Как тебя прочесть

стрим оставил приятный, слегка пассивно-агрессивный осадок. Даня выключил комп, отложил наушники и с тяжёлым вздохом откинулся на спинку кресла. засрать тупое видео для него являлось базой, хотя глубоко в душе он чувствовал, что немного перешёл грань. парень вышел из стримерской и, потирая глаза, прошёл на кухню. щёлкнул кнопку на чайнике, закинул в кружку пакетик с различными травами, и залез в телефон. утро стало полной противоположностью вечера, из-за его высказываний парня швыряли из угла в угол, обмусоливая тему, вырывая слова из контекста и как он не пытался, ко второй половине дня моральные силы были исчерпаны полностью. зимой темнеет рано. люди стараются не высовываться из своих "пещер" и лишь индивиды тащутся в звинящей тишине со своими пушистыми друзьями, прыгающими носами в холодный снежок. мелкого пушистого друга у Дани не было, сейчас он боялся заводить, потому что знал, что за каждым близким и дорогим стоит тяжёлая потеря. и возможно это было не про животных?¿ рыжий кинул в карман куртки наушники, утеплился и выбрался на улицу. низ голени слегка покалывал мороз. в кеды попадал влажный грязный снег, который Данила оттряхивал красными от холода пальцами. наконец руки добрались до наушников. голову заполонила песня группы "Сова" (для погружения можете включить Сова-Первый снег) голова спокойно покачивалась в такт мелодии. парень медленно шагал, оставляя глубокие белые следы. стопы медленно намокали, в пальцах было ощущение игл. на рыжие волосы падали сотни мелких снежинок, некоторые из них попадали на ресницы и залетали в глаза, от чего парню приходилось морщится, вытирать из уголков скопившиеся слёзы. он крутил головой, рассматривая проплывающие мимо тёмные силуэты. и в прямь, большинство людей были с маленькими друзьями. вот угрюмый мужчина в вязаной шапке и чёрном пальто, а рядом с ним плетётся русский чёрный терьер, разгребающий лапами снег. с другой стороны идёт старушка, замотанная в пушистый разноцветный шарф. на тонком поводке впереди неё бежит старенький пикинес в синеньких ботиночках и дутой курточке. Даня не очень любил собак, но сейчас рассматривал их настолько внимательно, будто видел первый раз. ноги несли парня всё дальше от дома. время шло и на улице уже не было ни одной души. в этот раз плейлист подкидывал спокойные песни, рыжий тянул лёгкую улыбку, покачивал головой. этот "комфорт" ему нравился, но чувствовался какой-то подвох. словно ещё чуть-чуть и в сердце оторвётся тромб. мурашки прошлись по его коже резкой волной. он потёр руки, дуя на них едва тёплым воздухом из рта.  дистальные фаланги уже онемели и плохо поддавались каким-либо манипуляциям. это был плохой знак, поэтому парень сжал кулаки, убрал руки в карманы, и слегка ускорив шаг, направился обратно к дому. кеды пришлось класть под батарею, а конечности минут двадцать держать в тёплой воде. пол часа спустя зубы всё ещё стучали. телефон остался лежать на обувной полке, из динамика доносился "Дурной вкус". рыжий не любил такую музыку и ни разу не добавлял её в плейлист. наверное стоило задуматься, почему вдруг набор песен так резко поменялся, но ему было не до этого. парень решил добить своё состояние. но понимал, что депрессивный эпизод накроет, если не сегодня, так завтра. биполярное расстройство было единственное, за чем он следил. если бы он пустил всё на самотёк, скорее всего проебал бы половину своих планов, так он знал в какие месяцы лучше уделить время съёмкам, в какие стримам, а в какие можно погрузиться в написание альбома. маниакальная стадия в этот раз длилась больше обычного. сегодня настроение и моральные силы были уже на исходе. поэтому Данила отложил обязанности и столь мало уделил времени своим "звёздным" делам. рыжий встал с кровати и поплёлся на кухню. бутылка джина из мини бара словно сама легла в руку и Даня решил не противиться ей. он достал стакан, смешал алкоголь со спрайтом и, захватив одеяло, вышел на балкон. *помню, как раньше все гнали на меня за то, что пью на балконе. от Руслана даже прилетало пару раз. умник херов, вечно читал нотации о том, что на холоде алкогольное опьянение меньше чувствуется,  поэтому легко словить отравление.* парень крутил в руках ёмкость, обводя пальцами каёмку. *-да, Руслан, ты прав, хуже ведь пить на холоде, чем курить траву в тепле.* рыжий в голове передразнивал бывшего друга. от воспоминаний на лице появилась тонкая улыбка. ... время уже было за полночь. колени покраснели, одеяло не грело, а лишь немного защищало от ветра, бутылка джина опустела ещё час назад. рыжий сидел и глядел в окно. на улице бушевал ветер, голые ветви деревьев били о стекла, снежинки кружились в белом хороводе, периодически залетая в окно. *им так легко* - подумал парень *летают себе, кружат вокруг людей и приземляются на сотни своих подобий, сливаясь в сплошную белую кашу.* Даня потёр глаза и, собрав в себе все силы, встал. в тепле алкоголь окутал его тело. на лбу выступили капли пота, уши покраснели, дыхание участилось. в глазах мигали чёрные пятна, ноги не держали, поэтому пришлось идти вдоль стены. дверь в ванную поддалась не сразу, но всё-таки распахнулась. пару косых шагов и чёрная пелена перед глазами, от падения рыжего спасла раковина. пелена тумана затмила сознание. в голове наконец перещелкнуло. рыжий опустил глаза на трясущиеся руки. -что же ты с собой сделал. прошептал он себе под нос. -развиваешься в своей медийности, пишешь альбом, стримишь. а сам то хоть что-то смог? где же твоя девушка, Дань? где же твои друзья? где Лиззка? где Руслан? лицо осветила истеричная улыбка. парень сжал руками заднюю часть шеи и, вдавливая ногти как можно глубже, процарапал до ключиц. -что же ты наделал.. взгляд проскользил по небольшой полке перед зеркалом и остановился на слегка заржавевшем бритвенном лезвии. воспоминания утянули Даню в дальний угол сознания. *Это был день, когда я впервые попал к Русу в квартиру. хоть мы и быстро скентились, дома я у него оказался аж спустя год после знакомства. ко мне мы заходили почаще, а вот он не приглашал, да и я не навязывался. помню тогда, бродил по его квартире, как кот, исследовавший новую территорию, так и попал в душевую. меня так удивило то, что у человека нет ванной. хах. начал его расспрашивать, как он живёт без её. почему-то я был уверен, что Руслан любит понежиться в горячей ванне с какими-нибудь штучками. долбоёб бля. когда он рассказал, что не принимает ванны из-за частых удуший, почувствовал себя таким тупым. в тот день я и забрал это лезвие. не знаю зачем, это было спонтанное решение. помню весь день тогда угарал с того, что он свои три волосины сбривает таким профессиональным и устаревшим станком. * -и нахуя я только это вспомнил. парень потёр глаза и продолжил сверлить взглядом лезвие. оно уже покрылось белым налётом, а по краям и вовсе образовалась ржавчина. Даня аккуратно поддел его пальцем и взял в руки. голова кружилась уже меньше, поэтому он смог оторваться от раковины. рыжий сделал пару шагов и сполз по стене в угол комнаты. плитка была прохладной и приятно охлаждала его спину. взгляд был слегка туманным, но поймать чёткий фокус на предмете у Дани получилось. он разглядывал его так, словно это был не просто кусок металла, а какая-нибудь из работ Фаберже. хоть Данила старался быть аккуратным, его состояние взяло верх, одно неловкое движение и из ладони хлынула кровь. все-таки опрометчивым решением была попытка поймать падающее лезвие, сжимая его в кулак. вещь со звоном упала на кафельный пол. ладонь разрезало чётко по линии судьбы. струя алой жидкости стекала по предплечью и, запинаясь в складке локтя,спускалась к футболке. алкоголь притупил болевой порог, поэтому парень ещё несколько минут спокойно глядел на кровоточащую рану. когда разум немного просветлел, Даня неожиданно почувствовал боль. он резко вскочил, чуть было не поскользнувшись на собственной жидкости, и быстро начал смывать кровь. мощный напор холодной воды бил по ладони. глаза заслезились. Кашин прикусил губу и через боль поплотнее перебинтовал рану. все мысли фиксировались на порезе, в какой-то степени это спасло Даню от самокопаний, но другие переживания оказались страшнее. проблема была в том, что кровь не останавливалась, ну или парню из-за его состояния так казалось. паника накрыла минут через двадцать. к этому моменту рыжий уже сменил повязку раз пять. его руки тряслись, а мозг перебирал самые худшие развязки событий. час спустя, на улице уже светало. он был уже настолько вымотан, что уснул сидя на диване и покрепче сжимая красную руку.