Твои пустые слова

      Это было так странно… Он сказал, что без меня всё не то, а я поверил.       «Что же он тогда делал там один, в чужой стране больше года, раз так скучал? Не ебу. Рассказы Кира о апнутом ммр уже ни о чём не говорят, но непроизвольная улыбка за так и тянется. Общий интерес, который когда-то нас свёл исчез. Уже не до доты, тошно даже. Остались только стримы, хотя… Это смешно. Через силу вынуждать себя запустить трансляцию вряд ли можно назвать хобби. Как парализованная хуйня смотреть в белый потолок – вот настоящее увлечение. Единственное, что реально нас объединяет. А в действительности уже пусто. Здесь, в Украине, тех друзей давно нет. Я сам виноват, что выбрал такую жизнь. Забавно. Как из мема в тик токе про дед инсайда аутсайдера. Настолько жизненно, что уже успело стать чем-то неприятным. Так и хочется скипнуть, лишь бы не забивать голову назойливой хернёй. В такие моменты вспоминаешь о родителях, которых явно не устраивает бесцельное существование сына. Мама предлагала жить у них, забить на всё и найти работу, ведь ещё не всё потеряно. Они с папой помогут деньгами и… К чёрту. Никогда блять... А что насчёт возраста? Уже почти как полтора месяца двадцать два. Что будет, когда ебальником на камеру торговать уже не получиться? Ничего не будет.» Неожиданно послышался телефонный звонок. Прямо под подушкой. Неприятно. Может мама звонит? Почти месяц только в Вацапе и пишет: Покушал? Как спалось? Стикеры «Доброе утро» или «Спокойной ночи»… После каждого такого сообщения хочется удушиться чем-то.       «Блять…»—  парень нехотя потянулся, подминая под себя одеяло. Не будь это мама, то скинул бы звонок. Точнее, если знал бы наверняка.       — Мгх…— последовал недовольный вздох Дотянувшись до телефона и развернув его слепящий экран к себе, брюнет так и замер с прищуром. За окном начало января, среда. Точнее 2:45 ночи. И это не мама.       — Спишь? Тот же голос. Парень слышал его и раньше, когда-то он даже будил его по утрам.       — Нет       …       Это даже не было приглашение посидеть на стриме из-за заебавших «где акумой» фоловеров, удивительно. Его давний друг просто хотел поговорить. Он спрашивал о жизни, минувших днях, месяцах… Будто сам этого не знал – какого это быть одному.       …       — А смысл? Не я же сьебался.       — Бля, ну это же можно исправить)       Своеобразные рекомендации друга в дс почему-то кажутся спасением. Единственным более-менее легальным способом стали деньги, причём дохуя. Документы - четыре дня подряд искать нужные бумаги, заезжая время от времени в родительский дом. Откос от армии. Причина отсутствия в рядах? Взятка. Попытка уехать без наличия семьи или работы? Взятка. Нежелание выслушивать лишние вопросы или срочность? Тоже взятка. К сожалению, ему, как классному стримеру, скидку не сделали, что очень жаль. И наконец покинуть страну под залог в размере 6к долларов? Повезло, могло быть и больше, учитывая нынешнее положение дел и отсутствии связей. Всё бы здорово, но куда больше в это дело вложился не сам Серёжа. Наверняка там и Макс постарался, стыдно… 223к гривен… Такие деньги сам он бы заработал, наверное, лишь одним способом – ведя акк в онлике 24/7 со стабильным онлайном на протяжении полугода. Да и показывал бы он там не своё ебало, а что-то пониже, чем обычно утешают себя геи-пенсионеры. Ожидание…       30 января 7 утра. Всё прошло на удивление быстро, они уже на границе. Багаж уложен. Посадка. На душе словно пусто. Всё, что происходило на протяжении месяца, сейчас кажется мечтательным сном. Оглядывая взглядом людей, точно таких же, как и он, желающих лучшей жизни, хочется лишь слабо улыбнуться. Неизвестно, сколько трудностей пережили эти семьи, ведь Акуме не понять. Он прекрасно жил и на родной земле, питаясь за счёт донатов и твича, ни в чём себе не отказывая. Семья его жива и здорова, разве плохо? К хорошему привыкаешь быстро. Уже нет никакого желания вспоминать о потраченных чужих суммах, суматохе. Всё, что ему остаётся – запостить вид из окна в телегу и поудобнее усесться, ожидая утомительных пересадок прямиком до Варшавы. Мур сказал, что поможет.

***

      21:40       —Ты где?       …       — А ты?       Акума сжал в ладони телефон, опустив ниже голову. Даже сейчас людно. Кир сказал, что встретит по приезду во Вроцлав. Почему-то в родной стране он ощущал себя куда увереннее, да и дышать будто было легче. Здесь нет ни семьи, ни… Блять, что это на него нашло? Везде такие же люди. Харе как скромняшка из хентая трястись, выискивая взглядом знакомый силуэт. Тяжёлый взгляд охранника недовольно провожал многодетную семью, направляющуюся к выходу из здания. «Туда» – пронеслось в его голове. Серёжа двинулся в сторону пропадающего семейства. За ним катилась дорожная сумка, которую наспех вручила ему растерянная и от чего-то печальная мать. На спине потрёпанный рюкзак, а в ладони зажата тяжёлая коробка. Состояние максимально уставшее. Несчастный позвоночник скоро треснет от веса шмоток и кредитного компа своего хозяина.       — Блять…– еле слышно произнёс парень, сдувая непослушную прядь с лица.       Это точно не стоило того, слишком велики жертвы и усилия. Но так кажется только до того момента, пока приятная свежесть не сменяет душное помещение. Свет высоких фонарей разбавляет темноту, касаясь уже подтаявшего снега. Блеск его слепит гораздо сильнее, чем люстра в холле. В Украине куда холоднее, зря он так по-зимнему нарядился. Одинокие снежинки путаются в растрёпанных волосах, ресницах. Парень протёр глаза ладонью, недовольно сведя брови.       — Серёг?– перед ним послышался задорный голос и приближающиеся шаги. Брюнет сразу поднял взгляд, встречаясь со знакомым прищуром карих глаз и кое-как сдержанной улыбкой. Насколько сам Серёжа рад его видеть? Даже через усталость губы растягиваются в ответной улыбке. На душе словно становится легче.       —Вроде я,– Акума закинул телефон в карман и освободившейся рукой повыше натянул шарф.       — Дава-а-й, не скромничай,– показушно выхватив из рук друга тяжёлую коробку, сплитоволосый слегка переоценил свои силы, но всё-таки удержал. – Это что там у тебя?       — Блять, аккуратно держи,– парень схватился за короб, касаясь холодными пальцами кисти чужой руки. – Компьютер мой там. Курсед оглядел того с ног до головы и глупо улыбнулся, скрывая половину лица за волосами.       — Окей бро.       По тротуару они вскоре добрались до парковки. Снег всё так-же сыпал на макушку, мешал обзору. Шли они молча, точнее Акума плёлся следом, пытаясь не отставать. Серёжа лишь несколько раз глянул на профиль друга, но так и не решился что-либо сказать. Даже когда объект наблюдения замечал это и начинал с насмешкой глядеть в ответ. Как бы странно это не звучало, но на самом деле хотелось кинуться на него и крепко обнять. Конечно же так, как они делали это и прежде – как старые друзья.       — А куда это всё?       На краю освещённой парковки расположились парочка автомобилей и долгожданный корвет. Наконец-то. Сядет на удобное сиденье и хорошенько поспит. Лишь желанные мысли отчаянно держали парня на ногах.       — Похуй, в ноги кинь,— спешно кинул Курсед, более не глядя на отставшего друга.       Где-то послышался тяжёлый вздох позади того.       — Ага…– Акума неспеша приблизился к машине. «Как раньше…» Обходя корвет, брюнет касался холодного капота. Под слабым, почти не ощутимым теплом рук ещё таял снег. Резкий шум завёдшегося мотора заставил парня отдёрнуть руку и отвлечься от образов, нагоняющих ностальгию. Стук по лобовому стеклу и довольная морда по другую его сторону окончательно привели парня в себя. Встретила брюнета уже вежливо открытая дверь.       — Залетай       Стоило Серёже пройти в салон, как стало тихо… и тесно. Слишком много шмоток. Парень вздохнул и беспомощно окинул голову назад. Тишину прерывали лишь постукивания пальцев по рулю.       — Ну что?— заинтересованный взгляд карих глаз неспеша прошёлся по бледному лицу. — Устал?— слова его прозвучали с привычной для того манерой ехидства.       — А ты нет?—брюнет через силу повернул тяжёлую голову к собеседнику. Уж слишком хотелось вспомнить его позабытые черты лица.       — Неа,— заметив внимание друга на себе, Кир вновь расплылся в улыбке, которую сразу попытался скрыть. Непонятно, гордость или что-то другое, но по его глазам всё видно, а опущенные уголки губ выглядели забавно. — Дома вино…       — Ты убрался?— вопрос Серёжи заставил интерес парня дать заднюю.       — Бля, бро, ну ты о чём?— отвернувшись к рулю, Курсед состряпал скучающее лицо. — Последний раз меня так мать заебывала, разве не похуй?       — Реально, глу-бо-ко похуй…— произнёс Акума вполголоса, ощущая, как спорткар наконец-то сдвигается с места.       — Ебанат, кто так паркуется?— неожиданно раздался крайне недовольный голос сплитоволосого, попытавшегося покинуть неугодную парковку.       Сейчас же все недовольства показались Серёже нежной маминой колыбелью из детства. Ругательства были слышны словно через толщу воды.       Уже засыпая и погружаясь в мир желанного блаженства захотелось вновь увидеть его. Из-под полузакрытых век он заметил лишь краткий взгляд друга, а после слабую улыбку, которая почему-то выглядела куда куда искренней всего остального.