходит даже тогда, когда преподаватель начинает вести лекцию.       Джисон смотрит на него. Он чувствует это каждым миллиметром.       — Что? — спрашивает Минхо, не выдерживая.       — Ничего, — отвечает альфа, всё ещё рассматривая омегу. Видимо, он и не пытался хоть немного скрыться.       Ли глазами глупо хлопает. Что хочет этот чёртов альфа от него? Пусть выйдет на улицу, если ему не к кому пристать. Там таких, как Минхо тысячи ходят.       Он отворачивает голову, сглатывая образовавшийся ком в горле.       Мысли крутятся в голове, а чужая рука на бедре не даёт сосредоточиться. Стоп, что?       Омега снова поворачивает голову на Джисона, который сидит с невозмутимым лицом и ведёт рукой всё выше и выше, останавливаясь непозволительно близко к паху.       Он что, издевается?       Минхо терпит это ещё какое-то время, но Джисон останавливать свою игру явно не собирается. Но нервы омеги тоже не железные, чёрт возьми.       — Можно выйти? — спрашивает он на всю аудиторию, резко встав. И, не дожидаясь ответа, вылетает из кабинета как сумасшедший.       Сердце бьётся чаще, в горле пересыхает. Минхо бежит, сам не зная, куда. Кислорода не хватает, а в глазах темнеет.       Он забегает в туалет, открывая кран с холодной водой на максимум. Смотрит на своё лицо и кривится в гримасе отвращения.       Холодные капли стекают по лицу, смешиваясь со слезами. Он и сам не знает, что на него нашло. Сложно объяснить то, что чувствуешь.       Он скатывается по стене, сворачиваясь на полу в клубочек, и горько плачет. Может, потому что снова убежал, а может, потому что понимает, что для Джисона он всего лишь игрушка.       Минхо идиот, раз позволил себе чувствовать что-то кроме ненависти к себе. И он расплатится об этом. Рано или поздно.

❤️‍🩹

      — Ты чего такой хмурый, Джисон-и? — спрашивает Чанбин, отвлекаясь от разговора с Чаном, стоило только младшему появиться в поле их зрения.       — Я не хмурый, — сухо отвечает он, садясь напротив друзей и ища в толпе студентов одного конкретного человека.       И находит. Минхо идёт с каким-то парнем, мило улыбаясь. Его глаза опухли, а лицо было красное. Он что, плакал?       Джисон сжимает кулаки до побелевших костяшек, когда парень треплет Ли по голове. Хан хочет руку ему сломать.       Чанбин поворачивает голову назад, проследив за взглядом младшего. И сразу понимает, в чём проблема.       — Неужели наш Хани ревнует? — хмыкает Со, но в ответ получает испепеляющий взгляд.       Так уж получилось, что он по уши влюбился в этого омегу.       С самого начала Минхо показался ему интересной личностью. Да, немного необщительной, но интересной.       Джисон даже не поверил своим ушам, когда ему сказали, что этот парень ненавидит себя. Чёрт, как можно считать себя таковым с его-то внешностью?       Когда Хан поймал неуклюжего омегу, он даже не догадывался, насколько всё серьёзно. У него была настолько тонкая талия, что альфа просто боялся, что случайно задавит того.       Джисон хочет признаться, но не знает, как. Он видит, что Ли тоже тянется к нему, но боится. Минхо боится его.       Джисон хочет помочь ему. Сводить к психологу, поддержать, обнять, поцеловать. Но всё, что он может — это сидеть и смотреть, как к Минхо клеятся другие. И это бесит. До белого каления бесит.       — Если ты так и будешь сидеть и смотреть, то его просто-напросто уведут прямо у тебя из-под носа, — подаёт голос Бан, что-то печатая на телефоне.       — Я знаю, — вздыхает Хан, переводя взгляд на друга, — но что я могу сделать?       — Ты когда-нибудь слышал о понятии «свидание»? — изгибает бровь друг.       — Он не согласится, — качает головой Джисон, нервно усмехаясь.       — А ты пробовал?       — Чан, — вздыхает младший, — он буквально боится меня. Да и я в этом не очень силён. Это дохлый номер.       — Не попробуешь — не узнаешь, — пожимает плечами Крис, отпивая напиток из картонного стаканчика.       Джисон смотрит на Чанбина, ища поддержки, но натыкается лишь на хитрый взгляд. Ему уже не нравится то, что задумал друг.       — Что?       — Да так, ничего, — отвечает тот, хитренько улыбаясь, — просто хотел помочь тебе с так называемым свиданием.       Джисон глаза закатывает. Ну да, что ещё можно ожидать.       — Минхо не любит шумные компании и места, где много людей. Я правильно понимаю? — говорит Чанбин, поглядывая на омегу сзади, что мило вёл беседы с другим пареньком.       — Ну, и? — Не понимает Хан, раздражаясь. Его эта ситуация раздражает.       — Думаю, что ты можешь устроить это всё дома, — продолжает Со свои рассуждения, — ну там, фильм посмотреть, не знаю.       Джисон переводит свой взгляд на него, глупо хлопая глазами. Шестерёнки в голове начинают работать и...       — Чанбин, ты гений! — кричит чуть ли не на всю столовую он, подрываясь с места и обнимая парня. — Что же я бы без вас делал, парни?       — До сих пор бы смотрел на этого омегу, пуская слюнки, — хмыкает Чан, отрываясь от телефона.       Джисон знает, что это был подъёб, и если бы он сказал это в любой другой раз, Хан бы влепил другу подзатыльник, но сейчас ему кристально похуй на это. Он сможет провести вечер с Минхо, и это единственное, что имеет хоть какое-то значение.

❤️‍🩹

      Минхо удивлён, когда Джисон приглашает его к себе. Просто отдохнуть и посмотреть фильм.       Он не знает, зачем согласился. Джисону в принципе сказать "нет" сложно.       Страшно на самом-то деле. Страшно опозориться и снова дать волю эмоциям, которые не всегда получается контролировать.       Ли не наряжается. Не потому что не хочет, а потому что не во что. Но тем не менее он надевает самую нормальную одежду, что была в его гардеробе. А такой очень мало.       Он приезжает раньше назначенного времени и мнётся на лестничной клетке возле двери в квартиру, не решаясь позвонить. В голове мелькает мысль, что ещё не поздно сбежать, но он быстро её прогоняет. Не сейчас.       Минхо снова погружается в свои мысли, не замечая, как открылась дверь, поэтому чуть ли не вскрикнул, когда увидел лицо альфы перед собой.       — Привет, — говорит Джисон, пытаясь скрыть улыбку из-за того, какой же этот омега всё-таки чертовски милый.       — Привет, — неловко отвечает Ли.       Всё, что тут в принципе происходит, — неловко.       Он проходит в квартиру альфы, оглядываясь по сторонам. Она, конечно, не такая, как у каких-то звёзд, но шире и явно дороже, чем его двушка.       Минхо садится на край дивана, не зная, что ему делать дальше. Он не был почти ни у кого в гостях, поэтому так сориентироваться ему довольно сложно.       К счастью, Джисон берёт всё на себя и предлагает посмотреть фильм, на что омега, само собой, соглашается.       Фильм оказывается интересным, но спать клонит. Наверное, он спал нормально недели три назад, в принципе, как и ел.       Он кладёт голову на плечо альфы, закрывая глаза и проваливаясь в сон, и слышит тихий шёпот.       — Я люблю тебя.

❤️‍🩹

      Джисон открывает глаза, и первое, что он видит — это омега, мирно сопящий в подушку.       Он даже проморгался пару раз, чтобы точно снять пелену сна с глаз. Но от этого Минхо никуда не делся, только сильнее прижался к подушке.       Джисон запищать готов был от счастья. Кажется, этот день станет одним из самых лучших в его жизни.       Он невесомо целует Ли в висок, чтобы не разбудить, и встаёт приготовить завтрак.       Возможно, повар из него фиговый, но самую обычную яичницу он ещё в силах приготовить.       Джисон так увлекается всем этим — если это так можно назвать, — что даже не замечает, как Минхо заходит в помещение.       — Господи! — вскрикивает альфа, оборачиваясь. — Напугал.       Минхо мило хихикает в кулак, из-за чего глупая улыбка искривляет губы Джисона.       — Прости.       Они вместе доделывают эту чёртову яичницу. Хан в шоке, как тот ловко справляется со всем. Если честно, он даже немного завидует.       Они садятся за стол, начиная завтракать. Джисон иногда поглядывает на Ли, который о чём-то задумался.       — Вчера вечером, — неожиданно начал Минхо, переводя взгляд на Хана, — ты говорил что-то?       Джисон напрягся. Он запросто мог бы ответить «нет», но зачем ему лгать? Он давно хотел признаться Минхо, а сейчас, когда всё обернулось так, разве не хороший шанс?       — Да, — отвечает Альфа, набирая побольше воздуха в лёгкие, — мы можем об этом поговорить?       Минхо напрягается всем телом, откладывая приборы и нервно кивает, ожидая продолжения.       — Что ты думаешь о наших отношениях? — спрашивает Хан и смотрит на лицо напротив, улавливая тень непонимания, сразу же спеша исправиться. — Ну, то, что между нами происходит... тебя устраивает?       Джисон мысленно бьётся головой о стол, но смотрит точно в глаза напротив, не отводя взгляда.       А Минхо не знает, что и ответить. Устраивает ли его всё? Он не знает. И на что Хан вообще намекает и что хочет услышать, задавав такой вопрос.       — Смотря что ты имеешь в виду, — закусывает губу омега, нервно теребя край футболки.       — Вся эта игра в кошки-мышки. Я... просто не понимаю её смысл? Просто... — вздыхает альфа, массирую переносицу от напряжения. — Я не хочу, чтобы так было всегда, — объясняется Джисон, а у Ли сердце куда-то падает, — я не хочу просыпаться один, не хочу гадать, поел ли ты, не хочу видеть тебя с кем-то другим. То, что я чувствую... Ты мне нравишься, Минхо. И я не хочу тебя пугать, просто... Минхо?       Омега дрожит, а по щекам текут слёзы. Опять. Какой же он всё-таки слабак.       Не верится. В тот факт, что Джисону он нравится, не верится. Почему именно он, такой обычный? Почему он, со всеми своими тараканами и загонами? Почему именно он? Почему?       Минхо чувствует, как чужие руки притягивают в крепкие объятия, будто бы пытаясь защитить от всего мира. И от этого слёзы текут ещё быстрее и сильнее. И от своей беспомощности тошно становится.       А Джисону всё равно будто бы. Он прижимает парня к себе сильнее, гладя по напряжённой спине и сдерживая собственные слёзы.       — Я люблю тебя, Минхо, — шепчет как в бреду Хан, зарываясь в пряди на затылке, — очень-очень сильно.       Омега головой качает из стороны в сторону в отрицательном жесте.       — Не надо, — тихо просит Ли, всхлипывая.       — Почему? — из последних сил сдерживаясь, чтобы самому не зарыдать, спрашивает альфа.       — Потому что ты не можешь любить меня, — тихо-тихо шепчет Минхо, закусывая губу и подавляя очередной всхлип.       — Почему я не могу любить тебя? — изгибает бровь Джисон, обескураженный таким ответом.       — Потому что это неправильно, — отвечает он, не поднимая взгляда.       — Неправильно любить? Что тогда правильно?       — Отпустить и забыть?       — А если я так не хочу? — первый всхлип вырывается из Хана, а вместе с ним и первая слеза. — Если я не хочу тебя отпускать? Что, если я хочу мечтать о нашем совместном будущем, лёжа где-то далеко-далеко отсюда? Что, если я хочу, чтобы ты всегда был рядом? Хочу целовать тебя, обнимать тебя, любить тебя. Что, если я не хочу забывать тебя?       Минхо трясёт ещё больше, а может это Джисон сам трясётся. Он не понимает.       В это утро было пролито много слёз. И именно в это утро два любящих сердца решили разделять и боль, и счастье вместе.

❤️‍🩹

      Минхо извивается, больно закусив губу, за что чужая рука опускается со звонким ударом на упругую ягодицу, выбивая протяжный стон.       Он и сам не знает, как согласился на это. Джисон не единожды предлагал, но на все свои предложения получал отказы. Так что произошло сегодня?       Минхо не сдерживает ещё одного стона, когда юркий язык альфы проходится по колечку мышц, проталкиваясь кончиком внутрь. Ли хочет соскочить, уйти от приятных ощущений, но Джисон не позволяет, придерживая омегу за бёдра.       Хан вылизывает тугие стеночки, как самое любимое мороженое, истекающие смазкой со вкусом корицы, пока Минхо переживает свою маленькую смерть.       Альфа отстраняется от дырочки со звонким чмоком, чтобы поцеловать упругую ягодицу, оставив несильный укус, сразу же зализывая, будто извиняясь.       — Хани, — скулит омега, пытаясь встать с чужого лица.       — Да, детка? — отрывается от своего занятия Джисон.       — Я сейчас кончу, если ты не прекратишь, — хнычит Минхо, виляя тазом, за что получает удар по ягодице, задыхаясь в собственном писке.       Хан позволяет встать со своего лица, но сразу же припечатывает Ли грудью к дивану, начиная выцеловывать каждый миллиметр.       — Мой, — шепчет куда-то в шею альфа, спускаясь ниже.       — Твой, — выдыхает Минхо, задыхаясь в собственном стоне, когда Джисон проталкивает сразу два пальца.       Омега глушит громкие стоны подушкой, пока Хан разводит пальцы на манер ножниц, то сгибая, то разгибая, а после добавляя и третий.       — Хани, — скулит Ли, сжимая в руках белую простынь.       — Что такое, детка? — спрашивает альфа, оставляю поцелуи-бабочки везде, где достаёт.       Минхо подаётся вперёд, за что снова получает шлепок по заднице.       — Словами, Минхо.       Омега снова скулит что-то невнятное, собираясь с мыслями.       — Хани, я хочу тебя, пожалуйста, — член дёргается, вызывая протяжный рык из уст альфы.       Он вытаскивает пальцы из растянутой дырочки, заменяя их членом, из-за чего оба стонут в унисон. Минхо — от заполненности, а Джисон — от узости.       Дав немного привыкнуть, Хан начинает двигать бёдрами, осыпая поцелуями возлюбленного. Минхо постанывает время от времени. Член прижат между телом и кроватью, потираясь о них.       Ли протяжно стонет, стоит только головке чужого члена попасть по чувствительной точке, вызывая сотню огней перед глазами. Джисон ускоряет темп, двигаясь под правильным углом, чтобы каждый раз попадать по простате.       Толчки становятся глубокими и резкими, выбивая у Минхо воздух из лёгких. Он прогибается в спине, когда темп увеличивается.       Альфа тянет его на себя, прижимая к груди, из-за чего член входит на всю длину, заставляя задыхаться.       — Блять, Минхо, — рыкает Хан, ускоряя темп, — ты сводишь меня с ума.       Минхо громко стонет и изливается, пачкая живот. Джисон продолжает ещё какое-то время двигаться в податливом теле, делая последний глубокий толчок, кончая в омегу.       Оба падают без сил в попытках отдышаться. Альфа умилённо улыбается, рассматривая черты лица возлюбленного. Он берёт влажные салфетки с прикроватной тумбочки, аккуратно вытирая остатки семени живота и бёдер омеги, оставляя поцелуй на кончике носа.       Минхо пододвигается ближе, переплетаясь конечностями с Ханом и ложась тому на размеренно поднимающуюся грудь, проваливаясь в сон. Джисон оставляет ещё один поцелуй на макушке, а потом на щеке, не в силах перестать любоваться омегой. Самым милым и красивым на свете.       — Спокойной ночи, любовь моя, — шепчет он, хоть и знает, что его уже не услышат.       Да, с Минхо не просто. У него тысяча тараканов в голове, с которыми им предстоит побороться вместе. Но Джисона это не пугает. Он готов на всё, ради его омеги.       Он оставляет очередной поцелуй в висок, и закрывает глаза, проваливаясь в мир сновидений и улыбаясь самой счастливой улыбкой на свете.