А может не кажется?..

Давайте будем объективны: Даня вот вообще никому со своими чувствами не сдался! Но, мы забежали немножко вперёд, давайте лучше по порядку. Когда они только начали общаться с Клайпом, всё было нормально, законно: они просто дружили, играли в игры, делились друг с другом советами и обсуждали разное, что есть на этом свете, дурачились и дружески называли друг друга — один был Глазастый, другой Бровястый. Дане было приятно и комфортно с этим человеком: его понимали и разделяли его мнение, более то и не нужно. После же одного случая, когда его чудный друг не брал трубку несколько часов и перезвонил только, когда было два ночи у Миши. У него был очень сухой и пустой голос, а изредка слышались прерывистые выдохи. — У тебя всё хорошо? Миш, у тебя голос не такой, как обычно, — обычно Даня слышит по ту сторону весёлый или спокойный тон, в этот же раз такие перемены заставили его за переживать. — Да, всё окей, извини что сейчас звоню, просто подумал что что-то срочное может быть у тебя, а я… — Клайп стал быстро тараторить и соскакивать с вопроса. — Ответь на мой вопрос, Миш, что случилось? Я же слышу. — Да всё нормально, Бровястый, что ты начал-то… — Клайп попытался сделать голос веселей, но попытки оказались тщетны. — Ответь на мой вопрос. Я тебя хоть выслушаю, — Повисло недолгое молчание, после которого Данил добавил: — Я поддержу тебя в любом случае, правда. Я же волнуюсь. — Ладно, но обещай, что это между нами, — из трубки послышалось уверенное «естественно», — в общем, у меня проблемы небольшие в семье… Далее Миша рассказал, как он устал от всего и… впрочем, не стоит этим делиться наверно, Даня же обещал, что это будет между ними. После разговора друг сказал, что ему стало легче, Даня же попросил больше не скрывать от него ничего, подтвердив словами, что он всегда поймет и поддержит. Отключившись, парень закрыл компьютер и пошёл спать, но сновидения к нему не шли — их отбивали различного рода мысли и какое-то приятно-волнительное ощущение. Приятное сосание под ложечкой, наверное даже так. После этого случая они стали чаще друг другу открываться и рассказывать всё, что накопилось за дни, больше говорить на личные темы, сидя в дискрде иль общаясь вообще онлайн, делиться секретами из детства и рассказывать смешные истории, обсуждать что-нибудь или кого-либо. Общение с Мишей доставляло Дане огромное удовольствие и всё большее ощущение бабочек в животе, хотелось улыбаться, видя этого человека и постоянно смеяться, не стесняться ничего и открываться полностью, будет предствая пред ним морально нагим, зная, что тебя не осудят и поодержат. Казалось, или нет, но Клайп тоже так делал, постоянно улыбался или бесстыдно строил из себя кого угодно, смеялся громким и заразительным смехом, не стесняясь грубоватого голоса и хрипа. Да, бывало они ссорились и обижались друг на друга, но всегда мирились, зачастую из-за того, что Даня признавал себя виноватым, будь то так или же нет. Просто Клайп сам шаг никогда не сделает, это же Клайп, он выйдет из игры или сбросит звонок, и будет молчать хоть год, мучая и себя, и других; Даня же другой, он лучше сам напишет ему и извинится. Он не осуждал друга за это, он принимал его любым. Роковым стал они из разговоров онлайн: Парни как обычно общались, обсуждая выход новой игры и что неплохо бы попробовать в нее сыграть. — …Да, нужно попробовать. Кстати, я тебе говорил, нет, но мне Алена сегодня написала, что я ей нравлюсь. — Тут Даня немного забыл как дышать. Алёна — одноклассница его друга, о которой она пару раз упоминал без особого внимания. — Серьезно? И как ты собираешься отреагировать? — несколько скептически ответил младший, заведомо зная, что Клайп ей откажет. — Я? Пф, ну думаю ответить ей взаимностью и попробовать, тем более она симпатичная, да и на меня обратила внимание… — И? Ты так говоришь, будто стесняешься себя. Ты тоже вообще-то красивый. — Случайно вырвалось из уст, зато мысль била по нейронами одна и та же «Зачем? Зачем? Зачем?» — Эм…что ты сказал? — Клайп смутился, но из темноты помещения были всё же видны его слабо за алевшие щеки. — Почему ты это сказал? — Ещё тише молвил Клайп, не смотря в экран. — Тебе неприятно? Прости, — Дальше Даня стал говорить быстро и менее разборчиво, теребя рукава толстовки, а голос стал более хрипл и тих, — Я просто хотел тебя поддержать и прости меня, я не думал, вообще что на меня нашло не понимаю, но ты же мой друг, я не то имел ввиду, я хотел сказать что ты красив, чтоб ты лучше себя чувствовал и вообще прости меня, я… — Ладно, проехали, это я что-то не то подумал, всё, забыли. — На выдохе сказал Клайп, наконец подняв голову на экран. Данил смотрел на него как-то странно, разглядывая каждый миллиметр смущенного лица друга, покрасневшие щеки и губы, и чувствовал, как громко и быстро стучит его сердце, а желудок сворачивается в трубочку отнюдь не от голода. Он чувствовал, как его же лицо наливается кровью смущения, и решил быстрей перевести тему. — Да, но просто будь аккуратнее, хорошо? — Естественно, братан! — Последнее слово очень резануло что-то внутри собеседника, словно хотелось чего-то другого. Клайп же вскоре отпустил ситуацию и они снова начали беседовать на прежнюю тему, но Даня как-то больше молчал. Вскоре они попрощались и окончили диалог. Русоволосый откинулся на спинку кресла и закрыл лицо руками. «Что это было? Что, чёрт возьми, я сказал?». Казалось, будто его сейчас стошнит куда-то напол, наверное и от стыда, и от страха, и от дискомфорта, и от… Дальше он не стал додумывать. Мысли пробегали быстро и юрко меж нейронов, и поймать их было невозможно. Но можно было заметить лишь одну «Я влюблён?». От неё по позвоночника пробежал холодок. Нет, не может быть такого. Нет! В конце концов, куда он с этой мыслью?! Никуда! В его стране, в стране друга запрещено — чтоб мальчик любил мальчика. Нет. Да и Клайп сто процентов ему откажет и с маленькой, очень маленькой вероятностью не пошлет на три буква. Нет, такое нельзя, нет. Даже думать об том нельзя! Вдруг, есть какая нибудь тайная полиция мыслей, и тогда что?! Нет. Всё. Хватит. Да и вообще, они обсуждал эту тему, давно правда и мельком, но тогда друг сказал, что он против подобных отношений. Так что всё, не на что надеяться, всё, капут! А может он поменял своё мнение? Нет, это точно вряд-ли. Да и в целом, с чего он стал мальчиков то любить? Ладно, хоть не любить, но симпатия? Нет, бред, у него же была девушка, он точно не гей, нет, исключено. Хотя, может он би? Да нет. Сюрреализм какой-то выстраивается. Не-не-не. Не может такого быть. Но что было сейчас? Ладно, стоит успокоиться и позже подумать об этом, не сейчас. Данил решился отвлечься на какую-нибудь игру, но вспомнил про стрим, что запланировал. Он будет минут чрез двадцать, нужно подготовиться и… чёрт! Он забыл спросить у Клайпа, придет ли он. Настрочив короткое сообщение, он отложил телефон. Спустя десять, двадцать, тридцать минут ответа не было. Люди в чате спрашивали, где Клайп и почему его нет. Это напрягало. Через час пришел ответ «Не, я сегодня не смогу. Кстати, прикинь, она согласилась». Даня тихо выругался на иностранном и после немного грустным, дрогнувшим голосом сообщил, что друга не будет, стараясь не особо показывать свое состояние и не обращать внимания на чат. В груди же, при прочтении второго предложения, уж во второй раз взыграла ревность. В носу и глазах запекло. Похоже, он и вправду влюбился. Чёрт. И вот, спустя четыре месяца мы оказались там, с чего начали. Общение их осталось тем же, просто Даня иногда мечтал, да и в принципе делал, заскриншотить друга и поставить куда-нибудь на рабочий стол. Или оказаться в миг рядом и прикоснуться. Просто, дружески, куда угодно. Впрочем, он и до этого подобным часто помышлял. Или…ладно, вам этого знать не нужно. Хотелось всегда и постоянно слышать этот голос. Хотя бы так. Или назвать друга котом по другим причинам, а не тем, что есть сейчас. К слову, с Алёной Миша не долго встречался — спустя месяц оказалось, что это был спор. Тогда Дане очень хотелось приехать и обнять Мишу, защитить от всего мира и никогда не отпускать, особенно когда друг отключился, ибо на его глазах стали скапливаться слезы, которые он сдерживал до последнего. После этого друг стал ещё больше комплексовать по поводу внешности. Даня очень хотел, чтоб он перестал так считать, но…что он, со своим содомским чувством, может сделать? Через пол года Данил решил признаться. Его достали его чувства и то, что он в любом слове слышит то, что хочет, а не то, что на самом деле звучит. Пора решить как-нибудь эту проблему, и всё. Тогда может будет легче. Он заранее всё спланировал и был готов к тому, что его отвергнут: положил возле себя успокоительное на всякий случай и случайно прокусил себе губу, от чего её немного саднило. Диалог начался, как ни в чем не бывало. Но Миша заметил волнение друга: — Бровястый, всё хорошо? Ты как-то плохо выглядишь. — Да, — Даня выдохнул и ещё больше заволновался, — но мне нужно тебе кое-что сказать. — Я тебя слушаю. — усмехнувшись и поиграв бровями ответил Клайп. — В общем…только обещай мне, что наша дружба останется такой же. — Он опустил глаза вниз, заведомо ожидая крика или того, что его друг вообще отключится. — Ладно, окей, — недоумевая ответил Миша, нахмувившись. — Короче…ты…ты мне симпатичен, — Даня не поднимал глаз, смотря в низ монитора и чувствовал, как его сердце быстро билось в груди, наровя выпрыгнуть в руки тому самому, щеки наливались свинцом, а голос подрагивал. — не как друг, а…как кое-кто больший…короче… Я влюблён в тебя, да, прости. — Это правда? — тихо спросил собеседник, ощущая как забилось сердце и воздух немного пропал из лёгких. — Да. Я тебя люблю. И я пойму, если перестаешь общаться со мной, или пошлёшь меня, или… — Даня почувствовал, как его глаза стали нещадно печь и влага собралась в одном месте. Чёрт, зачем только он всё это затеял?! Лучше бы жил себе спокойно и не думал об этом вообще, но нет! Всё, прощайся с лучшим другом! — Стой. — Даня поднял взгляд и больно, до белых костяшек, сжал руку в кулак, оставляя белые, после натекающие кровью следы на ладони. Казалось, его взгляд выражал лишь жалость и просил, чтоб его только не отвергали, приняли всего и полностью, всю его нагую совершенно душу пред этим человеком, чтоб сказали взаимные слова, и…- Прости. Я не хочу рушить то, что между нами, — Клайп, будто стыдливо стушевался под взглядом друга и немного сгорбился, уводя взгляд от этих глаз, продолжая доставать из себя слова, — Давай просто останемся друзьями, хорошо? Нет, прости, мне нужно взять перерыв, я завтра… — Прости, пожалуйста. Я буду рад, если ты отдохнёшь. Спасибо, что не отверг меня. Я тебе благодарен, Миш. Только прошу, никому не говори об этом и не упоминай даже, — парень говорил, с передышками и запинаясь. Казалось сначала, словно в души спел этот валун, но чувство оказалось обманчиво. Теперь стало ещё хуже от осознания и всего. Чёрт, на что он только надеялся! Глупец! — Конечно, я никому и никогда, я же знаю как все отреагируют, даже Эд, нет, никогда и никому, Дань, — Клайп говорил серьезно и уверенно, хоть голос и дрожал и оставался тих. Он бы никогда не поступил так с другом. — Мне нужно идти, я тебе напишу завтра, или лучше послезавтра, хорошо? И мы снова всё обсудим. — Да, конечно иди, спасибо что так отреагировал, Клайп. Они завершили вызов и если Клайп остался наедине со своими мыслями, то Даня сначала выпил успокоительное, хотя лучше бы выпил заранее и попытался остановить слёзы, ощущая ком в горле и боль в животе, словно бабочки решили совершить суицид, принося владельцу боль. «Ладно. Всё. Всё нормально, Клайп сказал что мы продолжим общаться так же, как раньше и вообще, скоро это пройдет. Вскоре станет легче, да, определено. Мы так же будем проводить вместе время и всё. Всё нормально будет. Наверное.» — пытался успокоить себя Даня, прокручивая эти мысли в голове и смаргивая противные слезы с глаз. После, кажется, общение Дани с другом не изменилось как и бабочки, те самые, различных цветов и видов. Но, может ему только так кажется?..