Теплое сердце

Мягкие снежинки падали за окном, пропадая из поля зрения так же неожиданно, как и появляясь — от их количества не было видно даже квиддичное поле, что было неподалеку от холодного замка. Серые ледяные глаза равнодушно скользнули взглядом по пелене снега, будто бы морозя трескучий воздух вокруг еще больше. Все застилала эта серая тоска, такая привычная глазам — Драко Люциус Малфой жил с нею уже несколько лет, морозя на мраморных перилах тонкие аристократичные пальцы и выдыхая пар из-под приоткрытых бледных губ. Он любил зиму, на самом-то деле. Любил в детстве, когда можно было не переживать ни о чем — ни об отце, ни о Пожирателях Смерти, что буквально поселялись в Мэноре все больше и больше; ни о гребанном Мальчике-Который-Зачем-то-Выжил. Наверное, чтобы мозолить глаза своей искрящейся теплотой в холодные дни в замке Хогвартс. Малфой бесился с Гарри Поттера: он тоже хотел будто бы вспомнить детство, волшебных снеговиков, которых заколдовывала мама, чтобы они друг с другом играли в снежки; он хотел, чтобы ему подарили теплый свитер… Хотя бы раз обойтись без этих напыщенностей. Хотелось немного гриффиндорского тепла из высокой башни Годрика. Он знал, что Поттер искренне верит во все подряд — в дружбу, в любовь, в то, что они друг другу навсегда останутся заклятыми врагами. Поттер — наивный мальчик, которого легко заколдовать такой приевшейся дружбой. Но, конечно, Драко не станет. Драко по другую сторону от Гарри Поттера. По холодную сторону. Драко в одиночку справит этот Новый год. Сам себе подарит свитер и сам себе сделает горячий шоколад с зефирками. Ну не прелесть ли. Скривившись от собственных мыслей, Драко чуть тряхнул головой, коротко постучав заледенелыми пальцами по мрамору и начав спускаться дальше, в подвалы факультета Слизерин. Дай Мерлин, чтоб зимнюю мантию снять можно было в подземелье, что уж там говорить про подарки от «друзей». Очередные дорогущие штучки от отца или же подколы, купленные в Хогсмиде… В чем смысл справлять Рождество в одиночку в своей огромной кровати под шикарным балдахином, с кучей подарков, разбросанных на покрывале?..

***

— Ты заебал уже, мелкий! — Меткий взгляд ухватил интересную деталь на главной улице деревни Хогсмид в виде двух парней, остановившихся посреди дороги. И ладно бы, это были бы просто парни… Гриффиндорец и слизеринец. Вместе. Рядом. И не сказать, что этот блондинчик с длинными кудряшками, смешавшимися со снежинками на зелено-сером шарфе, был очень сильно рад присутствию маленького рыжего гриффиндурка рядом с собой. “Не Уизли, слишком хорошо одет для такой фамилии”, — мельком подумал Драко, скосив глаза на эту парочку. Слизеринец курса этак с третьего тыкал в снег хохочущего, совсем маленького гриффиндорца, пытающегося подставить подножку своему другу. Мерлин, они больше на братьев похожи, чем на друзей. Как настоящие братья бесят друг друга, но мелкий ходит хвостом за старшим. Классика. Интересно, а Поттера будет интересно ткнуть лицом в сугроб?.. Услышать его смех… Чтоб он тоже шуточно отбивался, чтоб цвета их шарфов так же контрастировали друг между другом… Красиво же… Драко проморгался, отворачиваясь от двух младшекурсников. Он что, маленький? Когда Драко был маленьким, ему нельзя было валять людей в сугробах. А ведь это… Наверное, интересно? Снежинки не успевали оседать на его платиновых волосах, когда он стремительно шел к ненавистной гриффиндорской троице. Амбридж совсем задавила их — не только гриффиндурков — и Драко видел эти синяки под глазами и осоловелый взгляд. Растрепанные волосы трепал ветер, но зима в этом году не настолько холодная, чтобы заставлять кончики ушей алеть от мороза. Поттер что, выпил? — Эй, Поттер! Зеленые глаза непонимающе поднялись на него. Драко было свысока глянул на собеседника, но вспомнил, что хотел. — Отойди от своих вшивых друзей. Нам надо поговорить. — Да ты!.. — Золотое трио сразу всколыхнулось против слизеринца, что устало ухмыльнулся. — Собаки воют на луну, Потти, — подмигнул он вздрогнувшему Гарри. — Если не хочешь, чтоб мы поговорили и об этом тоже, тебе придется отойти со мной в сторону и по-человечески выслушать. Гарри молча щурил глаза, оставляя Рона с Гермионой позади. Друзья прошили сканирующими взглядами блондинистого врага их лучшего друга и, оглядываясь, удалились в паб Розмерты. Красный гриффиндорский шарф чутка бесил. — Поттер, — начал Драко, закатывая глаза на ответный озлобленный взгляд. — Ты когда-нибудь нормально праздновал Рождество? С семьей, у которой живешь… Спокойно… Без своих гриффиндуркских товарищей? — С семьей? — повторил Гарри практически на парселтанге. Этот змееныш не хочет идти на контакт. — У меня теперь есть семья, и ты это знаешь. И я собираюсь праздновать с ней это Рождество, и ты этому мешать не должен, Пожиратель гребаный! Драко выгнул бровь, плотно сомкнув губы. Взгляд зеленых глаз на долю секунды упал на них и вернулся обратно в искрящийся контакт с ледяными серыми. — Во-первых, я тебе с твоей комнатной собачкой мешать не собираюсь, твори, что хочешь, Потти, — протянул блондин, выдыхая морозный пар. — Во-вторых, я еще не Пожиратель. А в-третьих… Я хотел предложить тебе спокойное Рождество. И погулять. — Ч… Чего? — Гриффиндорец скривил губы. — Ты слышишь, что ты несешь вообще? Драко вдруг сменил свою вечную ухмылку на мягкую полуулыбку. Гарри икнул, отшатнувшись от него от неожиданности. — Да, я слышу. Хочешь заработать очки своему «преуспевающему» факультету? Погуляй перед отъездом к крестному со старостой факультета Слизерин.

***

— Эй, Малфой! Тебе не кажется, что твоя кровать уже давно отсырела в твоем подвале, и нам бы следовало пойти в мою? Драко цыкнул, переступая порог Большого зала и направляясь к мраморной лестнице. — Ну веди, бедовая башка. — Так ласково меня еще никто не обзывал, — фыркнул Гарри, стремительно обгоняя Малфоя и растворяясь в полутьме мрачного замка. Драко сдул челку с глаз, прибавляя шаг. Главное, чтоб его около гриффиндорской гостиной рядом с Поттером не увидела Амбридж.

***

— У вас здесь реально можно не пользоваться согревающими… Прикольно, — Драко поджал под себя ноги, стараясь занимать меньше места на довольно-таки большой кровати своего врага, заправленной бордовым покрывалом. Владелец данного обиталища смешно фыркал в горячий шоколад, который оба парня преспокойно пили в почти полной тишине, даже не кидаясь друг в друга Круциатусами. Удивительно. — Слизни хладнокровны, как правило, — поправив очки, ответил Гарри, облизывая шоколадные губы. Драко ухмыльнулся, глядя на этого «домашнего» Поттера. — Мы змейки, львенок. Кусачие змейки. — Зато ваш факультет смешно называется, — закатил глаза брюнет. — А наш — точно как настоящий лев. Руки грелись о небольшую чашку, растапливая холод вен. Пробирался под кожу мелкими иголочками, распространялся до самых костей… И оттуда — прямиком в сердце.

***

— Ночь на дворе, гребаный ты староста! — Гарри, плетясь позади воинственно настроенного Малфоя, ныл и укутывался в зимнюю мантию посильнее. Ветер сквозняком гулял даже по коридорам замка, за окнами растаскивая тучи и показывая яркую Луну. Она серебрила волосы шедшего впереди парня, привлекала все внимание зеленых глаз к ним. Просто интересно… Малфой действительно адекватно не проводил Рождество? — Я, как староста, могу сейчас снять с тебя очки, — спокойно ответил Драко, замирая и оборачиваясь назад, к запыхавшемуся Поттеру. Гарри нахмурился, подойдя ближе к этому высокому засранцу и будто бы бросая вызов: «ну давай же, сними!» Драко нагло ухмыльнулся свысока и протянул ладонь к лицу напротив. Изумрудные глаза сконцентрировались на узкой бледной ладони с пальцами пианиста, что… Подцепили его круглые очки на переносице и утащили их с собой в теперь уже размытый полумрак. — Эй, идиот! — Гарри едва различал маячащую впереди белокурую макушку «врага», что заливался хохотом, быстрым шагом отходя все дальше и постоянно оглядываясь, наверное, ослепив бы беззащитного Поттера своей улыбкой, если бы тот мог ее видеть. Гарри все же нагнал слизеринца, тут же повиснув у него на руке, как маленький, и потянувшись за очками. Рука Малфоя быстро устала держать на себе тяжеловатого Героя, и блондин сдался, вкладывая очки в тянущуюся вверх руку. — Да ладно. Больно они мне нужны. Забавный он, этот Потти. Так смешно щурится, бубнит под нос… Так мило выдохнул, когда вернул очки себе… Наверное, Рождество — хороший праздник. Наверное, Поттер тоже мог бы быть хорошим, если бы не был гриффиндорцем-шилом-в-жопе.

***

— Ну и как лепить твоего снеговика? — деловито поинтересовался Драко, выгнув бровь на обреченный вздох Поттера. — Во-первых, он не мой, а во-вторых, ты как маленький ребенок, — пародируя блондина, задрал подбородок Гарри. — Что вот тебе приспичило вдруг ночью лепить какого-то снеговика, да еще и со мной? — Я Рождество праздную, дурень, — закатил глаза Малфой, — ты щас сам снеговиком станешь, если не начнем. Холодно же. — Вот именно, — пробубнил под нос брюнет, наклоняясь и собирая в руки маленький снежок. — Катай, — сказал он уже громче, выпрямляясь, — а я посмотрю, как ты тут впервые в жизни ручки мараешь. Драко смерил гриффиндорца нечитаемым взглядом, доставая из-за пазухи волшебную палочку. — Похоже, Потти, не быть тебе волшебником.

***

Крупные снежинки падали на разгоряченные лица, что находились неестественно близко друг к другу. Гриффиндорец и слизеринец лежали на снегу, смотря на звезды и пытаясь отдышаться. Буквально секунду назад Гарри пытался вколотить Малфоя в сугроб, но пронырливый слизень сам повалил его с ног, добивая снежком, прилетевшим в лоб. Они оба упали спиной на хрустнувший толстый слой снега, раскидывая руки в стороны и хихикая, как девчонки-первокурсницы. — Как тебе такое Рождество, Малфой? — поинтересовался Гарри, находя на небе всегда так сильно выделяющуюся малую медведицу. — Много сил уходит, — хмыкнул Драко, — но ты не переживай, Потти, доставлю тебя до твоей кроватки в целости и сохранности. — Зачем тебе со мной таскаться? — Гарри вскинул брови, поворачиваясь к лицу Малфоя и вглядываясь в его профиль. — Затем, чтобы Амбридж тебя не сожрала, — тихо ответил слизеринец, чуть помедлив, повернувшись к брюнету. — Та еще жаба. Гарри вглядывался в эти серые глаза, ища подвох в них. Но они скрывали слишком много всего, застилающего за собой ответ. А спрашивать прямо почему-то стало стыдно. Почему-то было стыдно разглядывать узоры в кристально чистой радужке блестящих глаз напротив. Стало как-то душно, шарф будто давил на горло, перекрывая доступ к морозному воздуху, такому нужному сейчас. Гарри поджал губы, когда этот серый нечитаемый взгляд скользнул на них. Лицо Малфоя не выражало абсолютно ничего. Он втянул воздух в легкие, приоткрыв бледные губы и не моргая. Гарри во все глаза смотрел на своего школьного травителя, пытаясь понять, игра ли это воображения или же Драко Люциус Малфой действительно хочет… — Пойдем потом на каток? — неожиданно резко спросил Драко, выдыхая облако пара в миллиметре от лица брюнета, что огорченно свел брови, совершенно не понимая, что происходит. — В маггловском Лондоне, — добавил блондин, чуть улыбнувшись… — Ты действительно… …и накрыв своими холодными губами теплые губы Поттера. Того будто парализовало, он не знал, куда деваться: Малфой со своим волшебным лунным видом так близко, а Гарри так не хочет уходить от по-любому очередной пакости слизеринца. Ему вдруг стало неимоверно тепло внутри, как будто бы в легких выросли стебли с тяжелыми большими бутонами, с каждым движением губ медленно распускавшимися. Малфоевская челка щекотала его ресницы, а его глаза непроизвольно закрылись. Ладони в варежках хватались за мантию на груди блондина, они лежали на снегу так близко друг к другу и согревающие чары не давали им замерзнуть… Снег все шел, засыпая просторы вокруг Хогвартса, ложась ровным ковром вокруг двух врагов, отражая луну в иссиня-черных волосах так контрастно… Но этот странный поцелуй не длился вечно. — Пойдем мы на твой… Каток, — отдышавшись, прошептал Гарри. — И куда захочешь пойдем. Он снова смотрел в небо, следя за медленно вальсирующими снежинками. Он не учуял печального взгляда серых глаз на его лице. Не увидел, как длинные пальцы в кожаных перчатках сжали гладкое дерево волшебной палочки. Драко стиснул зубы, разглядывая этого совершенно другого Поттера. Такого, который запомнится ему на всю жизнь.

***

— Увидимся, Драко, — Гарри улыбнулся, оборачиваясь к молчаливо стоящему сзади, напротив входа в гриффиндорскую гостиную, Малфою и поднимая на него наивные изумрудные глаза. Драко смотрел в ответ, но не отвечал. — Что такое?.. — Спасибо за Рождество, Гарри. — нежная кожа виска ощутила на себе кончик палочки. Гарри скосил глаза на нее, не веря в происходящее. Драко выдохнул, пытаясь справиться с дрожащим голосом, и прошептал, глядя прямо в эти разочарованные глаза, — Обливиэйт.