Буйные

– Быстрее, Немо. Тебе что, совсем не хочется поскорее начать? – ехидная улыбка встречается с судорожным вздохом парня, который уже несколько минут терзал верёвку на затылке Якова, тщетно пытаясь то ли прокусить её, то ли развязать. – Заткнись, – бормочет сбитый голос, после выдыхая в открытую шею. Раздражает. Баснословно раздражает этот участок кожи, и Вальтер хочет, просто мечтает зацепиться зубами и о него, но знает, что сейчас не до этого. Несколько минут. Ещё несколько минут, и он сделает всё, что хочет его затуманенный пеленой таблеток разум, вытискивая к чертям всю рациональность. – Или что? Ну же, Немо. Я знаю, что ты меня хочешь. Давай, пошевеливайся. Докажи, что не только болтать горазд, и твой рот сгодится на многое. Ты ведь забыл об этом, да? Ублюдок.. Никчёмный выродок.. Давит и давит, хочет вывести на эмоции, да только огромная доза транквилизатора сдерживает порывы оказаться сверху не прикованного к постели парня. И всё же Яков мычит. Нарвался, получил то, что хотел - довёл Вальтера, заставляя желать только одного - порвать на куски сумасшедшего химика, заставить его жалеть о чём-то… Правда его голос не звучит недовольно. Только вот в бреду заприметить это не хватает рассудительности, и всё что может Майер - кусать, кусать, и кусать, каждый раз раня болезненно бледную кожу всё сильнее, оставляя мелкие следы. Их точно после этого убьют. Может, рассадят по разным камерам, а может, получится списать на кого-то другого.. – Что, наконец прорезались зубки? – ехидная, просто ужасная сволота, провоцирующая до последнего: до последней капли крови на губах, до последней утерянной капли адекватности. Он высосет всё, словно энергетический вампир, хотя, он таковым наверняка и является, иначе объяснить нельзя. Наглец испускает очередной вздох, ёрзая от нетерпения, что явно пытался скрыть. – Давай же, Немо, сними эту хрень с меня.. И я отвечу тем же. Разве не заманчиво? – его руки дёргаются, выдавая с потрохами. Хочет. Хочет намного больше, чем Майер. До дрожи в коленях, до пошлых звуков, которые могли бы сейчас слышать соседи. Как хорошо, что их куда-то сплавили сами медсёстры.. Удобно же. Намордник падает на пол, и тут же парень откидывается на спину, падая на ошеломлённого Немо, после чего умело развернулся, седлая тело. Это явно было спланировано без его ведома. – Смотри, ты такой послушный пёсик, даже помог мне снять эту чертовщину, умница, – бывший химик ухмыляется, и тянется к чужой шее, явно собираясь мстить за укусы, которые успели замарать воротник белоснежной рубахи. И правда начинает злорадствовать, вбирая кожу в рот, но, видимо, даже не намереваясь кусать.. Накаркал. В ту же секунду даже через ткань на него осыпались десятки укусов, и, похоже, стало очевидно, на кой чёрт на этого бешеного нацепили намордник. – Из нас двоих на псину больше похож ты, – кряхтит Вальтер, опомнившись, и пытается вытащить руку из под чужого веса, да только какая разница? Связанные они не помогут уложить другого человека. Можно было бы попытаться скинуть его с помощью ног.. Да только больно невыгодное положение он занимает. Так не выйдет. – Закрой пасть, пока не выдал нас. Мы должны вести себя тихо. А ещё быстро, – он притворно нежно слизывает каплю с ранки, усмехаясь. – Прочь от моей шеи. Ты мне что-то лишнее отгрызёшь, бешеный. – Мм, кто из нас бешенный, Немо? Ты был намного более жесток, пока тебя не успокоили. Бешеная сука. Майер вновь дёргается. Безуспешно. Зато парнишка на нём опускается чуть ниже, выпрямляясь, благодаря чему руки были "свободны". Конечно же, всё ещё скованно, но хотя бы немного больше ими двигать было уже славно. И сел Яков чуть выше колен, явно с довольством замечая, как Вальтер, откидывая голову назад, мычит. – Тш.. Никакого шума, буйный.. Если ещё раз стукнешься головой, то точно кто-нибудь прибежит и, – не видно, что делает подлец, зато прекрасно слышно как он выдыхает.. И также прекрасно ощущается то, как он медленно ёрзает взад-вперёд, – нас прервёт.. Разве не хочешь повеселиться со мной немного подольше? Не пытайся врать, Ва… Немо. Я знаю, как сильно ты.. Он не договаривает. Не может договорить, ведь давится собственным стоном, когда Майер двигает бёдрами навстречу ему. Инициатива имеет инициатора, как говорится.. И здесь вышло точно так же. – О, так не терпится засадить мне? Какой же ты сучёныш нетерпеливый.. Мне тоже, но кто давал тебе право так дёргаться? – Яков тщетно пытается владеть ситуацией, только вот даже голосом управлять не получается.. О чём вообще речь? Он сбивается, шепчет уже в полтона, мычит и скулит, а потом, наверняка, до последнего будет отнекиваться. Майер на все сто уверен, что через время из Якова нельзя будет выбить и слова о этой ситуации… Да и не получится: уговор есть уговор. И договорились парни молчать о произошедшем. Им нужно это. Отчаянно нужно. Химик вжался в чужое тело, слыша уже стон под собой, что его явно позабавило.. Мразь. Припоминать вслух не будет, но вот в своей дрянной башке.. – Нравится, а? Вот выберемся, и тогда ты обязан будешь.. – Не смей продолжать, – отрывисто шепчет Немо, поднимая наконец взгляд на Якова.. Искусанные в кровь губы, полузакрытые глаза, так и норовящие сомкнуться, но парень без остановки пялился на чужое лицо.. После чего рывком примкнул к губам Вальтера, позволяя слизать собственную кровь, а затем и повторно укусить губы. Интересно, будет ли интересоваться персонал, почему Яков так искусал свои губы? – Ты обязан будешь трахнуть меня, Немо. Или слабо? – шепчет он, отстраняясь лишь на милиметр. Вот же.…И ведь ни на секунду не прекращает махинации снизу, медленно доводя до пика этими тягучими движениями, от которых ноги сводило.. – Что, только и мечтаешь об этом? – попытка в язвительность, только вот наверняка неудачная, из-за звонкого окончания, когда Яков решил поменять темп, давя сильнее. – Мм.. Конечно… Немо, бля… – его голос тоже становится чуть проникновеннее, когда он пытается насадиться на чужую длину, игнорируя штаны. Ещё немного и… Обоим наступил конец, когда особо чувствительные тела задрожали.