Каждый раз

Мужчина вернулся в небольшую квартирку ближе к трем часам ночи. Он старался быть тихим, но действие тяжелого иностранного скотча не давало держаться Никите на своих двух. Он невольно ухмыльнулся, увидев на тумбочке Дилины духи. Девушка всегда раскидывает свои вещи где попало, а в этот раз почему-то осмелилась пометить территорию главы универсама. Он прошел вглубь коридора. Не увидев девушку в зале, направился за поворот в его кладезь, спальню. Кощей невольно вспомнил, как долгими ночами смотрел на то, как спит Диля. То, как её грудная клетка то поднимается, то опускается. Иногда ему хотелось вырвать из её груди нежное сердце, которое по-прежнему не растопилось под его собственным гнетом. Он делал всё ради повиновения девушки. А получил в итоге что? Бегает за девчонкой, как щегол, не первый месяц. Так она и ещё в его доме обустроилась. Мужчина был не в настроении. Зайдя в спальню, он по обычаю увидел перед собой черноволосую красотку с изящно-правильной осанкой и ровным носиком, несмотря на национальность. Её черные брови были первым, что бросалось в глаза, а тонкие пальчики машинально перелистывали страничку за страницей какого-то западного романа. Впрочем, Кощею это уже было неважно. — В этот раз рановато, — усмехнулась брюнетка себе под нос. — А что? Мог бы и под утро прискакать, — она и так знала, что Никита испепеляет её своим злым взглядом, поэтому даже не поворачивалась к нему. Скорее она пыталась вывести его из себя. Удивительно, что за долгие полгода совместного проживания он ни разу не рявкнул на неё и тем более не поднял руку. — Бля… — выронил Кощей, плюхнувшись на постель. Он даже не снял с себя кожаную куртку, еле как успев кинуть шапку в дальний угол. — Прости. — Пацаны не извиняются, — перебила девушка, снова перелистывая страницу, тем самым раздражая Кощея. — Перед девушками извиняются, — поправил Никита. — Кушать хочу, — и демонстративно погладил себя по плоскому животу, изнуренному вечными драками и тренировками. Только недавно зажили ребра после замеса с другой группировкой. Диля выронила смешок, промолчав на явную просьбу Кощея. Она старалась быть немногословной в те дни, когда он по-особенному напивался. Порой мужчина мог позволить себе петь под окнами, ибо девушка не пускала его в собственную квартиру, но ни его, ни её это не волновало. Зевнув в очередной раз, Диля встала из-за стола, задвинув мягкий стульчик под стол и аккуратно положив книгу на полку к остальным романам. Она даже не бросила взгляд на Никиту, который так и просил, чтобы его приласкали. — Хотя бы пожалей меня, — простонал мужчина. — Я, между прочим, честь района защищал сегодня… — А потом за эту честь и напился? — предположила Диля и села на краешек кровати, подзывая Никиту к себе. Он приподнял свою голову, и девушка положила ее на свои ноги. Кощей довольно растянулся на ляжках любимой, даже порой позволяя себе прикоснуться холодными пальцами к её бедрам. На его приставания она только невинно шлепнула его по рукам. Никита улыбнулся. — У меня не было секса с тех пор, как мы… сошлись, — начал с душевных терзаний Никита. — Я так соскучился, Диленька. — По сексу или по мне? — слушая исповедь Никитки, девушка просунула пальцы сквозь кудри Кощея, невольно подумав про себя, что его волосы быстро отросли и ему срочно нужна хорошая стрижка. Она переплетала свои руки с локонами мужчины. Кощей довольно закрыл глаза, как бы мурлыкая от нежных прикосновений любимой. Её руки были мягкими, тонкими, изящными, как шея лебедя. Одинокими ночами, когда он спал на диване или на полу, фантазировал, с какой бы силой Диля сжимала бы его член своими тонкими ручками. Он представлял её полуголой. Точнее, как срывает с неё одежду, поворачивая к себе задом. Прелюдия были недопустимы в пацанском кругу, пиздолизом ещё засмеют, но как ему хотелось войти языком в её лоно, отблагодарив за всё, что девушка делала. И наплевав на все законы, послав их всех в жопу. Она работала медсестрой в той же больнице, что и Наташа Рудакова. Так получилось, что Вова и Кощей попали одновременно в руки Наташи и Дили. Последняя спасла Кощея, а Рудакова — Адидаса от верной гибели. — Может, спать? — предложила Диля. — Уже поздно, — и демонстративно прикрыла рот ладонью от наигранной зевоты. Кощей только глупо выматерился. Он резко вскочил с кровати, что только испугало брюнетку. Она выпучила свои черные глазки, как бусинки, и сморщила брови к середине. — Морщины будут, — сказал Кощей. Диля улыбнулась, отвернувшись от мужчины. Что было зря. Её прозрачная туника открывала обзор на проникновенно чуткие лопатки, позвоночник. Кощей также фантазировал, с каким бы фанатизмом ломал бы каждый позвонок или проходился бы по нему своим членом, слыша лишь мольбы Дили. Он был чертовым садистом, и девушка это приняла. Поскольку он ни разу не сделал ей больно. Он фантазировал, как поставит её раком. Как войдет сначала горлышком от бутылки в её сочный и накачанный зад, а вскоре собственным членом, помогая вазелином. Кощей мечтал в какой-нибудь зимний вечер прийти с очередной передряги, а ждать его будет Диля. Полностью голая, с тряпкой во рту и ремнем на шее, как верная собачка. Диля знала, что Кощей под диваном хранит сборники Камасутры. И его даже не пугало, что однажды при очередной уборке Диля найдет этот «клад». Может, таким образом он намекал ей на секс? Она также находила в его вещах нетронутые пачки презервативов. Она знала, сколько они стоят, но Никита всё равно их покупал и прятал в надежде. В надежде, что рано или поздно Диля найдет одну из пачек и в порыве страсти сама разденет его. Но и этого не случалось. Кощею надоело ждать. — Сними тунику, — проговорил Никита и порывисто сбросил с себя кожанку. Он поднял брови, удивившись, что девушка так и не повиновалась. — Сними, — ещё раз повторил Кощей. Но уже низко. Баритон мужчины прошел волной по несчастному телу Дили, словно молния, что электризует каждую волосинку, каждый участок оливковой кожи. Она принимала его голос сквозь каждую клеточку, каждый атом. Снова матеря себя, что позволяет подобное.

Её тело хочет этого.

Дилара послушно сняла с себя тунику. Она была без бюстгальтера, поэтому Кощей впервые за долгие полгода увидел грудь Дили. Он заметил, что соски девушки встали, а грудь и ключицы покрылись мурашками. — Не знаю, что пришло тебе в голову, но мне это не нравится, — ответила брюнетка. — Я хочу спать, — с голой грудью, со ставшими сосками пыталась взбунтовать девушка. Она понимала, как глупо выглядит, но всё равно пыталась отстоять свою честь. Дурочка. Кощей громко усмехнулся. Подойдя ближе, он уместил в две ладошки сиськи девушки. Сначала он шлепнул по одной, потом по другой. На грудях остались красные обжигающие следы от ладошек Кощея. Он посмотрел на свое творение и улыбнулся. — Ай! — выронила Диля, но продолжала стоять полуголой перед мужчиной. Она не могла пошевелиться под его тяжелым взглядом. Он нахально улыбнулся, грубо взяв за резинку её штанов. — Их тоже придется снять, — объяснил Кощей. Диля глупо кивнула, и вскоре Никита потянул их вниз, открывая себе вид на розовенькие трусики его возлюбленной. Она приподняла ножки, чтобы окончательно освободиться от штанов. Кощей нагло толкнул девушку на кровать, и она упала в подушки, когда-то принесенные из общежития. — Ты можешь попросить, и я прекращу, — предупредил Кощей. — Я тебя не трону без твоего согласия, милая. Диля рвано выдохнула, откидывая голову назад, открывая Кощею сладкий вид на изящную белую шею. Никита представлял, что оставит на каждом кусочке кожи по фиолетовому засосу, чтобы все знали, кому принадлежит Дилара Дулатова. Он взял в рот один сосочек, теребя его кончиком языка, задевая алые бусинки своими зубами, клыками. Дилара протяжно простонала. Она никак не ответила Никите, но её тело так и умоляло, чтобы Кощей взял её. Порвал на кусочки. Словно бешеный пес. Кощей опустился ниже. Он оставил на груди два алых засоса, которые спустя время окрасятся в фиолетовые оттенки. Дорожкой поцелуев расчерчивал себе путь к заветному месту. Он слишком долго фантазировал об этой ночи. Слишком долго прокручивал в голове стоны девушки, то, с каким рвением она будет царапать его спину. Чуть ниже животика Дилары он заметил еле видимый шрам. Видимо, девушке кто-то вспорол брюхо, поскольку белую полоску можно было заметить только под тщательным осмотром. — Это откуда? — между тем спросил Кощей, опуская резинку розовых трусиков вниз. — Я… — девушка залилась слезами. — На меня напали. — Кто?! — Никита остановился, оставив розовую ткань на коленках девушки. Он старался не смотреть на влажное влагалище, но все равно кинул пару быстрых взглядов. — Это было давно. Мне было пятнадцать. Это неважно, я не хочу вспоминать… — Диля потянулась за поцелуем. Кощей сладко улыбнулся и захватил губы девушки в свои. Она взяла парня за затылок и снова опустила его вниз, чтобы он закончил начатое. Поскольку она хотела этого не меньше, чем он. Никита кинул хитрую ухмылку. Он разорвал розовые трусики на коленках Дили, на что она только глупо выдохнула. Боялась, что Кощей раскусит её. Ей нравилась грубость мужчины. Его резкость, жестокость. Вернувшись к губам брюнетки, словно изучая желанный ротик, он опустил два пальца к влагалищу, нежно потирая клитор. — Это будет наш маленький секрет, — выдохнул Кощей. Дилара послушно кивнула, продолжая наслаждаться действиями своего мужчины. Он раздвинул складочки её лона, проведя фалангам чуть ниже клитора к заветной дырочке. Кощей был уверен, что Дилара была девственницей, но прежде он никогда не спрашивал ее об этом. Может, это самый подходящий момент? — Мне быть нежнее? — намекая, спросил Никита. — Да, — рвано выдохнула Диля. — Я девственница. Никита кивнул. Он шире раздвинул ее колени, повторяя одни и те же движения на клиторе Дилары. Он теребил его, а потом гладил, нежно мастурбируя. Давно мечтал об этом. Проведя ниже, мужчина круговыми движениями приласкал место вокруг нетронутой дырочки. Диля одобрительно кивнула, и Кощей одним пальцем, совсем не глубоко, начал входить в заветное лоно. Она простонала его имя. — Никита… Стояк Кощея упирался девушке в живот. Ему давно стали малы его брюки, поэтому он грубо расстегнул застежку, чуть не повредив молнию, и кинул их к остальной одежде. Потянув за резинки черных боксеров, он также грубым методом избавился от ненужной ткани. Диля кинула свой взгляд на член парня. Вокруг органа, словно плиткой, были выложены венки, в которых закономерно билась закипающая кровь от сильного возбуждения. Она удивилась. Она представляла, что член Кощея немного меньше. Но она только понадеялась, что он не повредит её. — Хочешь притронуться к нему? — спросил Никита. Даже не спросил, а попросил. Умолял. Никита грубо перевернул её так, что сейчас она сидела сверху. Дилара аккуратно прикоснулась указательным пальцем к сочащейся головке, откуда хаотично выходила смазка. Кощею нужно было только посмотреть на голую Дилару, как он спасался от нарастающего предэякулята. Кощей рвано простонал, откинувшись на старую застиранную подушку. Диля улыбнулась. Она обхватила член рукой, сжимая его, отчего Никита сжал матрас до появления крови на ладонях с такой силой, что чуть не порвал наволочку. В её взгляде читался азарт. Она обожала смотреть на то, как грозный главарь опасной группировки унижался пред нею, хватая ртом воздух, стонал её имя, умоляя прикоснуться к его члену. Обычно девки сами прыгали на член Кощея, а в этот раз мужчина уговаривает. Он грубо взял её за бедро, шлепнув, также оставив горячий след. Его ладонь была огромной. В неё с легкостью помещаются два запястья Дилары. Девушка начала двигаться вверх и вниз, дроча парню. Он уже не скрывал своих стонов, а наоборот, в моментах просил ускориться. Не выдержав его мольбы, Дилара привстала, но лишь для того, чтобы прикоснуться клитором к головке члена Кощея. — Боже, — снова выдохнул Никита. — Делай так почаще, милая. Она начала тереться об его член, иногда касаясь своей роскошной задницей. Такое представление было намного лучше всякого грязного секса. Но Диля снова обхитрила Кощея. Во время одного из таких движений он невольно стал свидетелем того, как девушка самостоятельно пыталась сесть на его член, взяв внутрь своего кольца. Кощей усмехнулся. — Мелкая, ты чего? — он улыбнулся, забрав свой член из рук Дили. Он снова прошелся им по клитору девушки, а потом совсем непринужденно начал входить, находя заветную дырочку. Сначала она приняла только головку, сражаясь с внутренней болью. Когда она дрочила сама себе пальчиками, ощущения далеко были не такими. Было чувство, что внутри неё разгорается целый пожар. Горело буквально всё. — Ты такая узкая, — отрезал Кощей, войдя наполовину. — Тебе не больно? Диля почти до крови закусила нижнюю губу и отрицательно мотнула головой. Никита облизал языком верхний ряд своих зубов и начал входить уже полностью. Девушка выронила протяжный стон. — Пожалуйста… — Остановиться? — перебил Никита, боясь за девушку. — Трахни меня, Кощей, — выругалась брюнетка. Это только завело мужчину. Он обхватил обеими руками бедра Дили, сжимая их с обеих сторон. Кажется, завтра на этих местах останутся фиолетовые синяки. Сначала толчки были медленными, но вскоре, когда дырочка Дили привыкла, Кощей начал врываться в неё ровно также, как и представлял до этого. Мужчина ускорялся, когда слышал мольбы, и останавливался, когда Диля чересчур сильно закусывала губу. За этим было сложно уследить, но Никита пытался. Он не хотел огорчать любимую. Перевернув её на спину, Кощей снова оказался сверху. Он вдалбливал девушку в матрас. Теперь она ловила ртом воздух. Он вколачивал её в постель, заставляя до крови царапать его спину отросшими ногтями. Диля стонала, кричала его имя. Кощей закинул ноги девушки на свои плечи и чуть остановился. Он делал с некой периодичностью грубые толчки. Диля закрыла глаза. — Мне… мне больно, — предупредила брюнетка. — Хорошо. Он наполовину вышел, а потом и вовсе перестал так резко долбить узкий проход девушки. Кощей периодично входил и выходил из её лона, давая привыкнуть к члену. Они кончили одновременно. Ну, почти. Кощей услышал особенные стоны, не такие, как раньше, и от них его рассудок помутнел ещё сильнее. Он резко вышел, а потом излился на её плоский живот, уже не замечая под гнетом дымки того белого шрамика.

***

— Как те? — спросил Кощей у Адидаса. Парни заперлись в каморке старого спортзала, пока пацаны, как Турбо и Зима, качались и учили новые приемы. — Ты скок потратился, брат? — Вова рассмеялся. — Не твое дело, — Никита улыбнулся. — Так че, норм? Я его ещё давно купил. Момента ждал просто. Суворов разглядывал серебряное кольцо с изящно выточенным бриллиантом по центру. Он и не мог представить, какие большие деньги Кощей поднимает со своих «темок». Недавно универсамовские открыли видеосалон и автомастерскую, что тоже приносило доход пацанам. Но это кольцо было в разы дороже, чем салон и мастерская вместе взятых. — Если бы мне сделали предложением этим кольцом, я бы без раздумий согласился. Вы, получается, женитесь скоро? А детишки когда? — Вова улыбнулся. Он был искренне рад за друга. — Она отдалась мне, брат. Это торкает сильнее, чем сиги. — О, я понимаю.