Как новый год встретишь,так его и проведёшь

Приближение новогодних праздников, эта чудесная, сказочная атмосфера! Петербург сияет от количества разноцветных огней, повсюду много людей, кто-то спешит домой с работы, кто-то в клуб, кто-то решил проводить старый год на свежем воздухе, прогуливаясь по мерцающим, праздничным улицам второй столицы, а кто-то готовится встретить наступающий год дома. Так, Кашин и Тушенцов тоже решили провести этот праздник вдвоем, без посторонних людей. Прошел ровно год, год с того как они начали отношения. Предложение встречаться Даня сделал как раз на прошлое торжество. Так странно тогда было услышать подобное, но Рус согласился и не пожалел об этом. Их отношения были практически идеальными, им повезло, что до этого момента они были лучшими друзьями. Парни не стеснялись своих чувств и желаний. Даня до последнего ждал, когда Руслан согласиться заняться с ним любовью. Да, моральная близость — это замечательно, но физическая, распаляет, заставляет вас обмениваться частицами души, ощущать партнера тонко и филигранно. Им не нужны были слова, чтобы сказать о своей любви, пересекаясь взглядами, каждый видел в них эти искры привязанности и безусловной любви. И это правда здорово осознавать, что ты любим и ты любишь. Данил стоял у стены и отчаянно пытался распутать гирлянду, что капризно, сама себя связала в узлы и потихоньку, медленно, словно удав, оборачивала и рыжего в свои провода. — Русла-а-ан, — Кашин вытягивал гласные, корчился от того, что все его руки были окутаны сотнями проводов. — Я не могу, блять, ее распутать, она меня уже бесит, это бред ебаный! — младший пытался вырваться из нее, но запутывался еще больше. Брюнет же бегал из стороны в сторону, туда-сюда, неся к столу бокалы, алкоголь, а потом, он гневно звонил доставке и спрашивал, где их еда, на младшего он совершенно не обращал внимание из-за собственной загруженности.Тушенцов дал парню задание повесить гирлянду, а в итоге, рыжий балбес не справился с просьбой, так еще и запутался в лампочках. — Руся блять! — Да что? — обернувшись на Даню, он увидел этот отчаянный взгляд, он просил помощи в такой сложной, жизненной ситуации. Руслан озадаченно глядел на возлюбленного, а потом рассмеялся, почти задыхаясь со смеху и тыкая пальцем в неуклюжего рыжего. Даню же совсем не впечатляли насмешки Руса, он смотрел на согнувшуюся от смеха фигуру и закатил глаза, показывая обиду. — Да ладно, солнышко… — подходя ближе, блоггер просто не мог не смеяться. И его можно понять.Даня выглядел очень забавно: его волосы небрежно торчали в разные стороны, голубые глаза выражали не то бесяку, не то разочарование, парень стоял с вытянутыми лапками, которые по локти были в проводах. — Давай я тебе помогу. — Да отвали ты блин! Дальше насмехайся надо мной! Я сам! — но Тушенцов не стал слушать чужие капризы, становясь ближе, он бережно разматывает эту веревку и помогает освободиться любимым рукам, натирая и сминая кожу, что бы не осталось полос. — Ну вот, больше истерик Дань. Чмокнув рыжего в щеку, он направился по своим делам и принялся звонить доставке, ведь время уже показывало 23:30. Парень стоял в спальне, тут было самое тихое место где не было слышно ворчание Дани и говорящего телека. Ожидая ответа, парень слушал долгие гудки. — Здравствуйте девушка, можем ли мы узнать, когда привезут наш заказ? — после короткого разговора, Руслан откинул мобильник. Он был в ярости, еда точно не успеет до нужного времени. Праздник шел под откос, все было сначала так идеально, но опять дела пошли через жопу. Тушенцов был уже не настроен отмечать новый год из-за того, что все шло не по плану. Брюнет глубоко задумался и не услышал приближающихся шагов. Сильная, татуированная ладонь обняла Руслана за туловище, а по шее посыпались поцелуи. — Дань…что ты делаешь? — Не хочешь поиграть, котик? — Данил приподнял свободную руку, в ней находилась гирлянда, за это время, Кашин сообразил, как распутать провода и вместе с тем, в голову закралась пикантная мысль. Руслан, глядя на гирлянду, понял все без слов, он был не против, просто опасался, что Кашин может заиграться и не остановиться в некоторые моменты, но блоггеру было самому интересно как его тело отреагирует на подобное. Даня мягко развернул к себе возлюбленного. Откинув гирлянду на потом, он решил снова изучить хорошо знакомое ему тело. Пробираясь руками под футболку и нежно касаясь кожи, стример потянул ненужный элемент одежды наверх, снимая с тела. Грудь Руслана вздымалась от частого дыхания и от волнения, особенно, когда Кашин так смотрел на него. В его глазах читалась похоть, чистейшее желание и власть, но они были смешаны с неподдельной мягкостью, поэтому Руслан верил, что Даня никогда не сделает ему больно. Соприкасаясь губами, рыжий завлекал парня в страстный поцелуй. Он водил языком по чужим деснам, небу и сплетался с другим. Обволакивая губы парня полностью, Кашин целовал медленно, но настойчиво, уже обхватив старшего двумя руками за бедра и еле сжимая их. — Д-дань…подожди, а если еду привезут? — Значит у меня ограниченное количество времени, чтобы доставить тебе внеземной экстаз, малыш, — стример добрался пальцами до домашних, чужих шорт, подцепляя пальцами тугую резинку, он спускал ткань с тела, полностью обнажая и демонстрируя своему глазу чистую наготу, которой Данил просто упивался. Худое и подтянутое тело старшего притягивало к себе, хотелось терзать кожу до красных меток, сжимать, целовать, кусать и каждый раз запускать эту шарманку по кругу. Кашин знал, что он никогда не устанет любоваться и истязать это хорошенькое, податливое тело, что растягивалось под ним, показывая, как же ему, блядски, хорошо. Руслан тоже не хотел терять время, дрожащими, от нахлынувшего возбуждения, руками, он, подобно доминанту, пытался снять с него мешающую одежду, но получалось это плохо. Брюнет, каждый раз, во время секса, волновался и стеснялся как ебаная школьница, краснел и прятал глаза, но лишь для того, чтобы почувствовать тяжелую руку Кашина на своем подбородке, которая приподнимет взгляд и заставит смотреть точно в глаза. — Кроха, вытяни руки, — Данил включил светящиеся, маленькие огоньки и расправил импровизированную веревку, намекая, куда класть запястья. Руки Руслан послушно подставил под натиск гирлянды, а Кашин, со всей осторожностью, начал связывать их между собой, затягивая потуже, иногда спрашивая комфортно ли старшему, на что получал одобрительный кивок. Гирлянда связала почти все голое тело, превращая брюнета в новогоднюю елку, хотя нет, в подарок под новогодней елкой который принадлежал только Данилу. Лампочки отдавали тепло, и слегка обжигали тонкую, бледную кожу, а она, в свою очередь, переливалась разными цветами, от чего Руслан выглядел еще заманчивее. — Не дергайся, — низкий, прокуренный голос повелевал, а Тушенцов не мог не слушать его бархатный тон. Кладя парня на постель, Даня навис сверху и продолжил покрывать возлюбленного влажными дорожками поцелуев, иногда засасывая кожу, проводя языком от живота до шеи, поглощая этот лакомый кусочек с непозволительной трепетностью. Руки Дани грубые, они синхронизировались с губами в одном темпе. Ладони мяли тело, как тесто, с каждым разом стискивая сильнее парня. Нижний полностью отдался и доверился младшему, откинув руки на кровать, Руслан приподнимал голову, выгибался всем телом навстречу этим касаниям. Приоткрывая губы, из них выпадали самые протяжные и довольные стоны, по ним Кашин ориентировался и понимал можно ли ему продолжить или нет. Каждый вздох, каждый взгляд и даже самая слабая дрожь не уйдут из-под контроля рыжего, все эти знаки направляли его, давали понять, как сделать еще приятнее, а Дане дважды говорить не нужно, он схватывает на лету. Запоминает в каких местах он может получить самые сладостные вздохи. Касаясь рукой чужого члена, Даня мучает парня, рукой двигает медленно, наблюдая за реакцией, а Тушенцов с ума сходит, до одури кайфует, но понимает, что ему мало. — Данечка… — Что такое? — стример издевается, но пальцами до головки дотрагивается и круговыми движениями смазку распределяет по всей длине. — Пожалуйста… — брюнет из-за всего готов хныкать, умолять и просить, чтобы Кашин дал ему больше этого крышесносного ощущения. — Пожалуйста, что, котик? Скажи четко и ясно, — сжав член у основания, другая рука потянулась к шее и тоже сомкнула пальцы на ней, слегка сдавливая. — Я хочу тебя, Дань, — глаза парень закатывает, гирлянда кожу жмет, а мигалки опаляют и заставляют быть еще чувствительнее. — Я-то как тебя хочу. Ноги Руслана развели татуированные руки, и ладони начали, без капли стеснения, лапать упругие ягодицы. — Такой сексуальный, прям манишь к себе, уже не терпится чтобы я тебя отодрал как сучку? Ты же так хочешь этого, правда, детка? — глаза карие распахнулись, а голова задергалась, обозначая положительный ответ. Руслан закусил губу, дабы немного приглушить, итак, громкие стоны, но тут же, щеки обхватила чужая рука. — Не смей себя затыкать, я хочу слышать насколько тебе хорошо, когда я в тебе, — смазав пальцы близ лежащим лубрикантом, Даня уставился на старшего и начал проникать внутрь сразу двумя, попадая по нужной точке и выбивая стон наслаждения снизу. Пальцы двигались внутри размеренно, а другой рукой Кашин держал левую, внутреннюю часть бедра, сжимая ее до такой степени, что на коже остаются следы. Руслан понимал, если Даня еще сильнее сожмет руку, значит он еле держится от того, чтобы взорваться от возбуждения, но он старался как можно дольше оттянуть этот момент, ведь ему до сумасшествия нравилось, когда рыжий будет толкаться в него быстро с первого толчка, ощущая его напряжение внутри себя. Пальцы двигались в рваном ритме и вскоре, стример вынул их из возлюбленного, резко переворачивая того в коленно-локтевую, шлепая по заднице. Руслан задыхается, когда гирлянда чуть сдавливает горло, но это дарило высшее наслаждение. — Тебе же нравиться, когда я трахаю тебя раком, верно? Нравиться, когда беру за волосы? — голос его рычащий, томный, заставляет ноги раздвигаться инстинктивно, прося большего. — Очень нравится, — виляя бедрами перед младшим, Тушенцов дразнит его, понимая, как же Даню это заводит. Его заводит все, что ассоциировалось с ним. Решив не медлить, Кашин сбрасывает остатки одежды, неоновый свет маленьких лампочек, подчёркивал выдающиеся рельефы. Даня толкается в горячее тело, упирается руками в бедра, начинает двигаться сразу, не давая передышки. Рыжий толкается быстро и резко, но четко в нужное место, от чего Руслан дергается и выстанывает его имя. Это лучшее чувство, когда любимому настолько хорошо, что он почти выкрикивает имя виновника этого состояния. Даня хватает гирлянду на руках, и тянет на себя, заставляя тело подняться. Шлепки кожа о кожу со стонами влюбленных звучали в унисон. Вколачиваясь в тело, Кашин шептал на ухо старшему милую, любовную чушь, а тот, сквозь подступающий конец, еле чувствовал устойчивую поверхность под ногами. — Ещё, Данечка, ещё. Стример поддается мольбам, долбит еще сильнее, шлепает по ягодицам и сжимает в руке злополучные огоньки, обжигающие ладонь и тело Руслана. Еще пару движений и пара содрогается синхронно, падает на кровать обессилено. — Я люблю тебя, котёнок. Слышится бой курантов и звонок в домофон.

Как говорится: как новый год встретишь так его и проведешь.