истинный самоцвет

Сколько Пашка себя помнил - он был словно мозаика из драгоценных камней и блестел на солнце хуже Эдварда Каллена из "Сумерек". Родители ужасались, представляя различные варианты тел, подходящих под данный уровень катастрофичности, а Пашка только хихикал и тонкими детскими пальчиками водил по гладкой поверхности каждого камешка, выискивая своё отражение во всех сразу. Время шло и Вершинин рос, а драгоценные камни перестали радовать его, стали больше пугать. Хотя всех девчонок в школе очень привлекала дорожка блистающих бриллиантов на скуле возмужавшего парня. Скрывать блеск становилось всё труднее, ведь никакой тональник не покрывал каменюки так, как того хотелось парню. Всё решил один случай : Пашка, замешкавшись, пропустил зеленый свет и пошёл на красный, где его чуть не сбил тёмно-синий Шевроле, откуда позднее вывалился мужчина среднего роста в черной одежде, а единственным, что выделялось, был плащ оттенка "кофе с молоком". Паша долго осознавал, что на лице мужчины нет ни одной дорожки разноцветных блёсток. Так долго, что на низкий голос с хрипотцой откликнулся далеко не сразу. – Эй, парень, ты в порядке? - и подходит ближе, но медленно, словно хищник, который поджидает добычу. – Д-да.. и-извините.. - мямлит Вершинин и следующее, что он понимает - он едет в машине. Нахмурившись, посмотрел на мужчину, который абсолютно спокойно подъехал к магазину и припарковался. – Жди здесь, пацан. - проворчал Костенко и вылез на улицу, удаляясь внутрь магазинчика. А Пашка же на месте сидеть не может, поэтому нашёл у себя какую-то бумажку в кармане и начал вертеть и так, и этак, пока не порезал палец. Сергей, покупавший воду в магазине, чертыхнулся, когда подушечку пальца кольнуло и на ней проявилась мозаика чуть ли не всех цветов радуги. Вернувшись в машину, он застал Пашку облизывавшим раненый палец, с которого капали капельки крови. Ничуть не сдав своё лицо, мужчина фыркнул : – Так вот ты какой, мой истинный самоцвет.