Тысяча лайков на нашей любви

«Создала карточку — заполнила — создала заказ. Запомнила?» Соня со сложной фамилией, казанская мама и икона латте с солёной карамелью. Цитата неточная. Вечер 7 ноября 2022, кофейня «Скуратов» на Столбова, обучение стажёра. Спойлер: не запомнила… Смотри, как бьётся у нас внутри Горящий факел больной любви, Своих героев найдёт награда… Dругой Ветер, «Комбинат». В этот раз на фоне никто не умрёт. Но «Ласточка» всё равно форева… Почему меня так тянет к тебе? В моей голове только ты… Я не могу объяснить эту эмоцию: Один, четыре, три — я люблю тебя! Stray Kids, «CASE 143». Партия Ли Минхо, краша самой потрясающей кейпоп-котоматери. вот теперь ты знаешь, как повелось, облекаю мысли свои в слова Фрагмент стихотворения-зарисовки «зоопарк». Использовано для признания первой любви 25 июля 2020 года, чтобы узнать, что ты и так уже полгода как состоишь с ней в отношениях. «– А это что за иероглифы? – Ну ты что, не видишь? Тут же прямым текстом написано: ттаки бучжоками опщи ам соусинг ливинг ин биг сеул сити тасогосан мосап опщи… – По знакам препинания не сходится, тут должно быть «С Новым Годом». Ты мне опять ту песню цитируешь…» Всего один из миллиона диалогов с главным бета-ридером этого фанфика. Честно, не знаю, как меня до сих пор терпят. Любите и будьте любимы. Новая глава была сплошной своеобразной рекурсией. Потягивая утренний кофе, Ваня вдумчиво прочитал, как Алина перед началом рабочего дня дочитывает комикс про двух подростков в золотых халатах со стилизованным цветком и парне с красными тенями для век. Потом почти представил по вполне детальному описанию песню, полную метафор и незнакомых сленговых слов и названий — было точно понятно про август, целующий кого-то в губы чёрными песнями, и уважение женщин. Её наигрывала на флейте — почти такой же, как у парня в комиксе, — Аня. Понаблюдал за готовящейся к сессии Айс, парочкой рабочих разговоров Диляры, планёркой Кирилла (с подробным описанием, кто и в какой момент о чём шептался и что гуглил — отдел у того был поистине огромным, и, похоже, обязательным критерием для Ань при устройстве на работу сюда было знание таро), лекцией Леры для Насти, Камилы и Ксюши по оформлению документов, и даже диалогом начальника с Денисом. Глава заканчивалась, действия происходили, но кое-что на этот раз было иначе. В сюжете совсем не было его самого. Как будто Вани больше не существовало. Первой эмоцией после осознания этого внезапно оказался… страх. Ваня даже не ожидал, что настолько привыкнет к своему постоянному появлению на бежевых страницах — а вот, пожалуйста, стоило ему только в одной-единственной главе пропасть из сюжета, как он тут же оказался готов наводить панику и сеять переживания. Ваня поднял глаза. Рядом стоял Кирилл. Он нахмурился и вдруг резко дёрнул Ваню на себя. Сжал руку до боли так, что тот задёргался, пытаясь сбросить оковы… …и проснулся. Пока заваривался его чай (кофе уже как-то и не хотелось…), Ваня открыл уже давно сохранённую в быстрый доступ страницу приложения. Разумеется, новой главой там и не пахло. Зато оживился мессенджер: начальник просил подъехать в офис, не обращая внимания на выходной. Судя по всему, в деле сливщика появились новости — поэтому Ваня взял полчаса на дорогу и уже через несколько минут схватил с полочки у входа свои ключи и права. Уже у подъезда он поддался любопытству и, пока прогревался двигатель, загуглил несколько запомнившихся строчек. На работу Ваня ехал с отчётливым непониманием, откуда его подсознание вообще взяло эту группу, почему там была именно эта песня, и, чёрт возьми, что такое клёк и пыр. Пятый этаж уже привычно встречал его тишиной. Ваня прошёл через другой, не такой популярный вход, чтобы не тратить время на приветствия, и сразу оказался у нужной двери. – Ну, привет, Вань, - хмыкнул начальник, сидящий за столом. Воздух вокруг него будто искрился невидимым электричеством — волосы на руках уже точно встали дыбом от повисшего напряжения. - Ничего не хочешь мне рассказать? – Не понял, про что ты, - осторожно ответил Ваня. – Хорошо, - пожал тот плечами, - мне не принципиально, расскажу я. О том, как доверился не тому человеку и что из этого получилось. А потом помозгуем вместе, что с этим делать. Он развернул к двери монитор своего компьютера, и Ваня вдруг понял, что на нём была за картинка. На экране был кабинет Кирилла. Точнее, вход в него: внутри камер не было. – Смотри, Вань, - вздохнул начальник, запуская ускоренную перемотку. - Узнаёшь? Экранный Ваня вышел из кабинета, закрывая замок. И больше на экране ничего не происходило. – Ты — единственный, кто вчера был там. Отчёты и планы пропали. И не стыдно было мне всё это время рассказывать, как хорошо идут поиски, чтобы потом написать, что вы ничего не нашли? – Это не я! - тут же выпалил Ваня, чувствуя на грани сознания знакомые разряды ледяного электричества. - Да, я задержался, но в это время меня там не было! – Кто-то может подтвердить? - холодно парировал начальник, и Ваня замолк, судорожно перебирая в памяти все кусочки вчерашнего дня. И не находя ничего, что могло бы ему помочь. Начальник ждал, и ледяная атмосфера вокруг него стремительно сгущалась. Ещё чуть-чуть, и Ваню не спасёт уже ничего. В коридоре раздались быстрые шаги — слишком громкие для тихого пятого этажа, и, возможно, это вообще были самые громкие звуки здесь за всю историю существования офисного здания. Шаги приближались, словно их обладатель бежал, а потом дверь кабинета распахнулась с такой силой, будто её пнули. – Я подтверждаю! - выпалил стоящий снаружи Кирилл. - Он ничего не делал! – А Ваня только что сказал, что его никто там не видел, - задумчиво сообщил начальник, поигрывая ручкой. - И кому из вас верить?.. – Я же тебя отправил домой, - нахмурился Ваня, подходя к Кириллу и замечая его чуть более отдохнувший вид. – А я вернулся, - хмыкнул тот. - И, похоже, вовремя. Если бы не увидел случайно, не успел бы сейчас. – А что ты сам-то делал там? - нахмурился Ваня. Кирилл замялся, и осознание пришло слишком быстро. - Ты следил за мной? Подозревал?! После всего, что было, ты думал, что я способен на такое? – Можешь считать и так, - устало произнёс Кирилл. – А как тогда не считать?! - взвился Ваня, стойко ощущая, что ему чего-то не договаривают. Кирилл молчал. Они стояли по разным сторонам кабинета начальника, сверля друг друга взглядами, и Ваня отчётливо чувствовал, как что-то рушится прямо у него в груди. Кирилл ему не доверял. И, похоже, даже не начинал. Кажется, это прямо сейчас разбивалось на куски его сердце, только-только обнажившееся после падения лопнувших по швам годами тщательно возводившихся стен и надетых бронежилетов. И, кажется, это всё слишком явно отразилось на его лице, потому что Кирилл вдруг вздохнул и еле слышно произнёс «Да к чёрту всё». А потом, словно на суд себя отдавая, разблокировал свой телефон и чуть потрясывающимися руками несколько раз что-то нажал на экране. Перевёл упрямый и почему-то донельзя беззащитный взгляд на Ваню. Пауза затягивалась. – Кирилл, снизь градус драмы, пожалуйста, - устало попросил начальник. - Либо говори, либо езжай обратно домой, сам же выбивал у меня выходной… Кирилл плотно сомкнул губы, мотнул головой, зажмурился и уже почти решился что-то сказать, но тут телефон Вани тренькнул уведомлением. На загоревшемся экране ярко светился бежевым значок. Приложение прогрузилось быстро. В новой главе не было ни названия в привычной стилистике автора, ни шаловливых примечаний — только текст. – Судя по всему, нашим гениям от мира питонов и плюсов можно наконец давать новые задачи, не связанные с детективным хакерством. Я прав? - притворно-невинно поинтересовался начальник у Кирилла, но тот его не слушал, глядя на одного Ваню. А тот скользил взглядом по буквам на экране. «Клёк — детская игра типа городков, в которой игроки битой, палкой с определённых расстояний поочерёдно выбивают чурку, жестяную банку и т. п., а затем должны успеть добежать за своими битами и вернуться за линию водящего, а водящий – установить чурку на место и, не давая игрокам сбить её битой, коснуться своей битой игрока, а затем сбить чурку (этот игрок становится водящим). Область употребления слова: Рязань, Липецк, Тамбов, Среднее Поволжье, Южный Урал. Пыр — носок ботинка на жаргоне дворовых футболистов.» Сначала Ваню словно опять прошило ударом тока. А потом по рукам и ногам разлился жуткий холод, сковывающий и не дающий сдвинуться с места. Похоже, правду говорят, что от электричества все мышцы замирают — потому что сейчас всех его сил хватило только на то, чтобы разлепить губы. – Амдусиасма забыл, - безразлично произнёс он, убирая телефон в карман. – Амдусиас — демон из «Ключа Соломона», герцог и дух земли, - без запинки отрапортовал Кирилл, склонив голову набок. – Понятно, - кивнул Ваня и обернулся к боссу, полностью потеряв интерес к коллеге. - Достаточное алиби? Тот кивнул, на миг и сам растеряв всю свою уверенность. Но собрался гораздо быстрее, чем Ваня, мир которого только что разлетелся на части. – Отлично. Без обид, я бы тоже поверил в такие косвенные улики, - услышал он свой голос, будто со стороны, и подавил желание приложить палец к губам, чтобы проверить, правда ли они шевелятся. Руку у локтя обожгло чужим прикосновением. Кирилл незаметно оказался рядом, ловя чужой взгляд. – Вань, - в его глазах читалось настолько неприкрытое беспокойство, что хотелось взвыть и полезть на стенку, да хоть в окно выпрыгнуть — зачем делать ещё хуже?.. - ты больше ничего не?.. – Я тоже поддерживаю стремление во всём разобраться, - голос начальника рядом показался громом, - но для начала предлагаю всё-таки найти злоумышленника. – Согласен, - кивнул Ваня, грубо высвобождая рукав из захвата. Ткань треснула, и он тупо уставился на мелкую точку узора. – И мне потребуются мозги вас обоих, - сурово подчернул тот ещё раз, оглядывая всё так и стоящих рядом подчинённых. - Сможете остаться? Ваня уверенно кивнул, пусть даже ноги его почти и не держали. Сзади как-то само собой оказался диван, на который он и рухнул. – Валерьянки не накапаете? - поинтересовался он у расплывающегося воздуха перед собой за секунду до того, как провалиться в темноту. – …да, я долбоёб, и я это признаю, - донёсся до его сознания знакомый голос недодруга-переколлеги, и Ваня неосознанно потянулся к нему… а потом вспомнил. Обвинение. Кирилл. Фанфик. – …если он скажет, я прямо сейчас возьму и выйду из этого самого окна, и даже ни на секунду не задумаюсь, - настаивали где-то вдалеке, и Ване совсем не хотелось туда возвращаться. – …да ты вообще хоть о ком-то, кроме себя, думаешь?! - взорвался начальник. - Из окна он выйдет, конечно, давай, лиши компанию уже второго руководителя подразделения! Раз у тебя такая мощная совесть, сгреби её в кулак и поступи по-мужски! Нет, Ваня туда точно не вернётся. Крики ему никогда не нравились. Тем более, по поводу него самого. Кирилл, тем временем, продолжал что-то говорить — и начальник сдался: – Делай, что хочешь. Только последнюю задачу сначала заверши. Давай попрощаемся хотя бы в шаге от порога банкротства. Ваня замер на границе с блаженным небытием. А ведь эти слова предназначались и ему. Ток, сковавший конечности, наконец ослаб, позволяя вдохнуть, и по телу словно полетели невидимые провода, наполняя недвижимые мышцы электричеством. В первую очередь он профессионал. А уже потом — слабый человек, безнадёжный влюблённый и все остальные ипостаси. «Делай дело красиво, пока не сдох» — это ведь не про выгорание была песня. А про то, что ради своего призвания стоит прожить жизнь подольше. И плевать на то и тех, кто разбивает твоё сердце или вдруг оказывается в одном лице и твоим крашем-коллегой, и автором, терроризирующим твоё личное пространство во имя непонятно чего в течение нескольких месяцев. Первым, что увидел Ваня, когда открыл глаза, были два испуганных лица. Сильно пахнуло валерьянкой, и он жадно выхлебал поданный начальником стакан целебной водички. – План такой, - сообщил он, только разлепив губы, - идём ва-банк. Оставляем документы на виду и устраиваем засаду. Времени после предыдущего слива прошло достаточно, все остальные этажи уже обокрали, сегодня все работают, мы с Кириллом на выходном. Оставишь дверь открытой, и посмотрим, кто заинтересуется такой красивой приманкой. Что думаешь? – Мне нравится, - кивнул начальник. – Тогда торжественно уходи в плохом самочувствии и уезжай на такси. Только капельки оставь, прошу сердечно. – А ты… - нахмурился начальник, дёргая головой куда-то в сторону. – Со мной всё будет в порядке, - уверенно отчеканил Ваня. - В обморок снова не упаду. Вон, Кирилл тебе новую главу с отчётом напишет. Кирилл промолчал. Подсобка, выделенная им, соседствовала с кабинетом начальника и почти всегда была заперта. Ваня перетащил туда Алинино кресло-мешок, неведомо как оказавшееся в закутке коридора пятого этажа, и уселся в уголке, выводя на ноутбук изображение с камер видеонаблюдения. Кирилл свой ноутбук поставил рядом и, периодически поглядывая на экран, начал что-то печатать в телефоне. – Ты опять? - вздохнул Ваня, когда коллега повернул телефон чуть больше необходимого — так, что можно было легко различить текстовый редактор на бежевом фоне. Кирилл вздохнул и протянул ему телефон. В поле ввода теснились списком уже знакомые слова. «ТроИть — обманывать, юлить. Потец — роса смерти. Амрита —..» – Амриту убирай, это слово и так все знают, - хмыкнул Ваня. - Ты лучше объясни, почему потолку нужно было уважать женщин… – На потолке в тот момент был портрет его отца, а ему эти слова очень подходят. Там есть ещё нюансы, но спойлерить не буду, лучше сам прочитай, название гуглится как «Лепесток лотоса в пионовом саду». А насчёт амриты… я не хочу оставлять недосказанностей, - тихо, но уверенно произнёс Кирилл. – То-то ты раньше их прямо ликвидировал, - закатил глаза Ваня, но тут же вернулся к серьёзному выражению лица. - Смотри, кто-то идёт. За время разбирательств и выяснений в офисе потемнело — начало декабря всё-таки не шутки календаря. Поэтому когда девичья фигурка скользнула в приоткрытую дверь кабинета начальника, не включая свет, Ваня выждал немного, тихо пробрался следом и просто врубил на телефоне фонарик. Белый луч выхватил из сгустившегося полумрака смутно знакомое лицо. – Ника?! - послышалось за спиной, и рядом возник Кирилл. А девушка выпустила из рук папку с печатью «Совершенно секретно», поймала его взгляд и разрыдалась. – Ага, понятно, - обошёл немую сцену на входе в кабинет начальник, - а теперь рассказывай, что тебя потянуло безо всякой причины обносить руководство... Ника, кем бы она ни была, раскололась сразу же. История своей запутанностью и вправду походила на Санта-Барбару: сама героиня дня работала в «Тысяче» рядовым менеджером и жила ничем не примечательную жизнь. А вот её сестра-близнец отхватила себе — ни больше ни меньше, — самого видного мужчину из их главного конкурента-компании. И из-за этого не смогла устроиться на работу ни туда, ни сюда. Всё пошло по одному месту, когда выяснилось, что видный мужчина предпочёл сестру Ники только из-за того, что перепутал её с самой Никой. А она, чтобы остаться с ним, начала под личностью и пропуском Ники выносить с её работы секретные материалы. Что ужасало больше всего, сама Ника об этом узнала только пару часов назад. Но не смогла устоять перед бросившейся в ноги сестрой и решила «спасти» ту от негодяя, к тому моменту уже уверенно подсадившего возлюбленную на крючок шантажа, обменяв ценные бумаги на договор о молчании и свободу. Все их усилия и труды оказались напрасны перед, казалось бы, существующей только в сказках силой любви. И неумением пропускной системы различать близнецов. Если у Кирилла такая прекрасная память, то Ваня потом попросит его процитировать под запись то, как на этот рассказ ответил начальник. Повесит в рамочке над рабочим столом для мотивации. Начальник тем временем приподнял бровь, и нарушительница покорно пошла за ним. Встречать юристов и полицию. Любовь — это всё-таки такой пиздец. Как только они скрылись за дверью, из тела Вани будто разом исчезли все кости, и он неоформленной кучей начал оседать на пол. Кирилл тут же оказался рядом, поддерживая и помогая. Как и всегда. А потом открыл окно, впуская внутрь студёный декабрьский воздух, устроил Ваню на диване, налил воды из кулера и помог выпить… в общем, развёл такую деятельность, что сам Ваня после прояснения тумана в голове совсем не удивился, обнаружив себя в полуобъятьях на коленях переколлеги. Исключительно для того, чтобы было легче пить и мягче сидеть. Он даже не сомневался. Он ещё с той ниши на лестнице ни в чём больше не сомневался. – Вань, я такой дурак, - прошептал Кирилл, утыкаясь носом куда-то в район его виска. Под кожей снова зазмеились разряды тока — на этот раз приятно покалывающие, а не парализующие. – Я знаю, - вздохнул Ваня и застыл, ошеломлённый прилетевшей прямо в затылок следующей фразой: – Пожалуйста, не уходи, - глухо выдохнул Кирилл. - Мне очень, очень жаль, что всё так получилось. Я сделаю всё, что захочешь, пойду и прямо сейчас сдамся кому угодно, да хоть из страны уеду, если ты больше не хочешь меня видеть — только прошу, умоляю, Вань, останься. Останься. Это было мощнее любой бомбы из кино, которой местные злодеи угрожали взорвать мир. Мощнее щелчка Таноса. Мощнее… да чего угодно. Одно-единственное слово. И Ваня вдруг отчётливо осознал: плевать. Плевать на обречённую вавилонскую башню его психики, которая до этого дня уверенно неслась в потоках космической пыли куда-то в не менее космические ебеня. И на уже давно пересечённую верхнюю границу атмосферы и космоса. Сверхновые взрывались, потоки магмы бурлили под тонкой земной корой, а Большой Взрыв продолжал нести свои отголоски в расширяющейся Вселенной, чтобы один-единственный атом в её масштабах с периодом полураспада меньше мгновения прямо сейчас получил то, чего хотел всю свою жизнь. И плевать на всё остальное. Вон, в Питере есть классный психдиспансерный санаторий с бесплатным содержанием — чем не первый отпуск, чтобы зафиналить подаренный в честь начала отношений килограмм глицина. А уж в том, что это всё у него будет — и отношения, и глицин, и ещё один микрозапас коньяка, — Ваня даже не сомневался. Ведь на юг косяками улетают лишь те люди, кто ищет новый приют. А он свой уже нашёл. Кирилл дышал ему в затылок, тепло спускалось на шею. И эти объятия вдруг показались ему самым родным местом на планете. И во всей Вселенной, если уж на то пошло. – Да куда я денусь из нашего Простоквашино, - хмыкнул Ваня, и его губы впервые за день сложились во что-то, напоминающее улыбку. - Но только если и ты останешься. – Но я же… - неуверенно начал Кирилл, пошевелившись, но договорить не успел. Снаружи послышался топот, и дверь кабинета распахнулась, словно от мощного пинка. На пороге стоял главный айтишник — тот самый, с которым Ваня пытался отыскать тайного автора. – Я нашёл! - торжествующе воскликнул тот. - Айпи впервые из нашего офиса! Ещё немного, и сможем вычислить устройство, а потом!.. Ваня с Кириллом переглянулись — и их обоих неожиданно пробрал нервный смех. – Спасибо, мы его уже вычислили, - смог максимально признательно кивнуть Ваня, прежде чем снова утонуть в отпускающих обоих отголосках напряжения. Смех всё не заканчивался и не заканчивался, а потом они вдруг замерли, глядя друг на друга. И весь мир в этот момент отошёл на второй план: и следы недосыпной ночи, и вполне вероятно последовавшая бы за всем этим реакция начальника (камеры так и продолжали работать), и даже всё ещё мнущийся у дверей айтишник. Был только Кирилл, тот, кто всегда находился рядом, словно в шутку подкатывал за чаем, шутил на обедах и заставлял пульс ускоряться от любого случайного взгляда. Ваня так и не успел понять, что за выражение пряталось в глубине этих серых глаз — потому что губы их обладателя оказались неожиданно мягкими. А у Вани внутри взрывались фейерверки. Он пришёл в себя уже у лифтов. Кирилл молча прошёл по коридору и потянул Ваню вслед за собой на диванчик уже в своём кабинете. – И как давно ты?.. – Кажется, что всю жизнь, - мягко улыбнулся ему Кирилл, не дожидаясь конца вопроса. - Как увидел тебя в коридоре в первый день, так сразу. Ты шёл — и как будто уже было понятно… словно у тебя нет вообще никаких недостатков, ты идеален, живёшь где-нибудь в большом городе Сеуле… а за тобой тянутся подражатели, которые падают, как кегли боулинга, а ты поднимаешься только выше и выше, создавая новые тренды каждый день. Это целиком и полностью твоя песня, поверь. – Ага, особенно про сурикатов классно получилось, - хмыкнул Ваня. - А я вот только недавно… осознал. На стрессе было тяжеловато сообразить. Кирилл пристыженно отвёл взгляд. – Прости, что пугал. Думал, что простому коллеге ты вряд ли поверишь, а вот анонимному автору, рассказы которого всегда сбываются, можно и довериться. – А откуда ты всё это знал? - вдруг поинтересовался Ваня. - Ну, вот эти мувы с предсказанием будущего, которые сбывались в любом случае, даже если пытаться их предотвратить?.. Кирилл хмыкнул, безуспешно пытаясь скрыть смешок. – Так у меня бабка гадалка, - беззаботно пояснил он, будто мистические способности и вправду были для него обычным делом. - И, на будущее, поосторожнее с Аней. Она правда ведьма. Знаешь, как сложно было защиту ставить, когда вы на меня раскинуть решили? – Ну, кое-что через неё проскочило, - хмыкнул Ваня. – Проскочило? - поднял бровь Кирилл, и Ваня отчётливо понял: не проскочило. Намеренно было оставлено на самом виду. Хотя какая разница, сколько и чего ради него оставили на самом виду, если самого главного он за это время так и не заметил.