closeness

Два молодых парня сидят на берегу моря, один наблюдает за медленно перекатывающимися волнами, второй — за спокойным парнем рядом. У Чонгука тихо стучат зубы, его немного потряхивает от холода, но он ничего не говорит. Он не хочет вставать и отходить от Юнги, чтобы найти что накинуть на себя, не хочет и чтобы парень отходил от него, поэтому продолжает молчать. Тишина рядом с Юнги комфортная, нежная, ее не хочется нарушать. Чон шмыгает носом и наконец отводит взгляд от профиля Юнги, теперь тоже наблюдая за водой. — Курить не хочешь? — негромко спрашивает Юнги, не отводя взгляда от волн, наблюдая как мелкие волны разбиваются, образуя брызги. Он почти восхищен этим видом. — Не хочу, хен, — отвечает Чон, а после грустно вздыхает, когда Мин отодвигается и медленно встает с песка. Чонгук поворачивается и недолго наблюдает за тем, как парень идет в сторону машины под предлогом покурить. Чонгук его, конечно же, не останавливает. Он снова вздыхает и ложится спиной на песок, закрывая глаза. Воздух медленно охлаждается, но вода еще явно теплая, только вот лезть в нее не хочется. Чонгук мысль согреться в воде, а потом снова мерзнуть на воздухе даже не рассматривает. Прохладный ветер облизывает его в очередной раз и он недовольно хмурится, что-то тихо пробурчав. Рядом раздаются ленивые шаги Мина. — Сядь, — говорит тот, опускаясь рядом. Чонгук немного неохотно поднимает верхнюю часть тела с земли, все так же не открывая глаз, а Юнги отряхивает ему спину, дав несильный подзатыльник, Чонгук усмехается. Он открывает глаза как раз в тот момент, когда Юнги расправляет принесенный плед и заворачивает в него парня, после чего аккуратными движениями растирает его плечи. От Мина не пахнет сигаретами, да и никогда он не курит так быстро. Он ходил не за этим. На губах Чонгука расплывается нежная улыбка, и он льнет к парню, утыкаясь носом ему в шею и прижимаясь ближе. Юнги немного тормозит, но все же нерешительно поднимает руки и обнимает парня за талию, поглаживая по его спине кончиками пальцев. — Ты такой милый, Юнги-хен, — довольно бормочет Чонгук, а у Мина сейчас такое лицо, будто он отравился и ненавидит весь мир одновременно. — Ты такой романтик. Юнги правда выглядит так, будто хочет Чонгука этим пледом придушить, но лишь крепче обнимает и выдыхает, позволяя себе проявлять заботу. Пока это дается ему трудно, особенно когда кто-то уделяет такое внимание в ответ на небольшое действие, но он будет учиться. Хотя бы для Чонгука. — Если ты насмотрелся на волны, то лучше нам идти в машину, а то ты замерзнешь окончательно. Желание поехать к морю принадлежало именно Чонгуку. Он поделился этим с Мином, а тот, конечно же, поддержал его, собрал самые нужные вещи на двоих, после чего они сразу выехали. — Я не особо замерз, но очень хочу спать, поэтому лучше пойти, — мурчит Чон, все еще прижимаясь к теплому телу и не предпринимая никаких попыток встать. Мин вздыхает и выбирается из объятий парня, после чего встает на ноги и тянет Чона вверх, понимая того с земли. Тот зевает и сильнее заворачивается в плед, после чего они вместе идут к машине. Юнги убирает все вещи с заднего сидения, кидает туда подушку из багажника и ждет пока Чонгук удобно там устроится. — Едем домой? — спрашивает он, любовно смотря на парня, пока тот не видит, ведь лежит с закрытыми глазами. — Мой дом там, где ты, — сразу выдает Чонгук, будто другого ответа не существует. Он ворочается и немного недовольно поднимает голову, устанавливая зрительный контакт с Юнги. — Что? — не понимает тот, слегка удивляясь его поведению. — Разве ты не ляжешь со мной? — спрашивает Чон, приподняв бровь. Юнги глупо моргает глазами, собираясь протестовать, ведь будет неудобно на таком узком сидении... Но Чонгук уже тыкает по кнопочкам, чтобы опустить спинку заднего сидения и увеличить место, после чего хлопает ладонью рядом с собой, приглашая парня прилечь. Он ложится на край подушки и тянет сторону пледа на место, где будет Юнги, заставляя сердце парня биться быстрее. Юнги не особо долго думает, он выключает в машине свет, залезает внутрь, блокирует двери и ложится рядом с Чонгуком, обнимая того сзади и носом касаясь основания его шеи. — Спасибо за вечер, Юнги, — Чонгук точно улыбается, если судить по интонации. — Спасибо за жизнь, — "в которой теперь есть ты" не договаривает Мин. Чонгук отрубается практически сразу, а Юнги требуется время, чтобы проанализировать этот день. Ему однозначно не хочется, чтобы он проснулся один. Ему теперь жить не хочется одному, он будто неполноценный без Чонгука. И кто бы что не говорил, ему все равно. Пока он чувствует себя живым рядом с ним, он будет жить эту чертову жизнь. Сопение Чонгука успокаивает его мысли и он медленно погружается в сон. Чонгук неосознанно сжимает их переплетенные пальцы сквозь дрему. Ему тоже теперь не хочется жить одному.