Тихая ночь

Ночь. Зима только началась, а погода уже успела хорошенько испортится. Капли дождя с грохотом разбивались о крышу, не давая уснуть. Иногда можно было услышать гром или увидеть короткую вспышку молнии, которая освещала темные улицы на пару секунд. Несмотря на сильный шум — Весь город уже давно погрузился в сон. Завтра рабочий день, поэтому нужно набраться побольше сил, чтобы на протяжение дня не быть похожим на зомби. Камило и Карлоса это совсем не интересовало. Им было плевать на позднее время, они не обращали внимания на шум. Сейчас они просто наслаждались друг другом, потому что днем у них не получится быть рядом с друг другом. Карлос укладывает ладони на веснушчатые щечки, целуя при этом мягкие губы, изредка причмокивая и покусывая их, немного дразнит. Камило же охотно отвечал на все действия брата: Он громко вздыхал и прижимался к крепкому телу напротив, обнимая его за шею. — М-м… Я так тебя люблю… — Шепчет старший с довольно ухмылкой на лице, — ты такой милый… — Он проводит большим пальцем по слегка припухшей губе, с трудом сдерживая смех, когда на чужих щеках появился едва заметный румянец. Карлос поцеловал любимого в щечку, и медленно стал спускаться вниз, оставляя за собой дорожку из мягких и мокрых поцелуев. Камило же продолжал лежать в том же положение, изредка вздыхая, когда теплые губы кусаются особенно чувствительных мест. Старший добирается до шеи лицедея. Сначала он обдавал его горячим дыханием, немного мучая, а затем коснулся губами раскаленной кожи, заставляя партнера громко выдохнуть и запрокинуть голову назад. Карлос заулыбался шире и принялся расцеловывать его шею. Иногда он прихватывал зубами чувствительную кожу, а затем быстро зализывал маленькие ранки, таким образом прося прощения, оставляя за собой багровые следы. Мимикрик со всей силой старался молчать. Он знал, что вся семья спит, поэтому надо стараться не издавать никаких громких и лишних звуков. Камило покусывал щеки изнутри, сжимал в кулаках край одеяло, сжимал губы в тонкую полоску — Делал все, дабы сдержать звуки, которые иногда все же просовывались наружу. — Ты такой сладкий… — Словно в бреду шепчет. Он не может оторваться него. Хочется продолжать и получить большего. Один ловкий рывок — И парень навис над близнецом, оценивая его взглядом с ног до головы, облизываясь, словно хитрый кот. Руки старшего начали медленно гулять по телу Камило. Они проникали ему под пижамную футболку, щекотали живот, гладили грудь, специально задевали пальцами затвердевшие соски, вынуждая Камило тихо материться. Вид такого красного и смущенного Камило только еще больше умилял его. — Какой же ты милый… — Карл наклоняется к лицу возлюбленного, нежно обзывает пальцами чужой подбородок и поднимает на себя, — Солнышко мое… Ты же не против? — На всякий случай спрашивает, желая убедится. — Не против, — Не задумываясь отвечает младший и слегка ерзает на кровати. в нижу уже начало становится тесно и некомфортно. Нужно торопиться. Карлос широко ухмыльнулся и вцепился в губы брата страстным поцелуем. Старший сразу же пустил вход язык, начиная изучать им всю плоть чужого рта. Вскоре он почувствовал руки близнеца на своей спине и то, как тот страстно отвечает ему: Теперь два языка вступили в схватку. Карлос ощутимо укусил губу лицедея, от чего тот тихо заскулил и отстранился, оставляя между их ртами тонкую ниточку слюны. — Ох, вот что мы, оказывается, умеем… — Карл наигранно удивляется, а после лукаво подмигивает любимому, отчего тот недовольно хмурится и отводит взгляд, — А я то думал, что мой Камило на такое не способен… — Заткнись… Старший из близнецов громко рассмеялся, начиная снимать с брата вверх. Тот старался помочь, поднимая руки вверх и «вползая» из широкой футболки. Элемент одежды полетел на пол, а взгляд устремился на обнаженные участки тела, которые тут же покрылись мурашками из-за прохладной погоды. Все таки смена температуры была слишком резкой… — Какой же ты красивый… — Ладони Карлоса начали исследовать тело любимого, нежно поглаживали, задевали, сжимали… Делали все, чтобы полностью расслабить его. Взгляд Карлоса опустился на гладкую грудь… Такая красивая, манящая, открытая… Он понял, что не может оставить ее без особого внимания. Мадригаль наклонился и губами коснулся горячей кожи, ухмыляясь новой волне мурашек и громким дыханием партнера. Губы Карлоса накрыли один из сосков Камило, вынуждая того прогнутся и издать громкий стон. Лицедей сразу же закрыл глаза и зажмурился, желая дать себе пощечину. — Ш-Ш-Ш… Тише, солнышко мое… — Мягким голосом просит он, продолжая сминать грудь своего парня в своих ладонях, — Нас никто не должен услышать, помнишь? Мимикрик кивает и медленно убирает руку со своего лица, глубоко вздыхая. — Прости, моя вина… — Все хорошо, — Короткий поцелуй в губы, а затем старший снова вернулся к груди возлюбленного, на этот раз взяв в «плен» второй сосок. Карлос берет его в рот и легонько покусает, нарочно медленно отпускает его из рта, а после круговыми движением проводит по него языку и дует. По спине Камило пробежались мурашки, когда холодный воздух попал на влажный участок. Он крепко зажмурил глаза и плотно сжал губы, издавая лишь еле слышный скулеж, что еще больше забавляло Карлоса. Карлос продолжал издеваться над грудь Камило. Он делал с ней все, что хотел: Кусал, целовал, гладил, облизывал, сжимал и щекотал. Он, наверное, мог бы вечность «издеваться», но измученный такими действиями Камило взял руку брата в свою, обращая внимания на себя. — К-Карли… — Голос лицедея сильно дрожит. Внизу уже стало до боли тесно и мокро, а в глазах стояли слезы, насколько он пытался сдерживаться, дабы не застонать в голос, — П-Под подушкой есть смазка… Возьми ее… — Оу, так ты все приготовил, м? — Старший приблизился к нему настолько, что между их губами осталось пару миллиметров. Они буквально чувствами дыхания друг друга. — Н-Ну… Нужно быть готовым ко всему… — Неуверенно бормочет и уводит взгляд. Карлос тихо посмеивается, но решает не мучить бедного брата еще больше. Вместо этого он медленно-медленно провел по всему телу Камило ладонью, спускаясь все ниже и ниже. А какой-то момент его рука опустилась на пижамные штаны, поглаживая напряжений орган сквозь штаны. — Мгх! — Камило успевает прикрыть рот руками, но даже через такую бригаду был слышен сладкий звук, — Черт возьми… — Грудь лицедея часто поднималась и опускалась. Он старался сконцентрироваться на чем-то другом, пока Карлос продолжал мучить его. Резко холодная ладонь проникла под штаны, доставая напряженный член наружу. Младший укусил щеки изнутри, издавая тихий стон, когда пальцы старшего теребили его уздечку. Камило тихо постанывал, скулил, извивался. Терпения становилось все меньше и меньше. Хотелось получить большего. Карл еще немного подразнил близнеца и снял последний элемент одежды своего партнера — Штаны. Правая рука проскальзывает под подушку и достает полупустой тюбик. Он выдавливает на себя всю оставшуюся смазку, не жалея. Холодные пальцы аккуратно прикоснулись к узкому проходу. Старший поджал губы и поднял на любимого обеспокоенный взгляд. — Я начинаю, — Заранее предупреждает и свободной ладонью обхватывает чужую, легонько сжимая, — Если будет больно — сразу говори мне, хорошо? Камило кивает и берет в руки подушки, уверенно вздыхая. — Давай… — скользкий палец медленно проник внутрь, раздвигая тугие стенки. Никакой боли он не почувствовал, только легкий дискомфорт, заставляющий громко выдохнуть. Карлос же терпеливо ждал, пока младший освоится и привыкнет к новым ощущением. Через несколько секунд он добавил второй смазанный палец и начал медленно двигать ими, менял углы, иногда разводил в стороны, делая так называемые «ножницы». Резко он натыкается на бугорок простаты, заставляя Камило выгнуться и громко простонать. — Ах! — Он сразу же прижал к лицу подушку, краснея, как помидор. На лице Карлоса появилась ухмылочка. — Нашел… — Теперь все движения были только в одном месте. Он специально задевал, посылая по телу Камило резкие вспышки удовольствие снова и снова. С растяжкой Карлосу пришлось немного поморочиться… Это не был их первый раз, но все равно хотелось быть уверенным, что Камило не почувствует никакой боли. Спустя несколько минут он медленно вынул пальцы, — Думаю достаточно… — Одежда самого Карлоса полетела в небольшую кучу на полу. Оставшейся на руках смазкой он смазал свой член и устроился перед входом младшего, — Я вхожу. Камило уверенно кивает. Он наконец-то убирает подушку с лица и обнимает брата за крепкие плечи. Карлос сделал небольшой толчок, входя только головкой, но уже тогда можно было услышать двойной стон. Тугие стенки сжимаем направленный орган, заставляя Карлоса крепко сжимать зубы, дабы не застонать в голос. Медленными толчками Карлос начал проталкиваться внутрь, пока полностью не оказался внутри. Он натыкается на простату парня, из-за чего изо рта Камило вылетает стон. Старший близнец поспешил успокоить его поцелуем в губы, таким образом заглушая все громкие звуки. Тот сразу же подался ему, робко отвечая. Карлос вышел полностью и снова толкнулся внутрь до упора, проверяя реакцию партнера. Он услышал тихий стон, приглушенный его губами, что заставило довольно улыбнуться. Карлос начал двигать тазом, постепенно ускоряя свои движения, становясь смелей. Руки опустились на худые бедра, разводя ноги младшего как можно шире. Теперь же Карлос входил в него резко, старался попадать точно по простате, сводя лицедея с ума. Он всеми силами старался сдерживать любые громкие звуки, которые сами собой вылетели наружу. В глазах появлялись слезы от такого, насколько сильно он старался сдерживаться. — Мх… Блять… — Тяжело вздыхал Карл. Парень взял член близнеца в свою руку и легонько сжала, начиная совершать синхронные движения толчкам снизу, — Ты мой… Ты только мой… — Чуть ли не рычит он, вцепляясь зубами в шею младшего, заставляя его пискнуть от неожиданности. Карлос оставляет пару-троек багровых пятен на чувствительной кожи, продолжая вбивать возлюбленного в кровать. — Мх… К-Карлос! Я-Я… Я так долго не выдержу! — Ками пытается сдерживаться, но стоны и вскрики сами собой выходят наружу. Он прогибается в спине и с громким стоном изливается в руку брата, тяжело дыша. Карлос посмотрел на возлюбленного. Растрепанный, с засосами и укусами по всему телу… Затем он поднял взгляд на его лицо: Красные щечки, растрепанные волосы, стеклянные глаза, искусанные и слегка припухшие после поцелуев губы. Старший делает последний глубокий толчок и с громким рыком изливается в него. Он выходит из податливого тела и плюхается на кровать рядом с ним. Оба парня тяжело дышать и стараются восстановить свои силы. Карлос устало улыбается, поднимая взгляд на любимого, а затем прижимает худое и слегка дрожащие тело к себе, заключая его в крепкое кольцо рук. Камило прижался к любимому и тихо замурлыкал, когда чужая ладонь начала поглаживать его голову, перебирая кудрявые пряди — Ты как, солнышко мое? — Обеспокоенным голосом спрашивает Карл и целует любимого в лоб, — Все хорошо? — Шикарно, — С уверенностью отвечает мимикрик и поднимает на него свою голову, широко улыбаясь, — Это было прекрасно, Карли. — Я очень рал это слышать, — Старший улыбается ему в ответ и покрепче прижимает к себе, накрывая их двоих теплым одеялом, — Я люблю тебя, солнце ты мое яркое… — Я тебя тоже люблю… Очень сильно. Парни засыпают в обнимку. Им было плевать, если их кто-нибудь услышал. Было плевать, если кто-то что-то заподозрил. Было плевать, если утром их кто-то найдет в таком положении. Сейчас никто никуда не уходит. Эту ночь они проведут вместе до конца.